Преподобный Стефан был современником и ближайшим собеседником преподобного Сергия Радонежского. Родился и воспитался он в Киеве, принял иночество в Печерской обители, где проводил жизнь в строгом воздержании, непрестанной молитве и полном послушании у старцев. Несколько лет святой Стефан прожил в Киево-Печерском монастыре, все более совершенствуясь в иноческих подвигах. Но мирное течение монашеской жизни в Киеве было нарушено подчинением южной части России князьям литовским, а затем – польскому королю. Католики усилили свое влияние и стали притеснять православных: отбирали у них храмы и устраивали в них костелы, не допускали православных до значительных должностей, бранили и даже избивали священников и монахов. Гонение на православие особенно усилилось в середине XIV века. В то время многие иноки в Киеве и его окрестностях покинули свои монастыри и уединились в безвестных дебрях и пустынях для подвигов поста и молитвы. Преподобный Стефан также ушел из Киево-Печерской Лавры и отправился на север, в православную Москву.

Святой Стефан прибыл в столицу Русского государства в княжение великого князя Иоанна II (1353–1359), сына Калиты и отца св. блгв. кн. Димитрия Донского (память 19 мая/1 июня), который предложил подвижнику избрать для жительства любой монастырь в Москве. Но святой Стефан решил поселиться в пустыне и отправился на северо-восток, где избрал себе место в лесном урочище Махрище, в 35-ти верстах от обители преподобного Сергия. Водрузив деревянный крест, подвижник срубил себе келлию, выкорчевал вокруг лес для возделывания земли и стал жить там, подвизаясь в посте, молитве и трудах. Когда о святом отшельнике стало известно в окрестностях, к нему начали приходить ревнители благочестия. Сначала преподобный Стефан, стремясь к безмолвию, не разрешал им поселиться около него, но затем уступил их просьбам. Не позднее 1358 года по благословению святителя Алексия, митрополита Московского († 1378; память 12/25 февраля), преподобный Стефан основал монастырь. Братия построили храм во имя Живоначальной Троицы, трапезную и келлии, которые обнесли оградой. Святитель Алексий рукоположил преподобного Стефана во иеромонаха и поставил игуменом новой обители.

Устроенная преподобным Стефаном обитель чрезвычайно распространилась, руководимая им по уставу общежития. Неленостно кроткими и тихими наставлениями поучал братию преподобный о путях спасения, о благочинии церковном и обязанностях инока, напоминая им слова Господни: «На кого воззрю, если не на кроткого и молчаливого и трепещущего Моих словес» (Ис.66,2). Еще более, чем словом, поучал игумен примером, ничем не отличаясь от братии в одежде и пище, облеченный в рубище, как бы один из последних, первенствуя только на молитве, ибо всех предупреждал в храме Божием и никому не уступал в трудах. Не только иноки, но и миряне стекались к нему из окрестностей для духовного совета, посещал для назидательной беседы и преподобный Сергий Радонежский, Лавра которого уже возникала по соседству, в сорока верстах от Махрищи. Но однажды пришел к преподобному Стефану великий сподвижник Сергий, утаив от него вину своего прихода – огорчение от братии, вынудившее его удалиться на время от своей обители. Узнав о пришествии преподобного Сергия, преподобный Стефан велел ударить в било церковное и встретил его со своей братией, ибо единодушны были оба труженика; единую волю творили они Господа своего и дружно возделывали духовную бразду, посевая в ней семя словесное. Встретившись, поклонились они взаимно до земли, прося друг у друга молитв и благословения, вместе вошли они в церковь для краткой молитвы. Несколько дней пробыл преподобный Сергий в Махрищской обители, обходя с ним пустыню и веселясь духовно о ее процветании. Наконец, открыл преподобный Сергий ему желание своего сердца: «Желал бы я, отче, с помощью Божией обрести себе место уединенное, где бы безмолвствовать. Прошу твою любовь даровать мне одного из учеников твоих, знающих пустынные места». Преподобный Стефан с любовью исполнил просьбу аввы Сергия и, отпустив с ним добродетельного ученика своего Симона, проводил его до источника, за три версты от обители. Позднее на месте расставания святых старцев, над источником, была поставлена часовня. Симон, обошедши с преподобным Сергием многие места пустынные, указал ему высокое прекрасное место на реке Киржачи. Оно полюбилось отшельнику Радонежскому, и там основал преподобный новую обитель во имя Благовещения Богоматери, где временно водворился, доколе братия первоначальной Лавры его не почувствовали горького лишения и разлуки с таким пастырем и не умолили его возвратиться, уже чрез посредство святителя Московского Алексия.

Вскоре и самого Стефана постигло такое же искушение от братии, и он последовал смиренному примеру собеседника своего, преподобного Сергия. Некто Григорий, живший недалеко от Троицкой обители, передал монастырю свою землю и другое имущество, принял монашество и стал усердным учеником игумена. Преподобный вскоре послал его к святителю Алексию, который рукоположил Григория во пресвитера и возвратил в обитель. Между тем присоединение к обители преподобного Стефана некоторых земель вызвало раздражение живших неподалеку четырех братьев Юрковских, опасавшихся, что их имение может отойти к монастырю. С целью заставить преподобного уйти из этих мест они грозили убить его. Никакие вразумления святого не помогали. Тогда преподобный Стефан, оставив вместо себя священноинока Илию, тайно оставил монастырь вместе с любимым учеником своим Григорием. В 60-ти верстах от Вологды, в древнем Авнежском княжестве, он основал Троицкую Авнежскую пустынь. Первым пострижеником обители стал местный землевладелец Константин Дмитриевич, который, желая подражать подвигам преподобного Стефана, одну часть своего имения раздал бедным, а другую пожертвовал новому монастырю и принял монашеский постриг с именем Кассиан (впоследствии пострадал вместе с преподобным Григорием в 1392 году; память их 15/28 июня). Со временем слава об Авнежских иноках дошла до Москвы. Благоверный великий князь Димитрий Иоаннович Донской, узнав о месте пребывания преподобного Стефана, вызвал его к себе, а в монастырь сделал богатый вклад богослужебными книгами и другими пожертвованиями. Преподобный Стефан, поручив паству свою преподобному Григорию, а келарную службу – преподобному Кассиану, пошел в царствующий град.

По дороге в Москву преподобный Стефан посетил Махрищскую обитель, где с радостью был встречен братией, умолявшей его не оставлять их более и возвратиться к ним из столицы.

Милостиво принял его там святитель Алексий, глубоко уважавший его добродетель, и любитель благолепия церковного великий князь, который снабдил Махрищскую обитель многими землями и льготами и велел преподобному Стефану опять в ней водвориться.

Будучи в Москве, преподобный обрел там будущего светильника Российской Церкви. Юноша-сирота Косма, сродник великокняжеского боярина и окольничего Тимофея Васильевича Вельяминова, славившегося богатством, мечтал быть иноком. Но его влиятельный родственник не соглашался отпустить его в монастырь. Узнав о святом Стефане, Косма пошел к нему и со слезами стал просить о помощи. Преподобный Стефан, провидя в юноше великого подвижника, постриг его в рясофор и преднарек ему имя Кирилл. Затем преподобный отвел Косму в Симонов монастырь, где преподобный Феодор (впоследствии архиепископ Ростовский, † 1394; память 28 ноября/11 декабря) постриг его в мантию. Это был преподобный Кирилл Белоезерский († 1427; память 9/22 июня).

Вернувшись в Махрищскую обитель, преподобный Стефан ввел в ней общежительный устав и в течение многих лет мирно и мудро управлял братией. По временам он приходил для беседы к великому чудотворцу Сергию.

Достигнув глубокой старости, преподобный Стефан передал игуменство старцу Илии и принял великую схиму. В скором времени, чувствуя приближение своей кончины, он созвал духовное стадо и в последний раз поучил братию подвигам духовным, страху Божию и непрестанной памяти смертной, любви нелицемерной, воздержанию и конечному отречению от мира. И причастившись Святых Христовых Таин, предал преподобный Стефан чистую свою душу Богу июля в 14-й день 1406 года. Благоухание святой его жизни повеяло от святых его мощей, свидетельствуя о благоприятном предстательстве его пред лицем Божиим. Со слезами братия погребли его в созданной им обители Живоначальной Троицы.

Много лет после преставления блаженного Стефана жил в его обители некто благоговейный старец инок Герман, уже столетний, днем и ночью предстоявший в молитвах Богу. Однажды ночью вышел он из своей келлии и увидел над гробом преподобного огонь. Ужаснулся старец и поспешил возвестить о том игумену Ионе, который увидел из окна своего тот же огонь, как бы луч света, сиявший от гробницы. Пришел в то время из Лавры преподобного Сергия игумен Арсений и, услышав о чудном явлении, духовно уразумел знамение благодати Божией. Он велел поставить над могилой гробницу, осенить ее покровом и пред нею возжечь неугасимую лампаду. С того времени возобновилось почитание святого, уже почти забытого, и было установлено ежегодное ему празднование.

В 1550 году при постройке нового каменного храма во имя Живоначальной Троицы мощи преподобного Стефана были обретены нетленными, но оставлены в новом храме под спудом. От кожаного параманда, найденного на персях мощей и вложенного в серебряный крест, последовали исцеления для прикасавшихся к нему с верою.

По молитвам преподобного происходили и другие чудеса. Однажды в праздник Пятидесятницы в обитель собралось до двух тысяч богомольцев. В тот год (по некоторым источникам, 1557 г.) был голод и в обители было мало хлеба. Игумен Варлаам (1557–1570), желая исполнить завет преподобного, учившего питать всех приходящих в монастырь, не знал, как быть. С верою он обратился в молитве к святому Стефану, прося у него помощи. Затем игумен повелел монаху Симеону, служившему за трапезой, весь имевшийся хлеб разделить и разложить на столы. Симеон мысленно осудил игумена, полагая, что такой поступок не только не накормит множество народа, но и лишит братию завтрашнего пропитания, однако он исполнил повеление, и по молитве святого Стефана произошло чудо: не только все паломники насытились, но еще осталось столько хлеба, что братия питались им три месяца.

Игумен Варлаам стал первым собирателем сведений о жизни преподобного Стефана. Он разыскал записки о святом у своего прадеда Серапиона, лично знавшего преподобного Стефана, и записал известные ему чудеса, происходившие у святых мощей. На основе этих записей игумен Данилова монастыря Иоасаф (впоследствии епископ Вологодский) по благословению митрополита Московского Макария († 1563; память 30 декабря/12 января) составил житие и службу преподобному Стефану. Служба святому была составлена также Симеоном Полоцким.

Родившийся и воспитанный в Киеве, блаж. Стефан[1] принял иночество в Печерской обители; там он провёл несколько лет в подвигах послушания и молитвы. Притеснения папистов заставили его перейти в Москву, где благосклонно принял его вел. кн. Иоанн II (1353–1359 г.). По грамоте князя и по благословению святителя поставил он себе келью на местечке Махрище, невдали от гор. Городища, в 35 вер. от Сергиевой пустыни[2]; своими руками рубил он лес и обрабатывал землю, для умеренных нужд своих. – Сперва он не принимал желавших жить с ним, дорожа безмолвием; но потом уступил просьбам усердия. Когда собралось к нему несколько ревнителей иноческой жизни, и построил он храм Св. Троицы, братские кельи и общую трапезу; святитель посвятил его в иеромонаха и игумена. Это было, как вероятно, в 1358 г.[3]. Живший невдали от Стефановой обители Григорий отдал Стефану свою землю с прочим имуществом, принял иночество в его обители и был самым любимым учеником его. За то братья Юрковские, жившие также невдали от обители, подняли самое злостное гонение на Стефана; они нагло бранили его и грозили убить, если не уйдёт из Махрищских мест. – Напрасно раб Божий со всей кротостью уговаривал их одуматься. «Бог простит вас, друзья; но вас смущает нечистый», говорил он им. Причиной такой злости были тревоги корысти: Юрковские боялись, что земли, которыми владели они, отданы будут Стефану, пользовавшемуся известностью в Москве. Юрковские говорили вслух, что убьют Стефана. Всегда кроткий, преподобный, поручив обитель свою заведованию старца Илии, вышел из обители, как будто по какому-то делу в недальнее место. В Вологодском глухом лесу, на р. Авнеже, основал он с учеником своим Григорием пустынную обитель Св. Троицы. Вел. кн. Димитрий Иоаннович прислал книги и другие пожертвования в Авнежскую пустынь, но вызвал преп. Стефана в его Махрищскую обитель. Здесь с восторгом радости встретили доброго наставника ученики его. Вел. князь с любовью принял Стефана в Москве и долго слушал назидательную беседу его; князь назначил для Махрищской обители луга, озёра и пахатные земли. Стефан посетил дом доброго окольничего Тимофея Васильевича. Здесь молодой родственник окольничего Козма желал видеть его, чтобы открыть ему свою душу. Молодой Козма с скорбью рассказал, что давно желает удалиться в обитель, но уверен, что окольничий не даст ему дозволения на то, и потому не знает, что ему делать. – Стефан подумал и облёк его в рясофор, предоставив прочее на волю Божию, затем пошёл к окольничему. Тимофей Васильевич рад был посещению уважаемого игумена и, с честью приняв его, просил благословении дому своему. – «Богомолец твой Кирилл молит о благословения дома твоего», сказал Стефан, и когда окольничий спросил: кто это такой? игумен прибавил: «Козма, сродник твой, ныне инок Кирилл, работающий Господу и твой Богомолец». Окольничий вспыхнул и в гневе наговорил много грубостей игумену. Преподобный спокойно отвечал: «Господь Иисус сказал: где вас не слушают и не принимают, отряхайте прах с ног ваших во свидетельство против них», и вышел из дома. Богобоязненная жена окольничего, услышав слова, произнесённые игуменом, начала говорить мужу, что напрасно оскорбил он раба Божия. Окольничий пришёл в себя и послал звать к себе игумена; при новой встрече испросили они друг у друга прощение, и Тимофей Васильевич исполнил желание у Стефана о Козме[4]. Возвратясь в Махрищскую обитель, преподобный сделал распоряжение о чине полного общежития и преподал наставление братии строго следовать сему чину. Когда преп. Сергий от людских тревог удалился из своей обители, чтобы в уединённом месте найти себе покой, преп. Стефан со всей братией своей вышел навстречу к нему; поклонясь один другому в ноги, преподобные долго препирались не за первенство, а за меньшее значение; Стефан лежал на земле, прося благословения Сергиева; Сергий не вставал, прося того же у Стефана; наконец Сергий, в виде гостя, вынужден был уступить. – После молитвы и бесед любви, Стефан дал Сергию ученика своего Симона, знающего окрестность, и Сергий на Киржаче основал себе обитель. В таком духе жил и начальствовал св. Стефан в Махрищской обители! Сколько строгий к себе, столько снисходительный к другим, он не гневался на проступки других и трудился для обители более прочих; усердно наставлял братию путям спасения, но говорил наставления кротко и тихо. Одежда на нём была самая худая, в заплатах и грубая. Обитель его по его молитве и трудам пришла в цветущее состояние, – братия ревновала о благочестии, многие из мирян приходили для молитвы и выслушать совет блаж. игумена. Достигнув глубокой старости, преподобный поручил управление обителью опытному в иноческой жизни старцу Илии, а сам, приняв схиму, готовился к переходу в загробную жизнь. Наконец, причастившись св. Таин, мирно предал дух свой Господу 14 июля 1406 года[5].

После Стефана строгое благочестие сохранялось в обители несколько времени. Ученик его игумен Илия внимательно поддерживал благочестие, насажденное преп. Стефаном, и в день памяти Стефана щедро угощал странных. Преемник его Николай носил такую одежду, что казался нищим, и также внимательно пас стадо Стефана. Преемники их были уже не таковы. При игумене Сергиевой обители Арсении (1525–1527 г.) Махрищский столетний старец и великий подвижник Герман видел во время ночной молитвы своей следующее: огонь, горевший при гробе св. Стефана, озарял светом своим обитель. Он сказал о том игумену Ионе, и игумен увидел то же самое. – Бл. Арсений, приняв это за извещение небесное, по определению собора, приказал поставить раку над могилой препод. Стефана, покрыть её покровом и завести неугасимую лампаду; совершив соборное служение, советовал неотлагаемо совершать поминовение о преп. Стефане[6]. Мощи преподобного обретены нетленными при построении каменного храма Св. Троицы, в 1550 г.; на персях Стефана найден тогда кожаный параман с изображением праздников Господних[7].

Из чудес преподобного особенно замечательны: у жителя Юрьевского села Кучек сын Даниил ещё в младенчестве лишился ума и, когда пришёл в лета юношеского возраста, то драл на себе одежду, а иногда убегал в лес. Не зная, что с ним делать, отец привёз его в Махрищскую обитель и оставил его в гостинице. Больному во сне является инок-старец, высокий ростом, с щеками впалыми, с долгой бородой, русой, но с проседью, и говорит: «встань, иди в монастырь и оставайся там до смерти». – Проснувшийся Даниил нашёл себя совершенно здоровым. – В Александровой слободе некто Архипп имел правую руку вовсе сухую, так что не мог и поднимать её. «Что ты спишь? Ступай в Махрищскую обитель и помолись на гробе Стефана», так говорил ему кто-то во сне. Пробудясь, Архипп принял это за бред. В другой раз, уже наяву, днём, в воротах дома является ему старец, высокий ростом, полуседой, с долгой бородой, и говорит: «не сказал ли я тебе, Архипп: ступай в Махрищский монастырь и там получишь исцеление». Архипп, выслушав в обители молебен, окропился св. водой и, внезапно став владеть рукой, начал креститься ею. Житель с. Семеновского Алексей не владел ногой, – тело на ней сгнило по колено и жилы скорчились. – Во время голода с трудом приполз он в обитель; игумен дозволил ему сидеть у гробницы. Часто призывал бедняк преподобного на помощь. И внезапно спали струпья с ноги его, и нога расправилась, – деревяшки, употреблявшиеся им в помощь при ходьбе, остались в обители памятником, да и он сам остался служить обители.

Примечания

1. [1] Житие преп. Стефана, напис. иноком Иоасафом по воле м. Макария, при пособии кратких записок, писанных столетним иноком Серапионом, дедом современного Иоасафу игумена Варлаама. «Мне же смиренному, говорит Иоасаф, прежде написавшу о явлении мощей и о чудесах пр. Григория и Кассияна, иже на Авнеге, ученицех св. Стефана, прилучися написати и о житии св. Стефана и о чудесех его». Син. библ. № 542. Обзор лит., стр. 211.
2. [2] Пролог июля 14 дня.
3. [3] По житию, святой Стефан посвящён митр. Феогностом; но Феогност умер прежде велик. князя Симеона, и потому если Стефан получил грамоту у велик. князя Иоанна II, – то посвящение его в игумена было при митр. Алексии.
4. [4] Об этом пишет Пахомий в житии преп. Кирилла: Иоасаф пользуется его известием.
5. [5] Пролог 14 июля. Ркп. святцы: «преп. Стефан, игумен Махрищский, бывый собеседник св. Сергию чудотворцу, преставися в лето 6914 (1406) июля 14 дня».
6. [6] Об этом и ркп. житие Арсения.
7. [7] Ист. иер. V, 56. Служба преп. Стефану у Царского в ркп. 1592 г. № 563.