Более всего обык нечестивый враг воздвигать брань на людей нечистою блудною страстью, потому человек, омраченный этою нечистою скверною, перестает во всех своих делах взирать на Бога, так как только «чистые сердцем Бога узрят» (Мф.5:8). Блаженный отец наш Моисей, совершая подвиги в этой брани больше иных, злопострадал, как настоящий воин Христов, пока до конца не победил силу нечистого врага и не оставил нам примера для подражания. О нем сообщается следующее.

Известно о блаженном Моисее, что он был родом Угрин[1], любимец благоверного, святого князя и российского страстотерпца Бориса. Он служил князю вместе с братом своим Георгием, которого, когда он защищая своим телом своего господина, упал на него, убили при реке Альте[2] вместе с святым Борисом[3], воины безбожного Святополка; они отрезали ему и голову из-за золотой гривны[4], которую возложил на него святой Борис.

Блаженный Моисей один избавился от смерти и пришел к Предиславе, сестре Ярослава, в Киев и пребывал там, укрываясь от Святополка, и усердно молился Богу, пока не прибыл благочестивый князь Ярослав, побуждаемый жалостью к убиенным братьям, и победил безбожного Святополка[5]. Когда же Святополк, убежав к ляхам[6], вернулся с Болеславом и изгнал Ярослава, а сам стал княжить в Киеве[7], тогда Болеслав, возвращаясь в свое княжество, взял с собою в плен двух сестер Ярослава и многих его бояр, а в числе последних и блаженного Моисея, которого заковали по рукам и по ногам в тяжелые железные оковы и крепко стерегли, ибо он выделялся сильным сложением и красивым лицом.

В ляшской земле увидала его одна женщина, благородная, красивая и молодая, имевшая большое богатство и великую власть; муж ее, пошедши с Болеславом, не вернулся, потому что был убит в сражении. Эта женщина, заметив красоту преподобного, возгорелась к нему плотской похотью и начала обольщать его, убеждая такими словами:

– О человек! Зачем ты переносишь такие мучения, имея выход, благодаря которому мог бы ты избавиться оков и страдания?!

– Богу так угодно, – ответствовал ей Моисей.

– Если ты мне покоришься, – продолжала женщина, – я избавлю тебя и сделаю известным во всей земле ляхов и будешь обладать мною и всеми моими владениями.

Блаженный же, понимая ее нечистое вожделение, возразил ей:

– Кто из мужей, послушавшись жены, изменил к лучшему когда-нибудь свое положение? Первозданный Адам, послушавшись жены, был изгнан из рая. Самсон, превосходивший всех силою и победивший целое войско, женщиною был предан иноплеменникам. Соломон, постигший глубину премудрости, повинуясь женщине, поклонился идолам. Ирод, одержавший много побед, угождая жене, отсек голову Иоанну Предтече. Итак, каким образом я стану свободным, сделавшись рабом женщины, которую я не познал со дня рождения?[8]

– Я тебя выкуплю, – говорила она, – сделаю знаменитым, поставлю господином над всем моим домом и желаю иметь тебя своим мужем, только ты исполни мою волю; ибо нет сил видеть твою красоту бессмысленно погибающею.

– Будь уверена, – обратился к ней блаженный Моисей, – что я не исполню твоей воли и не желаю ни господства над тобою, ни богатства; выше всего этого для меня душевная и телесная чистота. Да не погублю пятилетнего подвига, то есть мучительных уз, которые Господь определил мне незаслуженно терпеть, за что надеюсь избавиться мук вечных.

Тогда женщина та, видя, что может лишиться такой красоты, перешла к другому диавольскому решению, размыслив, что, если выкупить его, то он всячески, хотя бы насильно, покорится ей. Итак, она послала к тому владельцу, у коего святой был в плену, чтобы он взял с нее, сколько хочет, только пусть продаст ей Моисея. А тот, видя удобный случай приобрести богатство, взял с нее почти 1000 золотых, а Моисея передал ей. Жена та, получив власть над ним, без всякого стыда влекла его на неподобное дело. Освободив от оков, она одела его в дорогое платье, кормила изысканными кушаньями, и, похотливо обнимая его, понуждала к соитию. Блаженный же Моисей, видя неистовство женщины, еще более прилежал молитве и посту, предпочитая из угождения Богу сухой хлеб и воду, но с чистотою, дорогим яствам и вину, но со скверною. И тотчас же совлекши с себя красивые одежды он, подобно Иосифу, избежал греха (Быт. 39:1–23), ни во что поставив удовольствия мира сего. Посрамленная женщина пришла в такую ярость, что замыслила уморить блаженного голодом, ввергнув его в темницу. Бог же, дающий пищу всякому созданию, Который некогда питал Илию в пустыне (2Цар. 17:1–29), также Павла Фивейского и многих иных рабов Своих, уповающих на Него, не оставил и сего блаженного: в самом деле, один из рабов той же женщины, склоненный Богом к милости, тайно приносил Моисею пищу. А другие уговаривали его:

– Брат Моисей, что мешает тебе жениться? Ты еще молод, а эта вдова жила с мужем всего один год и красивее других женщин; богатству ее нет числа. Значение ее в этой земле ляхов очень велико, так что если бы она захотела, то и князь бы не погнушался ею, а ты, пленник и раб, не хочешь сделаться ее господином?! Если ты скажешь, что не хочешь нарушить заповеди Христовой, то не говорит ли Христос в Евангелии: «Поэтому оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью» (Мф.19:5). Также и Апостол: «Лучше вступить в брак, нежели разжигаться» (1Кор.7:9). Он же говорит и о вдовицах: «Желаю, чтобы молодые вдовы вступали в брак» (1Тим.5:14). Ты же не давал монашеского обета, но свободен от него. Зачем же предаешься мучениям злым и тяжелым и так страдаешь? Если тебе приключится и смерть в таком бедственном состоянии, какую получишь похвалу? В самом деле, кто из первых праведников, как Авраам, Исаак, Иаков, гнушался жен? Никто, кроме теперешних черноризцев. Иосиф раб убежал от жены, но после и он взял себе жену (Быт.41:45). Да и ты, если живой уйдешь от сей жены, после (как думаем) также сам себе отыщешь жену. И кто не посмеется над твоим неразумием? Лучше тебе покориться жене этой, сделаться свободным и господином над всем домом ее.

Блаженный же Моисей отвечал им:

– Истинно, братие и добрые друзья мои, вы хорошо мне советуете. Понимаю так, что предлагаете мне слова, злейшие из нашептанных змием Еве в раю: вы понуждаете меня покориться этой жене, но ни в каком случае я не приму вашего совета; если мне случится и умереть в этих оковах и тяжких муках, то я ожидаю за это от Бога многообразной милости, и если много праведников спаслось с женами, я грешный один не могу спастись с женою. Да, если бы и Иосиф повиновался вначале жене Пентефрия, то после, когда взял себе жену, не царствовал бы в Египте. Видев же его прежнее терпение, Бог даровал ему египетское царство; поэтому он был прославляем в роды родов как целомудренный, хотя и прижил детей. А я не желаю египетского царства и еще менее господствовать и быть высоко стоящим в земле ляхов и пользоваться честью далеко во всей русской земле, но всё это презрел ради Небесного Царства. Поэтому то, если я выйду живым из рук этой женщины, то никакой другой жены искать не буду, но (если Богу угодно будет) сделаюсь черноризцем. Что сказал Христос в Евангелии: «Всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф.19:29). Христа ли больше послушать или вас? Апостол еще говорит: «Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1Кор.7:32–33). Итак, спрашиваю вас: для кого надобно больше работать – для Господа или для жены? Знаю также, что Апостол пишет и следующее: «Рабы, повинуйтесь господам своим» (Ефес. 6:5), но во благо, а не на зло. Итак, вам, держащим меня, пусть будет известно, что никогда не прельстит меня женская красота, ни тем более удалит меня от любви ко Христу.

Услыхав это, жена та приняла другое хитрое намерение в своем сердце. Она приказала посадить блаженного на лошадь в сопровождении многих слуг водить по своим городам и селам, прибавляя:

– Всё это твое, если тебе нравится; поступай со всем, как хочешь.

Говорила же она и сама людям:

– Это ваш господин, а мой муж; всякий, кто встретится ему, пусть кланяется.

Он посмеялся над несмыслием жены той и сказал ей:

– Напрасно трудишься! Ведь ты не можешь ни прельстить меня тленными предметами сего мира, ни лишить меня моего нетленного богатства; пойми это и не трудись напрасно.

Тогда женщина в ярости ответила ему:

– Не знаешь разве, что ты продан мне, и кто может освободить тебя из моих рук? Ни за что не выпущу тебя живым, но после многих мучений предам тебя смерти.

Блаженный же смело сказал ей:

– Не побоюсь никакой муки, потому что Господь со мною; Ему с этой минуты (по Его изволению) желаю служить в иноческой жизни.

И в то время, руководимый Богом, пришел к блаженному Моисею один черноризец из святой горы, по сану иерей, и постриг его во святой Ангельский иноческий образ. Он много учил его (Моисея) чистоте духовной, чтобы не предавать своих плеч врагу и не бояться той нечистой жены, и с тем ушел. Искали этого черноризца повсюду и не нашли. Тогда госпожа, отчаявшись в своих упованиях, подвергла тяжким побоям преподобного инока Моисея: приказала, распростерши, бить его палками, так что земля пропиталась кровью. Подвергавшие Моисея побоям убеждали его:

– Покорись своей госпоже, исполни ее волю; если ослушаешься, то на части раздробим твое тело; не думай, что избегнешь этих мук, но, после многих истязаний, еще в горших предашь дух свой; сжалься над самим собою; отбрось эти монашеские рубища и облекись в дорогие боярские одежды и избавишься угрожающих тебе пыток.

Мужественный Моисей отвечал на это:

– Братья! Делайте, что вам приказано, без всякого замедления: я же ни в каком случае не могу отречься от монашества и любви к Богу, и никакое истязание ни огнем, ни мечом, ни нанесением ран не может заставить меня отказаться от Бога и от великого Ангельского образа. А этой потерявшей стыд и с помраченным разумом женщине, всячески презревшей не только страх перед Богом, но и стыд перед людьми, бесстыдно принуждающей меня к осквернению тела и прелюбодеянию, никогда не покорюсь и не исполню ее окаянного приказания.

Много сокрушалась эта женщина о том, как бы отомстить за свое посрамление, наконец написала Болеславу следующее послание:

– Сам знаешь, что муж мой был убит на войне, веденной тобою, а ты разрешил мне взять себе в мужья, кого только захочу. Я полюбила одного из твоих пленников, юношу красивого, и, выкупив, привела его в свой дом, заплатив за него много золота, и всё золото и серебро в моем доме и всю власть отдала ему, только бы он захотел стать моим мужем. Он же всё это поставил ни во что. Много раз голодом и побоями истязала я его, но совершенно ничего не достигла. Мало ему того, что пять лет был в оковах у прежнего владельца, теперь вот шестой год пробыл у меня и много был мучен мною за его непослушание: всё это он сам навлек на себя своим жестокосердием; теперь же он и пострижен неким черноризцем: итак, что ты прикажешь сделать мне с ним?

Болеслав приказал женщине той приехать к себе и привести Моисея. Это было исполнено согласно его повелению. Увидев преподобного, он долго принуждал его взять ее в жены, но не убедил. Напоследок же сказал ему:

– Найдется ли другой столь бесчувственный человек, как ты, – ты лишаешься многих благ и чести и предашься тяжелым мукам?! От сего дня знай, что жизнь и смерть твоя в твоих руках: или, исполнив волю твоей госпожи, будешь почтен от нас и будешь иметь великую власть, или, в случае ослушания, примешь лютую смерть после многих мук.

Князь обратился также и к жене с такими словами:

– Пусть не будет купленный тобою пленник свободен ни в каком случае, но, как госпожа, поступи с твоим рабом по своему желанию; чтобы и другие не осмеливались ослушаться своих господ.

Преподобный же отец наш Моисей отвечал ему на это:

– «Какая польза человеку, – говорит Господь, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Мф.16:26) А ты – как обещаешь мне почет и славу, которых скоро и сам лишишься, и гроб тебя примет уже ничего не имеющего? Точно так же и эта нечистая жена жестоко будет убита.

Всё это и сбылось по предсказанию преподобного. Но прежде этого жена та, получив над ним окончательную власть, еще более бесстыдным образом привлекала его ко греху: так, она приказала насильно положить Моисея на свою постель, где лобызала и обнимала его; но не могла и этим привлечь его к тому, чтобы он исполнил ее желание. Ибо преподобный говорил ей:

– Напрасен труд твой, женщина: не думай, что я не творю этого греха, как некий безумец, или потому, что не могу, я только ради страха Божия гнушаюсь тебя, нечистой.

Услышав это, женщина приказала давать ему ежедневно по сто ран; напоследок она приказала оскопить его. Преподобный Моисей лежал, как мертвый, от потери крови едва сохраняя слабые признаки жизни. Болеслав не препятствуя этому, поднял к тому же великое гонение на монахов и всех их изгнал из своей области, желая угодить госпоже Моисея как женщине знатной и любимой им. Бог же вскоре послал отмщение за Своих рабов. Ибо в одну ночь Болеслав внезапно скончался[9] и поднялся великий мятеж во всей ляшской земле. Потому что, восставши, люди избили епископов и бояр своих, в числе которых убита была и та потерявшая стыд женщина.

Об этом гневе Божием, случившемся по изгнании за пострижение преподобного Моисея монахов, напоминала много лет спустя великому князю киевскому Изяславу княгиня его, по происхождению ляхиня, дочь Болеслава, с увещанием прося его, чтобы не удалял из области своей преподобного Антония и его братию за пострижение блаженного Варлаама и евнуха Ефрема[10]. Но будем говорить о настоящем. Преподобный отец наш Моисей, получив малое облегчение, пришел в пещеру к преподобному Антонию, имея на себе знаки мученичества, как храбрый воин Христов: и жил богоугодно, подвизаясь в молитве, посте, бодрствовании и во всех иноческих добродетелях, коими и победил все козни нечистого врага до конца.

За премногие победы над нечистыми блудными страстями, восстававшими на сего преподобного, Господь даровал ему силу побеждать те же страсти, восстающие и на других. Так, один из братии, будучи побораем страстью блудною, придя, молил сего преподобного, чтобы он помог ему:

– А я, – сказал, – если что мне повелишь, обещаюсь хранить до самой смерти.

Преподобный повелел ему:

– Никогда во всю твою жизнь не говори ни одного слова женщине.

Тот дал обещание от всего сердца. Тогда святой, подражая первому Моисею, творившему жезлом чудеса, прикоснулся жезлом своим к лону братнего тела, так как без жезла, вследствие болей от прежде принятых ран, не мог ходить сам по себе; и тотчас умерли (потеряли силу) все нечистые страсти того брата, и с той поры не было больше ему соблазна.

Так живя провел сей добрый воин Христов, в страдании и своем богоугодном подвиге, шестнадцать лет: неповинно был мучим пять лет в оковах у взявшего его в плен, показывая, как Иов, благодарственное к Богу терпение; шестой год мужественно пострадал более, чем Иосиф, за целомудрие; потом десятилетним равноангельским безмолвием в пещере, переданным от святой Афонской горы, просиял прежде других, как тот первый Моисей «десяточисленным» законом, по Ангельскому устроению, переданным ему от святой Синайской горы. Затем и наш преподобный Моисей сподобился, поистине, быть Боговидцем: он оказался достойным блаженства чистых сердцем, и чтобы видеть Бога лицом к лицу переселился месяца июля, двадцать шестого дня[11], когда еще был жив преподобный Антоний, в пещере которого и доныне почивают нетленно чудотворные мощи сего святого мужа, не растлившего чистоты.

Своими мощами святой Моисей побеждает и по смерти нечистые страсти, как уведал святый многострадальный Иоанн. Ибо он, укрывшись в пещере и врыв себя до рамен против мощей преподобного Моисея, долго страдал, побеждая в себе телесную страсть, и напоследок услышал глас Господень:

– Да помолится мертвецу, находящемуся против него, сему преподобному Моисею Угрину!

Когда многострадальный исполнил это, немедленно был избавлен от нечистой брани. Также и другого брата, страдавшего от той же мерзости, избавил тот же святой Иоанн, когда одну кость от мощей преподобного Моисея дал одержимому страстью, чтобы он приложил к своему телу, как о том рассказано в житии преподобного Иоанна Многострадального. И нам, избавившимся от всякой нечистоты, да будет преподобный Моисей вождем, направляющим по пути спасения молитвами своими; да поклонимся с ним в Троице поклоняемому Богу, Ему же слава ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Примечания

[1] Т.е. из Венгрии. Название угры-венгры могло явиться в русском языке приблизительно в начале IX в., когда русские славяне впервые встретились с мадьярами; очевидно тогда в русском языке еще существовал носовой звук и слово произносилось «нгр»; отсюда объясняется и нынешнее венгр.

[2] Альта – приток Трубежа, впадающего в Днепр ниже Киева с левой, московской стороны.

[3] В 1015.

[4] Гривна (от санскр. «грива» – шея), собственно ожерелье, цепочка, обыкновенно золотая, носившаяся на шее в качестве украшения. Впоследствии наименование гривны стало усвояться слитку золота определенной величины (от 72 до 96 золотников), обращавшемуся в качестве монеты.

[5] В 1017 году.

[6] Т.е. в Польшу.

[7] С 1018 года.

[8] Т.е. со дня рождения соблюл нерушимым свое девство.

[9] 3 апреля 1025 года.

[10] См. житие прп. Антония Печерского под 10 июля

[11] В 1043 году.

Здесь почивает «тот, кто выше Иосифа», говорил небесный голос Иоанну Многострадальному о преп. Моисее[12]. Подвиг Моисея – кровавый подвиг за целомудрие, чудное мужество, не уступившее шагу перед нападениями самой неистовой похоти женской[13].

Моисей был брат Георгия и Ефрема и вместе с ними служил у св. кн. Бориса. В 1015 г., когда св. Борис был умерщвлён на р. Альте, он один уцелел из свиты князя и скрылся у Предиславы, сестры св. князей. В 1018 г. тесть Святополка Болеслав, король Польский, овладел Киевом и, преследуемый Ярославом, захватил двух сестёр его и множество бояр; в числе других взят был в плен и Моисей и отведён в Польшу[14]. Там он целые пять лет томился в оковах.

Крепкий телом, красивый собой, он обратил на себя внимание одной знатной и богатой Польки. Воспламенённая страстью к прекрасному пленнику, она говорила ему с лукавым состраданием: «какие терпишь ты мучения!» «Так Богу угодно», отвечал Моисей. «Я освобожу тебя и сделаю известным человеком, – только будь покорен мне, – или я сама буду принадлежать тебе», говорила панна. Моисей указал в ответ на печальные последствия увлечения женщинами. «Но я выкуплю тебя и желаю иметь тебя моим мужем, ты – красавец». «Не желаю я, отвечал Моисей, ни знатности, ни имений, ни денег: душевная чистота для меня дороже всего. Пять лет страдал я; – быть может Господь избавит меня за то от муки вечности. Зачем же терять мне дорогую награду для временных утешений? И что за свобода – быть рабом жены? С юных лет решился я не знать жены». Панна выкупила его дорогой ценой, одела его в богатое платье, велела готовить ему роскошный стол; затем осыпала его ласками и поцелуями страсти. Моисей оставался твёрд, – он только усилил строгость к себе в пище. Раздражённая Полька приказала запереть его в темницу и морила голодом. Моисей молился.

По воле панны доверенные её уговаривали Моисея жениться, на молодой вдове; «и князь не отказался бы от руки прекрасной и богатой вдовы», говорили Моисею; выставляли при том и святость брака и то, что брачная жизнь не помешала патриархам угождать Господу. «Всё это – правда, друзья мои, отвечал Моисей; праведники спаслись и в брачной жизни, но я грешный не могу спастись с женой. Надобно быть верным слову своему. Если и возвращусь я живым в Россию, не вступлю ни с кем в брак, хочу быть черноризцем. Христос сказал в Евангелии: всяк, иже оставит отца или матерь, или жену, или чада, или сёла имене Моего ради, сторицей приимет и живот вечный наследит (Мф.19:29). Кого слушать мне, Христа ли, или вас? И Павел говорит: «не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви, а оженивыйся печется о мирских, како угодити жене» (1Кор.7:32–33). Спрашиваю вас, – кому выгоднее угождать: жене или Господу? Умные люди пишут: слуги, слушайте господ своих, но в добром, а не в худом. Будьте же уверены, что земные удовольствия не разлучат меня со Христом».

Выслушав суждения Моисея о брачной жизни, панна не отстала от своего намерения. Она приказала подать Моисею прекрасного коня и показать ему все обширные её имения. Крестьянам дано знать, чтобы принимали его, как своего господина и её супруга. «Напрасно беспокоишься, милостивая госпожа: ни богатства, ни почести не обольстят меня», сказал Моисей. – А ты не помнишь, что куплен мной за деньги? сказала вспыхнувшая панна; живым не выпущу тебя из рук моих. «Бог – моя защита, ничего не боюсь», отвечал Моисей. Вслед затем Господь послал ему возможность выполнить давний обет души: к нему пришёл Афонский черноризец, саном иерей, и постриг его в монашество.

Узнав о том, что пленник уже инок, искусительница запылала злобой. Не могши отыскать Афонца, она приказала бить Моисея палками, пока не сбросит с себя чёрной одежды. Его били немилосердно. «Бейте, говорил Моисей, но не требуйте от меня невозможного». Панна пожаловалась королю. Болеслав дозволил ей делать с Моисеем, что хочет, и в её угоду приказал выгнать всех черноризцев из своих владений. Полька доходила до крайнего бесстыдства с Моисеем; когда же и меры бесстыдства оказались безуспешными, велела сделать его евнухом, но так, чтобы не забыл он о том до гроба.

Наглое нечестие страстей не оставлено без мщения Божия. – В одну ночь Болеслав внезапно умер; поднялся мятеж в земле Ляхов; народ взволнованный перебил епископов и бояр своих. – Во время мятежа погибла и нечестивая Полька. Это случилось в 1027 г.[15]. Не один год томила блаженного неистовая женщина[16]. Нескольким годам надобно было пройти, прежде чем страдалец мог оправиться в здоровье, чтобы идти в Киев[17]; всего вероятнее, что Моисей возвратился из Польши в 1031 г. в числе прочих пленников, когда Ярослав возвратил России города Червонной Руси. Свободный и несколько оправившийся пришёл он в пещеру к преп. Антонию[18]. Здесь провёл он десять лет в посте и молитвах, но постоянно полубольной. За великую победу над нечистой страстью Господь дал ему власть врачевать эту страсть и в других. Один брат, боримый плотью, пришёл к преподобному и молил его помочь ему в беде. «Обещаюсь, говорил брат, выполнить всё, что велишь ты». Во всю жизнь не говори ни с одной женщиной, сказал преподобный. Брат обещался. Тогда Моисей коснулся тела брата своим посохом, без которого не мог ходить от прежних мук; нечистая страсть утихла, и брат освободился от искушений её. Преподобный, предузнав близкую свою кончину, причастился св. Таин и мирно почил 26 июля при жизни пр. Антония, вероятно, в 1043 году.

Мощи пр. Моисея почивают в пещере Антониевой. – «Молись погребённому здесь Моисею», сказал небесный голос страдавшему от нечистой страсти Иоанну. И сам Иоанн нетленной костью пр. Моисея утишил беснование той же страсти в бедном брате. Так тот, кто столько страдал для чистоты телесной, и по смерти своей – лучший врач против волнений нечистой плоти[19].

«Другаго тя Иосифа, великий чистоты и целомудрия рачителю, всечестне и равноангельне Моисее, восхваляюще грешнии, молимтися прилежно, моли Христа Бога, яко да исцелит наша страсти и подаст велию милость».

Примечания

[12] Поликарп о Иоанне, июл. 18.

[13] Поликарп о св. Моисее.

[14] Собр. л. 1, 62. 2, 254.

[15] Об этом событии вспоминала жена в. кн. Изяслава. Соб. л. 1, 64. V, 136. VII, 329; II, 265. Поликарп: «Болеслав воэдвиже гонение велие на черноризцы, изгна вся от области своея; Бог же сотвори отмщение рабом Своим вскоре. Во едину убо нощь Болеслав напрасно умре и бысть мятеж велик во всей лядской земли и воставше людие избиша епископы своя и боляры своя, якож и в летописцы поведает». В каком летописце? По мнению г. Шевырева, в Польском. Едва-ли! «Поведает»–указывает на одного известного летописца – на Нестора.

[16] В печат. патерике (л. 138), у Коссова (Zywoty р. 116) и в некот. ркп. патериках сказано; «скончася – пребыв в монастыре лет 10, а в пленении страдав в узах 5 лет, 6 же лето – за чистоту». В Новгородском патерике Арсениева списка XV в. (№ 28) читается: «пребыв 10 лет в монастыре, 5 лет в плене страдав окован, 6 лет за чистоту страдав страсти». Так сказано и в печ. прологе июля 26. Но если Моисей, пленённый в 1018 г., оставался в руках Польки до смерти Болеслава, до 1027 г., о чём говорят все списки патерика, то надобно полагать, что Моисей, пробыв скованным пленником 5 лет, оставался в руках панны около 4 лет.

[17] В патериках об этом не помянуто. Но в прологе читаем: «по неколицех летех оздраве и прииде в Печерский монастырь».

[18] Собр. л. I, 67, VII, 330. Если кончину пр. Моисея отнесём к 1043 г., то поселение его в пещере должны отнести к концу 1032 г. Этому не будут противоречить слова Нестора, который, сказав о поступлении матери Феодосиевой в женский монастырь, пишет: «и можно было видеть три светила, сиявшие в пещере и разгонявшие тму бесовскую молитвой и постом, разумею преп. Антония, блаж. Феодосия и великого Никона». Панегирист и летописец говорит о великих подвижниках, пользовавшихся известностью, потому не исключает мысли о новом пещернике, известном только своей болезнью. До какой степени мало известен был Моисей в пещере, показывают слова великого Иоанна: «я не знал имени умершего; после узнал, что это был Моисей Угрин».

[19] Пролог и Ч. Минея 26 июля.