История Афонской смуты. Часть 3

Иеромонах Паисий
Содержание

Предыдущие части

Глава 60. Никон и Троицкий спешат в Россию с триумфальной победой…

Никон, со своим мудрейшим профессором Троицким, уехал из Константинополя в Россию по железной дороге. Он спешил в Сvнодскую «кучу» представить свой боевой доклад. Куча нетерпеливо ожидала своего посланца. Но промыслом Божиим произош​ла некоторая трагическая задержка ретивого героя Афонского погрома. Об этом мы скажем потом. А сейчас продолжим рассказ о дальнейшем нашем следовании из турецкого Босфора. До сотни турецких лодок, загруженных любопытствующими турками, окру​жили наш пароход. Турки внимательно рассматривали нас. Они безмерно удивлены были тем, что такое множество монахов везут со Святой Горы Афонской под военной охраной. Такое наблюде​ние со стороны турок было весьма неприятно для начальства ка​рательной экспедиции. А разогнать и запретить непрошенных наблюдателей было немыслимо. Ибо не во власти их и воды Босфо​ра, и турецкий народ, наблюдающий явление небывалое — арест такого множества афонских монахов. Стыд и позор ложился на Русское Правительство. Турки пятьсот лет владели Афоном. И за все время владычества их свобода афонских иноков была непри​косновенна, никто не мог подвергнуть аресту ни одного монаха, никакая держава. Теперь же Святую Гору Афонскую заняли православные греки, и вдруг русские православные христиане учи​нили такое небывалое насилие над православными же мирными монахами, которых иноверные магометане глубоко уважали, по​ читали как молитвенников.

10-го июля, вечером, пароход «Херсон» вышел из Босфора в Черное море. Расстояние от Константинополя до Одессы пасса​жирские пароходы покрывают не более как за двое суток, с заходом в портовые города, лежащие на пути черноморской линии. Так что 12-го июля вечером наш пароход должен был прибыть в Одессу. Но мы где-то кружились в морском пространстве Черного моря, не видя земных берегов. Прибыли в Одесский порт только рано утром 15-го июля. Стоянка пароходу «Херсон» дана была в таком месте, что мы не видели ни пристани одесской, ни одесских берегов, которые заграждены были большими грузовыми парохо​дами и баржами. Вскоре после остановки начальство экспедиции перегнало на нашу кормовую сторону всех пантелеимоновцев, избитых и раненых монахов, и начались какие-то приготовле​ния. Мы, свыше восьмисот иноков, совершали по четкам молит​венное правило и готовились ко всякому ответу в непоколеби​мой надежде на Царицу спасения. К нам на пароход явились настоятели одесских подворий: нашего Андреевского скита иеро​монах Питирим и Пантелеимоновского монастыря — иеромонах (имени не помню). Они оба вошли в нашу среду с наглыми, моральными насмешками над нами. Показывая на волосы, они приговаривали: «Волосики-то, подрежем, бородки-то подбреем». И много других колкостей изрекали в наш адрес, явно вызывая нас на перебранку с ними. Но никто из нас не обронил ни слова на злобные их выпады. Мы замкнули уста в подражание Господу нашему Иисусу Христу, молчавшему во время издевательства над Ним иудейского сонмища и судей неправедных. Не получив от нас никакого ответа, эти ругатели ушли от нас на носовую сторону парохода. Вдруг видим, у входа на капитанскую палубу открывается дверь, у двери ставят стол и стулья вокруг стола. Появляются начальники карательной экспедиции и начальствую​щие лица, прибывшие из города, уполномоченные от власти. Все заняли места вокруг стола. По списку подзывают нас к столу по-одному, дают в руки перо и, показывая на лист бумаги, властно приказывают подписаться. Подошедший монах говорит: «а что подписывать? На чистом листе нет никакого текста; под чем вы требуете подписаться?» Начальник строго говорит: «Не рассуждай, а подписывайся, иначе арестуем!» Монах отвечает: «Мы уже арестованы!» Начальник грозно сказал: «В тюрьму пой​дешь, подписывайся!» И все начальство смотрит на нас злобно. Монах, видя чистый лист бумаги, посчитал подпись на ней без​вредной и подписался. За ним подписались еще около пяти мо​нахов. Потом подошел монах, который в ревности духа оказал​ся сильнее всех этих начальников и был твердо уверен, что эта власть, грозная только по виду, действует хитростью и обманом, производя насилие. Так разумели и прочие имяславцы. Поэтому, не приняв в руки перо, он смело возразил: «без текста подписы​ваться нелепо. А что есть на обратной стороне листа?» Началь​ник сурово закричал: «Это не твое дело! Подписывайся, как приказывают»! Руку же свою положил на лист бумаги. Монах смелее и решительнее возразил: «Как не мое дело? Вы требуете не просто написать свое имя, а что-то подписать. Значит, здесь что-то есть написано». Все начальство возмутилось, монах осме​лился вступить в пререкание с начальником. Инок мужественно произнес: «Мы рукава не жуем, но имеем рассудок, чтобы усматривать, что замышляет против нас лукавое сонмище». При этих словах, воспылав духом ревности об истине, монах, резко отодвигая руку начальника с листа бумаги, воскликнул: «Прочь!» Быстро взял со стола этот лист и на обратной его стороне увидел текст, под которым лукаво проводится подписка, под видом чис​той страницы. Все начальники, взбесились. А наш мужествен​ный монах-имяславец громко, во всеуслышание, начал читать тайный, предательский текст:

«Мы, нижеподписавшиеся, бывшие монахи Горы Афонской, добровольно выехали из Афона в Россию в мiр, в первобытное состояние и звание мiрское; добровольно слагаем с себя все чины и саны священные; добровольно отрекаемся от обетов монашеских и от монашеского пострига; отныне мы добровольно вступаем в первоначальное сословие, и звание, и состояние мiрское. С обители за прожитые годы мы ничего не взыскуем. Вступая в мiр, мы смиренно отдаем себя в полное подчинение и послушание власти Святейшего Правительствующего Сvнода. Отрекаемся от бывших наших заблуждений по вопросу об име​ни Божием. Отрекаемся от еретического, имяславческого зломудрия и вседушно следуем учению, наставлению и руководству Святейшего Правительствующего Сvнода, в полном согласии и единомыслии с ним, по вопросу об имени Божием. В удостоверение чего прилагаем руку собственноручной под​писью».

Пока наш монах оглашал этот коварный, исполненный диавольского лукавства, текст, в изменившихся лицах начальников мы читали крайнее недоумение и озлобление. Ведь коварный план обмануть монахов воровским способом разрушился в пух и прах. Они были поражены смелым действием инока-имяславца, кото​рый обратил в ничто их напускную грозную важность, дутую власть, под личиной которой скрывался преступный обман, неприличный представителям власти. А над их головами с высокой капитанской палубы наблюдал за этой картиной капитан парохода «Херсон» и его помощники. Капитан качал головой. А его помощники удив​лялись и перешептывались между собой. Весь экипаж парохода — капитан с помощниками — относились к нам сочувственно. Они являлись свидетелями насилия над нами, и всего разбоя, учиненного архиереем Никоном.

Монах, прочитавший нам подложный текст обратной стороны подписного листа, обратившись к начальникам, воскликнул: «Ах вы, окаянные, какой подлог учинили нам, насильственно требуя подпись под этим безбожным текстом, — а еще начальники! Мы души свои полагаем за Истину. А на все то, что вы тут написали, мы плюем!» И плюнув на текст, монах бросил им лист на стол. Тем и кончилась эта подписка. А те пять монахов, подписавшихся на листе, отчаянно рыдали, сокрушаясь о подписке. Но инок, об​наруживший диавольский подлог начальников, сказал: «Не плачь​те, успокойтесь, это дело у них не пройдет, вы были обмануты».

Начальники забрали оплеванный лист и постыдно скрылись. Солдаты-каратели, в свою очередь, забрали и унесли стол и стулья с позорного заседания. И все утихло.

Глава 61. Постановление нашего братства после разоблачения обмана слуг драконовых

Такое действие мiрских властей дало нам урок: впредь быть осторожней и осмотрительней, ибо нам открылось, что Сvнодская куча Антония Волынского и эта власть действуют заодно. Опас​ность отречения от веры Христовой и от монашества, при таких подлогах, угрожают нам всегда после того, как мы оказались выб​рошенными из пустынного безмолвного Афона в мiр, исполнен​ный лжи, клеветы и обмана, насилия и всякой бесовщины. Ради сохранения чистоты веры Православной всем нашим братством имяславцев было решено отвергать всякие подписки, предлагае​мые нам со стороны властей, во все дни нашей жизни. Ибо мы изгнаны в лукавый и коварный мiр.

Затем у всех нас возник вопрос: где нам молиться? На Афоне мы каждую субботу причащались Святых Тайн Тела и Крови Хри​стовых. А как быть теперь? И всем собором нашего братства было решено: молиться и приобщаться у священников, которые не хулят Имя Божие, можно без смущения. Ибо мы знали, что и в Сvноде только меньшая его часть, без страха Божия, насильственно захватила не принадлежащие ей права, коварно действовала от имени всего Сvнода. Вот эту, меньшую часть его, мы и называем «кучей». Два старейших члена Сvнода, Митрополит Московский Макарий и Киевский митрополит Флавиан, стояли в защиту нас, имяславцев. Были в Сvноде его членами и другие архиереи право​славные с их епархиями. Поэтому, без смущения мы можем приоб​щаться Святых Тайн у православных, не имяборческих священни​ков.

День 15-го июля кончился. Все имяславцы, пантелеимоновские и андреевские, соединились в одно общее братство, сошли в кормовую каюту и стали на общую молитву пред Чудотворным Образом Царицы нашего спасения, зная, что эта наша общая молитва будет последнею. Наши сердца были открыты перед Царицей Небесной и готовы на все скорби и страдания за Имя Господа, какие Он попустит злобе причинить нам после этой ночи. Молились по Афонскому уставу всю ночь. К утру часа на два уснули. Восставши от сна, прочитали утреннее правило. Лишь только закончили его, к нашему пароходу подплыл катер. Мы все вышли на палубу. На катере мы увидели конвой, человек до сорока-пятидесяти солдат с суровыми лицами, вооруженных обнаженными шашками.

16-го июля. Первыми были взяты на катер молодые рабочие нашего Андреевского скита, болгары-мiряне. Когда мы были в скиту, они имели доброе представление о нашей брани за Имя Господне. Они хотя и мiряне, но искренние христиане. При нашем изгнании из обители, от них человек до тридцати броси​ли свои заработки, уволились и последовали за нами на арестан​тский пароход. — «Мы не можем вместить того, что остается на Горе Афонской после вас. Нас, словно водой, вымывает с Афо​на. Жутко оставаться на нем», — говорили они. Тогда наше внимание останавливалось на старичке Харитоне, к которому ночью являлись три дивных монаха, когда средний Монах, ска​зал ему: «ПОМНИ ИМЯ МОЕ». Харитон — тоже македонский болгарин. Его надзору были поручены молодые рабочие. Когда эти рабочие бросили свои работы в скиту и добровольно после​довали за нами, то старичок Харитон два дня, 6 и 7 июля, с утра и до полудня, приходил к порте и стоял в великой скорби и печали. Рабочие звали его с собой. Мы тоже желали ему следо​вать за нами, но он решительно отказался и говорил со скорбью: «те три монаха, повелели мне оставаться на Афоне».

Теперь же, через десять дней, 16 июля, видим, что в России Харитоновых молодых земляков взяли под конвой. Как бы сей​ час почувствовал себя почти столетний блаженный старец Хари​тон?

Можно полагать, что это самое и было открыто Харитону средним Монахом, сказавшим ему: «ПОМНИ ИМЯ МОЕ». А что было еще сказано, Харитон не мог говорить — его язык был связан, чтобы сокрыто было то, что готовила злоба тем, которые ПОМНЯТ ИМЯ ГОСПОДА СЛАВЫ и полагают души свои за исповедание сего Вседержавного Имени. Одинокому Харитону, в его дряхлой старости, было бы не под силу очутиться под конво​ем в чужой стране. Что последовало с теми молодыми мiрянами-болгарами, мы не знаем, полагаем, что они отпущены на свободу в свое отечество — в Македонию, как непричастные к нашему делу.

С нами же последовало то, от чего Харитон должен был ук​лониться, а нам предстояло последовать за Господом во двор богоубийцы Каиафы. Затем в преторию Понтийского Пилата, игемона. И на Голгофу… Но не на трехчасовое распятие на Кре​сте, а на десятки лет в челюсти адского дракона, на поглощение древнего змия.

Архиепископ Никон, Константинопольский Вселенский Пат​риарх Иоаким 3-й и Сvнодская куча архиепископа Антония Во​лынского — это двор Каиафы, сборище сатанистов, гнездо диа-волопоклонников. Это сборище по образу древнего жидовского богоубийственного синедриона, связывает арестантскими узами ИСПОВЕДНИКОВ ИМЕНИ ИИСУСОВА и ведет к прокуратору следующим образом:

К пароходу «Херсон» во второй раз приплывает катер, с усиленным конвоем, с шашками наголо. После того как увезли рабочих болгар-мiрян, увозят уже исповедников-имяславцев, до сорока человек. Куда их повезли, нам неизвестно. После не​скольких часов прибывает тот же катер, отсчитывают другие де​сятки братии из нашей иноческой среды и увозят так же в неизве​стном направлении.

Мы уже говорили, что капитан парохода «Херсон по-хрис​тиански сочувствовал нам и соболезновал, хотя он и весь его экипаж тоже военные, но иного ведомства. Этот благородный господин на своих лодках посылал в город матросов, якобы по делу своих нужд, в сущности же, для выявления места отправки монахов и последствий с арестованными. И уведомил нас, что с катера арестантов встречает береговой конвой и отводит в бульварный участок. Прибывших сюда с вещами монахов раз​девают до рубашек, отбирают все вещи, святые иконы и книги, снимают с них кресты, стригут им волосы, бороды. А пригла​шенный еврей надевает на них жидовские пиджаки, ермолки, фуражки или соломенные шляпы. Затем отправляют кого в тюрь​му, а кого с волчьим билетом на родину.

Это и означает «претор Пилата игемона», и пожизненные крестные страдания… Но с нами Бог. Ради Святейшего Имени Его мы все терпим и должны терпеть до конца. Вера наша дает нам непоколебимую надежду, что не будем оставлены в подвиге исповедания Имени Его. Для этого мы посланы из безмолвного пустынного Афона, чтобы нести бранный подвиг в мiровом омуте, начатый на Афоне, а теперь, лицом к лицу с самой сvнодской кучей, которая решила применить против нас самые свирепые и жесточайшие меры: молодых поженить, а стариков поместить в богадельни, чтобы таким образом подвергнуть нас, афонских монахов, всякого рода мiрским искушениям и соблазнам, да погибнем в смешении с мiром. У кучи бесовской не дрогнула рука снимать с монахов монашеские одежды и надевать на них жидовские платья и картузы, стричь им волосы и бороды, отби​рать у них святые книги, иконы, кресты и Евангелия. Затем ли​шать их всех прав человеческих и, как скотов, кого отправлять в тюрьму, а кого отсылать к месту своего рождения. Так посту​пили архипастыри, взявшие на себя бразды правления Церко​вью в России, называющие себя «право правящими слово исти​ны Христовой». В сущности же, это антихристы, волки в овечь​ей коже. В дальнейшем мы увидим, что злое их действие рассеять, разбросать нас по мiру, было не без промысла Божия. Мы, имяславцы, проповедники и защитники славы Имени Божия, нахо​димся в Его святой воле и в крепкой деснице. Поруганные, обезчещенные и рассеянные по мiру, мы должны продолжать нача​тую на Афоне брань против имяборческой ереси, до самой смерти, презирая всякие запретительные меры и различные угрозы хули​телей Славы Божией.

День 16-го июля закончился. Численность нас, исповедников, на «Херсоне», сократилась на двести с лишним человек. В ожида​нии следующего дня, на ночь, мы сошли в каюту на молитву пред Образом Заступницы и Покровительницы нашей «Одигитрии» — Путеводительницы. На Ней сосредоточивалось все наше внима​ние. Став пред Нею на молитву, мы предавали самих себя в Дер​жавное Владычество Ее и Покровительство.

17-го июля с наступлением утра, мы опять вышли на палубу в ожидании катера. Ожидать пришлось недолго. Заметно было, что претория Пилата игемона спешит предавать нас на распятие. От​ считали еще несколько десятков исповедников Имени Божия, ко​торые последовали за вчерашними десятками. Оставшиеся в ожи​дании той же участи, мы, скорбные, сидим у своих вещей. Свя​тые иконы, великолепно написанные Афонскими живописцами, книги Божественного Писания и спасительных творений святых Отцов — вот основное наше духовное богатство. И вот это безценное для нас сокровище, духовное питание наше, зверски бу​дет отнято у нас. Мы лобызали это монашеское богатство наше, орошая его потоками слез, прощались с ним навсегда, как и с дорогим нашему сердцу Афоном навсегда простились.

Впереди нам открывается узкая тернистая тропочка, со всех сторон окруженная «лютыми зверями» и «ядовитыми гадами». Все это означает лютость и опасность во зле лежащего мiра. Наше посольство с Афона в этот злобный мiр — по повелению свыше. И мы обязаны шествовать по этому пути не молча, но усердно проповедовать, что настало время исполнения предсказанных Са​мим Господом нашим в Святом Евангелии признаков предконечных времен. Самая причина изгнания нашего с Афона предсказы​вается святым Апокалипсисом в 13-й главе.

Пока мы плакали, прощаясь со своим духовным богатством, подошел катер с суровым конвоем. Отсчитали еще несколько де​сятков. И эти также покинули нас. Затем другие, третьи, и так до вечера 17-го июля. Убывших от нас много, но мы их не считали. Видим только, что на следующий день уйдем и мы с последним остатком. Отрады нам нет ни на пароходе, ни там, куда нас перебрасывают, ибо там ожидает нас «кустодия» Пилата игемона. И все кресты, кресты и кресты — Господи Иисусе Христе, дай нам силы их понести!!!

По отбытии последнего в этот день катера, у нас, оставшихся до следующего утра, встал важнейший и труднейший вопрос: что нам делать, каким путем сохранить нашу Жизнь — превожделеннейшую Святыню, Божественный Образ Госпожи нашей Одигитрии — Путеводительницы, чудотворный Образ Царицы спасения нашего? Если мы удержим его в наших руках, то он будет поруган по примеру других икон, которые отбирают у наших братьев в бульварном участке. А если передать на Андреевское подворье — это ляжет на нас тяжким грехом предательства Святыни в руки богомерзких еретиков, имяборцев. Наконец, все мы пришли к единомыслию. Нет иного решения этого вопроса, кроме сего: пору​чить сию Святыню честному, благочестивому хозяину корабля «Херсон» — господину капитану. Он и на Афоне был свидете​лем погрома зверя Никона в Пантелеимоновском монастыре, и сочувствовал нам, и на всем пути до Одессы был нашим сторон​ником, и в Одесском порту вседушно оказывал свою любовь к нам, расследовал о судьбе нашей по высадке с его парохода. Видя его христианскую душу, оказанные нам благодеяния, благородство его отношения к нам, мы решили именно ему пору​чить дражайшую Святыню нашу с условием: если будет угодно Господу Богу собраться нам в России воедино братство, и будет у нас, изгнанников с Афона, место единожительства, тогда мы возьмем эту нашу Святыню в свое общежитие.

С наступлением вечера мы встретились с капитаном, под​робно изложили ему наше желание и просьбу скрыть на его корабле нашу величайшую Божественную Святыню до востребо​вания нашего. Благороднейший господин капитан с христианс​кой любовью принял наше предложение и с благоговением дал согласие выполнить наше условие. Его пароход «Херсон» со всем экипажем состоял в ведомстве Военно-Морского Мини​стерства и был непричастен к делу карательной экспедиции. Со​став же карательной экспедиции в три роты солдат, при полном боевом снаряжении, с командным офицерским составом, был от пехотного Белостокского полка. Но и она была обманута. При отправке солдат за границу в третье государство, на Афон, им внушили, что монахи афонские — еретики и революционеры, бунтуют против законной власти.

Капитан парохода «Херсон» обо всем этом прекрасно осведо​мился. Он со всем экипажем сочувствовал и весьма жалел нас — они были нашими сторонниками. Поэтому предложенная ему наша просьба и поручение были приняты им с величайшим умилением, ибо он был глубоковерующим и благочестивым христианином. Такими же были и матросы, весь состав его экипажа. Поистине это было настоящее Христолюбивое воинство. Отступников и бо​гохульников тогда еще не было.

Итак, получив согласие от капитана, мы, весь остаток имяславческого братства, сошли в каюту в последний раз помолиться пе​ред Божественным Ликом Царицы спасения нашего.

Не находится слов на языке человеческом, чтобы выразить нашу скорбь в эту последнюю ночь прощания нашего с Божественным Образом нашей Путеводительницы. Наша скорбь была выше слез. Опыт показал, что излиянием слез скорбь сердечная облегчается. Наша же скорбь своею силой закрывала источники слезные. Они не могли изливаться наружу, но поглощались в глубине преогорченного сердца нашего. Человекам мiра сего эта духовная мера недомыслима. Для ясности мы можем указать на следующие причины. Во-первых, тихого, безмолвного, пустынного пристанища нашего спасения — святого Афона и наших обителей иночес​ких — мы лишились навсегда. Нас ввергли во враждебный нам мiр, во исполнение угрозы Сvнодской кучи: «Стариков помес​тить в богадельни, а молодых — поженить». Значит, архипасты​ри церковные обрекли нас на погибель.

Во-вторых, с нами в изгнание последовала Царица нашего спа​сения, Пребожественная «Одигитрия» — Путеводительница, един​ственное в скорбях и печалях утешение наше. И вот, через не​сколько часов мы вынуждены будем и с Нею расстаться, дабы не поругана была бы Она вместе с нами дерзостью распинателей на​ших. Вот скорбь болезненная, только нам, инокам-имяславцам, чув​ствительная, известная одному Богу, ведущему тайны сердечные, за Имя Которого мы, три пятисотницы монахов, подверглись гонению и терзанию волков хищных, одевшихся в кожу овечью и проныр​нувших в церковное Управление, т. е. в Сvнод Русской Церкви.

Глава 62. Невыразимая скорбь наша и прощальная молитва при расставании с «Одигитрией»

В эту последнюю ночь под 18-е июля мы молились перед бо​жественным ликом Божией Матери — «Одигитрия» — по четкам, с воплями сердечными: «Матерь Божия, Твоим промыслом Ты исхитила нас из мiра погибельного, и призвала на труд, в вино​градник Твой, на Святую Гору Афонскую, для спасения нашего, под Свой Царственный Покров и путеводительное руководство. Под Твоим неусыпным руководством мы, поистине, обрели истин​ное спасение. Ты Сама искореняла из душ наших греховные на​саждения мiра погибельного, с которыми мы явились в Твой афонский виноградник. Ты не возгнушалась греховной скаред​ ности нашей, очищала гнусные сердца наши, утишала буйство греховных страстей, исцеляла проказу душ наших, отмывала за​разу греховную, просвещала нас светом Сына Твоего. Неизре​ченным благосердием Ты охраняла на пути спасения и вела нас от земли к небу. Мы весело и радостно шли этим путем, руково​димые Тобою. И вдруг мы снова очутились в погибельном мiре. Это искушение попущено Богом, Сыном Твоим, ибо наступило время совершиться предсказанному предконечному отступлению и злу. Корень этого зла, все тем же попущением, возник на Афоне, в земном жребии Твоем, против которого, под Твоим мудрым руководством, мы, всеусерднейше горя ревностью о Славе Божией, предали души свои в подвиге против врат адовых. Ук​репляемые и умудряемые Твоим богомудрым руководством и попечением о нас, мы не уступили злу богохульной ереси. Ярость изгнавших нас из земного жребия Твоего приговорила нас к погибели, угрожая оженить нас, иноков Твоих, давших перед Святым Алтарем клятвенный обет при постриге, хранить и блю​сти чистоту Ангельского целомудрия. А угроза «оженить» ино​ков означает, что будем брошены в самое пекло соблазнов от видимых и невидимых врагов нашего спасения. Какие козни коварства, насилия и тонких соблазнов будут применять к нам чувственные и духовные супостаты — нам недомыслимо. Одно знаем, что мы — крайне немощны, удобопреклонны ко греху и сами по себе, без помощи Сына Твоего и Бога нашего, за Имя Которого мы подверглись изгнанию и заточению в мiр поги​бельный, без Твоего пречистого Покрова будем поглощены все​ ядным адским драконом, древним человекоубийцей.

Царица наша преблагая, надежда наша Богородице, мы рабы Твои, а по иночеству — чада Верховного Игуменства Твоего! Не оставь же нас без защиты, Покрова и заступления Твоего, призри на немощь бренного естества нашего, удобопреклонного ко греху. Убогие мы и немощные, как трости колеблемся от искушений, воздвигаемых духами злобы поднебесной. Царица спасения наше​го, Преблагая Матерь Господа Всеблагаго, на Тебя вся наша на​дежда, к Твоему заступлению и к Твоей Всесильной помощи при​бегаем, не попусти древнему змию пожрать и поглотить нас наве​ки, но если и уловит нас в драконовские челюсти и начнет сокрушать нас, истерзает все кости наши и мы сделаемся сплош​ной язвой греховной от головы до ног, не отринь нас тогда, Всемощная и Премилосердная Целительница, исхити нас из все​пожирающих челюстей дракона, не попусти поглотить нас до конца. Ты, Всемилостивая, Споручница грешных, Ты и взыска​ние погибших, услышь моление наше, исходатайствуй пред воз​любленным Сыном Твоим и Богом нашим всепрощение падениям нашим, исцеление всех язв наших от стрел и угрызений лука​вых демонов в брани нашей со вратами ада. Знаем и предвидим, что брань эта встретит нас с первых же дней выброски нас в горнило огненных искушений и соблазнов. Нет у нас иной по​ мощи, иной надежды, разве Тебе, Владычице, Ты нам помоги, Ты — вся наша надежда, на Тебя крепко надеемся, мы — Твои рабы и Тобою хвалимся, да не постыдимся во веки. Аминь».

Так мы, оставшиеся имяславцы, последней ночью на корабле «Херсон» молились, из глубины сердечной слезно вопияли пе​ред Божественным Ликом Царицы спасения нашего, молились за самих себя, за всех отцов и братии наших, которые вчера и позавчера уже были выброшены в мiр, молились и о той поло​вине соратников наших, которые не вместились на пароход «Хер​сон» и следуют за нами на других пароходах в то же самое горнило. Общая численность бранного ополчения нашего про​тив врат адовых состоит из трех пятисотниц иноков-имяславцев, полагавших души свои за защиту Славы Имени Божия.

В наступающее утро 18-го июля и мы с парохода последуем в пучину бед и скорбей бурного житейского моря, куда последо​вали наши первые братья-имяславцы. Где они теперь, мы не знаем. А где будем мы и что с нами случится, тоже не знаем, но вера, надежда и любовь наша всей полнотой обращены к Путеводительнице — Одигитрии, Царице спасения на всех путях гонения нашего, куда бы ни бросала нас ярость кучи Антония Волынского.

С окончанием всенощного молитвенного правила и слезных сердечных воплей наших перед божественным Ликом Пречис​той Богоматери, настал чуть заметный рассвет. В последний раз мы с горячими слезами облобызали чудотворную икону Заступ​ницы и Путеводительницы нашей «Одигитрии». Затем, укрыв полотном Лик Пресвятой Девы, приготовились к вручению Ее рабу Божию, господину капитану. Вынесли на палубу и как раз успели к условленным минутам, когда он рано утром открыл дверь своего начальнического коридора и, благоговейно пере​ крестившись, принял на свои руки наше Божественное поруче​ние и скрылся в капитанской каюте.

Грустно было нам расставаться с этой Святыней. Но вместе мы и утешились тем, что Промысл Божий явил способ сокрыть и спасти Ее от поругания еретиков.

Глава 63. Утро 18-го июля 1913 года. Составитель сей истории уходил в изгнание последним

Зная о том, что в этот день будет закончена выгрузка нас с Херсона, мы вынесли свои вещи из трюма на палубу. С восходом солнца прибыл катер с суровым конвоем. Отсчитали десятки ино​ков, которые последовали в порядке прошлых дней. И так до вечера.

Составитель сей истории, певчий обители святого ап. Андрея Первозванного, уходил в изгнание с Афона последним со всеми другими певчими, сопровождавшими божественный чудотворный образ «Одигитрии». Царица нашего спасения, в своем божествен​ном образе, уходила вместе с нами, клирошанами, прямо на паро​ход Херсон. В России, с Херсона на катере к берегу Одессы, в море житейское, нас вывозили так же в последних десятках имяславцев. Поэтому что видели, то и описываем, заключая, что и предшествовавшие нам, наши отцы и братия, исповедники про​шли тем же путем испытания. Нами же последними завершается первое мытарство мiрского огненного горнила, прегорького ис​кушения. Что видели и испытали предшествовавшие нам наши иноческие группы с утра 16-го июля, то видим и мы, последняя группа 18-го июля. С подходившего к пристани катера мы видим, что пристань и вся набережная заполнены народом. Это были не любопытные, а удивленные граждане города Одессы. Что же это такое? уже три дня гонят монахов под строгим конвоем. На трид​цать иноков — шестьдесят конвоиров: на катере и в порту прини​мает иноков-арестантов конвой в шестьдесят человек?!

Все эти тысячи людей дивом дивятся: какие же это преступни​ки? Да это же монахи Афонские! Одесситы по внешнему виду отлично знали Афонских монахов. В народной гуще даже евреи недоумевали и удивлялись небывалому, да еще в таком множестве, изгнанию Афонских монахов.

С катера нас принял портовый конвой и пригнал в бульварный участок. Народная масса следовала за нами. В участке нас приня​ло само начальство. Призвали в большой зал, где заседало много начальников. Приказали раздеваться. Но никто из нас этот приказ не выполняет. На крик и ругань начальствующих мы, по примеру Господа нашего Иисуса Христа пред судом законопреступных судей, заключили свои уста молчанием. Наконец, на долгие и настойчивые требования их, мы высказались так: «Наши тела, в ваших руках. Но руки наши не коснутся к исполнению вашего беззаконного приказа». После такого ответа начальство приказало служителям полиции раздевать нас насильно. Во ис​полнение приказа начальства, полицейские служители дерзко и грубо начали раздевать нас. Поснимали мантии и расстелили их на полу. Поснимали с голов клобуки и бросили их на мантии. Сняли все монашеские одежды: рясы, подрясники, святые крес​ ты. Отобрали святые книги: Евангелия, Псалтири, Молитвословы. Все это свалили в кучу, на мантию. Видя такое поругание и ко​щунство, мы омывали лица свои прегорькими слезами и втайне, из глубины сердечной, воссылали безгласные вопли к Заступнице нашей, Царице спасения. Вспоминали ночь, когда мы в после​дний раз молились пред Ее божественным образом, предавая себя Державному Ее Покрову и, если бы удержали при себе Ее боже​ственный чудотворный образ — «Одигитрию», то и сия боже​ственная Святыня была бы подвергнута такому же поруганию.

Раздев нас до рубашек, полицейские подвели нас, в том же зале грабежа и поругания, в угол, где стоит нарочито приглашен​ный жид-торговец, и, указывая на торговую кучу жидовских пид​жаков, говорит нам: «Примеряйте по росту и одевайтесь». Тут же и жидовские ермолки — картузы, соломенные шляпы. «Выбирай​те себе, кто что пожелает!» С продавцом не торговались, объявлены невысокие цены. Жид весело улыбается, уже три дня одевая Афонских монахов… Русские власти раздевают, а жид — одевает… Снимают монашеское, а одевают кощунственно и в насмешку в жидовское одеяние, для большего поругания над монахами-исповедниками. Тут же стригут волосы и бороды. А начальники выдают волчьи билеты, как удостоверение личности, с которыми направляют каждого поруганного инока по месту рождения. По​лицейские разводят обезчещенных иноков на поезда, кому куда надлежит ехать. Проезд предоставляется безплатный. Каким пу​тем поругания и насмешек прошли все наши предыдущие группы имяславцев с корабля «Херсон» 16, 17 и 18 июля, тем же путем прошли и мы, исповедники Андреевского скита. Для нас 850 изгнанников со Св. Горы Афонской, «Дом Бульварного поли​цейского участка» был домом безчестия, поругания, ограбле​ния, насилия и лишения всех прав человеческих. Три дня в го​роде Одесса были днями великого плача всех Афонских имяс​лавцев.

Это было 1-е мытарство.

Второе мытарство ожидало нас по месту нашего рождения, куда мы явились с волчьими билетами. Местные власти были осве​домлены о нас, как о противниках власти. И по этой причине мы были лишены всех прав человеческих, подлежали строгому надзо​ру полиции.

Полицейские власти: приставы, урядники, стражники, по пред​писанию свыше, ретиво применяли к нам меры, как к революцио​нерам и еретикам. От нас потребовали подпись, что мы не будем носить монашеское одеяние. Но у нас теперь и нет его, ибо разде​ли нас до рубашек еще в Одессе. Несмотря на это, мы все-таки должны были дать подписку, что не будем носить ее. Иначе угрожали заключением в тюрьму.

Вслед за этим полицейским мытарством тут же, на месте рож​дения, открывается 3-е мытарство со стороны власти духовной. Но по некоторым обстоятельствам оно замедлилось… Сvнодская куча Антония Волынского, дабы придать своим иезуитским дей​ствиям вид законности своему беззаконию, ожидала своего по​сланца, погромщика Святой Горы Афонской архиепископа Ни​кона, с докладом, на основании которого должна вынести реше​ние своего суда изгнанным инокам афонским. Свой суд имяславцам эта диавольская куча определила намного раньше, еще до послания на Афон Никона: три роты солдат, кандалы и поженить непокорных монахов. Теперь же, когда цель уже дос​тигнута и ненавистные монахи находятся в их когтях, для без​божного судопроизводства требуется лишь одна форма, чтобы привести приговор в исполнение — предать ни в чем неповин​ных монахов на погибель — в пучину мiрских демонических соблазнов и искушений. Ибо в напастях бурь житейского моря монахи, по их расчету, искушаемые сатаной, не устоят, захлес​тнутся натиском волн и, наконец, поженятся…

Такой был план у архипастырей, стоявших у кормила правле​ния церковного! Да, буквально такой приговор кучи Антония Волынского имяславцам был давно уже готов. Да вот где-то зас​трял Никон с докладом… Куча знает, что он из Константинополя выехал по железной дороге, а не морем и, конечно, теперь уже где-то в России. Но где? Почему не является Никон праздновать тризну победы над ненавистными имяславцами?

Составитель сей истории до Афона жил в Троице-Сергиевой Лавре и пел в Лаврском хоре. Из Лавры уехал на Святую Гору Афонскую, где тоже был певчим в скиту святого Андрея Первозванного. После изгнания с Афона, с самого начала Первой мiро​вой войны, он трудился с другими Афонскими монахами-имяславцами, изгнанниками с Афона, в санитарном поезде, ухаживая за ранеными воинами. В 1915 году, во время ремонта поезда в Москов​ских железнодорожных мастерских, пользуясь свободным време​нем в дни ремонта поезда, решил побывать в Троице-Сергиевой Лавре, чтобы помолиться Угоднику Божию Преподобному Сергию и повидаться с своими старыми братьями-певчими, которые весьма радушно приняли его и глубоко почтили как пережившего Афон​ский погром, а по изгнании вдруг увидели его со знаком Красно​го Креста служащим братом милосердия в трудные дни войны.

О погроме Афонском товарищи певчие знали только из га​зет. Поэтому рассказ пережившего всю Афонскую трагедию для них был весьма интересным. Вся Лавра была на стороне защит​ников Славы Имени Божия. В свою очередь, товарищи певчие своим, не менее интересным рассказом, сделали дополнение для нашей истории, воскликнув: «Теперь нам понятно, за что нечес​тивого Никона постигла Божия кара!»

Глава 64. Кара Божия, постигшая архиепископа Никона в России

Возвращаясь из-за границы в Петербург, Никон сообщил теле​графом в Лавру о том, что по пути он хочет посетить ее, и указал время своего прибытия поездом. На станцию был подан почетный Лаврский экипаж с богатой упряжью лаврских коней-лихачей, этим самым, старались оказать почет члену Святейшего Сvнода. На встре​чу этого великого посетителя никто от Лавры на вокзал не прибыл, ибо лаврская братия не любила его. Приготовились встре​тить его в самой Лавре у Троицкого собора: наместник, архиди​акон и другие из начальствующих и певчие. Как бывший насель​ник Лавры, Никон отлично знал лаврского кучера с экипажем и любимых его коней. Будучи еще казначеем Лавры, он частенько, в свое удовольствие, разъезжал по своим надобностям. Поэтому для встречи Никона, хорошо знавшего кучера с экипажем, не требовалось посылать особых представителей от Лавры. Итак, поезд прибыл. Приехавший Никон вышел на привокзальную пло​щадь, где стоял лаврский экипаж. Кучер принял от него благо​словение как от своего бывшего начальника архимандрита Лав​ры, а теперь архиепископа и члена Святейшего Сvнода. Усев​шись в экипаж, Никон направился в Лавру. У святых ворот Лавры кучер остановил лошадей. Никон должен был сойти с экипажа, чтобы идти в Лавру к Троицкому собору. Никогда самые выс​шие лица, патриархи, митрополиты, лица императорской фами​лии, даже императоры, не дерзали въезжать экипажем внутрь Лавры. Сей, ненарушимый лаврский обычай был хорошо извес​тен Никону.

Но этот самый Никон, первый и последний, дерзнул нарушить этот неприкосновенный обычай. К удивлению кучера он властно повелел: «Правь экипаж к Троицкому собору». Кучер, со страхом и трепетом повиновался нечестивому приказу. Правя коней к со​бору Святой Троицы, кучер с облучка своего видит, что ожидаю​щее священство в облачениях и другие начальствующие из братства безмерно удивились дерзости Никона. У собора экипаж оста​новился. Никон поднялся с мягкого сиденья. В тот самый момент, когда он с напыщенной важностью стал спускаться с экипажа, кони в одно мгновенье яростно вздрогнули и в непонятном страш​ном испуге бросились в сторону. Экипаж опрокинулся. Кучера отбросило в сторону. Все перепугались. Едва остановили коней. Кони храпят и дрожат от великого испуга. Кучер ничуть не ушиб​ся, но крайне испугался от происшедшей катастрофы. Он встал без посторонней помощи. Вместе с братией выпрягли дрожащих коней и увели их со двора обители. Экипаж сохранился невреди​мым, поломки не было. А Никона извлекли из-под экипажа с поломанными ногами и с побитыми боками. Горделивая пышность архиерейской церемонии исчезла с его лица. Осталось лишь выражение жалкого болезненного страдания. С великим для него трудом отнесли его в митрополичьи покои и передали на попече​ние лаврского врача.

Глава 65. Выводы из повести об архиепископе Никоне

Кто не удивится сему внезапному происшествию? И кто не признает это карою Божией? Ехал Никон из-за границы, где не​сколько дней тому назад, сей грозный и прегордый архиерей, член Святейшего Сvнода, верховный главнокомандующий карательной экспедиции на Святой Горе Афонской, обливал из пожарных шлан​гов ледяной водой более тысячи молящихся, иноков-имяславцев. А затем, до ниточки промокших, избивая ружейными прикладами и штыками, по мраморной прямой лестнице сбрасывал вниз с третье​ го этажа. Тяжелораненых тогда оказалось 45 монахов, а убитых насмерть до 10. Затем из двух обителей: Пантелеимоновской и Ан​дреевской — полторы тысячи иноков имяславцев арестовал, 850 человек под конвоем загнал на пароход, а остальных, не вместив​шихся, оставил на следующий пароход. Первую партию под конво​ем пригнал в Одессу, где они были преданы тяжкому поруганию, лишены всех прав человеческих и проч. и проч.

Сей Никон ратовал против иноков-имяславцев, защитников Славы Имени Божия. Сvнодальная куча Антония Волынского, из которой послан на Афон архиепископ Никон, Всесвятое, досто-поклоняемое и Вседержавное Имя Божие, которому «поклоняется всякое колено небесных, земных и преисподних», Имя Творца всяческих, низвела на степень тварного человеческого имени, тяжко восхулила Его. Защитников же славы Имени Божия — имяслав​цев — признала еретиками, осудила их на изгнание с Афона, на пожизненное заточение в мiр на погибель. Себя же эта куча счи​тает правою, а инквизиторские действия свои вменяет себе в заслу​ гу перед Судом Божиим. Господь же в последнюю ночь перед Своими страданиями, после Тайной Вечери, идя в сад Гефсиманский, говорил Своим ученикам: «Поминайте слово, еже Аз рех вам: Несть раб, болий Господа своего. Аще Мене изгнаша, и вас изженут… Но сия вся творят вам за Имя Мое. Сия глаголах вам, да не соблазнитесь. От сонмищ ижденут вы. Но приидет час да всяк, иже убиет вы, мнится службу приносити Богу» (Ев. Ин. 15, 20-21 и 16, 1-2). Это же самое мы видим на действиях Никона. Он возомнил, что все, содеянное им на Афоне, есть великое служение Богу. Он избил и изгнал имяславцев с Афона, одержал блестящую победу над ненавистными ему, непокорными испо​ведниками славы Имени Господня. Посему достойно и праведно ему есть принести благодарение Богу и поклониться Ему в самой обители Пресвятой Троицы, у раки Преподобного Сергия, в оби​тели, в которой он проживал и много потрудился…

Никон любил хвалиться собой, говоря: «Я от Дома Живоначальной Троицы», то есть мое происхождение от Троице-Сергиевой Лавры, в которой, действительно, пожил немало, был казначеем, нажил полмиллиона капитала, и на те средства приобрел себе сан архиерейский, ловко пронырил в члены Святейшего Сv​нода, а в дни возникшей богохульной имяборческой ереси вошел в состав бесовской кучи Антония Волынского, из которой был командирован на Афон в качестве воеводы разбить ополчение невежественных, неученых мужиков, лапотников, имяславцев, ос​ мелившихся спорить с учеными богословами, архиереями…

Теперь же славный воевода Никон мыслил, что цель достиг​нута, его старанием и действием 1500 монахов, имяславцев, по​беждены, с Горы Афонской изгнаны навсегда в мiр, есть чем похвалиться ему и возвыситься в куче Владыки Антония Волын​ского, доверившей ему такое великое дело послужить Богу. Но прежде чем явиться мне в кучу, решил заехать в Троице-Сергиеву Лавру, там поклониться мощам Преподобного и возблагода​рить Святую Троицу, даровавшую ему победу…

И вот заехал победитель, подъехал на колеснице к самому лаврскому собору и накрылся своею же колесницею… у стены Троицкого собора… поклонился до сырой земли… Он не смог войти в него. Можно полагать, Господь не допустил его в храм с Иудиным предательством Славы Имени Божия, с руками, ок​ровавленными кровью убитых им святых мучеников Афонских, за Имя Господне пострадавших, — но на руках некоторых из братии сего грозного Афонского погромщика с травмами от​несли к хирургу на перевязку…

Никон! хотя бы на болезненном одре вспомни, что ты делал всего несколько дней тому назад? Вечером с 4-го на 5-е июля ты громил на Афоне молитвенников, лишенные тобою храма Божия, они в коридоре просфорни совершали Всенощное бдение в па​мять своего богоносного отца преподобного Афанасия Афонского. А в тот же день празднуется и память преподобного Сергия Радо​нежского. Эти два богоносных великих святых празднуются вме​сте: афонские иноки молитвенно празднуют своему преподобно​ му отцу Афанасию Афонскому, а в России, и особенно в Троице-Сергиевой Лавре, молитвенно празднуют своему российскому святому — преподобному Сергию Радонежскому. И вот ты, Ни​кон, любивший хвалиться собою: «Я от дома Живоначальной Тро​ицы», который основал богоносный Сергий, ты почтил память своего преподобного отца, печальника земли Русской, кровопро​литной и убийственной войной против молящихся иноков Святой Горы Афонской, совершавших Всенощное бдение своему богоносному отцу Афанасию. В сей день памяти своей преподобные отцы Афанасий и Сергий в небесах предстоят у Престола Божия и молитву приносят Живоначальной Троице о тех, кто с любовью творит память их на земле, а ты устроил кровавое побоище и убийственную войну на творящих память небесных молитвенни​ков и Святую Гору Афонскую — земной жребий Царицы Небес​ной — облил кровью Ее иноков… О, несчастный Никон! Соделав такое страшное злодеяние, ты вдруг вменяешь это себе в заслугу перед Богом. Избиением десяти сотен монахов и изгнанием с Афона в мiр на погибель пятнадцати сотен исповедников Славы Имени Божия ты, думаешь, угодил Богу? О сем и сказал Господь: Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу (Ин. 16, 2).

О, Никон, сослужил ты не Богу, а куче своей, в которой гнездится сатана. Куча ваша, омраченная его духом, изрыгает страшные хулы на Имя Божие. Ты, Никон, не от Дома Живона​чальной Троицы, а от антихристовой кучи. Вот тебе и возмездие по делам твоим. Колесницу твою опрокинул на тебя Михаил, Архистратиг Сил Небесных, ибо ополчение имяславцев, защит​ников Славы Имени Божия, под его хоругвью воинствует против врат адовых. Михаил Архангел, сущий вождь и защитник наше​ го ополчения, в пустынном Афоне избил двух пантелеимоновских монахов-убийц, шедших в Андреевский скит задушить на​шего старца-миссионера игумена о. Арсения. А тебя в доме Живоначальной Троицы, в посрамление твое, накрыл и придавил колесницею твоею пред очами монашествующего братства, у стен соборного храма Святой Троицы. Архангел Михаил молни​еносно явился перед конями твоими у стены храма так, что ты не видел его, а кони твои увидели и в страшном испуге броси​лись в сторону и опрокинули на тебя колесницу твою. Подобно тому, как сей же Михаил Архангел, с огненным мечом, явился ослице пророка Валаама и преградил ей путь. Ослица же прида​вила к стене ногу Валаамову (Чис. 22, 23 и далее). Валаам начал бить ослицу. Михаил же Архангел чудесно вложил ослице дар человеческого слова, и она укорила седока своего за неповин​ное избиение, ибо ей преградил путь Ангел с огненным мечом, не допускавший Валаама продолжать путь, неугодный Богу. Мгно​венно и самому Валааму открылся грозный вид молниеносного обличителя человеческой неправды, вразумил безумие пророка, который раскаялся и возвратился назад. Ты же, о лютый Никон, наказанный и посрамленный, не познал своего тягчайшего зло​деяния, не восчувствовал кары Божией, поразившей тебя, и счел ее за простую случайность и, кряхтя, со стоном, мысленно витал в треклятой диавольской куче своей, составляя план, как бы ярче блеснуть, представляя свой разбойничий доклад о том, как ловко воевал и одержал победу над непокорными монахами-имяславцами, ненавистными тебе и куче твоей.

Больше месяца пролежал в Троице-Сергиевой Лавре, увеч​ный Никон, пораженный незримо мечом Архангела Божия Ми​ хаила. Наконец, хотя еще охал и стонал, хромая на оба колена, решил явиться в свою кучу.

И вот предстал, наконец, долгожданный герой Афонского по​боища, в состоянии инвалида, перед своей кучей. Оказав достой​ный почет победителю, куча немедленно назначила день торже​ ственного заседания в полном составе всего Сvнода, дабы придать силу приговора изгнанникам афонским, противникам его власти.

В составе Святейшего Сvнода из высшей иерархии состоя​ли три постоянных члена, митрополиты: Петербургский, Москов​ский и Киевский. К назначенному дню торжественного заседа​ния, для суда над афонскими изгнанниками-имяславцами, не яви​лись: Киевский митрополит Флавиан (он вообще уехал из Петербурга) и Московский митрополит Макарий (он не поехал в Петербург из Москвы). Таким образом, из высших иерархов присутствовал один лишь Петербургский митрополит Владимiр (Богоявленский), член кучи Антония Волынского и его едино​мышленный друг.

Громозвучное торжественное заседание, хотя и состоялось в желанный день, но было куцым без двух высших маститых иерар​хов. Также отсутствовали некоторые другие епископы, члены Сvнода, сторонники имяславцев, которые не пожелали прини​мать участие в беззаконном суде, как и уклонившиеся митропо​литы Московский и Киевский.

Никон, в своем докладе сообщая о своих доблестных трудах на Афоне, добавил к докладу и свое учение об Имени Божием. Уясняя свое понятие об Имени Божием, Никон, в услаждение довольной его мудрованием кучи, выразил страшную, нестерпи​мую для христианского слуха хулу на Имя Господне. Он уподобил Имя Божие названиям: «экватор», «меридиан», говоря так: эти имена существуют, а обозначаемых ими предметов нет. Так долж​но понимать и об Именах: Иисус, Христос, Господь, Бог, Саваоф, Троица, Отец, Сын, Святой Дух и проч. Имена есть, а предметов нет. Подобное Никоново толкование напечатано и в его докладе, помещенном в «Прибавлениях к «Церковным Ведомостям» № 20 от 18 мая 1913 года. «Церковные Ведомости» — это официальный печатный церковный орган при Святейшем Сvноде, выхо​дивший еженедельно. Там, в «Прибавлениях», помещены докла​ды: Никона (Рождественского), Антония Волынского и Сергия Троицкого. Эти три доклада, посвященные их авторами развенчи​ванию Имени Божия, легли в основу «Послания Святейшего Сvнода», напечатанного на с. 277-286 вышеупомянутых «Церковных Ведомостей». Это еретическое «Послание» составлено той же кучей Антония Волынского, отредактировано третьим членом Св. Сvнода, архиеп. Сергием (Страгородским) и опубликовано от имени всего Святейшего Сvнода.

Принимая доклад Никона, Сvнодальная куча принимала и тяж​кие нестерпимые хулы его на Святейшее Имя Божие и восхища​лась его подвигом в борьбе против непокорных монахов-имяславцев. Куча подтвердила Никоново учение, что понятие об Име​ни Божием должно быть таким же, как и понятие об экваторе: экватор есть, а предмета нет, Имя Иисус и другие Имена Божий есть, а Предмета нет. Не страшно ли: Имя Божие есть, а Бога нет. Куча всем сердцем приняла это богоотступническое учение. Вот откуда началось открытое безбожие — из кучи сvнодской, изрыгнутое языком сатаниста Никона.

Повторяем, это уподобление Имени Божия «экватору» печата​лось в органе Сvнодального издания «Церковные Ведомости». — Поэтому сvнодальная куча и есть тот самый семиглавый зверь, о котором гласит 13 глава Апокалипсиса св. ап. и евангелиста Иоанна Богослова.

Глава 66. Судебный приговор имяславцам

Выше мы уже говорили, а сейчас повторим, что диавольская куча Волынского архиепископа Антония, еще до командировки Никона на Афон, определила развеять, как прах, ополчение имяславцев по лицу земли. Теперь же, после доклада Никона, выпол​нившего самим делом разгром исповедников, куча, якобы уже на законном основании, выносит им судебный приговор: лишить их сана монашества, а кто имеет, и сана священнического, считать их простыми мiрянами, лишенными гражданских и церковных прав. Если кто из них заболеет, хотя бы к смерти, не приобщать их Святых Тайн, а умерших — не погребать на христианских клад​бищах.

Такой диавольский приказ от имени «Святейшего» Сvнода циркулярно был разослан по всей России приходским священ​никам и всем монастырям. Куча в злобе своей имела намере​ние и сильное желание предать Афонских изгнанников-имяславцев анафеме. Но большая половина членов Сvнода с двумя высшими иерархами уклонилась от участия в беззаконном суде. Поэтому куча не осмелилась произнести анафему имяславцам, но удовольствовалась одними лишь прещениями, которые по смыслу своему означали то же самое отлучение от Церкви. Если же куча признала себя неправомочной произнести анафему на имяславцев, то и на отлучение от Церкви у нее не было ника​кой власти. Однако действуя обманом и лукаво прикрываясь именем Святейшего Сvнода, она циркулярно рассылала свой приказ, тогда как большая часть состава Сvнода с двумя высшими его членами-иерархами уклонилась от злобного судопро​изводства, чем доказала неправоту кучи и разбойническое ее засилие в Правительствующем Сvноде.

Глава 67. Сочувствие Государственной Думы имяславцам

Куча, в буквальном смысле слова, душила имяславцев. В при​говоре своем проявила по отношению к ним самое безчеловечное определение. Распыленные по всему пространству Русского госу​дарства, афонские изгнанники, по приказу Сvнодальной кучи, ста​ли подвергаться самому жестокому преследованию со стороны свя​щенников и полиции.

В положение гонимых монахов вникла Государственная Дума. Каким это образом полторы тысячи русских монахов из-за грани​цы подпали под суровую кару Сvнода? О карательной экспедиции и обо всем, происшедшем на Афоне, Думе было неизвестно. Ка​ким путем достигнута была цель несправедливого насилия над рус​скими подданными в третьем государстве? — Это хранилось в тай​не. Чтобы найти виновников, Государственная Дума сделала за​просы по министерствам.

Вопрос военному министру: известно ли Вам и Управлению Министерства о том, что три роты солдат с командным составом, при полном боевом вооружении, были отправлены за границу в третье государство?

Ответ: министру и Военному Министерству это дело совер​шенно неведомо.

Вопрос министру иностранных дел: известно ли министру и Управлению Министерства о том, что вооруженный военный от​ряд, в полном боевом составе, проследовал в третье государство, и с участием представителей — членов Русского Посольства и Гене​ральных консульств, без всякого суда и следствия, подвергает там карательной, кровопролитной репрессии полторы тысячи русских монахов двух русских монастырей, из которых во время молитвен​ного богослужения убито было до десяти и тяжело ранено сорок пять монахов, а затем половину из 850 человек, арестованных монахов, под конвоем посольского стационера канонерки «Донец» доставили в Россию, а остальных изгнали и вывезли с Афо​ на вольных пароходах?

Ответ: министру и Управлению Министерства Иностранных Дел совершенно об этом неведомо.

Запрос министру внутренних дел: знает ли министр и Управ​ление Министерства Внутренних Дел о том, что при помощи во​енной силы России изгнаны с Афона 1500 русских монахов, из которых 850 человек в г. Одессе со стороны полиции подверг​лись жестокой расправе и поруганию, 75 заключены в тюрьму, а остальных с волчьими билетами разослали каждого на свою ро​дину с лишением всех прав гражданских, под надзор полиции?

Ответ последовал подобный ответам двух первых министерств. Министр и Управление Министерства Внутренних Дел о монахах, изгнанных с Афона, и о действиях против них полицейских чинов никаких сведений не имеют.

Запрос министру Юстиции и Управлению Министерства Юс​тиции. Известно ли им о том, что изгнанные с Афона 1500 рус​ских монахов без суда и следствия, без предъявления им обвине​ния подвергнуты административному преследованию со стороны полиции и арестантскому прещению вплоть до лишения всех граж​данских прав?

Ответ: министру и Управлению Министерства Юстиции от​нюдь неведомо дело об изгнанных с Афона монахах, и по этому вопросу никаких сведений в Министерство Юстиции не поступало.

Так кто же знает? Все Ведомства Государственного Управ​ления, на которых лежит прямой долг и обязанность знать все происходящие в стране особо важные акты, ничего не знают о небывалом событии государственного значения. Из двух рус​ских Афонских монастырей, при содействии Российской воен​ной силы, изгнаны в Россию, подвергнуты жестоким репрессиям 1500 русских монахов, часть из них убита и ранена, часть зак​лючена в тюрьму, остальные разосланы в родные места под над​зор полиции лишенными всех гражданских прав. И относитель​но страшного безвинного гонения на православных монахов все эти Ведомства оказались в каком-то странном неведении, в то время как некоторые члены этих Ведомств являлись участника​ми совершившегося факта государственного преступления. Об этом знает одна только семиглавая Сvнодская «куча»: как, «без ведома» самих министерств, она использовала их права и достигла своей желанной цели. Тайна эта обнаружилась просто и неожиданно следующим образом.

У отца Антония (Булатовича) была родная сестра Мария Ксаверьевна Булатович. По окончании института благородных девиц Мария Ксаверьевна вышла замуж за грузинского князя древней грузинской, знаменитой фамилии Орбельяни. Он зани​мал высокую должность в Государственном Совете. А поэтому постоянно проживал в Петербурге. Мария Ксаверьевна отлича​лась ревностью о вере, прекрасно рассуждала о вопросах веры. По вопросу об Имени Божием она была предана своему брату о. Антонию. И сам князь — муж ее — был единомыслен с о. Анто​нием. Вместе они скорбели о несправедливом гонении и наси​лии над имяславцами.

Отец Антоний отказался от удобств богатого княжеского дома и предпочел быть там, где ютились рассеянные гонимые отцы и братия, афонские изгнанники-имяславцы.

Человек двадцать из них нашли себе приют в лесных дачах при станции Бабино Николаевской железной дороги, недалеко от Петербурга, в Новгородской епархии. Новгородский архи​епископ Арсений был сторонником имяславцев и отечески по​кровительствовал им, гонимым.

В этих лесах и пребывал о. Антоний в среде своей братии. Родных в Петербурге он навещал изредка, по долгу родства. В момент его визитов Мария Ксаверьевна в любви и радости раскрывала свою щедрую руку, полностью обезпечивая малую общинку имяславцев при станции Бабино. Скорбь о гонимых 1500 иноков все больше и больше обнимала ее благородную душу. В то же время она весьма дивилась мужеству гонимых иноков-имяславцев, которые в простоте сердца, в мудрости же духовно​го разумения, ни на йоту не уступали в вере властному Правительствующему Сvноду, пошли на все лишения и страдания, даже до смерти, и остаются неодолимыми для сильных мiра сего. Так она рассуждала с своим благочестивым супругом-князем.

У Марии Ксаверьевны была самая близкая любимая подруга по воспитанию в Институте, происходившая из высшего арис​тократического круга, которая по окончании Института была приглашена к Государыне Императрице Александре Федоровне в качестве фрейлины. Встречи с нею были редки. Но по связи воспитания и дружбы, свидания были самые любвеобильные и искренние.

В наступивший 1914 год, когда изгнанникам-имяславцам с каж​дым днем становилось все теснее и жестче от преследования свя​щенников и полицейских властей, Мария Ксаверьевна, встретив​шись со своей подругой фрейлиной, в горечи сердца рассказала все об Афонской трагедии по вине Святейшего Сvнода и о ее причинах. Тронутая до глубины души, благочестивая по духу, вере и ревности, подруга, по близости своей к Государыне, во всей подробности передала ей о гонимых властью Святейшего Сvнода Афонских иноках. Государыня, взволнованная враждебным действием Сvнода, немедленно передала об этом самому Государю. Услышав иное об имяславцах, Государь пришел в недоумение. Ему было известно о них только то, что докладывал Ему Обер-проку​рор Святейшего Сvнода из дел духовного ведомства, по суду Свя​тейшего Сvнода, которым имяславцы, изгнанные с Афона, при​знаны как упорные еретики и революционеры, опасно-вредные для веры и Церкви Православной и для Государственного покоя.

Узнав о них иное, необычайное, крайне взволнованный Госу​дарь пожелал личной беседы с ними. Фрейлина сказала, что чело​век двадцать изгнанников Афонских приютились недалеко от Петербурга в лесных дачах при станции Бабино. Государь повелел немедленно послать придворную карету и несколько человек из них пригласить для личной беседы с ним. И вот предстали перед лицом Государя четыре инока в том поруганном виде, в котором выпустил их Одесский Бульварный участок, в заношенных хол​щовых рубашках, с остриженными бородами и волосами на го​ловах, претерпевшие на Афоне от карательной экспедиции жес​токое избиение и тяжелые ранения. Один из них, о. иеросхимонах Николай Иванов, замертво был брошен в кладовку к прочим десяти убитым инокам, о чем было нами сказано выше.

Слушая рассказ, Государь содрогался и плакал. А Государыня и присутствовавшая фрейлина истерично рыдали. Беседа длилась около трех часов. Во-первых, был объяснен спорный вопрос об Имени Божием. О чем, собственно, нечего было и спорить. Свя​той отец Иоанн Кронштадтский, Духоносный и благодатный Ду​ховник Руси, в своем известном труде: «Моя жизнь во Христе», многократно твердил, что Имя Божие есть Сам Бог; имя Богомате​ри — Сама Богоматерь; имя Ангела, сам Ангел; имя Святого, сам Святой. Он, великий прозорливец, предвидел, что в начале двад​цатого века враг спасения рода человеческого откроет лютую бо​гоборческую ересь против Святейшего имени Божия. А поэтому, в укрепление в остатке истинных христиан веры во Имя Божие и во Имя Господа нашего Иисуса Христа, заповеданной Отцом Не​бесным (1 Ин. 3, 23; Ин. 1, 12; 3, 18), на весь мiр возвестил истинное святоотеческое, церковное учение об Имени Господнем. Кто искренно и нелицемерно верит в святость о. Иоанна Кронштадтского, тот непременно должен доверять и его учению. А кто признает его Святым, а учение его отвергает или противо​поставляет ему собственное мудрование, интерпретирует его уче​ние по собственному разуму, или же причисляет этого Светильни​ка Веры и Церкви Христовой к имяборческой стороне, тот верит в его святость притворно и лицемерно.

Сам Бог пребывает в Своем Имени, по неотделимости Имени от именуемого Бога. Сия вера зиждется на учении святых отцов Церкви и на основании всего Священного Писания. И сам молитвенный дух молящегося, искренно верующего христианина свидетельствует эту непреложную истину.

При сем объяснении Государь приложил свою руку к сердцу и с умилением воскликнул: «Отцы, я тоже верую во Имя Божие так же, как и вы!»

«Ваше Величество, — продолжали иноки свой рассказ, — начальствующие старцы нашего Пантелеимоновского монасты​ря, низводя Имя Божие на степень простых человеческих имен, Имя Творца твари — на степень твари, наше благочестивое ис​поведание веры во Имя Божие признали ересью и восхулили Имя Господне. Двухтысячное братство нашего Пантелеимоновс​кого монастыря возмутилось. Внешний порядок монастыря ос​тавался нерушимым и не изменялся. А внутренно, духовно брат​ство разделилось на две неравные стороны, из которых меньшая половина пошла за старцами, хулителями Имени Божия, а боль​шая мужественно стала на защиту славы Имени Господня. На​чальствующие старцы, при всем своем старании склонить на свою сторону защитников Имени Божия, обостряли спорный вопрос.

Ильинский скит, с братством численностью в 400 человек во главе с своим игуменом, полностью присоединился к мнению пантелеимоновских старцев-хулителей Имени Божия, чем при​дал им силу к богоборству.

В Андреевском же скиту сторону Пантелеимоновских хулите​лей Имени Божия принял игумен Иероним со своими соборными старцами. А братство этой же обители в 500 человек отвергло нечестивое согласие своего игумена и в ревности своей о благо​честии сменило впавшего в ересь игумена на основании имеющихся на Афоне прав свободного избрания и смены настоятелей большинством голосов при голосовании. Это действие враги Имени Божия назвали «революцией», а братство — «революционерами». В дальнейшем иноческий мир на Святой Горе Афонской был нарушен. Яд богохульной имяборческой ереси был перелит в рус​скую духовную среду афонскими ересиархами, первыми изрыгнув​шими тяжкую хулу на Имя Божие; это: Алексей Киреевский из братства Пантелеимоновского монастыря и схимонах Хрисанф из братства Ильинского скита, оба славившиеся на Афоне высоким образованием. Эти ученые были в дружбе с Архиепископом Анто​нием Волынским (Храповицким), издателем Журнала «Русский Инок», и пописывали статеечки для его журнала. Они подсунули ему богомерзкую статью с хулами на Имя Божие, которую архиеп. Антоний напечатал в «Русском Иноке». Тогда наши противники, хулители Имени Божия, возымели большую дерзость и наглость. Укоряя нас и похваляясь, заявляли: «Вот, сам Святейший Сvнод в единстве с нами, а вы противитесь. Значит, вы против Сvнода». Всем было известно, что Архиепископ Антоний, как член Сvнода, имеет большие преимущества и значение в его составе. Имея в виду его выдающуюся роль в правлении Сvнода, Афонские богохульники надеялись на запрет нашей защиты славы имени Божия властью Правительствующего Сvинода.

Противники наши не ошиблись в поддержке их ереси со сто​роны Волынского Антония. По доносу их Антоний в лице нас встретил противников своей статьи в журнале «Русский Инок» и обличителей его богохульной имяборческой ереси, чем крайне оскорбился, но и покорить нас своей воле, подчинить своему мнению, воздействовать на нас единолично не надеялся.

Из членов Сvнода был у архиеп. Антония друг и приятель, во всем единонравный ему, архиепископ Сергий Финляндский, ко​торый вседушно присоединился к его мнению об Имени Божием. Нашлись из состава Сvнода и другие члены, последователи бого​хульной статьи. Таким образом образовался семичисленный архи​ерейский кружок богомерзкой имяборческой ереси в недрах са​мого Святейшего Правительствующего Сvнода. От его имени этот кружок стал посылать нам на Афон прещения и угрозы.

Для исповедников благочестия, по учению Самого Господа нашего Иисуса Христа, путь один — путь изгнаний, страданий, всякого рода лишений за Истину. Итак, вооруженные этим ду​ховным всеоружием — напутствием Самого Господа — исповед​ники решились умереть за Имя Его Святое. Нечестивый кружок Волынского архиепископа Антония нимало не поколебал наше​го исповедания и твердой решимости страдать за Истину.

С самого начала этой брани на Св. Горе Афонской и доныне, в изгнании, наша ревность не умаляется, а возрастает. Под мечами сопротивников наших на Афоне уже умирали члены нашего опол​чения. Готовы и в дальнейшем умирать за защиту славы Имени Спасителя нашего, крепко держа знамя исповедничества, неся его к престолу Того Самого, Чье Имя противники наши тяжко хулят, а мы за Его защиту души свои полагаем.

Мы уверены, что есть Преосвященные Архипастыри, право​славно исповедующие Имя Божие, как и мы, изгнанники. Но враж​дебный нам кружок Антония Волынского, несправедливо восхи​тивший преимущества в Сvноде, своим давлением не допускает им открыто выступить в защиту славы Имени Божия и с обличе​нием тяжких хулений, выраженных Антонием в его журнале «Рус​ский Инок».

Сила несправедливых преимуществ семиглавого кружка Во​лынского Антония заключается в одном лице, которое не из числа его, не является оно и восьмым. Это лицо не иерархическое, мiрское, но служит фундаментальным основанием и душой заговор​щицкой группы. Это — Обер-прокурор Святейшего Сvнода Вла​димiр Карлович Саблер.

При выявлении этого имени Государь вздрогнул. Ибо Саблер был самым ответственным лицом, посредником между властью Государя и властью церковной – Святейшим Сvнодом. Саблер доносил Государю о судебных делах Сvнода, по вопросу об афон​ских имяславцах не в истинном свете, а наперекор истине, кото​рую сейчас выслушал сам Царь от исповедников Истины. Перед Государем раскрылась ложь и насилие обозначенного Сvнодско​го кружка, а не всего состава Сvнода, безстыдный обман самого Государя, имевшего доверие Сvноду как соборному лицу архипастырей. И вдруг такое несогласие, разделение в среде священ​ных лиц, неправда и оклеветание правоверующих иноков, тогда как эти самые насильники-архиереи обнаружили свое богоборство в хулении Имени Божия. Виновные онеправдовали защит​ников правды, произвели над ними небывалое доселе насилие.

В продолжительной беседе наши четыре имяславца поведали Государю все главные преступные действия, причиненные нам, имяславцам, со стороны семиглавого Сvнодского кружка.

Саблер докладывал Царю о нас, как о бунтовщиках, револю​ционерах и еретиках, в своем упорстве добровольно отрекшихся от монашества, добровольно бросивших свои Афонские обители и вернувшихся в свое прежнее мiрское состояние.

Такая ложь и клевета Сvнодских безсовестных судей вызвали крайнее негодование в Государе. Перед ним стояли представите​ли полуторатысячного сонма афонских изгнанников, имяславцев. Внешний вид их — поруганный, обезчещенный. На них остриже​ны головы, бороды. Одеты они по-мiрскому, в одни рубашки. Вид пречестных старцев, схимников, подвижников Св. Горы Афон​ской, со знаками тяжелых ранений от карательной экспедиции, приводил в содрогание семью Государя. Он горько плакал и со​крушался, а супруга и фрейлина рыдали, до истерики. Мужественное, непреклонное стояние за истину, твердая и решительная не​уступчивость врагам, хулителям Имени Божия, решимость бран​ного ополчения стоять за Истину в защите Славы Имени Божия, в самом Государе и его семье вызывали глубочайшее уважение к имяславцам, претерпевающим горчайшие последствия беззакон​ных действий над ними враждебного кружка Сvнодского.

«Какая несправедливость!» — воскликнул Государь. — Вы име​ете с ними спор, они же вас и судят, конечно, вы будете у них виноваты». В лице Государя выразилось решительное намерение дать иное направление курсу судебного дела об имяславцах.

Наконец, после долгой плачевной беседы, наши утешенные старцы от любви к Государю и его семье выразили желание уви​деть Наследника Цесаревича. Его позвали. Вошел мальчик с красивым девичьим лицом, веселый, скромный. Августейшая мама, Государыня, объяснила ему, кто эти четыре обстриженные стар​цы в холщовых обношенных рубашках, и много дивился мальчик: они монахи? Он много видал по монастырям монахов, оде​тых в пышные широкие рясы и с большими волосами, а сейчас увидел ощипанных, в жалком виде. Но, несмотря на это, он усмотрел в лицах их любовь к себе, протянул им свою ручку. Мо​нахи целовали его детскую ручку от полноты любви своей. Авгу​стейшие же родители, видя это, снова умиленно плакали.

Саблер докладывал об имяславцах, как о революционерах, а они засвидетельствовали верноподданническую любовь. На про​щание, семья Государева щедро одарила наших старцев-имяславцев, утешенных беседой, уверив, что результат рассмотрения дела об афонских изгнанниках будет иной.

Прощаясь с представителями полуторатысячного сонма афон​ских иноков-имяславцев, изгнанников, и обозревая мысленно все, рассказанное ими от начала и до конца, Государь в кратких словах справедливо выразил свое определение в следующих словах:

«Из-за низкого и постыдного каприза пантелеимоновских со​борных старцев, возникла такая тонкая, но по сути страшная, по​гибельная ересь, с потрясающими последствиями».

При этом в лице Государя выражалась глубокая, болезненная скорбь. Искренно, ласково, смиренно просил старцев сообщить ему письменно все о своих нуждах, требующих его помощи, обещая принимать к сердцу все просимое ими к исполнению. И опять, в той же придворной карете, старцы были возвращены на свое место при станции Бабино.

Глава 68. Наше впечатление от рассказа старцев, возвратившихся из Дворца

Прощаясь с Государем, мы читали в его лице затаенную болез​ненную скорбь. Вникнув в его личное положение, мы тоже сугубо скорбели о нем, обиженном треклятой сатанинской кучей сvнод​ской. Высоко ценя и благочестиво храня святую веру Христову и благочестно почитая Богоустановленную церковную иерархию, право правящую слово истины, вверяя ей себя в окормление духовное, хотя и диадему царскую нося на главе своей, по зако​ну же Церкви Христовой Помазанник Божий свято пребывал в послушании ей. Но вот вдруг, внезапно и неожиданно, из бесе​ды с четырьмя нашими старцами-имяславцами, духовному взору Государя открываются лица не Архипастырей Церкви Христо​вой, но хищных волков в одежде овчей, лютые терзатели стада Христова, дикие звери, прокравшиеся в недра Церкви Христо​вой на ее разорение. Посему есть о чем скорбеть Государю. Есть о чем страдать и сокрушаться, ибо сии губители, воры и разбой​ники, проныры, лицемерно показав ему себя ревнителями веры православной и радетелями государственного покоя, скрытно же, по-диавольски коварно и лукаво, окрали его доверчивость, внушив ему свой драконовский план. Под видом ревности о вере они решили использовать его доверие, и царскую власть и от имени Царя снарядить боевой карательный отряд, пропустить его в третье государство, и извлечь из Афона непокорных «ере​тиков» и опасных для государства «революционеров».

Заговор Сvнодской кучи против исповедников Божества Име​ни Божия — это точная аналогия Каиафиного сонмища, кото​рое, клевеща на ненавистного ему Иисуса, Понтийскому Пила​ту, игемону, предъявило требование распять Его. Так и куча Сvнодская, в лице защитников Славы имени Иисусова, Самое Имя Его дерзко предала на похудение и в ярости диавольской сили​лась задушить имяславие как ересь. Сладчайшее Имя Иисуса Христа назвала «номинальным». Защитников Славы Его назвала революционерами, опасными для государственного покоя. Все точно так же, как во времена предательства Спасителя…

Пилат — язычник. Он хотя и умыл руки свои перед народом, говоря: Неповинен я в крови Праведника сего, — но все же испол​нил волю врагов Иисусовых, предал Его на распятие. Ныне же Сvнодская треклятая куча, истребляя самое Имя Иисусово из сер​дец православных, воровски обокрав власть благочестивого Государя, сделала его непосредственным участником всего афонского разбоя, облив иноческой кровью земной жребий Богоматерний, предала смерти десять иноков — мучеников за имя Господне.

Итак, было о чем сокрушаться Государю после открытия ему нашими старцами-имяславцами тайны беззакония, предсказан​ной св. апостолом Павлом (2-е Фес. 2 гл.), содеянной в недрах Церкви Российской. Царь уразумел, что и его державная рука там… И хотя он был обманут, но полностью вина с него не снимается.

По праву своей самодержавной власти Государь, в покаян​ных чувствах, вопрос об имяславцах передал решению Москов​ской Сvнодальной Конторы, под председательством Московско​го Митрополита Макария, и тем освободился из кольца змеиной кучи Волынского Антония, очистился от безмерной тяжести гре​ховного соучастия в заговоре богоборной кучи.

В неожиданном для нас приглашении во Дворец мы видим дивный Промысл Божий к раскрытию тайны беззакония, которая гнездится в семиглавой куче Антония Волынского. А что пред​ставляет собою эта куча, мы увидим потом. Сейчас же мы видим ее празднующей и ликующей о победе, над ненавистными для них имяславцами, а Государя — прегорько плачущим и в слезах глубо​кого раскаяния.

Итак, чего не могла допытать Государственная Дума запросами министерств, теперь судьбами Божиими кознь диавольской кучи обнаружена. Раскаявшийся Государь взял под свою защиту афон​ских страдальцев.

Глава 69. Иное направление об имяславцах

Высокопреосвященнейший митрополит Макарий, получив пол​номочие, потребовал немедленно освободить имяславцев, заклю​ченных в Одесской тюрьме, — пятьдесят человек, и двадцать пять человек, содержащихся в заключении на подворье Андреевского скита в Одессе, и желал прибытия их в Москву.

Освобожденные имяславцы не знали, для чего их вызывают в Москву. Они подумали, что опять на суд, где потребуют подпис​ку на отречение от исповедания Имени Божия, и решили ук​рыться в горные пустыни Кавказа. Из 75 человек в Москву по​ехали только семь человек. Эта горсточка — из 1500 иноков — была, естественно, недостаточна. А как вызвать из них большее количество, — в этом вопросе митрополит Макарий был в зат​руднении. Ибо все имяславцы разбросаны по России, лишены адресов и всяких личных документов и по распоряжению синодской кучи содержались под строгим надзором полиции. При таких трудных обстоятельствах создалась отсрочка рассмотрения дела для Сvнодальной Конторы в Москве. Эта отсрочка развязы​вала руки «кучи» вымещать свою злобу посредством печатания Сvнодального еженедельника «Церковные Ведомости» и газеты «Колокол». То и другое выписывалось всеми монастырями и все​ми приходами Российской Церкви. Страницы этих изданий запол​нялись статьями архиепископов: Антония Волынского, Сергия Финляндского и профессора Троицкого, который сопутствовал архиеп. Никону на Афоне при разгроме Афонских обителей. Са​мое дело об имяславцах у кучи было отнято. Но зато в печатных изданиях кучи раздались громы и молнии в адрес имяславцев.

Глава 70. В. М. Скворцов, издатель «Колокола», вразумлен к имяславию епископом Феофаном Полтавским

Ответственным редактором и издателем газеты «Колокол» был некто Василий Михайлович Скворцов. По духовному укла​ду он — православный христианин, человек искренний, простой и нелукавый, но духовно близорукий. До имяборческой ереси выпускаемая им газета была его личным частным изданием. А когда имяборческая ересь выросла в большую гидру и ей потребовалась раздельная, широкая проповедь, тогда она решила ис​пользовать, как свое орудие, газету «Колокол». Своим названи​ем эта газета соответствовала Церковному Благовесту. Самого издателя В. М. Скворцова, приобщив в свои сотрудники, куча возвела в звание Сvнодального миссионера, хотя по своей не​ способности он никогда и нигде не выступал с проповедью. Од​нако, по назначению его органа, куча наименовала его Сvнодальным миссионером. Конечно, за услуги свои он щедро воз​награждался от Правительствующего Сvнода оплатой. Через такое свое соучастие он являлся популярным среди духовного ведом​ства. Обольщенный лукавством кучи, под чарами льстивой имя​борческой речи, Скворцов, служа куче Антония Волынского, воображал, что этим приносит службу Богу. При содействии его «Колокола» Афонские изгнанники-имяславцы по всей России объявлены как опасные враги Церкви и Государства. По своему неведению и простоте Скворцов не понимал своего плена и угрожающей пагубы. Наконец эта опасность открылась ему случайно следующим образом. Когда он возвращался в Пе​тербург из Крыма, где был на курортах, по пути заехал повидать​ ся с Полтавским епископом Феофаном. Скворцов весьма чтил его как великого подвижника и друга приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского. Между иерархами Российской Церкви епископ Феофан был выдающимся Архипастырем. Его глубоко чтили все епископы. При свидании с ним, Владыка Феофан счел необходи​мым раскрыть Скворцову вопрос об Имени Божием так:

«Василий Михайлович, ты своей газетой вступил на службу Святой Церкви. Это похвально. Но тебе положительно неведомо, как используется твое издание, исходящее от твоего имени. На страницах твоего «Колокола» пишут враги Святой Церкви, и звон твоего колокола разносится по всему лицу земли Российской на развращение умов, на пагубу читающих твою газету. Ты смотришь на меня и недоумеваешь, в чем заключается этот вред.

Слушай и прими к сердцу в твое спасение. На Святой Горе Афонской возник богословский спор по вопросу об Имени Бо​жием. Старцы и начальствующие лица Пантелеимоновской обите​ли восхулили Имя Божие. Многочисленное братство этой обители разделилось на две стороны. Одна сторона в согласии с соборны​ми старцами Афонской Пантелеимоновской обители восхулила Имя Божие. А другая сторона мужественно стала на защиту славы Имени Божия. Еретический яд имяборческой ереси разлился по всей Святой Горе Афонской. Действием сатаны он перелился и в Российскую Церковь. Богохульную ересь афонских старцев взяли под свою защиту некоторые члены Российского Сvнода, но не весь Сvнод. Вопрос усугубился. Воздействием членов Сvнода, т. е. кружка Антония Волынского, повинные еретическому греху со​юзники Афонских старцев, действовавших якобы с соизволения всего Святейшего Сvнода, защитников Божественной Истины, 1500 иноков, с поруганием изгнали из двух русских Афонских обите​лей в мiр и подвергли лютому гонению. Беззаконные лица, вос​ставшие на Божественную Истину и разгромившие Афонское монашество, тебе известны, они пишут в твоей газете.

Вопрос, воздвигший грозную бурю и потрясающий все зда​ние Святой Церкви Христовой, заключается в духовной брани двух сторон. Правая сторона — иноки-исповедники, названные имяславцами, — пошли на все страдания, крепко держа в сво​их руках знамя защиты славы Имени Божия даже до смерти. И они понесут его к Престолу Страшного в Славе своей Судии, за Чье Имя полагают свои души, странствуя в изгнании на зем​ле. Другая сторона — гонители правых, держащие свое лютое оружие, в ожесточении до самой смерти. Они же и пишут на страницах твоей газеты».

Продолжительная и вразумительная беседа Преосвященного епископа Феофана раскрыла глаза Скворцову. Он уразумел, что своей газетой служит богохульной имяборческой ереси. Как искренний христианин, с простым и нелукавым сердцем, по своему неведению он подпал под влияние губителей-еретиков, которые заполняли его газету материалом, исполненным страшного хуле​ния на Имя Божие, преследующим защитников его. Поэтому, ис​кренне раскаявшись, тут же, на приеме у Преосвященного Феофа​ на, он написал и послал телеграмму в Петербург, в редакцию сво​ей газеты «Колокол», следующего содержания:

«До моего приезда да не преступают ноги в редакцию Колоко​ла епископов: Антония Волынского, Сергия Финляндского и про​фессора Троицкого».

Из Полтавы, по совету Преосвященнейшего Феофана, Васи​лий Михайлович Скворцов заехал в Киев повидаться с афонскими изгнанниками-имяславцами и лично от них услышать истину, за которую подверглись гонению 1500 исповедников от Сvнодальных епископов.

Глава 71. Скворцов в Киеве на беседе с имяславцами

Проживавшие в Киеве изгнанники-имяславцы, разъясняя воп​рос, заявили Скворцову: «Мы защищаем славу имени Господа на​шего Иисуса Христа. «Иисус» — знаменует наше спасение от мучительства и власти диавола, возведение рода нашего в первое блаженство. Имя Божие есть Сила Божия, Животворящая и Спа​сительная. Имя Божие есть Слава Божия. Сила и Слава Божия, неотделимы от Сущности Божией. Сам Бог пребывает в Своем имени. Эту именно Истину и выражает приснопамятный пастырь о. Иоанн Кронштадтский, говоря: «Имя Божие есть Сам Бог». Эту Истину мы, иноки Афонские, исповедуем и защищаем от хулителей Имени Божия, которые Всесвятое и Божественное Имя Господа Иисуса в своих хулах низвели на степень своего тварного рабского имени. Нас, 1500 иноков-имяславцев, изгнали из наших Афонских обителей и бросили на растерзание в злобный мiр. Сvнодская беззаконная кучка архиереев учинила над нами иезуитский разбой, действуя от имени всего Сvнода, тогда как большая часть членов Сvнода этому греху непричастна. Вы, Ва​силий Михайлович, своей газетой «Колокол» служите службу этой еретической кучке и несете тот же грех перед Судом Божиим». Этот укор страдальцев иноков, после беседы Скворцова с епископом Феофаном, привел его еще к большему вразумлению и к глубочайшему раскаянию. Он поспешил вернуться в Петер​бург и свою газету «Колокол» обратил на защиту страдающих иноков Афонских, в которой живое участие приняли защитники славы Имени Божия, знаменитые профессора Московской Ду​ховной Академии: М. Д. Муретов, М. А. Новоселов и другие.

Такой оборот дела был смертельным ударом в голову адской змеи — беззаконной сатанинской кучи, а для Скворцова послу​жил лишением чести и звания Сvнодального миссионера, отстранением его от сотрудничества с ней. Освободившись от грехов​ного союза с богохульной кучей, Скворцов обрадовался и по​чувствовал духовное облегчение.

С изменением направления газеты «Колокол» по Афонскому вопросу изменился и взгляд у читающих иное содержание других, неимяборческих писателей, которые в первых строках своих ста​тей ясно и подробно излагали всю суть дела, смело обличали по​гибельную имяборческую ересь нечестивой архиерейской кучи — членов Сvнода, сумевших в глазах верующего общества зарекомен​довать себя учеными богословами, однако — по подобию прежде бывших ересеначальников, тоже ученых: Ария, Нестория, Македо​ния и множества других богомерзких еретиков. Как древние, так и нынешние ученые, изрыгнули тяжкую хулу на имя Божие. Стра​ницы газеты «Колокол» заполнялись ложной информацией. Исти​на извращалась, в душах верующих насаждалась пагубнейшая имяборческая ересь. Но злоба их обнаружена, ложь и клевета на истину обличились. Оружие печати, посредством которой они вво​дили в заблуждение души простых верующих, у них отнято.

Теперь «Колокол» начал звон благовеста исповедания в за​щиту славы Имени Божия. А так как еретическая кучка Сvнода с самого начала брани льстиво и обманным путем действовала от имени всего Сvнода, то, в силу канонических законоположений, подвластное Сvноду приходское духовенство и их благочинные, являясь слепым орудием Сvнодской кучи, выполняли ее предписания, мстили имяславцам при содействии полицейских властей и урядников. Такое положение особенно обострилось в последние дни, когда Московский Митрополит Макарий замедлил рассмот​рение нашего имяславческого дела. И вот, под давлением такого насилия над нами, мы, имяславцы, решили отложиться от Сvнода, впредь до опровержения им имяборческой богохульной ереси и до прославления похуленного Имени Божия.

Братство наше, проживающее в лесных дачах при станции Бабино, являлось нашим средоточием. Собраться там всем нам было невозможно. Велась лишь только переписка с жалобами. Туда и были направлены наши подписи. Нам отечески покрови​тельствовал архиепископ Арсений Новгородский.

Такой оборот дела крайне встревожил Митрополита Макария, ибо вся Москва, внимавшая афонскому вопросу, взволно​валась против Сvнода, оказывая сочувствие имяславцам. Поэто​му Митрополит Макарий поспешил послать епископа Модеста Верейского, викария Московского, на переговоры с имяславца​ми в лесные дачи при ст. Бабино, убедить нас оставить дело отложения от Сvнода. При этом открылась возможность пригла​сить нас в большем количестве на заседание Московской Сvнодальной Конторы для решения нашего Афонского вопроса.

Присутственное заседание Московской Сvнодальной Конто​ры состоялось под председательством Митрополита Макария, в присутствии всех викарных епископов Московской епархии, всего духовенства города Москвы, настоятелей Московских монасты​рей и представителей Троице-Сергиевой Лавры. Так что состоял​ся немалый собор, на котором имяславцы исповедали свою веру во Имя Божие. А согласно нашему исповеданию, и самый суд всего собрания заявил свое единомыслие с нами, и все члены собрания просили не делать церковного разделения отложением от Сvнода, ибо куча Антония Волынского не есть Сvнод, а лишь от имени его произвела беззаконное насилие над нами.

На этом суде Московской Сvнодальной Конторы были вос​становлены все наши права монашеские, священнические, в ка​ких мы были на Св. Горе Афонской, и открыты были нам права поступать в любой монастырь по всей России. На Афон же воз​вратить нас было немыслимо, ибо Св. Гора Афонская находится в третьем государстве, в Греции.

Итак, Московская Сvнодальная Контора даровала нам оп​равдание. В те самые дни скончался Киевский Митрополит Флавиан, обрадованный правым судом над нами, при посредстве Митрополита Макария. Оба эти иерарха — усерднейшие защит​ники нас, афонских изгнанников.

На место покойного Митрополита Киевского Флавиана во​лею Государя был переведен Митрополит Владимiр, Санкт-Пе​тербургский, в качестве его понижения. Петербургская митрополия почиталась тогда первенствующей. Второй была Московс​кая, а третьей — Киевская. Антоний Волынский (Храповицкий), волею Государя, с высшей, Волынской, переведен на низшую, Харьковскую, епархию. Но этот перевод на низшие епархии не смирил, но еще более раздражил зверя, и семиглавие осталось то же самое.

Определением суда Московской Сvнодальной Конторы мы, афонские изгнанники, получили право свободно устраиваться в Российских обителях. Всех нас 1500 иноков. Среди нас очень много стариков. Все мы имеем и храним силу любви. По связи и чину Афонского жительства нерушимо проявляем заботу и попече​ние друг о друге. В силу этой духовной связи желательно было всем нам собраться в единое братство и жить по нашему Афон​скому уставу и чиноположению. Преосвященнейший Московский Митрополит Макарий одобрил и благословил наше намерение.

На Кавказе, на берегу Черного моря, есть древний пустын​ный полуразрушенный храм «Пицундский», место назначения ссылки и заточения великого пастыря и святителя Иоанна Златоуста. Место пустынное. Вот мы его и избрали с целью собраться при сей святыне воедино всем изгнанникам афонским имяславцам с условием: личным трудом всего нашего братства восстано​вить сию древнюю заброшенную святыню, основать при нем свя​тую обитель, во всем подобную нашим Афонским обителям. По этому вопросу мы обратились к Государю, прося его разрешения. С большой радостью он разрешил, обещая оказать ма​териальную помощь на устройство святой обители. Когда мы уже готовы были приступить к святому делу, Сvнодская куча, наперекор власти Государевой, расстроила наши планы и не допустила нас к основанию обители.

Тогда мы стали просить готовую обитель в Крыму, по назва​нию «Балаклава», которая имела небольшое число своего брат​ства. Государь, огорченный упорством кучи, нежелавшей отдавать нам «Пицундский» храм, дает свое согласие на наше вселение в Балаклавскую обитель. Но раздраженная на нас и на самого Госу​даря куча проявила дерзость и не допустила нас в Балаклаву. Пос​ле второй неудачной попытки найти себе приют в стране нашего изгнания, мы останавливаемся на вопросе: откуда, на самом деле, такая наглость, не у Правительствующего Сvнода, а у пресквер​нейшей диавольской кучи разбойников, связывающей руки Само​державного Государя Императора?

В журнале «Воскресный день» № 27, 1901 г. мы читаем: «В 1881 году, Константинопольский Патриарх Иоаким II обратился с ходатайством к Государю Императору Александру III о дарова​нии в Москве для Константинопольской Церкви подворья, и по Высочайшему повелению оно было дано при Церкви Св. Сер​гия, что в «Крапивках». Доходы с подворья предназначены были на содержание построенной им, т. е. патриархом Иоакимом? семинарии на острове Халки. О Святейшем Сvноде тут и поми​ну нет, он и языком не пошевелил, ему, конечно, и на ум не приходило вмешательство в волю и повеление Государя, несмот​ря на то, что дар предназначался иностранной Церкви.

Настоящая история начинается сказанием об основании оби​тели Нового Афона. Тогдашние благочестивые старцы Пантелеимоновские, Старого Афона, с предложением этого вопроса обратились к Русскому Правительству, главой которого был самодер​жавный Государь Император Александр III. И по воле Государя воздвигалась славная обитель «Новый Афон» на глухом пустынном побережье Черного моря, на месте полуразрушенного храма Симона Канонита. О Сvноде здесь тоже и помину нет.

На станции Борки, недалеко от Харькова, на месте круше​ния царского поезда и чудесного спасения самого Государя Александра 3-го и всего царского семейства его, сам Царь сей повелел воздвигнуть величественный храм и при нем основать святую обитель. И здесь не было места голосу Сvнода, ибо он был не более как верноподданный Самодержавному Императо​ру служитель Святой Церкви Российской, ее Высшим духов​ным управлением. Власть же создания святых храмов и обите​лей, время и место их — издревле полностью принадлежала кня​зьям и царям. Это мы видим и в Киеве, где много созданных храмов св. Князем Владимiром.

Довольно одного этого указания на все времена минувшего христианского благочестия, чтобы уразуметь — кому принадлежа​ла власть созидать святые храмы и обители. В благоговейных чувствах к храмозданию обратим наш духовный взор в самую глубину древности первых веков христианства, к началу торжества и гос​подства святой веры Христовой. Когда после языческих царей — гонителей христианства действием дивного промысла уверовали во Христа Царь Константин и матерь его Елена, то Царица Елена в своей святой ревности отправилась в Иерусалим на взыскание Животворящего Креста Христова и, после многих трудов обретши его, создала первый величественный храм во имя Воскресения Христова на месте Голгофы и Живоносного гроба Господня. Сопутствовавший ей святой Сильвестр, папа Римский, освятил сей первый храм. После этого святая Елена воздвигла многие другие храмы, там же в Иерусалиме, а святитель Христов Силь​вестр освящал их.

Да и сколь великое множество отшельников, пустынножите​лей, основателей обителей и храмов Божиих у нас на Руси и во всем христианском мiре, которые не спрашивали разрешения ни у Патриархов, ни у Сvнода, но вольно и свободно, движимые любовью к Богу, созидали храмы и обители там, где облюбовал их духовный взор, на месте их подвигов.

Из всех времен христианства — только один гнусный пример: куча Волынского Антония. Она связала руки Императора и не допустила его создать святую обитель при Пицундском полуразрушенном храме, воспретила ему дать покой имяславцам в Крыму, в Балаклавской обители. Один только сатана — враг строитель​ства святых обителей и храмов Божиих. Ему свойственны вражда и ненависть к Богу и к подвижникам Его.

После этого, кто из верующих, искренно любящих Бога, не убедится, что куча Волынского Антония вдохновляется и дви​жется этим самым духом сатаны, который в ней гнездится и составляет одно ядро зла, направленного против Имени Божия и его защитников — имяславцев.

Посмотрим, как снеслось это адово яичко, и увидим, что рас​кол Святейшего Правительствующего Сvнода и засилие в нем раз​бойников получились по вине самого Государя Николая II. В чем же виноват кроткий Государь? В том, что был неосторожно довер​чив стоящим у кормила духовного. Он полагал, что все там ангель​ски свято, не представлял себе Евангельского сказания, что и в среде 12-ти Апостолов Христовых один из них был диавол.

Император Петр I Великий по своей самодержавной власти, а главное, по ревности о благочестии, имел оенование при важней​ших вопросах церковных лично находиться в присутственном ме​сте заседания Святейшего Сvнода и принимать участие в рассмот​рении их. В житии святителя Митрофана Воронежского и в исто​рии Русской Церкви рассказывается, как Петр, еще малым отроком-подростком, на Церковном Соборе в Москве проявил сильную волю и ревность о благочестии против раскольников, старообрядцев, хуливших православную веру Российской Церкви, и таким же ревнителем он остался до самой смерти. Итак, еще в отрочестве своем столкнувшись с врагами православия и благочестия, пришедши в возраст самодержца, он не остался в стороне от дел правления Церковного. Он не управлял Церко​вью, но благочестно наблюдал справедливость церковного прав​ления. А это является законным и похвальным покровительством и ограждением Святой Веры Православной, по подобию древ​них греческих императоров: равноапостольного Константина, Феодосия Великого и других. Ради этого он учредил свое «цар​ское кресло» в присутственном месте заседания Святейшего Правительствующего Сvнода на все времена, для последующих Го​сударей, и тем самым обязывал их внимать вопросам Церкви Христовой, лично выслушивать о важнейших делах в вопросах Церкви. О прочих же, меньших делах Церковных, наблюдать он установил должностное лицо в чине Обер-прокурора при Свя​тейшем Сvноде. Это лицо положительно не имело никакой влас​ти, а всего только уполномочивалось от имени Государя, присутствуя на заседаниях Сvнода, выслушивать дела правления Цер​ковного, дабы, по докладам сего лица, Государь мог постоянно осведомляться о деяниях Сvнода. Русские Государи от самого Князя Владимiра Святого, по преемству, были благочестивыми ревнителями святой Веры Христовой. Царское же Петрово кресло в присутственном месте Церковного правления учредилось вследствие спорных столкновений православия со старообряд​ческим расколом. Контрольное Царское кресло в Сvноде было всегда ненавистно всем врагам Святой Веры Христовой.

Но вот, в наши дни, в начале 20-го века, а именно в 1911 году, возник на Святой Горе Афонской спорный вопрос, несравненно важнейший старообрядческого раскола. Последний выражался в безпорядочности внешних церковных обрядов и обычаев, нару​шавших чин и благолепие Церковных Богослужений, в грубом искажении и ошибках старообрядческих книг церковных, вошед​ших вследствие малограмотности переписчиков этих книг. Мно​жество и других грубых несогласий мутило строй и единение цер​ковного православия, подробности которых описывает святитель Димитрий Ростовский в своей книге: «Розыск о раскольническом учении». Так что грубые заблуждения старообрядчества являются для него обличением и укоризной.

Афонский же потрясающий вопрос явился тонкой лукавой ересью, тяжким хулением Имени Божия, и он есть тот самый, о котором святой тайновидец Иоанн Богослов пишет в 13-й главе Откровения. Когда эта хула со Святой Горы Афонской перебро​силась в Российский Правительствующий Сvнод, сей апокалип​тический семиглавый зверь — хулитель Имени Божия — быстро нашел в Сvноде свое гнездилище по числу своему в семи архи​ерейских душах, членов Сvнода. Звериная семерка обособилась в Сvноде в свою отдельную кучу и действием вселившегося в нее адского зверя, лукаво скрыв свою личину, святотатственно и воровски присвоила себе наименование Сvнода. Но она отнюдь не Сvнод. Ее мы в нашей истории именуем «куча бесовская». Вот эта самая куча, под именем Сvнода, с самого начала вражды на имяславцев, угрозами и действиями готовясь раздавить их во​енной силой, копала ров кроткому, доверчивому Государю Ни​колаю II, и всей Державе его. Должностное лицо Обер-прокуро​ра, установленное еще Петром I, в дни засилья в Сvноде семи​ главого зверя, было немцем из лютеран, действием сатаны пронырившим на должность докладчика Государю Николаю II о делах Сvнода. Но служил он не Государю, а богомерзкой куче Волынского. Он диавольски докладывал Царю ложь и клевету на имяславцев, чтобы ввести его в заблуждение, возбудить в нем негодование на имяславцев как еретиков, пагубных для право​славной веры, и как революционеров, опасных для государства. Вот в чем падает вина на голову Государя. В том, что, наивно веря такому докладу, он не побудился Петровой ревностью вой​ти в присутственное место заседания Сvнода, воссесть в Царс​кое кресло и лично убедиться в истинности грозных извещений об Афонских иноках-имяславцах, как докладывал ему Саблер. Если бы он выполнил свою обязанность и лично проверил то, о чем докладывал ему Обер-прокурор, тогда куча, а с нею ложь, клевета и неправда, в присутствии полного собрания Сvнода, как дым, исчезли бы с посрамлением, а истина воссияла и прославилась бы во славу Божию.

Обозревая эти последствия и обнаружив виновного, мы падем в великий грех, если дерзнем бросать камни в виновного, не ведая судеб Божиих, почему сей последний Государь не подвигся рев​ностью первых Государей лично проверить выслушиваемое из Сvнода дело афонское, по докладу и доносам Саблера, которые по существу ложные. Если мы, последний остаток верных христиан, уже полстолетия кипя в мiровом омуте посреди разлившегося зла, родившегося на Св. Горе Афонской и разлитого по лицу всей земли, видим его последствия в анархическом хаосе, сотрясаю​щем вселенную, то должны уразуметь, что не без попущения Бо​жия подверглась небывалым бедствиям вся поднебесная.

Время пришло! И дни предконечные уже настали, предре​ченные Самим Господом Иисусом Христом в Св. Евангелии, с страшными событиями, имеющими совершиться неизбежно пе​ред Вторым Пришествием Христовым, Судии живых и мертвых! Это о наших, текущих ныне днях, сии предречения Господни!

Нас достигло время исполниться концу совершенства и полно​ты строительства Церкви Христовой, воинствующей на земле, да воссоединится Всемiрным Судом Христовым с Небесной, Торжествующей!!! Да, Церковь земная, воинствующая и теперь в не​разрывной связи с Церковью Небесной, торжествующей. Но эта связь, если так можно выразиться, духовно-мистическая. А тогда, после Всемiрного Суда Христова, обе Церкви будут соеди​нены непосредственно, лицом к лицу…

А если так, то и царское контрольное кресло упразднилось в Сvноде, давая место злу. Ибо пришло время попущения от​ ступлению и действу области темной, во испытание последним, предконечным искушением живущих на земле, о нем же глаго​лет св. апостол Павел: «Не спешите колебаться умом… будто уже наступает день Христов… ибо день тот не придет, доколе не придет прежде отступление» (2 Сол. 2 гл.). Св. апостол Па​вел писал это в свои апостольские времена к жителям Солунским. Наши же дни, когда уже на исходе второе тысячелетие со времен апостольских, видим исполнение зрелости предречен​ных времен полного всемiрного отступления, о котором гово​рят и другие святые Апостолы. Но, дабы еще более утвердить себя в этой истине, вонмем, что глаголет Сам Господь наш Иисус Христос в Святом Евангелии: …обаче Сын Человеческий пришед убо, обрящет ли веру на земле? (Лк. 18, 8). Вот это и есть предсказание о наших днях.

Вниманию малого остатка благочестивых христиан вполне дол​жно быть уразумеваемо, что небывалому нынешнему отступле​нию и тяжкому богохульству положила начало богохульная имяборческая ересь. Св. апостол Петр говорит: …будут лжеучите​ли, которые введут пагубные ереси, отвергаясь искупившего их Господа, навлекут сами на себя скорую погибель. И многие после​ дуют их разврату, и через них путь истины будет в поношении (2 Пет. 2, 1-2). Это предсказание Апостола, очевидно, исполни​лось на нашем времени. Кто первый открыто похулил Имя Божие в России? — Имяборцы. Вскоре после официального похуления Имени Божия большинством иерархов, духовенства и хри​стиан совершилась безбожная революция — попущенное Богом отступление, — которая дала широкую дорогу к безбожию и от​крытому богохульству. — Имя Божие стало произноситься только в ругательствах, без всякого запрета со стороны безбожных вла​стей. И повинна в этом семиглавая гидра, куча Сvнодская. Это о ней сказано в Апокалипсисе: …и отверз он (зверь), уста свои для хулы на Бога, чтобы хулить имя Его, и жилище Его, и живущих на небе (13, 1-6). Из этих слов весьма очевидно, что хула на Имя Божие есть хула на Бога, а хула на Бога есть хула и на Имя Его Св. апостол Павел говорит: Подобает бо и ересем в вас быти, да искусные явлени бывают в вас (1 Кор. 11, 19), то есть умуд​ренные благодатью Божией к борьбе против ересей, возникав​ших в разные века христианства. А в наши дни против ереси имяборческой, тяжко восхулившей Державное Имя Божие.

Мiровые перевороты не дали времени к рассмотрению и обсуждению важнейшего Афонского вопроса. А он-то, собственно, и есть причина всему ныне происходящему, потрясающему и колеблющему все мiроздание. Ныне он забыт, отброшен в сторону, ни во что вменен осатанелым мiром. Но зато он объявится первейшим грехом для гордой твари, поругавшей Славу Божию, когда труба Архангела призовет хулителей к ответу перед Страшным Престо​лом Того, Чье Имя низвели на степень своего рабского имени.

На земле в этом веке не нашлось ни времени к рассмотре​нию вины, ни самой ревности по Истине, требующей Соборно​го Суда Церковного для определения достойного наказания дер​зким хулителям Имени Божия. Суд Московской Сvнодальной Конторы не есть окончательное решение вопроса. Однако оп​равданием имяславцев он, можно сказать, засвидетельствовал тяж​кую греховность хулителей Величия Имени Божия. И это служит достаточным обличением скрытого буйства против Бога номи​нальных лжеархиереев, обманувших Государя и обольстивших миллионы народной массы. Об этом есть предсказание старца Глинской пустыни о. Порфирия: «Со временем падет вера в России. Блеск земной славы ослепит разум. Слова истины бу​дут в поношении. Но за веру восстанут из народа неизвестные мiру и восстановят попранную истину». Это сбылось на событи​ях афонских. Истина есть Имя Божие. Имяборческая ересь ху​лами своими подвергла тяжкому поношению славу Имени Бо​жия, низвела его на степень тварного имени. Защитники же его имяславцы, «необразованные монахи», ничтожные, презренные, «грубые мужики-лапотники», «неизвестные мiру», мужественно пошли в изгнание, на лишения и страдания, тяжесть и лютость которых ведома Единому Богу, и в непоколебимой ревности своей засвидетельствовали православное свое исповедание Имени Бо​жия на соборном Суде, на котором были оправданы Судом Мос​ковской Сvнодальной Конторы. От тех грозных дней изгнания с Афона защитников славы Имени Божия в 1913 году прошло уже полвека. Если ненашлось времени и ревнителей для рассмотрения сего вопроса, то опять же мы, имяславцы, во весь голос возглашаем: внимай и услышь, Вселенная!

Не нашлось ревнителей потому, что на земле нет достойных рассуждать о нем!!! В имяборчестве повинны, за немногим, все пастыри Церкви Христовой.

Во-первых, Вселенский Константинопольский патриарх Иоаким 3-й осудил нас, имяславцев, как еретиков. Каратель и убийца Никон, везя нас с Афона избитых, израненных, постарал​ся мимоходом повидаться с ним. Хвалясь своей победой над нами, Никон лично от него удостоился одобрения и похвалы: «Кала! кала! кала!» — за разгром и арест имяславцев (т. е. хорошо, хорошо, хорошо!).

Посему, если Вселенский Патриарх погряз в богохульной имяборческой ереси, то кто правомочен созвать Вселенский Собор Церковный? Где найти Константина, Апостолам равного, где най​ти пастырей на Вселенский Собор, подобных пастырям, собрав​шимся против еретика Ария? Были, конечно, скрытые защитники Славы Имени Божия, такие, как Московский Митрополит Макарий, Киевский Митрополит Флавиан, архиепископ Феофан Пол​тавский (Быстров), епископ Феодор Поздеевский и другие святи​тели. Но они, наподобие Иосифа и Никодима — советников жидовского сонмища, тайных учеников Христовых — настолько тихи и кротки, что не могли открыто выступить вопреки Сvнодской куче, не смели и языком пошевелить в защиту Славы Имени Бо​жия. Откуда была такая придавленность? Перед кем страх? Кто овладел их душами христианскими?

Втайне и ныне живет малый остаток христианский в боязни и трепете. Вот к этому остатку обращаясь и взывая, спрашиваем: кто не поймет, что куча Волынского Антония — есть тот самый семиглавый зверь, о котором в Апокалипсисе пишет святой тайновидец Иоанн Богослов?

Братья христиане! Не зверь этот страшен. Страшно потерять веру и любовь к Богу и не иметь надежды на Него. Пробудись от сна невеста, се в полунощи Жених, от небес грядет безвестно, с мертвыми судить живых! Близок есть, при дверях, час сей! Семиглавый зверь — самый яркий признак предконечного времени. Это мы видим от самой его хулы на Имя Божие с 1911 года. Окончательно же обнаружил он свои звериные рога в 1913 году, когда изгнал с Афона исповедников славы Имени Божия. Брань с ним состоит в том, чтобы при всех его диавольских угрозах и кознях ни на йоту не уступить ему, в какой бы вид он ни преобра​жал свое лукавство, которое усматриваем с самого начала описы​ваемой нами истории. С нашей стороны необходимо нужны вера и любовь к Богу и крепкая надежда на Него, всецелая преданность Ему, сила, мужество, терпение, мудрость, решимость страдать за Истину и прочие духовные дарования, которые отнюдь не наши, но Божий дар. О себе мы знаем, что крайне немощны, слепы ду​ховно, всегда в опасности грехопадений, согрешаем на всех путях нашей жизни делом, словом, помышлением и без помощи Божьей ничего не можем сделать доброго. Сего ради, всей стороной духа нашего, мы должны быть обращены к Богу молитвенно, в покая​нии, постоянно поучаться в Священном Писании, учении святых отцов и святой Псалтири. Только живущие в помощи Бога Вышняго, в селениях Его водворятся.

На протяжении всей описываемой нами истории, часто по​вторяется о нас самих: «мы имяславцы», «мы защитники Славы Имени Божия». Все мы, да мы… Читатели нашей истории могут вменить нам это в порок самохвальства, высокого о себе мне​ния, поставить нам это в укоризну. Но такой суд о нас будет неоправданным. Выражение «мы» да «мы» образовалось с само​го начала по существу нашей брани со вратами ада, с первых дней нашего выступления в защиту славы Имени Божия на Свя​той Горе Афонской. Еретики-имяборцы, враги Божии и наши, хулят Имя Божие. А мы, рабы Божии, имяславцы, при помощи Божией утвердили себя в непоколебимой решимости умереть за Честь и Славу Имени Божия. Не нам, Господи, не нам, но Имени Твоему даждъ славу, — воспевает святой царепророк Давид.

Наша духовная брань состоит из двух сторон. Еретики-имя​борцы, хулящие Имя Господне, — это левая сторона, враждебная Богу и нам. А мы, исповедники Божества Имени Божия, — правая сторона. Мы, имяславцы, тверды в решимости до самой смерти ни на йоту не уступать хулителям Имени Божия в нашем исповеда​нии. Сторона, враждебная Богу, выросла в семиглавого дракона и слилась в союз со всеми силами ада.

А мы, горсточка, всего тысяча пятьсот иноков со Святой Горы Афонской, облекшись силою Имени Божия, стоим за истину даже до смерти.

Имя Божие есть Сила Божия. Сего ради, кто — на нас, если с нами Бог, во Имени Своем?! Облеченные непобедимым оружи​ем — силою Имени Божия, — утверждаем: «Мы — защитники Славы Божией! Этими последними строками о себе мы стараемся уяснить способность, потребную для защиты Славы Имени Божия, которая (способность, или ревность) не усматривается в последнем роде христианском даже у тех, которые стоят у кормила Церков​ного. Посему и остался вопрос имяборчества без соборного рас​смотрения и суда. И до сих пор Имя Господне, похуленное имяборцами, не прославлено ни Вселенским, ни Поместным Церков​ным Собором, и до сих пор «имя Божие хулится во языцех» (Пс. 73, 18; Плач. 3, 61; Ис. 28, 14-18; 52, 5; Иез. 36, 20-21; Рим. 2, 24).

Теперь рассудим, почему не нашлось времени на рассмотре​ние сего вопроса. Тяжесть греха имяборческой ереси так велика, что сразу же после изгнания защитников Славы Имени Божия в тяжкое заточение был снят покров Божий от земли за хулу на Имя Господне и предана она сатане. И возмутилась вся поднебесная. Ровно через год загремели тысячи смертоносных орудий, обнажились мечи к убиению друг друга, восстали брат на брата, обезглавились земные царства, внедрился анархический хаос.

В 1913 году кровь защитников Славы Имени Божия, прежде всего, пролита на Святой Горе Афонской рукой лжеархиерея Никона, во время молитвы монахов-исповедников.

В следующем 1914-м, ровно через год, вспыхнула мiровая война, и потекли потоки крови во всей поднебесной. Вот и време​на!.. Война помрачила умы, озлобила сердца. Где же тут рассуж​дать об Имени Божием, когда, надрываясь злобой, человечество завопило: «Бога нет!»

Не страшно ли тем, у кого уцелел разум?.. И вот мы, афониты, видим исполнение заголовка видения незабвенного нашего старца миссионера отца Арсения: Гнев Божий грядет на вселенную, зем​ля обольется кровью, — 46 лет тому назад, как это сказано было нами. И в событиях последующих лет мы читаем исполнение того видения.

В пустынных горах Кавказа подвизался другой старец — Иларион, соименный автору книги «На горах Кавказа». И вот старец оный Иларион, имея под своим руководством большое число учеников-пустынников, рассыпанных по горам, восхотел объединить их в одно братство по уставу скитских обителей древнего монаше​ства. Для сего необходимо было построить соборный скитский храм, а вокруг него разместить маленькие келейки для учеников, чтобы каждый жил в уединении, а в субботу и воскресенье всем собираться в храм на общее Богослужение. Такие скиты были и на Св. Горе Афонской. Желанию сего старца Илариона соизволя​ли все его ученики. Для устройства в пустынных горах храма для начинающейся обители скитской у старца Илариона было много доброжелателей мiрян в Москве и Петербурге. Иларион усердно молился в своих подвигах, испрашивая на то Божие соизволение и благословение.

В 1912 г. он проявил особенное усердие к скорейшему исполнению своего святого намерения. И вот, во время молит​вы, мгновенно предстал пред ним светоносный Ангел Божий и в ответ на его усердную молитву воскликнул: «Поздно строить монастыри!» — И стал невидим.

Глава 72. Видение звезд старцем Порфирием

Час кончины преп. Серафима Саровского был открыт сему старцу Порфирию, который видел душу Серафимову, возносимую на небо Ангелами Божиими.

У старца Порфирия под его руководством были ученики, той же Глинской пустыни иноки. Однажды они, по обычаю, собра​лись к нему на вечернюю беседу духовную и увидели его весьма печальным, со слезами на глазах. С полчаса старец молчал. Тяже​ло было ученикам смотреть на своего опечаленного старца. Нако​нец, он вздохнул и промолвил: «Чадца! Вы видите меня скорбным и печальным. Внимайте, что аз поведаю вам. Окончив чтение Бо​жественного Апокалипсиса св. Иоанна Богослова, я, умиленной молитвой, воззвал: «Господи, каковы же наши текущие дни, и что грядет на главы наши?» И се вижу восходящую звезду с востока, зело великую, светлую и славную, светом своим озаряю​щую всю поднебесную, ее окружали сопутствующие ей звезды, достойные ее — светлые и славные. И дошла звезда сия до свое​го запада, и бысть мне глас: «Се звезда Императора Александра Первого Благословенного» (| 1825. — Сост.).

По сем вижу вторую звезду, восходящую с востока, светлую, славную и еще величественнее первой звезды, и сопутствовали ей меньшие звезды, достойные славы ее, светлые и славные. И дошла звезда сия до своего запада, и был глас мне: «Се звезда Императо​ра Николая Первого» (Павловича, | 19.02.1855, — Сост.).

По сем вижу третью восходящую звезду с востока, еще более величественнейшую и превосходнейшую предыдущих звезд, и со​путствовали ей окружавшие звезды, достойные ее, светлые и слав​ные. Но, о, чадца мои! Звезда сия величайшая цвета кровавого! Дошла звезда сия до полпути к западу, вздрогнула и упала. И бысть глас мне: «Се звезда Императора Александра Второго». «Убит будет царь среди своей столицы, рукою освобожденного раба» (| 1.03.1881 скончался в муках. — Сост.).

Затем вижу четвертую восходящую с востока звезду, превос​ходящую все первые звезды величием и славою и яко солнце сияющую, и сопутствовали ей славные, великие, достойные ее чести и славы меньшие, окружавшие ее звезды. Но не дошла до запада и сия звезда, на полпути к западу угасла. И слышу глас: «Се звезда Императора Александра Третьего». — Вывод из это​ го для нас ясный — время сократилось взятием с земли Царя-Миротворца (| 1894. — Сост.).

По сем вижу пятую звезду, восходящую с востока — и не сказал старец о звезде сей, какова она и в каком окружении, но воскликнул: «О чадца мои!» — закрыл лицо руками и прегорько зарыдал, и, не наименовав пятую звезду, сквозь рыдания возглаголал о близости кончины мiра и заповедал: «Бдите, чадца, и молитесь!..»

Старец видел, в каком окружении эта звезда, но не сказал (промыслительно) даже имени сей звезды. Нам же, остатку христиан​скому, ныне ясно и разумно, что последняя звезда — Императора Николая Второго, в окружении кольца змеи, семиглавой кучи Волынского Антония и множества лютых диких кровожадных зве​рей, скверных и гнусных гадов пресмыкающихся.

Спутники славных и пресветлых звезд — это верные государ​ственные мужи, мудрые и благочестивые советники, министры, соправители Императора.

Знаменитый Император Александр Третий Миротворец почил о Господе в 1892 году на руках блаженной памяти всемiрного молитвенника, протопресвитера, отца Иоанна Кронштадтского. Так объявлялось в Манифесте Николаем Вторым о смерти Родителя.

Почивший Государь Император Александр Третий попремногу чтил и любил о. Иоанна Кронштадтского, которого вызвал к смер​тному одру своему, и о. Иоанн неотлучно пребывал у изголовья Императора в последние предсмертные часы его. «Отец Иоанн, держите руку вашу на голове моей. Мне бывает легче, когда вы кладете руку вашу на мою голову». — Это последние слова умира​ющего царя земного, отходящего душой к Царю Небесному.

Почивший Государь Император по всей правде был благоче​стив и праведен пред Господом, он был живым примером всему народу русскому. Своей праведностью он уподобился Израильс​кому Царю Давиду, мудростью — Соломону, сыну Давида. По кончине Александра Третьего, Царя-Миротворца, кончился и мир на земле.

Читатель! Берегись осуждать последнюю звезду, знаменующую Императора Николая Второго. Не он причиной земных бедствий является, ибо он — Помазанник Божий и был высоко благочестив. Но время пришло к концу, который неизбежно должен совер​шиться. Николаю Второму дан жребий от Бога быть последним Государем. Все, что деется на земле безумного, готовилось за мно​го-много лет раньше, годами, десятилетиями, но было удерживае​мо Державным Именем Божиим (небесный Держай). Ныне же на​стало время, предреченное Богом в Святом Евангелии: войны, гла​ды, моры, землетрясения, восстал народ на народ и царство на царство; вражда, народные смятения, другие бедствия, а главное — безбожие, отступление от Бога и все прочее безумное, богохуль​ное. Всему этому отнюдь не Царь Николай Второй является при​чиной, но в его царствование взят мир от земли, и сам он стал признаком близости Второго Пришествия Христова. Конец его Царского поприща увенчан венцом мученическим. Его восход на царский престол был безчестен, день его коронования обагрил​ся кровью, и кровью закончились царство и жизнь его. У Госуда​ря не было близких друзей. Напротив, в его окружении был самый злой и коварный, подлый и жестокий враг — куча Сvнод​ская, змея адова. Но дух его благочестия не угасал даже в страш​ную для него годину напора всех сил ада.

Мы почитаем его как мученика. В его царствование благово​лил Господь прославить трех Своих святых угодников: святителя Феодосия Углицкого, святителя Иоасафа Белгородского и преподобного Серафима Саровского, — открытием святых мощей их.

Глава 73. Толкование о звездах

Восходящие звезды с востока знаменуют великих и славных Государей земли Русской. А сопутствующие звезды сии суть — мужи государственные, мудрые министры, верные соправители и советники. Так было во все дни четырех звезд. Но третья из них, звезда цвета кровавого, на полпути к западу, от злодейской руки, упала. В дни 4-й звезды — Александра 3-го Миротворца, с успением его, — по Апокалипсису, — видимо, был взят мир от земли, к сокрушению века сего.

Пятую звезду старец Порфирий не наименовал, но, закрыв лицо руками, прегорько рыдал. Люты дни на первых шагах этой звезды. В день его коронования, во время раздачи памятных царских подарков, произошла сумятица, и в огромной лавине народа за​давлены были тысячи человек в яме Куликова поля, где проис​ходила эта раздача — тут же, у Кремля Москвы. И в день торже​ства своего коронования Царь Николай 2-й прегорько рыдал о гибели множества людей. Так что на крови своего верноподдан​ного народа совершилось таинство коронования Импера​тора Николая Второго, в мае 1894 года.

А спустя девятнадцать лет, в 1913 году, церковное правитель​ство столкнуло его самого в ров глубины безмерной разгромом монашества двух русских афонских монастырей, — о чем мы выше уже сказали, — и уподобило его царям первых веков хрис​тианства: Нерону, Диоклитиану, Максимилиану, Декию и другимязыческим царям, обагрившим землю кровью христианских мучени​ков — исповедников Имени Христова. Защитниками этого славно​го, державного и всеспасительного Имени Иисусова явились мы, иноки Святой Горы Афонской, двух обителей: Пантелеимоновской и Андреевской. И защитили его от похудения вратами ада, в лице имяборческой кучи Антония Волынского из Церковного прави​тельства, внушением которой Государь Николай II послал три роты солдат Белостокского полка на военном судне, вооруженном до зубов, для разгрома нас, безоружных имяславцев, стоявших до смерти за честь и славу Имени Иисусова. Таким образом, русское войско, командированное Государем, нашей монашеской кровью омыло Святую Гору Афонскую. Сие есть дело пятой звезды!

Глава 74. Об Иерониме-имяборце, из рассказа о нем родителя его. И о Копрониме, иконоборце

Не лишним будет сказание о явленных признаках в младенче​ском возрасте лиц, впоследствии ставших врагами Божиими. В церковной истории повествуется о лютом еретике Константине, по прозванию Копроним, греческом императоре, который мла​денцем при погружении в купель Святого Крещения испражнился и осквернил Таинство св. Крещения. Когда он пришел в возраст и стал императором, первый открыл иконоборческую ересь и был лютым гонителем почитателей святых икон. Многое множество православных христиан были замучены им: епископы, монашествующие, мiряне. Кровь и по его смерти лилась нещадно вплоть до святого Седьмого Вселенского Собора. Иконоборческая ересь и доныне содержится сектантами. Баптисты, штундисты, молока​не, адвентисты, иеговисты и прочие отщепенцы являются хулите​лями святых икон, последователями тех иконоборцев, которые были преданы анафеме Седьмым Вселенским Собором, которые и доныне ежегодно предаются церковной анафеме. Пострадавшие же за защиту св. икон воссияли в сонмах святых мучеников.

То же самое — по рассказу его родного отца — произошло и с бывшим нашим игуменом Андреевского скита на Афоне, Иеронимом. Отец — родитель игумена Иеронима был старец добрый и почтенный среди братства нашего Андреевского скита. Он скорбел о заблудшем своем сыне. Первоначально, при возник​новении имяборческой ереси, Иероним был на имяславческой стороне. Но потом пантелеимоновские начальники монастыря и старцы, диаволопоклонники, пригрозили Иерониму и собор​ным старцам Андреевского скита: «Если вы не войдете в со​гласие с нами, то подворья ваши в Петербурге и в Одессе Сvнод отберет от вас, потому что Сvнод с нами. При такой угрозе Иероним два дня колебался. Его колебание было глубокой тай​ной от нашего Андреевского братства. Но его родитель-отец, по родственной близости к сыну, эту тайну узнал. Сам Иеро​ним открыл ему, как своему отцу, о насилии и угрозе пантелеимоновских старцев и начальников. Отец стал убеждать сына отвергнуть все угрозы и твердо стоять на защите славы Имени Божия. Угрозы повторились. И не устоял Иероним со своими соборными старцами, и принял имяборческую ересь, слился в единомыслие с пантелеимоновскими старцами-диаволопоклонниками. Препирательство Иеронима со своим благочестивым родителем не было ведомо братству, и его соглашение с диаволопоклонниками было тщательно скрываемо от всего братства скита. Знал один только соборный старец, заведующий эконо​мической канцелярией отец Сергий, о ревности которого по защите славы Имени Божия было уже сказано в нашей истории. Сейчас же имеем побуждение раскрыть признак злочестия, подобный знамению при крещении иконоборца Копронима. Огорченный старец-родитель от своего же сына Иеронима стал подвергаться притеснениям и гонению, вплоть до насиль​ственного заключения его в затвор, чтобы отец не выходил из своей келлии даже в собор на молитву и в братскую трапезу. Иероним через своего келейника доставлял ему в келью тра​пезный обед и чай. Нам было непонятно, почему игумен под​верг такому жестокому преследованию своего родного отца. Это выяснилось, когда еретик игумен Иероним собором всего братства был сменен за ересь и удален из обители. Тогда и получил свободу почтенный старец, родитель Иеронима, и по​ведал нам свою скорбь о родном сыне, павшем в жесточайшую имяборческую ересь. Тут же он поведал и о предзнаменовании при св. Таинстве Крещения, когда, погруженный в купель, Иеро​ним подобно иконоборцу Копрониму испражнился. Ставшие уже взрослыми, Копроним был лютым еретиком-иконоборцем, а Иероним — лютым еретиком-имяборцем.

После изгнания нас с Афона еретик Иероним решил запол​нить нашу опустевшую обитель пустынниками монахами-отшель​ никами, жившими в горах Афона. Приглашенные пустынники, не прожив и одного года, опять ушли в свои пустынные кельи.

Мы были изгнаны 8-го июля 1913 года. После нас в обители остался дорогой наш старец, знаменитый миссионер, отец Арсений.

Глава 75. О последних днях жизни отца Арсения

Отец Арсений успел тогда пророчески открыть нам заголовок своего таинственного грозного видения: «ГНЕВ БОЖИЙ ГРЯ​ДЕТ НА ВСЕЛЕННУЮ, ЗЕМЛЯ ОБОЛЬЕТСЯ КРОВЬЮ». Са​мое видение он обещал открыть нам после повечерия. Но после оглашения сего заголовка в обещанное время уста его замолча​ли навсегда… У о. Арсения отнялась речь.

При изгнании нашем из Афона, оставляя свою обитель, мы со слезами прощались с отцом Арсением. Он, лежа на своем болез​ненном одре, безмолвно благословлял нас на проповедь его грозно​го видения, бывшего в часе временне, во время Божественной ли​тургии, в св. Алтаре, в день воскресный, дабы содержание заголов​ка его видения мы несли в мiр в прегорчайшем нашем изгнании и проповедовали бы о нем всей вселенной. С рыданиями мы прости​лись с дорогим нашим отцом Арсением 8-го июля 1913 года.

В августе того же года о. Арсений приготовился к исходу в загробный мiр. Еретик игумен Иероним покусился перед кончи​ной о. Арсения приобщить его к своему нечестию. Для этого он пришел к нему в келью и настоятельно принуждал его причастить​ся мерзких еретических таинств из рук Иеронима. Изнемогавший телесно, но крепкий духом исповедническим, старец проявил мужество и непоколебимое стояние за истину до самой смерти, он отверг Иеронимово искушение.

Свидетелем сего последнего исповеднического подвига о. Ар​сения оставался при нем послушник его, приехавший с ним вме​сте на Афон из России. Не одолев умирающего мужественного борца за святую Веру исповедника имени Христова, еретик Иероним ушел посрамленный.

По уходе еретика о. Арсений предал свою душу в руки Гос​подни и перешел в сонмы святых исповедников, положивших души свои за честь и славу Имени Божия.

В отмщение о. Арсению еретик Иероним приказал извлечь безжизненное тело страдальца, привязать к конскому хвосту, с поруганием влечь из скита и бросить святого исповедника в глубокий гурман за скитом, что и было исполнено.

Имяборец Иероним буквально во всем явился подобным ере​тику иконоборцу греческому императору Копрониму. Они оба одинаково знаменовали свое нечестие при Таинстве св. Крещения… Копроним, гонитель благочестия, умертвил в муках без​численное множество благочестивых епископов, монахов и мiрян, бросая их в огонь и в воду, и в пропасти земные, о чем свидетельствует Св. Церковь Христова в описаниях страданий исповедников православного почитания святых икон. Копроним — иконоборец, хулитель образа Спасителя. А Иероним-имяборец — хулитель Самого Божества Имени Божия. Оба они руга​тели Бога Всевышнего.

Глава 76. Суд Божий над еретиком Иеронимом

Мы сказали, что приглашенные Иеронимом в наш Андреев​ский скит пустынники афонские менее чем через год снова разош​лись по своим пустынным кельям. Сам Иероним пошел на разные послушания, ибо некому было работать. Работая по заготовке дров на кухню, пришел он в свою келью, чтобы отдохнуть, но его пора​зил суд Божий — он внезапно шлепнулся на пол и изверг свою богомерзкую душу.

Подобно ему и все его соборные старцы-еретики, враги Божий и наши, скоропостижно скончались один за другим.

Наконец опустела и вся наша обитель Андреевская и закры​лась навсегда… А затем закрылись поочередно Пантелеимоновский монастырь и Ильинский скит. На Афоне совсем русских не стало. Похулили еретики Имя Божие; оставшиеся на Афоне имяборцы отпраздновали изгнание имяславцев пушечным салютом. И «погибла с шумом» память имяборцев на Св. Горе Афонской. Господь в гневе Своем разметал всех хулителей Своего Имени — русских продажных иноков, и Св. Гору Афонскую опять стали заселять греки семьями. И воцарилась на Св. Горе Афонской ца​рица погибели — «мерзость и запустение на месте святе».

Глава 77. Состав врат адовых

Врата адовы состоят из разумных существ, невидимых и ви​димых тварей. Главный вождь врат адовых — сатана, бывший Денница, т. е. светоносный Архангел до своего падения, а после падения он сделался мраком и тьмою и злобным диаволом. Все подчинившиеся и последовавшие за ним духи, бывшие светлые ангелы, соделались мрачными злыми демонами — бесами. Это сторона врат адовых — духовная, невидимая чувственными плот​скими глазами.

Видимая же, чувственная сторона врат адовых — человеки, враждующие на Бога, отступившие от Него, отвергшие закон Его, живущие по воле падших духов в угождение самолюбию и плотским страстям. И по гордости своей, и по всем злым страс​тям своим они составляют один союз с падшими злыми духами.

Это и есть врата адовы, которые всегда воюют на церковь Божию, как в Ветхом (до Христа), так и в Новом Завете. Эта брань на Церковь Христову описывается в книге «Деяний апостольских», и выражается она в гонении жидовским синедрионом на святых апостолов Христовых и на уверовавших во Христа через апостольскую проповедь в Иерусалиме. Но силою свыше облеченные, святые апостолы были посланы Христом на Евангельскую проповедь во вселенную, во все языки, к призва​нию в число спасающихся — в Церковь Христову — всех наро​дов. Принявшие святую Евангельскую проповедь и уверовавшие во Христа крестились во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. И созидалась, возрастала Благодатию Божией Церковь Божия. С самого ее начала она была гонима вратами ада. Это гонение исходило от языческих царей и народов, которые держались языческих заблуждений и поклонялись идолам. В идолах жили бесы-демоны, обольщавшие своих поклонни​ков. Бесы и их поклонники и составляют врата адовы. В первые века христианства цари Нерон, Диоклетиан, Максимилиан, Декий и другие правители народные проявляли жесточайшую ярость в гонении на Церковь Божию. Но святая вера Христова превозмогла всю свирепость диких гонений. В крови мученической она возрастала, крепла, умножала чад своих. Наконец, прекра​тилось гонение при равноапостольном Царе Константине, кото​рый, действием Благодати Божией, сам уверовал во Христа и стал ревностным пособником и распространителем святой веры христианской. Его мать, святая Елена, обрела в Иерусалиме Честный и Животворящий Крест Христов. И восторжествовала Святая Церковь Христова победой над вратами ада!

Посрамленный же сатана, вождь врат адовых, видя себя по​бежденным, начал измышлять иной способ брани на Святую Цер​ковь, он воровски пробирался в среду верующих, извращал дог​маты веры Христовой. Появились лжеучители, сеятели богохуль​ных ересей. Первый из них, еще при самом царе Константине, Арий, возмутил Церковь Божию богохульным учением о Лице Господа нашего Иисуса Христа, низводя Его на степень твари. Святой Царь Константин созвал 1-й Вселенский Собор, кото​рый предал анафеме ересеначальника Ария с его еретическим учением. Затем, один за другим, как грибы после дождя, стали появляться иные ересеначальники: Несторий, Евномий, Македо​ний, Диоскор, Савелий, Ориген и другие. Затем возникла ересь иконоборческая и прочие. Но все они посекались мечом веры Христовой, и Судом Святых Церковных Соборов предавались анафеме все еретические восстания врат адовых.

Теперь ясно, что такое врата адовы и брань их на Церковь Божию. В наши дни, в начале двадцатого века, а именно в 1911 году, возникла новая и весьма тонкая ересь имяборческая, о которой и идет наше сказание. Сатана проник в самый оплот Православия — во Святую Гору Афонскую, а затем и в недра Церкви Российской — в Святейший Правительствующий Сvнод в лице Сvнодальной кучи Волынского Антония. Наше ска​зание достаточно уясняет, что наделала эта треклятая ересь имя​борческая, во что обратила она земной жребий Царицы Небес​ной, какое потрясение и бурю произвела она в тихом пристанище спасения, земном уделе Богоматери, какому поруганию подвергла она Святую Гору Афонскую, где на месте святом воца​рились мерзость, и запустение.

Глава 78. Как царь уделил град матери своей. Измена граждан

Царь царствующих устроил для нас страшную и неприступную крепость (Св. Гору Афонскую), а царствовать над нею и над окре​стностями ее поставил Матерь Свою. И возсела Матерь Царя на престол крепости той; бояре крепости приходили поклониться Царице, и вся крепость вместе с окрестностями возрадовались владычеству Ее, ибо не восставала никогда другая, подобная Ей Царица, ниже есть, ниже будет. Ради этого возлюбил Ее весь град вместе с окрестностями. Видит Царь оком Своим и слышит слу​хом Своим, что все люди крепости с окрестностями полюбили Матерь Его; тогда послал Он помощь свыше граду сему, и при​слал царские грамоты, чтобы неподвергаем был град соблазну, пока там находится Матерь Его. Но следующее поколение людей начало снисходить в погибель; снизошли мало-помалу до того, что изгнали Царицу, Матерь Цареву, из градских крепостных стен таким образом: прослышали люди града о том, что есть одна силь​ная женщина, угодная их погибельному и злому нраву, послали ей тайно грамоту, призывая ее на царство; после многих писем, ко​торые посылали ей, принудили они к тому, что она пришла. И воссела она на престол, сия царица-блудница, развратная женщи​на, и воцарилась. Изгнали тогда высшую всех Царицу, Матерь Небеснаго Царя, Которая была и есть одна Жена Святая, Чистей​шая, Премудрейшая, Благая, Благословенная, Преблагословенная и Благодатная.

Видит Всеблаженнейшая Царица и Хранительница града сего, что изгнали Ее люди городские с Царского престола, сделав своей царицей другую, жену злонравную, превратную, отступницу, развратную, обидчицу, хищницу, лгунью, недостойную и проклятую, имеющую на себе все виды зла; видит, что посадили сию, треклятейшую, на престол царский (говорим: на престол жизни монашеской). Долго терпела и долго терпит Всесвятая Царица, убе​жище града и Покров, не раскаются ли люди града и не прибег​ нут ли в покаянии к Ней, чтобы раскаяться. Ибо Милосердая Царица жалеет град сей, который был град благодатный, ныне же есть град беззаконнующий; говорим, жалеет удел Свой, кото​рый был уделом для спасения человеческого, а ныне стал уделом для погибели его.

Вопрошаю я вас, священники, священномонахи и вас, досточтимейшие монахи! Когда в городе сойдутся две царицы, будут ли они обе царствовать? Или воцарится лишь одна из них? Ясно, что будет царствовать одна, — но которая, прежняя ли царица или вновь приглашенная? — Царствовать будет приглашенная. Ког​да же воцарится вновь приглашенный царь, что остается делать прежнему? Удалится ли он из града — или нет? Ясно, что удалит​ся он из града сего. Но когда удалится Всесвятейшая Царица спасения, придет к Сыну Своему, и Он увидит, что пришла Ма​терь, изгнанная из царства Своего, тогда не разгневается ли Он на град сей и не разорит ли стены городские?

О, несчастные граждане, говорим, святогорцы, каким разоре​нием разорит Царь стены града сего?!

О, несчастные граждане! какой страшный слух о граде сем прослышится до концов вселенной, и иссохнут реки, которые текут во град сей (т. е. милостыни от христолюбивых христи​ан).

О, несчастные граждане! какой набег нашлет Царь на град сей, да поругаются над градом сим!

О, как попран град сей, по коварству царицы погибели!

О, какие художества, т. е. тонкие козни, устроила и восгосподствовала над градом сим треклятейшая ЦАРИЦА ПОГИБЕЛИ!

Глава 79. Плачь преп. Нила о Святой Горе. Воззвание к праотцам

О, несчастные святогорцы! что это за бедствие постигло вас? Вы уязвились стрелою лука, от каковой стрелы душа ваша стала, как прокаженная, вы уязвились многозаботливым попечением. Как могли вы предпочесть женщину-блудницу, развратную, и уни​чижить путь спасения, тот путь спасения, который открыли вам праотцы?!

Восстаньте, вселенские праотцы, просиявшие в монашеской жизни, как добрые воины, Амалика победившие и столиким тру​дом и потом путь монашеской жизни открывшие!

Восстаньте, все праотцы, монашеской жизни светом сиявшие, да видите, что стало на Афоне с монашеской жизнью.

Восстаньте, праотцы, аскетов похвала! (т. е. постники, здесь подвизавшиеся).

Восстаньте, праотцы, хотящих спасения отцы! (т. е. мудрые старцы-наставники).

Восстаньте, праотцы, древних покой! (т. е. безмолвники).

Восстаньте, праотцы общежитий! (т. е. киновиархи).

Восстаньте, праотцы, пустынников воздержание, т. е. терпеливодушные пустынники, девства главизна, т. е. предстоятели лика девственников, сокрушившие семиглавого дракона безза​кония!

Восстаньте ныне, все праотцы, чтобы увидеть ваших потом​ков, как они оживляют и воскрешают семиглавое беззаконие погибельной многосуетностью!

Восстань, отче Афанасие, и виждь потомков твоих, как погу​били они руководство твое спасительное и отстранились от запо​веди, которую ты передал им, отстранились от пути спасения, пути покоя, пути мира, стали на путь безстрашия, смущения, которым смущают друг друга, говоря: «что еси ты, и что есмь аз?» — как будто не твои они потомки, как будто не твои они чада, сии детоубийцы, убивающие чад спасения и воскрешающие чад погибели!

Восстани, преподобие Петре, богоугодно монашествовавший пустынным подвигом, пустынный цвет пещер спасения, стяжав​ший Господа и носивший в сердце своем, как бисер, это неокраденное Сокровище.

Восстань, чтоб видеть сподвижников твоих, которым ты от​крыл этот путь спасительного подвига; восстань и виждь сие жи​тие, таково ли оно есть, каким ты передал его им? Или не оста​лось от него и следа? Похвала подвижников, жизнь пустынная, гора, возносящая к Божественным желаниям, любовью благодатною окрыляющая… Говорим, осталась ли подобная жизнь, и ублажается ли она ныне?

Ныне

СТРАШНАЯ ИМЯБОРЧЕСКАЯ ЕРЕСЬ РАЗРУШИВШАЯ РУССКУЮ ПРАВОСЛАВНУЮ ЦЕРКОВЬ И РУССКОЕ ПРАВОСЛАВНОЕ ГОСУДАРСТВО.

ЕРЕТИЧЕСКОЕ ПОСЛАНИЕ СВЯТЕЙШЕГО СИНОДА 1913 ГОДА.

Православное же мудрование об Именах Божиих таково:

1.Имя Божие свято, и достопокланяемо, и вожделенно, потому что оно служит для нас словесным обозначением самого превожделенного и святейшего существа – Бога, Источника всяких благ. Имя это божественно, потому что открыто нам Богом, говорит нам о Боге, возносит наш ум к Богу и проч. В молитве ( особенно Исусовой) Имя Божие и Сам Бог сознаются нами нераздельно, как бы отождествляются, даже не могут и не должны быть отделены и противопоставлены одно другому; но это только в молитве и только для нашего сердца, в богословствовании же, как и на деле, Имя Божие есть только имя, а не Сам Бог и не Его свойство, название предмета, а не сам предмет, и потому не может быть признано или называемо не Богом (что было бы безсмысленно и богохульно), ни Божеством, потому что оно не есть и энергия Божия.

2.Имя Божие, когда произносится в молитве с верою, может творить и чудеса, но не само собою, не вследствие некоей навсегда как бы заключённой в нём или к нему прикреплённой Божественной силы, которая бы действовала уже механически, — а так, что Господь, видя веру нашу (Мф.9, 2) и в силу Своего неложного обещания, посылает Свою благодать и ею совершает чудо.

  1. В частности, святые таинства совершаются не по вере совершающего, не по вере приемлющего, но и не в силу произнесения или изображения Имени Божия; а по молитве и вере Св. Церкви, от лица которой они совершаются, и в силу данного ей Господом обетования.

Владимир, митрополит С.- Петербургский; Сергий, архиепископ Финляндский (Страгородский); Антоний, архиепископ Волынский (Храповицкий); Никон, архиепископ, бывший Вологодский; Евсевий,  архиепископ Владивостокский; Михаил, архиепископ Гродненский; Агапит, архиепископ Екатеринославский. 1913 год.

Эта грамота «Послание» Синода от 18 мая 1913 года помещена на стр. 277-286 Церковных Ведомостей № 20 и на стр. 853-909 в прибавлении к этому номеру Церковных Ведомостей; это Послание Синода подписывалось как белым, так и чёрным духовенством по всем монастырям России и за её пределами.

Послесловие митрополита Дамаскина на творение о. Паисия

Труд отца Паисия «История Афонской смуты» широкому кругу читателей мало знаком. К стыду своему, не знал о нём и аз многогрешный. И меня не оправдывает, то, что уж слишком много написано и много говорено об Афонском погроме лета 1913 года, о гонениях имяславцев на просторах Российской Империи, понаписано в богословских трудах — как противников, так и исповедников славы Имени Божия. Столько написано и столько говорено, что в этой словесной круговерти можно было и пропустить или как-то не заметить творение отца Паисия. Повторюсь, выше сказанное меня ничуть не оправдывает. Потому и публично каюсь в своей ленности и невнимательности. Слава Богу, что хоть теперь я с этим творением полностью ознакомился и внимательно его прочитал. Проникся и как будто сам поучаствовал в тех печальных событиях Русской Православной Церкви, отголоски которых и до сего дня не дают нам покоя – разделяют людей на противников и сторонников славы Имени Божия.

Отец Паисий прожил на этом свете 105 лет. Писал он «Историю Афонской смуты» в свои последние годы. Отсюда — многие повторения, возможно, ещё не до конца изжитая личная обида на попранную (и на то время, невостановленную) справедливость, отсюда — допустимая предвзятость и кажущаяся жёстскость слога и слова. Всё это простительно и вполне обоснованно, объяснимо и допустимо, ибо речь идёт не о житейском благополучии самого отца Паисия, не об его личных каких-то устремлениях и делах, речь идёт о чистоте Православного Вероисповедания – с одной стороны. И с другой — об утверждении и воцарении имяборческой ереси – царицы погибели на канонических территориях тогдашних и сегодняшних патриархатов (и прочих церковных образований), так называемых, официальных церквей. В отличии от отца Паисия и нас многорешных,  официальные церкви живут (в том числе) в имяборческой ереси, продолжая ткать свою дьявольскую паутину для уловления  верующих людей, связывая и приводя их к царице погибели.

Как и любая ересь, имяборческая ересь вытекает из человеческой гордыни, маловерия и в конечном итоге – осатанения. Книга отца Паисия это ещё раз наглядно и убедительно подтверждает.

Архиерейский Собор Российской Православной Церкви 2/15 сентября 2016 года ниспроверг еретическое «Послание» Святейшего Синода от 18 мая 1913 года, подтвердил анафему Константинопольского Собора 1351 года на имяборцев:

Священное Писание и Предание, Святые Отцы Церкви Христовой учат, что Имя Божие есть сила и энергия Божия. Всякая энергия Божия неотделима от существа Божия и потому есть сам Бог, хотя Бог Сам по Себе и не есть ни имя вообще, ни Его собственное Имя.

Подтвердить анафему Константинопольского собора 1351 года (в частности) на имяборцев.

Имя «Божество» относится не только к сущности Божией, но и к энергии, то есть энергия Божия тоже есть сам Бог.

«Еще тем же самым мудрствующим и говорящим, что имя Божества говорится только о божественной сущности, и не исповедающим, согласно богодухновенному богословию святых и благочестивому мудрованию Церкви, что оно налагается не меньше и на божественную энергию, и при этих обстоятельствах опять-таки почитающим всеми способами одно [только] Божество Отца, Сына и Св. Духа, считать ли Божеством Их сущность или энергию (как и этому [почитанию] научают нас божественные тайноводцы), – анафема, анафема, анафема».

Слава Богу за всё.

С любовью о Христе Воскресшем,

+ Митрополитъ Дамаскинъ

Предыдущие части