свт. Филарет Черниговский
Преп. Кассиан, в мире Константин, был из иностранного княжеского рода и прибыл в Москву вместе с Софией, невестой в. кн. Иоанна, дочерью Морейского владельца. Долго ли пробыл он при дворе великой княгини, неизвестно. Жизнеописатель говорит только, что жизнь придворная не была по душе его, и что он любил жизнь тихую и строго наблюдал за своей совестью. По не раннему ркп. житию пр. Паисия Угличского, блаж. Константин, до поступления своего к Ростовскому архиепископу, живал у пр. Паисия Угличского. В 1481 г. избрал он себе скромное место боярина при Ростовском архиепископе Иоасафе, бывшем князе Исааке Михайловиче Оболенском, хотя и предлагали ему место при дворе самого великого князя. Так он уже не искал более на земле счастья, после того как родина его стала страдать от нечестивых Турок. – Выбор его был вполне рассудительный! Вот что писал умный современник его: «зимой (1482 г.) возвратилась из бегства великая княгиня София; она бегала от Татар на Белоозеро, а не гонял её никто. Тем местам, где ходили, досталось хуже, чем от Татар, от боярских холопов и от кровопийцев христианских. Воздай им, Господи, по их делам! – Там проживали жёны их; а они любили жён более, чем святую веру; они готовы были предать святые церкви, в которых просветились святым крещением. – Милостивый Бог не презрел слёз христианских. – Храбрые воины Русские! старайтесь охранять отчизну свою, Русскую землю, от нечестивых, – чтобы очи ваши не узрели разграбления святых церквей и ваших домов, убиения детей и позора жён и дочерей, как это потерпели от Турок Болгары, Греки, Трапезонцы, Морейцы, Албанцы, Хорваты, Босняки, Манкуццы и жители Кафы. Они скитаются по чужим сторонам бедственно, достойно укоряемые за малодушие. Иные убегали с большим имуществом, с жёнами и детьми, но вместе с золотом потеряли земное счастье. Бог – свидетель, своими глазами видев я государей, убегших от Турок, с имением, скитающихся странниками и просящих смерти как милости». Это описание даёт нам видеть, с какими расположениями души был в России бедный и благородный чужестранец Константин: за прошлое он не мог упрекать себя, потому что был ещё молод, когда прибыл в Россию, и едва ли не дитятей был, когда Турки захватили христианский юго-восток. Но он чувствовал и над собой гнев Божий и считал грехом искать весёлой жизни; он хотел трудиться и молиться. В 1489 г. блаж. Иоасаф, отягчённый несправедливым гневом великого князя, отказался от кафедры и удалился в Ферапонтов монастырь, на место иноческих подвигов своих. Сюда вместе с ним перешёл и кн. Константин. Здесь в молитве и чтении книг находил он покой душе. «Кассиан, бывый князь, добродетельный зело, пострижен преп. отцем Мартинианом», говорит древнее известие. Это было не при жизни пр. Мартиниана († 1483 г.) и не по воле кн. Константина. – Последнему не хотелось принять на себя иночества, хотя и уговаривали его блаж. Иоасаф и другие; явившийся ему в сонном видении Мартиниан грозил подвергнуть его строгому наказанию за сопротивление доброму совету. «Видел я во сне, рассказывал он Иоасафу и старцу Филарету, благолепную церковь с иноками; посреди её как бы кафедра и на ней пр. игумен Мартиниан, с жезлом в руке. «Постригись», говорит мне игумен. – Не постригусь, отвечал я. «Если не послушаешься, продолжал он, буду бить тебя жезлом», и хотел ударить меня. От страха я проснулся и кричал: Филарет, Филарет». Константин тогда же, по его просьбе, пострижен был с именем Кассиана.
В обители Ферапонтовой жил он недолго. С несколькими братиями он удалился с Белоозера в удел доброго Угличского князя Андрея, с которым был дружен ещё в мире. В 15 верстах от Углича, на берегу Волги и р. Учмы водрузил он крест, поставил кельи и по благословению Ростовского архиепископа построил храм в честь Успения Богоматери. – Но храм повреждён был разливом Волги. Добрый князь Андрей доставил ему средства построить храм и кельи на новом месте и назначил ещё пособия на содержание обители. Всё это было не позже 1491 г., так как в сентябре этого года князь Андрей заключён был великим князем в темницу, из которой уже не выходил до близкого гроба. В Угличе духовным другом и собеседником Кассиана был преп. Паисий. – Блаж. игумен Покровский перед кончиной своей поручил надзирать за его обителью «преп. Кассиану, начальнику пустыни на Учме». Столько Паисий уважал Кассиана! Блаженный основатель Учемской обители «поживе в своей обители и лета довольна», представляя в себе образец иноческих добродетелей. Предузнав своё отшествие ко Господу, он преподал наставление братии и, приобщившись св. Таин, преставился 2 октября 1504 г..
Углицкая летопись, говоря о событиях 1609–1611 г., пишет: «жалкие Ляхи, ворвавшись в обитель чудотворца Кассиана, встретили здесь немногих граждан; одни из них бросились к соборной церкви, с намерением выломать двери; но по ходатайству преп. Кассиана поражены были слепотой и в ужасе, не зная, куда идти, едва отведены были своими и все ушли назад». В первом из 25 описанных чудес, за год до нашествия Ляхов видели пр. Кассиана в белых ризах и с возожжёнными в руках свечами, обходящим монастырь свой. Седьмое чудо: игум. Герман долго страдал ногами и исцелился тем, что присыпал к ранам землю с гроба преподобного. Священнику живописцу, желавшему написать образ преподобного как можно точнее (9 чудо), преподобный сказал: «пиши мою браду долее, чем у кн. Романа, но седины должны быть чуть видны». Священник написал, но чувствовал, что не точно. Преподобный явился ему в монашеском облачении, с брадою до персей, которая была не черна и не раздвоивалась надвое, а как бы обложена серебром. В конце XVII в. называли пр. Кассиана великим между чудотворцами. Ныне мощи его почивают под спудом, в храме обители его, закрытой с 1764 г..
Примечания
Пролог 21 мая: «бяше от Италийския страны, от Амория, рода княжеска, Мавнукскаго града». Но: а) Мавнуком Крымским до 1475 г. владели Готфы (родословная Головиных, стр. 8. М. 1847 г.), б) Морея – не часть Италии, а Мавнука не было ни в Морее, ни в Италии. Остаётся признать за верное только то, что Константин родился в Морее от благородной фамилии; а вероятным надобно сочесть, что он был Славянин, так как в Морее жили тогда большей частью Славяне.
Пролог мая 21.
По полному житию Паисия блаж. Константин был в Паисиевой обители при заложении каменного Покровского храма в 1479 г. и при освящении его в 1482 г. и при том был в сношениях с Угличским князем Андреем.
Львов. лет. 3. 174–176. Собр. л. VI, 232.
Геннадий в письме к Иоасафу: «дошло до моего слуха, что вел. князь посылал за тобой не раз и ты не поехал... Если Бог положит на сердце государя послать за тобой, не отказывайся, ступай к нему: ты можешь показать твёрдость в своём деле, как тебе угодно – только бы спросил тебя государь». Русск. времен. 2.
Так сказано и в полном житии Паисия Угличского.
Пролог 21 мая.
По прологу Кассиан крестил у князя Андрея сына Димитрия; но Димитрий родился в 1477 г., и след. Кассиан воспринимал его от купели ещё тогда, как был в мире.
Ркп. полное житие Паисия.
Пролог 21 мая.
По ист. иер. 4, 358 преп. Кассиан преставился 2 окт. 7072 (1553 г.), по ркп. святцам – 2 окт. 7076 (1567 г.). Но то и другое показание неверно. Если Константин в 1472 г. прибыл в Москву, будучи 30 лет, и тогда в 1520 г. ему было 68 лет, а в 1562 г. было бы 120 лет, между тем ни в прологе, ни в других памятниках нет и намёка на такую необыкновенную старость его; напротив по видению он был не старее 65 лет. Жалованная грамота от 1 июня 1552 г. Учемскому Богородичному монастырю дана была при игумене Пахомии (ак. э. 1. № 171), и след. она решает, что пр. Кассиан скончался прежде 1520 г. 1504 г. поставлен годом кончины его в слов. святых, стр. 146.
У Киселя в ист. Углича, стр. 343. Ярославль 1844 г.
Так в ркп. полном житии пр. Паисия. О чудесах Яросл. епарх. ведом. 1861 г. № 39.
Ист. иер. 4, 358. Сведен. о монаст., стр. 558.