Отрывок из письма блж. Августина к Дульценцию (№204)

(5) Что касается в высшей степени безумных смертей, которым некоторые из них сами себя подвергают, и из-за этого бывают ненавистны и отвратительны даже многим своим [сторонникам], чьи умы не охватило столь великое безумие, – мы часто отвечали им согласно Писаниям и христианскому образу мыслей, ибо написано: «Тот, кто зол к себе самому, к кому будет добр?» (Сир.14:5) Или, действительно, тот, кто считает для себя самоубийство дозволенным избавлением, пусть убивает и ближнего, оказавшегося в таких же испытаниях и желающего умереть, поскольку Писание говорит: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф.22:39). А то, что без веления законов или законных властей не дозволяется убить другого, даже желающего и просящего об этом, и уже не способного жить, достаточно показывает Писание в книге Царств, где царь Давид приказал предать смерти убийцу царя Саула, хотя тот сказал, что Саул, уже раненый и полуживой, просил его сделать это и одним ударом освободить его душу, боровшуюся с узами тела и жаждавшую освободиться от мучений. Следовательно, поскольку всякий, кто без какого-либо полномочия от законной власти убивает человека, есть человекоубийца, то всякий, кто убивает себя, не является человекоубийцей, [только в том случае,] если он не человек. Все это мы изложили многими способами в наших других многочисленных беседах и писаниях.

(6) Однако следует признать, что я, как помнится, до сих пор ещё не отвечал на вопросы о о старце Разисе, которого, словно пример для оправдания преступлений, в которых люди губят самих себя, [донатисты,] угнетённые полным отсутствием примеров подобных поступков в свидетельствах Церкви, с трудом отыскали в книге Маккавеев, и этим хвалятся. Но, чтобы твоей Милости [Дульценций,] и всем благоразумным людям этого было достаточно для их опровержения, [скажу]: если они готовы переносить на христианскую жизнь из жизни иудейского народа и его Писаний всё [без исключения] в качестве примеров, пусть переносят и это. Но если там присутствуют многочисленные поступки людей, которые традиционно для этих книг восхваляются, однако они либо не соответствуют нашему [христианскому] времени, либо уже в то время были неправильно совершены, то это же относится и к тому, что совершил Разис.

Если он был славен у своих [соплеменников] и принёс большую пользу иудаизму (что, в сравнении с христианским благочестием, Апостол называет ущербом и сором (Флп. 3:8)), и за это его называли «отцом иудеев», что удивляться, если в него закралось горделивое превозношение, так что он предпочёл смерть от собственной руки тому, чтобы вслед за столь высоким положением в глазах своих [собратьев], терпеть постыдное рабство в руках врагов?

(7) В языческих сочинениях подобные поступки принято восхвалять. Однако в книгах Маккавейских, хотя сам этот человек и восхвалялся, но его поступок описан без одобрения, и словно бы представлен перед глазами для осуждения скорее, чем для подражания; разумеется, не для осуждения посредством нашего мнения (которое и мы можем иметь, будучи людьми), но посредством суда того здравого учения, которое ясно [изложено] в самих ветхозаветных книгах. Ибо далёк был этот Разис от сказанного: «Всё, что будет наведено на тебя, принимай, и в скорби переноси, и в уничижении твоём имей терпение» (Сир.2:4). Итак, этот муж, избрав смерть, был не мудр, но неспособен перенести уничижение.

(8) Написано, что он захотел умереть доблестно и мужественно; но неужели поэтому мудро? Доблестно, конечно, чтобы не потерять свободу своего рода, будучи пленённым; мужественно же потому, что он имел столь великую силу духа, что был способен сам себя убить; а оказавшись не в состоянии совершить это мечом, он бросился вниз головой со стены, потом, ещё живой, взбежал на отвесную скалу, и там, уже совершенно обескровленный, достал свои внутренности и обеими руками разбросал их среди народа, и лишь затем, обессиленный, умер. (Ср. 2Макк.14:41–46). Сильны эти [поступки], но не благи: ибо не всё сильное является благим, ведь существуют и сильные злодеяния. Бог сказал: «Невинного и праведного не убивай» (Исх.23:7). Итак, если этот [человек] не был невинным и праведным, зачем его предлагают для подражания? Если же он был невинным и праведным, почему убийца невинного и праведного, то есть самого Разиса, необоснованно почитается достойным похвалы?