Преподобный и богоносный отец наш Димитрий происходил из города Переяславля[1] от благочестивых родителей. С молодых лет он отдан был в книжное научение и навык в чтении Божественных книг; многих сверстников он превосходил разумом и выделялся среди них своим смиренномудрием, которое всегда скрывал в сердце своем. Блаженный любил часто размышлять о будущем веке, о суде Божием, о воздаянии каждому по делам его, о Царстве Небесном, радости праведных и райском блаженстве. Изучив Священное Писание Ветхого и Нового Завета, святой познал, что жизнь в этом свете скоропреходяща. И потому он вскоре оставил этот суетный мир и, с умиленной душой, придя в страх Божий, в том же Переяславле принял иночество в Нагорном Борисоглебском монастыре. Здесь усердно подвизаясь в добродетельной жизни, он упражнялся в духовном трезвении и молитве, отличаясь чистотой, крайним смирением и духовной любовью ко всем. Таким образом этот трудолюбивый и неустанный богоугодный подвижник, поучаясь в законе Господнем день и ночь, обрел плод спасения, целомудрием и чистым сердцем взыскуя Бога и проводя равноангельное житие. Иноки и простой народ любили святого за его великую добродетель. По прошествии некоторого времени Бог сподобил преподобного Димитрия принять сан священства. В то время преподобный Сергий, Радонежский чудотворец, устроил близ Радонежа монастырь во имя Святой Троицы и, по изволению Божию, учредил там иноческое общежитие. Преподобный Димитрий часто посещал преподобного Сергия для духовных бесед, о том, как бы лучше управить иноческим общежитием и людей избранных привести к Богу. После этого преподобный Димитрий построил церковь во имя святого Николая Чудотворца и при ней создал монастырь на берегу Переяславского озера[2], и был при той обители игуменом. К преподобному стало стекаться, ради духовной пользы, много монахов и мирян, желавших жить в его обители, и блаженный принимал их, поучая со смирением и постригая мирян в святой иноческий чин. Так он собрал у себя большое Божие стадо словесных овец Христовых. Вскоре затем преподобный устроил в своем монастыре общежитие, утвердив его строгими правилами. Братия во всем повиновались святому с любовью и послушанием, как Ангелу Божию и истинному наставнику, в особенности же как ходатаю Царства Небесного. Потом, бегая славы человеческой[3], блаженный Димитрий удалился отсюда на Вологду; там, недалеко от города, преподобный полюбил уединенное место при луке[4], образуемом коленом р. Вологды, создал здесь храм во имя Всемилостивого Спаса и основал общежительный монастырь[5]. Когда разнеслась молва о водворении преподобного в Прилуках, многие из учеников перешли из Переяславля к любимому наставнику, в Прилуки; приходило к преподобному много ищущих иноческой жизни и из разных других стран. Так составилась общежительная Прилуцкая обитель. И собрал здесь преподобный Димитрий многочисленную братию[6]. Добре упасши Христово стадо вверенных его руководству овец словесных, преподобный преставился ко Господу 11 февраля 1392 года[7].

Свыше от Бога, преподобне, благодать приял еси духовную и от Него убо познался еси, блаженне. Того ради и ты духом познал еси лучшая Его, будущаго века пребывание, и постнически испытався во своих обителех. И ныне со Ангелы ликовствуя, Спасу всех за ны молися святе Димитрие, да вси вопием: слава Давшему ти крепость, слава Венчавшему тя, слава Действующему тобою всем исцеления.

От юности, преподобне, крест твой взем, Христу последовал еси, в молитвах и пощениих, во бдениих же и злостраданиих плоть твою изнуряя. Темже и Всевидящее Око твоя труды видев, чудесы тя прославляет, и всех звати тебе научает: радуйся преподобне отче Димитрие, постников удобрение.

Примечания

[1] Переяславль Залесский, северный, – ныне уездный город Владимирской губернии.

[2] Ныне – так называемый «Никольский на Болоте» – заштатный монастырь в Переяславле Залесском.

[3] Слух о высокой жизни преподобного Димитрия дошел до великого князя Московского Димитрия Иоанновича Донского, и он пригласил преподобного к себе, чтобы он был восприемником детей его. Преподобный исполнил желание князя и получил от него щедрые дары для обители. После этого он и решился оставить Переяславский монастырь и удалиться в глухое место.

[4] Лука – изгиб, кривизна, излучистый берег, мыс, огибаемый рекою.

[5] Это было в 1371 году. Спасо-Прилуцкий (второклассный) монастырь находится в 15 верстах от Вологды. При основании обители владельцы места с любовью уступили преподобному свою землю. Горячее усердие явилось и у граждан Вологды. Каждый спешил жертвовать преподобному, что мог, для сооруженья храма. Великий князь Димитрий Донской, узнав об основании преп. Димитрием новой Спасо-Прилуцкой обители, прислал от себя для нее пожертвования.

[6] Преподобный своими подвигами и добродетелями служил высоким примером и образцом для собравшейся в его обитель братии, в то же время непрестанно поучая и наставлял ее. Он отличался нищелюбием и благотворительностью. Сам, всегда довольствуясь только просфорой с теплой водой, он обходил монастырские угодья и заботился, чтобы для трапезы братии вовремя доставлялось все нужное. Одежда у него зимой и летом была одна – овчинный заскорузлый тулуп, под которым летом бывал он мокрым от жары, а зимой страдал от морозов. Но для братии он ходил вместе с ними на работы. Для того, чтобы другие не видали его слезной молитвы, он часто удалялся для молитвы в уединенное место, с левой стороны храма, где для этого была сделана деревянная пристройка. Своими высокими подвигами самоотвержения и самоотречения преподобный достиг высокого духовного совершенства и сподобился дара прозрения.

[7] Тело преп. Димитрия было погребено в созданной им Спасской церкви. У гроба его и его молитвенным предстательством совершались чудеса и различные исцеления. И ныне мощи преп. Димитрия Прилуцкого почивают в том же храме, где находится и чудотворный образ этого святого, бывший с великим князем Иоанном III во время похода его под Казань.

Рожденный от богатых родителей купеческого звания в суеверном Переяславле, Димитрий[8] в юности обучен был чтению книг; но с юности уже не чувствовал склонности к занятиям отца своего; постриженный в иночество в Нагорном Борисоглебском монастыре[9], жизнию чистою, равноангельскою, снискал он себе любовь братии. Ревнуя о умножении славы Божией, основал на берегу Переяславского озера Николаевский монастырь, с правилами строгого общежития. Игумен новой обители скоро собрал себе много учеников, благоговейно внимавших наставлениям его. Друзья Божии любят друг друга. Преп. Димитрий в первый раз познакомился с великим пустынником Сергием, конечно, тогда, как преп. Сергий приходил в Переяславль просить игумена для своей обители, и сколько ни отказывался, посвящен был сам в игумена блажен. епископом Афанасием. Это было в 1354 году[10]. С того времени преп. Димитрий часто ходил к преп. Сергию для духовных бесед и возвращался с одушевлением на новые подвиги. Блаж. Димитрий был весьма красив лицом и красота его расцветала от поста: во избежание искушений, в обители, посещаемой мирскими людьми, он закрывал лице свое кукулем и бегал жен. Одна из именитых жен Переяславских, слышавши о необыкновенной красоте его, захотела непременно видеть лице его, и ей удалось это тогда, как преподобный готовился к священнослужению; но нецеломудренная внезапно поражена была расслаблением. Братия, увидев жалкое положение ее, сжалились над нею и просили настоятеля простить ее. Тронутый раскаянием в слезами ее, он сказал: «зачем ты хотела видеть грешника, уже умершего миру?» и крестным знамением возвратил ей здравие.

Слух о высокой жизни преподобного Димитрия дошел до великого князя Димитрия, и он пригласил преподобного к себе, чтоб был он восприемником детей его. Преподобный исполнил желание доброго князя и получил от него щедрые дары для обители. Но, бегая славы человеческой, решился он удалиться в глухое место.

Взяв с собою любимого ученика своего Пахомия, преподобный отправился на север, тогда малолюдный, в Вологодские леса. Здесь на р. Великой, вблизи Авнежского селения, построил он храм Воскресения Христова; но окрестные жители, по привязанности к земному, не желая лишиться участков земли, не дозволили ему строить здесь монастырь. Преподобный доволен был, что построил храм Божий там, где имели в нем крайнюю нужду. – «У людей этого края, говорит древнее житие, мало было духовной пищи Божественного писания и назидания. Придя в эту страну, преподобный видел и слышал, что церквей Божиих еще мало в ней». Потому живо чувствовал, что надобно умножать в ней храмы. Не желая никому быть в тягость, преподобный удалился из Авиежского в Вологду; здесь были храмы и знали о монастырях, но на всем севере не было общежития иноческого. – За три версты от Вологды преподобный полюбил уединенное место при луке, образуемой коленом р. Вологды, и здесь решился основать общежительную обитель. Владельцы места (Илья и Исидор) оказались такими добрыми людьми, что не только с любовью уступили ему землю свою, но даже затоптали озимые нивы свои, лишь бы только немедленно построен был храм. Жаркое усердие явилось и у граждан Вологды. Каждый спешил жертвовать преподобному, что мог, для сооружения храма. И скоро построился (в 1371 году) храм в честь Спасителя. Когда узнали о водворении преподобного в Прилуках, многие из учеников перешли из Переяславля к любимому наставнику, в Прилуки. Так составилась общежительная обитель, первая в Вологодском краю[11]. Великий князь Димитрий Донской, узнав о том, прислал от себя пожертвования для новой обители преподобного Димитрия. Однажды Прилукские братия сказали игумену своему: «мало книг у нас». Преподобный отвечал: «если без лености будем хвалить Бога, то довольно и обычных книг. И они, как труба Божия, поют днем и ночью, нужна только чистота сердечная, духовная любовь и смирение». Сам он любил беседовать с Господом в молитве; для того, чтобы не видали другие слезной молитвы его, с левой стороны алтаря пристроено было им из досок место, и здесь он молился наедине. Обитель его стояла на дороге в великую Пермь: посетителей бывало много, но он никогда не оставлял молитвенного правила своего для посетителей. «Не ищи не только богатства, но и достатка, писал Великий Василий иноку, не ищи ни земной славы, ни земного могущества, ни излишнего телесного здоровья; не ищи никаких земных связей и ничего преходящего, а непрестанно всеми силами ищи, как повелено, Царствия Божия (Мф. 6:38), т. е. спасения души; спасение души есть самое главное дело для человека. Потому день и ночь старайся устроять свое спасение»[12]. Так и поступал преподобный Димитрий. Не ища ничего от людей, он, по правилу Апостола, считал себя должником пред другими только по любви; потому в обители его находили себе пищу бедняки. Иногда подавал он им пособия тайно от братий, чтобы не возмутить покоя последних. Сам, довольствуясь только просфорою с теплою водою (таков был пост его даже и в те дни, когда уставом разрешалось вкушать рыбу и вино), он обходил монастырские угодья и заботился о том, чтобы для трапезы братии вовремя доставлялось все нужное. Одежда у него зимою и летом была одна: овчинный закорузлый тулуп, под которым летом бывал он мокрым от жары, а зимою страдал от морозов. Но для братий он ходил вместе с ними на работы. Для братии принимал он подаяние от мирских, но разборчиво. Одному из мнивших быть благотворителем сказал он: «отнеси назад, что принес нам, и накорми слуг и сирот (крестьян), живущих у тебя, чтобы не страдали они от голода и наготы; когда останется от того что-нибудь, принеси нашей нищете». Принесший едва мог умолить преподобного, чтобы дозволил он братии взять что-нибудь из принесенного для благословения трудов его. Так врачевал он богатого скупца и вместе предостерегал братию от участия в делах любви лицемерной, не искренней.

Подвигами самоотвержения преподобный достиг высокого духовного совершенства и облекся даром прозрения.

Родной брат его, не имевший счастия в торговле Переяславской, два раза приходил к нему в обитель за благословением на путь для торговли, «в поганския человеки, еже зовут Югра и Печера, идеже живут Чудь и Самоядь». – Преподобный два раза давал ему благословение, дарившее брата счастием неожиданным; возвратясь в первый раз, уплатил он долга свои, в другой раз стал богатым человеком. Не довольствуясь тем, пришел он в третий раз. Преподобный сказал: «довольно, брат, можешь прожить и с тем, что приобрел, не ходи более, не погибнуть бы тебе от зверских людей». Брат не послушался и уже не возвратился ни с добычею, ни без добычи. Раз занимался он вместе с братиею на дворе монастырском работою и, вздохнув, сказал им: «мы, братия, строим земные, тленные дела; а благоверный великий князь Димитрий уже не печется о суетной жизни». II с того дня стал поминать великого князя Димитрия между усопшими. Спустя несколько дней пришло известие, что великий князь скончался, и скончался в тот самый день и час, когда говорил о том св. Димитрий (1389 г., мая 19-го).

Достигнув глубокой старости и чувствуя близость кончины своей, преподобный назначил в преемники себе ученика своего Пахомия. Братия спрашивали, где похоронить его? «Бросьте, отвечал он, грешное тело мое в болото». Он уединился затем для молитв и скончался 11-го февраля 1392 года. Никого не было при кончине уединенного молитвенника; но когда пришли в келью его, – келья его исполнена была чудного благоухания, а он лежал, как заснувший. – Благоговейные ученики похоронили тело его в храме, который построил он сам.

Спустя 16 лет после кончины преподобного, посетила жителей Вологды страшная и странная болезнь. Весьма многие страдали от сильного корчения; им давали в руки палку, чтобы в корчах, держась за нее, не делали себе вреда; много таких страдальцев привезено было ко гробу преподобного; здесь, в муках корчей валяясь, каялись они в грехах, призывали молитву преподобного на помощь и при гробе преподобного получали исцеление; их палки оставались в обители памятниками милости Божией. Это было в 1409 г. Тогда помянутая болезнь известна была и в других местах, от Рязани и Москвы до Вологды[13]. Не долго после того (1417 г.) Вятчане напали на Вологду и вошли в Прилуцкий монастырь, еще не огражденный стеною; самые наглые ворвались в храм, и один, сдирая пелены с икон, коснулся покрова, лежащего на гробе преподобного. Но лишь только коснулся последнего, как брошен был на пол и в муках умер. Это так устранило вождей Вятских, что они поспешили отпустить пленных обители, и в свою сторону возвратились немногие из грабителей. Вятчане долго памятовали это чудо, и раз с одним иноком обители, Закхеем, прислали богатую милостыню в обитель[14].

Князь Димитрий Шемяка, ведя несовестливую войну с великим князем Василием, в зимнее время подступил под Вологду. Осажденный город трепетал жестокого неприятеля. В следующую ночь инокиня видела такое видение: город окружен был светом, и святолепный старец шел к нему по дороге из Прилуцкой обители; к нему вышли на встречу из скудельницы два белоризца; стены города колебались. Белоризцы и старец, которого они называли Димитрием, обошли город и скрылись. На другой день граждане Вологды тучею стрел и камней отразили сильный приступ Шемяки и побили множество врагов. Шемяка, простояв потом несколько дней, принужден был удалиться к Галичу, но и там потерпел поражение[15].

Два храма сгорели, один за другим, в Прилуцкой обители, но рака преподобного осталась целою. Когда начали строить третий храм, – мало было дерева, а еще меньше пищи для 200 работников, и работа шла медленно. Один инок видит в видении – благолепный старец носит на раменах деревья к месту храма, и слышит голос: «посмотрите, сам преподобный Димитрий носит нам лес для церкви». Храм с того же дня быстро построился.

Тот же инок в новом видении, среди виденных им святых мужей, искал преподобного Димитрия, и голос возвестил ему: «ты Димитрия ищешь? он в Казани». В то время великий князь Иоанн отправил войско к Казани. Это был первый поход против Казани. Одно из двух ополчений послано было из Вятки и ему вручена была икона преподобного Димитрия. В час победы над Татарами князь видел явившегося преподобного, и по возвращении войска из похода, возвратил в обитель богато украшенную икону преподобного. Это было в 1545 году. Епископ Стефан с крестным ходом отнес икону в обитель преподобного. И с того времени стали каждый год совершать 3-го июля крестный ход в обитель[16].

В 1609 г. Вологодский воевода писал: «здесь в Вологде преподобный Димитрий явил свою милость, обещался стоять с нами против врагов государевых. Он явился духовному старцу у гробницы и велел перенесть свой образ с гробницы в Вологду; архиепископ и воевода со всеми вологжанами и иногородными, сретив тот образ с великою честию, поставили его со слезами и с молебным пением в Вологде на площади, в церкви Всемилостивого Спаса, января 4 дня. Ныне сей образ стоит для уверения и поклонения всем христианам. Говорят, что сей образ преподобного Димитрия писал преподобный Дионисий Глушицкий; в Вологде хотят построить на площади храм во имя преподобного Димитрия. С твердым упованием на Всемилостивого Спаса и Пречистую Богородицу, на преподобного Димитрия и всех святых, – решились мы смело стоять против врагов государя и всего православного христианства»[17].

Примечания

[8] Ркп. житие пр. Димитрия, опис. игум. Макарием частию со слов ученика его Пахомия, в сборн. Сергиевой лавры, № 8. Румянц. № 96. 153. В Синодальной ркп. ХУ в. № 556 и XVI в. № 90. 555. В Минее Макария; извлечение в прологе 11 февр.

[9] Писали: «постригся в инока в родном Переяславле в Горицком монастыре». Этого не могло быть: Горицкий монастырь устроен св. княгинею Евдокиею в 1392 г. (смот. июля 7 дня); кроме Никитского, в начале XIV в. существовал в Переяславле Нагорный Борисоглебский, известный и по житию св. Никиты. См. мая 24 дня.

[10] См. о пр. Сергие сент. 23 в ист. иер. и во Владим. Губ. Ведом. 1849 г. № 2 показывают, что Переяславский Никольский монастырь основан в 1392 г. Это – явная ошибка: в 1392 году последовала кончина преп. Димитрия в Прилуцкой обители.– Еще страннее эта ошибка там, где вместе писали, что Прилуцкий монастырь основан в 1371 г. (Христ. Чтен. 1861 г. сент., 176. 187).

[11] Житие: «ни общаго жития не бысть в земле той, от Волги реки великия даже до последних моря... Се первая на Вологде общая обитель бяше великая пр. Димитрия и яко ту нача неотступно святый жити с братиею в купе и мнози иноцы приидоша к нему».

[12] Творения Василия вел. 5. 260. М. 1846 г.

[13] Степ. кн. 1, 569. 570.

[14] О войне Вятчан в Двинской стране. Собр. л. 5, 260. 6, 141. 3, 106. Биограф препод. игум. Макарий прибавляет при этом: «такое же страшное чудо когда-то в городе Суроже. Князь Новгорода Русского, придя с войском взял город и забрал в плен не только людей, но и священные сосуды и даже гроб св. Стефана, покрытый дорогими покровами (паволоки); князь сам начал стаскивать (покровы) и незримо поражен был по лицу; тотчас его лице обратилось назад. – Он пришел в раскаяние; уверовав во Христа, принял крещение и отпустил пленных. Тогда опять он стал здоровым молитвами Стефана, получив исцеление, отправился он в свояси». О. Макарий очевидно имеет в виду неизвестное ныне житие св. Стефана Сурожского, переведенное с Греческого языка.

[15] В печ. службе препод. Димитрию (мин. февраля 11-го дня) упоминаются все обстоятельства жизни препод. Димитрия и все помянутые нами чудеса: служба составлена при царе Иоанне Грозпом. Ркп. служба на 11 февраля у Царского № 563.

[16] Последние чудеса препод. Димитрия у Румянцева № 153. Ист. иер. 6, 221, 222. Служба препод. Димитрию на 3-й день июня у Толстого 2. № 368. По описанию чудес, поход под Казаны а) был первый при Иване Васильевиче; б) был вслед за построением храма в обители. А храм в обители освящен в 1542 г., быв заложен в 1537 году (ист. иер. 6, 217); след. по тому и другому отличию это поход 1545 г. – О походе 1545 года Арцыбашев 2, 162. 163: «препод. Димитрий чудотворец» в грам. 1563 года. Ист. авт. 1,320. Жалованная грамота монастырю 1546 года в А. Э. 1, №208.

[17] Ак. Э. 2, 196.