Слово 24. Мысли, писанные двустишиями

Все с себя сбрось, и тогда рассекай житейское море; но не пускайся в плавание как грузный корабль, который готов тотчас потонуть.

Помни непрестанно страшную смерть, как будто она у тебя перед глазами; и встретишь ее менее грозною.

Непрестанно созидай ум свой в храм Богу, чтобы внутри своего сердца иметь невещественную опору – Царя.

Познай себя самого, из чего и каким сотворен ты, доблестный мой, – и чрез сие удобно достигнешь красоты Первообраза.

Тебя один день ведет к другому; и тот постоянно влается, кто сам в себе легок; но в сердце человека благоустроенного есть некончаемый день.

Кто полагается на преходящее и приходящее, тот вверяется потоку, который не стоит на одном месте.

Для меня равно худы – и негодная жизнь и негодное слово. Если имеешь одно, будешь иметь то и другое.

Нечистому приступать к жертвоприношению значит оскорблять Бога. Но еще более оскорбляет Его тот, кто чтит всякие останки мертвых.

На пути к совершенству никогда не останавливайся. Худо сходить непрестанно в глубину. И ты, который только выходишь из бездны греха, еще стоишь.

Тот зрячий слепец, кто не видит, сколько пагубен его грех. Уметь открывать следы зверя – признак острого зрения.

Если, имея нужду во враче своих немощей, скрываешь болезнь; то не спасешься от неисцельной гнилости.

Твое слово, мое дело. Кто сделал не доброе дело, тому сомнительный помощник – красноречие.

Пресыщение делает наглым, а я тебе, доблестный мой, желаю позаботиться о том, что вечно питаемую душу удерживает в должных пределах.

Желаю также, чтобы ты богател одним Богом, а целый мир почитал всегда наравне с паутинными тканями.

Блага настоящей жизни весьма чужды для человека; человеческая добродетель – вот что одно составляет жизнь.

Приступите, всем вопиет слово нелживого Советодавца – Бога, приступите немедленно к познанию пренебесной Троицы!

Вы, на кого в сей жизни наложил свои узы честный брак, приложите ума, как бы вам больше плодов внести в небесные точила!

А вы, невесты девы, приявшие в объятия свои Слово великого Бога, старайтесь в дар Богу принести все!

Одинокая жизнь – всеозаряющий свет; но надобно устранить сердце от мира, и держать себя вдали от плотского.

Оскорбительно для веры – не в сердце ее иметь, но поставлять в каком-нибудь цвете. Краску не трудно смыть; а я люблю то, что проникло в глубину.

Не надобно иметь ни справедливости неумолимой, ни благоразумия, избирающего кривые пути. Лучше всего – во всем мера.

Умеряй свою смелость, иначе будет она дерзостью, а не мужеством. К признакам целомудрия принадлежит и некоторая веселость.

Прекрасно иметь ум, отверстый всегда для Божьего слова; чрез сие приобретается ведение небесных законов.

Спеши стать совершенным; не угождай тем, кому всего лучше не угождать; тешить грех – самая бесславная слава.

Добродетельному стыдно быть защитником порочных; это почти то же, что собственной ногою стать на стезю порока.

Золото испытывается в горниле, а добродетельный – в скорбях. Часто скорбь бывает легче состояния невредимости.

Легко отречется и великого Бога, кто отрекся отца. И наставника в благочестии уважай, как отца.

Моль все поедает; и на гроб не оставляй своего достояния; лучшая погребальная почесть – доброе имя.

Щади своих ближних, особенно же мертвых, которые все оставили и не могут ничего тебе сделать.

Оставив весь мир и всякое здешнее бремя, направляй парус в небесную жизнь.

Непрестанно простирайся на дела более и более совершенные, умудряемый Богом; паче же всего предметом твоих попечений да будет Троица.

Двустишия

За хорошим началом следует и прекрасный конец; справедливость сего показывают самые последствия дел.

Вот начало, которое приносит людям хороший конец, – свято трудись над очищением жизни!

Окрыляемый учением, не летай без действительных крыльев; потому что без крыльев и птица не летает.

Человеку в жизни наибольшая слава – ведение; но и оно вредит употребляющему его во зло.

Смотри, чтобы не уловила тебя в обман суетная слава, – это западня для людей недалеких умом.

Делая хорошее, старайся и стоять в этом; потому что к худому переход скор.

Обуздывай смех, и гневу полагай предел, всеми же мерами гони от себя праздное слово.

Прежде всего бойся Бога, чти родителей, об иереях говори с похвалою, и имей в уважении старцев.

Сыну никогда не входить в спор с отцом – повелевает закон, а прежде закона – природа.

Чего вовсе не хочешь терпеть от другого, того и сам не желай делать другому.

Для сделавшего тяжкий проступок, гнев не тяжек; потому что суд воздает только равным за равное.

Из мудрых уст каплют самые сладкие слова; а горькая гортань изрыгает брани.

Потоки сладости источаются с языка доброглаголивого, а в нескромных устах родятся гнилые речи.

Друзья любят и любимое друзьями, а враги презирают и срамят друзей.

Для бедных друзей затворены двери богатых; богатым же всегда приязненны блистательные чертоги.

Вода – прекрасный напиток; она не нарушает ясности мыслей; а выпитая чаша вина мутит ум.

Вино, по природе своей, незнакомо с целомудрием; тем и производит оно удовольствие, что раздражает.

Ум легок и не терпит обремененного чрева; потому что у противоположного с противоположным всегда борьба.

Лучше слегка принять пищи, нежели быть за богатым ужином, но только во сне.

Глупец во сне делается богатее и того, кто имеет у себя бездну денег.

Лучше быть бездетным, нежели иметь глупых детей; там один бездетен, а здесь многие худы.

Для всякого умершего человека целая земля есть гроб; потому что все, что из земли, на земле и в землю обращается.

Пастух, когда захочет, доит и козлов, но вместо молока выжимает у них потоки крови.

Свинья, когда видит, что готовят ей корм, умеет сдержаться и не хватает прежде времени.

И бесчинных людей принуждай не нарушать приличного и установленного законами порядка.

Соблюдая закон, изгонишь вон страх; потому что всякий исполнитель законов – вне страха.

Сведущий кормчий избежит девятого вала; а ум, обогащенный мудрыми мыслями, спасется от всякой беды.

Не замышляй ничего противного добродетельной жизни; потому что заблуждение порока очевидно.

Большая наковальня не боится стука; и мудрый ум отражает от себя все вредное.

Зайца приводит в страх шум листьев, а человека робкого пугает и одна тень.

Ненавижу бедняка, делающего подарки богатому, как человеку, который сладко говорит, но забывает накормить.

Злонамеренный оратор извращает законы; а благонравный оратор – самая стройная гармония.

Богатые смеются укоризнам сирот; они смеются даже и Божию наказанию.

На собственную пагубу хвалится законами, кто незаконно требует соблюдения законов.

Обычное дело бедняку не думать о себе высоко, потому что у одних богатых не бывает забот о средствах жизни.

Учи глупых, соображаясь, сколько можно, с их природой, тогда, может быть, сверх чаяния, сделаешь их благоразумными.

От удара железа воспламеняются и камни; плотно свитый бич образует сердце.

Весьма худо и давать клятву, и требовать ее; в обоих случаях оскорбляешь правду.

Собирай сокровище для нескончаемого века, а настоящий век оскудевает даже прежде своего конца.

Не будь привязан к счастью, которое разрушается временем; а что время строит, время же и разрушает.

Неприлично женщинам выказывать в себе мужеский нрав; всякое другое правило кроме стыдливости чуждо благонравной женщине.

Удовольствие для наслаждающегося им кратковременно; едва наступит, как и улетает, подобно камню.

Для больного никакое богатство не предпочтительнее здоровья; и природа поступает премудро в том, что всегда желает здоровья.

Слова неразумного человека – шумный плеск моря, которое бьет в берега, но не напояет береговых растений.

Подарок заставляет и мудрецов видя не видеть; золото – такая же ловушка для людей, как сеть для птиц.

Скорби преждевременно рождают седины; чего лишил нас образ жизни, того не восстановит время.

Богатство – самый проворный приспешник в худом; потому что при могуществе всего сподручнее сделать зло.

Никакое приобретение не лучше друга; но никогда не приобретай себе в друзья худого человека.

Уважай порядок и предпочитай могуществу; потому что сам он есть могущество и всегдашний охранитель могущества.

Ум озабоченный – это моль, которая точит кости; тело цветет, когда избегает забот.

Никакое пресыщение не бывает целомудренно; потому что огню свойственно сожигать вещество.

Вино – это поджога остывшей страсти; а всякое подложенное в огонь вещество усиливает пламень.

Кто боится тяжеб, тот избежит и гнева; потому что тяжбы часто воспламеняют сердце гневом.

Ужасно прибавлять трудов изнемогающему в трудах; однако же труд нередко прекращал труды.

Иной боится тех трудов, какие несут другие; а посмотри, и сам он завален трудами своего рода.

Заботься всегда о вечной славе; потому что настоящая слава ежедневно обманывает.

Гнев – небезопасный для всякого советник; что предпринято в гневе, то никогда не бывает благоразумно.

Змия зла, аспид хитер; в этих животных видна порознь злоба, соединенная в одной женщине.

Смотря на голые кости, убедишься, что все здешнее не принадлежит нам существенно.

Если молодой рак ходит не прямо, то берет для сего пример с матерней походки.

Делая принуждение природе, и от худых учителей, без сомнения, произведешь хороших учеников.

Украшай себя добрыми отличиями жизни и не презирай бедного сироту.

Когда даст Бог, ничего не сделает зависть; а когда не даст, не поможет никакой труд.

Рождаешь, ехидна? – Не избегай мук рождения; когда ты зачала, то испытаешь, что испытала твоя мать, рождая тебя

За явную робость никого не признают храбрым; одни победы приобретают похвалу.

Сонливый человек – изобретатель грез; потому что сон знаком только с призраками, а не с действительными вещами.

Принуждение убеждает и против воли; оно не редко связывает руки и исполинам.

Когда народная толпа в заблуждении, всякий начинает кричать, и все обращается в беспорядок.

Бездельного дела никогда не называй делом, ибо все бездельное достойно презрения.

И у собак, которые сбежались на падаль, уважается порядок.

Когда говорит золото, тогда все другие слова не действительны. Оно умеет убеждать, хотя и не имеет языка.

Могут и ныне наслаждаться миром преданные скоропреходящим благам этой жизни.