Прошло много времени с тех пор, как прекратились многочисленные жестокие гонения на Христову Церковь, воздвигнутые злочестивыми царями и князьями. После этого Церковь Божия, как бы насажденная на плодоносной земле, и напоенная честною кровью рабов Божиих, распространилась по всем концам земли. В доме Господнем водворился мир и единение веры, процветало благочестие, в людях утверждались добрые нравы, заповеди Господни были соблюдаемы и верующие преуспевали во всех добродетелях. Тогда диавол, ненавидящий добро, не вынося такого мира и процветания в Церкви Христовой, воздвиг новое гонение на правоверных христиан, не от язычников и иудеев, а от самих христиан, которые думали, что они веруют во Христа, но мудрствовали неправо. В то время царствовал в Константинополе нечестивый царь Константин, по прозванию Копроним[1], по злобе превзошедший своего отца, тоже нечестивого еретика Льва Исаврянина. Этот Константин Копроним воздвиг великое гонение на православных, восстав против святых икон, святых угодников Божиих и всякого церковного чина и благолепия. Он считал почитание святых икон идолопоклонством, и тех, кто почитал святые иконы, нарицал идолопоклонниками; повелел выбрасывать из храмов и из домов и сожигать иконы Спасителя нашего Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и всех святых, и тех, кто противился сему повелению, мучил и убивал[2].

В то время на острове Крите был один благочестивый и богобоязненный человек, по имени Андрей; он отвергся мира с юных лет, в пустыни и горах изнурял тело свое постом и работал Господу день и ночь.

Когда же Андрей увидал, что иконоборцы, по повелению царя, за почитание святых икон – одних жестоко мучили, а других убивали, то возгорелся ревностью по благочестии и пожелал пострадать за святые иконы; и пришел из острова Крита в Константинополь.

В то время мучили многих православных пред лицом самого царя, в храме святого мученика Маманта. Преподобный Андрей беспрепятственно вошел в храм, ибо никто не знал, кто он и откуда. Войдя в храм и увидев, что некоторых православных били, других терзали, иных же предавали на иные мучения, он начал вопить великим голосом, обличая нечестивого царя, и сказал:

– Почему ты, царь, называешься христианином и слугою Христовым, а иконы Христовы попираешь и причиняешь зло рабам Его? Ты только по имени христианин, а делами своими – отступник и мучитель.

Андрей хотел было продолжать свою речь далее, но царь повелел схватить его. Тотчас же слуги устремились на преподобного, как звери, схватили его, и били без милосердия. Потом, связавши руки его, поволокли его пред царя. Подойдя к царю, святой не устрашился его, но смело смотрел на него и обличал. Царь же спросил его:

– Откуда, – сказал он, – у тебя явилась такая смелость, что ты пришел сюда и в лицо злословишь меня? Кто ты и какого ты рода?

– Не от безумия я сие делаю, и без всякого умысла и не потому, чтобы искал суетной славы от тебя, ибо я пришел сюда не за этим, но за моего Христа и Его пречистые иконы. Я родом критянин, а имя мое – Андрей, я раб Иисуса Христа, истинного Бога, образ Которого ты не почитаешь. И вот теперь, восстав по ревности Божией, я обличаю тебя за то, что ты, оставив Бога, ослепляемый бесами, поклоняешься идолам.

– Какое беснование и безумие воздавать славу нетленного Бога – дереву, краскам, камню, и не внимать слову Господа, заповедавшему через Моисея: «Не сотвори себе кумира и всякого подобия» (Исх.20:4)? Кто это, оставив поклонение единому Богу, поклоняется его рабам и почитает дерево, на котором изображен лик его, и краску? – воскликнул царь.

– Нечестивец! Разве не за Христа страдает тот, кто страдает за Его иконы? Разве бесчестие, которое ты воздаешь иконам Христовым, не есть тоже бесчестие, как и Самому Христу? И вот теперь ты заслуживаешь не царское имя, а имя мучителя и отступника, – отвечал святой.

Затем святой Андрей хотел было объяснить, какие Бог заповедал через Моисея иметь изображения вместо икон, как, например, скиния, ковчег и над ним два златых херувима, и многое другое; но царь, в великом гневе, перебил речь его и сказал:

– Если цари гневаются за свои только изображения, то они гораздо более гневаются, когда их злословят им в лицо. И тебе не миновать сегодня жестоких мук, безумный галилеянин, и потом будешь предан горькой смерти!

И тотчас же велел обнажить святого и бить его без милосердия. Но святой мужественно претерпел все истязания и сказал царю:

– Сохрани Бог, чтобы я отвергся моего Христа в Его святой иконе; тебе, царь, лучше бы заниматься воинскими делами и управлять подданными, чем ниспровергать иконы Христовы и гнать слуг Его.

Тогда царь повелел снова жестоко бить Андрея, так что даже земля обагрилась кровью его. Некоторые же из стоявших там злочестивых иконоборцев тоже хулили Христа, святые иконы и преподобного. Один же из них, нечестивый рыбарь, выскочив, как зверь, ударил топором ногу мученика и тотчас перерезал ее. Святой же мученик с радостью предал святую душу свою в руки Господа. Это произошло в семьсот шестьдесят седьмом году.

Тело святого Андрея было ввергнуто в пропасть с трупами злодеев и лежало там более 12 недель. По повелению же Божию, благочестивые жители Константинополя, тайно от иконоборцев, взявши с честью тело святого, погребли его в месте, называемом Крисис, где из гроба его подавалось множество исцелений недугующим, во славу Христа Бога нашего, со Отцом и Святым Духом славимого во веки веков. Аминь.

Примечания

[1] Название Константина Копронимом происходит от греч. слова «копрос» – навоз, нечистоты.

[2] Продолжительное царствование императора Константина Копронима (741–775 г) было временем, когда иконоборство достигло своего высшего развития и силы в Греческой церкви. Сам император Константин Копроним был ревностнейшим иконоборцем. Пример его отца, Льва Исаврянина (716–741 г.), и воспитание в строгих иконоборческих началах сделали его неумолимым врагом иконопочитания. Ревностные иконопочитатели должны были бежать за границу, – в особенности в Рим, – или скрываться в местах уединенных. Самыми смелыми, решительными и мужественными противниками мер и распоряжений императора были иноки, явившие себя неустрашимыми ревнителями православия. Ревность иноков оказывала в то время сильное влияние на умы христианского общества. До чего доходила жестокость в преследовании иноков, это видно из тех казней, каким подвергали их. Так случалось, по словам церковного историка того времени – Никифора, что инокам разбивали головы на тех самых иконах, на защиту коих они выступали. И из мирских людей более мужественные в исповедании православия, также немало претерпели гонений в царствование Копронима. Вообще гонение на православных при Копрониме было так сильно, что оно напоминало собою жесточайшее из гонений языческих императоров на христиан – Диоклетианово.

Место жительства Андрея было в Крите, именно Кастр, где он подвизался, с молодых лет посвятив себя на служение Богу.

Слыша об ужасах, которые происходили повсеместно по случаю возникновения иконоборческой ереси, имевшей в лице императоров Льва Исаврянина и сына его Константина Копронима таких яростных защитников, усердный служитель Божий Андрей оставил своё пустынное уединение и выступил неустрашимым, деятельным борцом за истину Православия, утверждённую Церковью. Прибыв в Константинополь, он в церкви св. Маманта открыто обличил Копронима в его преступных действиях относительно почитания и почитателей святых икон.

За это подвергся жестоким мучениям, после которых едва-живой заключён в темницу.

Но бодрый духом, он и здесь наставлял, и утверждал православных, собиравшихся к нему в темницу. Когда это стало известно, то нарушивший своё безмолвие, чтобы возвещать признанное Церковью, был снова предан мучениям и присуждён к смерти. Проходя через город к месту казни, Андрей был забросан каменьями и наконец умерщвлён одним еретиком, бросившимся на него с топором. Это было в 767 году.

Тело Критского мученика было выброшено в нечистое место, откуда извлекли его благочестивые люди. – В каноне, написанном в честь его через сто лет св. Иосифом песнописцем, мощам его приписываются многие чудеса.