Память 11 февраля

Святой благоверный князь Всеволод, нареченный во святом крещении Гавриилом, был сыном великого князя Мстислава, сына знаменитого Владимира Мономаха[1]. В 1117 году престарелый Владимир Мономах посадил сына своего Мстислава в Киевском Белгороде[2], чтобы иметь в нем помощника себе, а внука своего, сына Мстислава, блаженного князя Всеволода, поставил князем на его место в Новгороде. Блаженный князь Всеволод проводил богоугодную жизнь и справедливо управлял вверенным ему княжеством, как то и подобает православным князьям. Он отличался всякими добрыми делами и добрым нравом: был богобоязнен, правдив, тих и кроток и ко всем равно имел нелицемерную любовь. Князь Всеволод любил созидать храмы Божии, любил церковный и монашеский чин, давал им щедрую милостыню и чтил их как братию Божию. Памятником его ревности к созиданию церквей служит построенный им на торговой новгородской площади, на Петрятине дворище, великолепный храм во имя св. Иоанна Предтечи, с придельным храмом, снабженный дорогими иконами, весьма ценным Евангелием и всеми богослужебными книгами; особой грамотой он обеспечил содержание храма и причта, частью из пошлин со всех предметов торговли, из которых также значительная часть шла на содержание Софийского собора. Благочестивый князь был заступником вдов и сирот, был милостив к нищим, упокоевал немощных и раздавал обильную пищу. В 1132 г. отец блаженного князя Всеволода Мстислав[3] скончался в Киеве, и великий престол киевский занял брат Мстислава Ярополк, который отдал Всеволоду южный Переяславль, считавшийся старшим после Киева[4]. С неудовольствием отпустили новгородцы Всеволода; между тем младшие сыновья Мономаха, дяди Всеволода, восстали за Переяславль против великого князя, предполагая, что он хочет сделать племянника наследником киевского престола. Один из этих князей, Юрий Владимирович[5], поднял оружие против Всеволода и хотел взять Переяславль. Святой же, услышав об этом и избегая междоусобия, без кровопролития ушел из Переяславля в Новгород, оставив Переяславль князю Юрию.

Вольные новгородцы за это время уже успели забыть о благодетельном управлении Всеволода и не хотели было принимать его, но скоро одумались и пригласили к себе столь много благотворившего им князя. Вскоре после этого блаженный князь Всеволод, по требованию новгородцев, принужден был идти с новгородцами с походом на Суздаль и Ростов[6]. Произошло кровопролитное сражение, но суздальцы и ростовцы одержали верх, хотя их пало более, чем новгородцев. В том же году блаженный князь вместе с благочестивым архипастырем Нифонтом основал великолепный каменный храм во имя святого Климента, но ему не удалось оканчивать его. В мае 1136 г. вспыхнул в Новгороде мятеж. Гордые своевольные новгородцы, в гневе за то, что не удалось им повеличаться победой над суздальцами, восстали против святого князя Всеволода и объявили его низложенным. «Нет нам от тебя помощи», – сказали они святому и изгнали его из Новгорода.

Тогда блаженный князь Всеволод пошел в Киев к дяде своему, великому князю Ярополку, сыну Владимира Мономаха. Ярополк дал Всеволоду в управление Вышгород[7], но блаженный князь пробыл там недолго. Псковитяне, дорожа и благодеяниями и высокими качествами Всеволода, прислали выборных в Вышгород с усердным прошением, чтобы он пошел к ним княжить: в то время в Пскове не было князя. Святой Всеволод согласился и пошел княжить в Псков. На пути, когда он проходил мимо Полоцка[8], князь полоцкий Василько, услышав о приходе святого, поспешно вышел к нему навстречу, обратился к святому с братским о Христе лобзанием и приветствием, дал ему много даров и проводил его с великим торжеством. Между тем жители Пскова вышли навстречу блаженному князю Всеволоду во главе с духовенством, с честными крестами, и так приняли его в город. И была великая радость в Пскове по причине прихода святого. Равным образом и святой радовался по поводу прихода своего в Псков, как бы в горний Иерусалим, провидя духом, что честные мощи его будут положены в нем. И тотчас же начал княжить, справедливо управляя псковитянами до самой кончины своей. Благочестивый князь немедленно заложил каменный храм во имя Святой Троицы, оконченный в следующем году. Латинствующие народы все боялись самого имени святого и не смели нападать на Псков. Святой князь Всеволод княжил в Пскове один год с небольшим. Потом, по изволению Божию, он впал в тяжелую телесную болезнь; причастившись Пречистого Тела и Крови Христовых, на исход души своей, и, преподав мир домочадцам своим и всем гражданам псковским, он отошел к Господу и приложился к отцам своим, где все святые упокоеваются. Преставление блаженного князя Всеволода-Гавриила последовало в четверг Сырной недели 11 февраля 1138 года. Тело святого провожали с честью все граждане псковские, игумены и множество духовенства и положили в церкви святого великомученика Димитрия Солунского. Меч же и щит блаженного князя Всеволода поставлены были на его гробе, в похвалу и на утверждение города Пскова, где находятся и доныне в Троицком соборе. Спустя 52 года по блаженном преставлении святого благоверного князя Всеволода-Гавриила, мощи его были обретены нетленными. В 1192 г. святой князь явился в видении одному богобоязненному человеку и сказал: «Объяви властям, чтобы перенесли мощи в храм Святой Троицы: там хочу я возлечь. Господь Иисус Христос предал мне город Псков, чтобы хранил я его».

Тогда же святые мощи его благоговейно перенесены были в Троицкий собор[9]. С тех пор при гробе блаженного князя Всеволода начали истекать многоразличные исцеления с верой приходящим к его святым мощам, во славу Христа Иисуса, Господа нашего, Ему же подобает слава ныне, всегда и во веки веков.

Примечания

[1] Владимир Мономах, внук Ярослава Мудрого, идеал древнерусского князя, известен особенно как миротворец враждующих князей; с 1114 по 1125 г. – великий князь киевский.

[2] Белгород – небольшой город Киевского княжества, имевший, однако, в княжение наследников Владимира Великого, епископа, и некоторое время бывший удельным столом. Ныне – село Киевской губернии и уезда, на Ирпени, принадлежащее киевскому митрополиту, с 1900 десятин земли и свыше чем с 1 1/2 тысячи жителей, с приходской церковью.

[3] Мстислав Владимирович, отец св. благ. князя Всеволода, был великим князем киевским с 1125 по 1132 г. Ему наследовал брат его Ярополк, княживший в Киеве с 1132 по 1138 год.

[4] Переяславское княжество считалось первым после великого княжества Киевского. Переяславль южный – ныне уездный город Полтавской губ., при р. Алые и Трубеже.

[5] Юрий (Георгий) Владимирович Долгорукий, младший сын Владимира Мономаха, князь Суздальский, впоследствии великий князь Киевский с 1148 по 1150 г.; потом был изгнан Изяславом Мстиславичем, но по прошествии некоторого времени снова завладел великим княжеством Киевским, хотя и ненадолго.

[6] Это последовало следующим образом. Изяслав Мстиславич, по милости властолюбивого князя Юрия Долгорукого, из Турова явился в Новгород за помощью против Юрия, дерзко оскорблявшего Мстиславичей. Новгородцы зашумели, вызываясь защищать Изяслава против Юрия. Блаженный князь Всеволод не желал иметь дело с дядей, а святитель Михаил отговаривал новгородцев от похода, указывая на опасности зимнего похода. Но, в конце концов, Всеволод должен был подчиняться желанию новгородцев и идти в поход против суздальцев и ростовцев.

[7] Вышгород – небольшой город близ Киева.

[8] Полоцк – ныне уездный город Витебской губернии, при впадении р. Полоты в Западную Двину. Полоцкое княжество занимало большую часть Витебской губернии, части Могилевской, Минской и Виленской губерний.

[9] Это было в 1192 году.

Подвизайся добрым подвигом веры, достигай вечной жизни, для которой ты и призван» (1Тим.6:12): так учил Апостол. Значит, могут быть и громкие дела на земле и не быть достойными желаний души безсмертной. Да, напрасны труды и подвиги, если они не одушевлены святою верою, если они не имеют значения для блаженной вечности. Почести, слава, знатность ценны ли по себе, когда проходят как сон? Жизнь князя Всеволода-Гавриила и в круге общественном и в круге частном была жизнию для вечности[10]. Потому-то известность его прочна.

Сын святого великого князя Мстислава и внук доблестного великого князя Владимира Мономаха является в жизни общественной в 1117 году. В этом году престарелый Мономах вызвал Мстислава из Новгорода в Киевский Белград, чтобы иметь в нем помощника себе, а в Новгороде велел оставить внука, юного Всеволода. Достойный сын великого Мстислава много сделал добра для Новгородцев, но они заплатили ему за то скорбями.

Начало своего княжения юный, добрый князь ознаменовал построением великолепного храма в Юрьевой обители. «Князь Всеволод Мстиславич, говорит летопись, заложил (в 1119 году) вместе с игуменом Кириаком каменную церковь в Великом Новгороде, в 3-х верстах от города, во имя святого великомученика Георгия; и устроили монастырь великий, собрали братию; князь Всеволод докончил храм и освятили его»[11]. «Вот я Всеволод дал св. Георгию серебряное блюдо, в 30 гривен серебра; велел бить в него на обед, когда обедает игумен»: так говорит смиренный князь в прибавлении к грамоте отца своего, которою тот дал монастырю село Буйце[12]. Всеволод дал еще Юрьеву монастырю погост Ляховичи с землею и с людьми и с коньми и лес и борти и ловища[13]. – Мир хочет жить только для своего удовольствия. «Чти Иегову из имения своего и из всех начатков доходов своих», говорит Богодухновенная мудрость (Притч.3:9). И князь Всеволод поступил не по правилам мира забывчивого, а по внушениям любви к Господу.

В 1122 г. женился он на дочери св. князя Черниговского Николая Святоши и весною 1123 г. совершил с Новгородскими дружинами тяжелый поход в Финляндию; не смотря на неблагоприятную погоду, дурные дороги и недостаток продовольствия, он разбил на голову врагов, разорявших пограничные места Новгородские[14].

Благочестивый князь (1127 г.) построил на Торговой Новгородской площади, на Петрятине дворище, храм свят. Иоанна Предтечи, храм великолепный, снабженный дорогими иконами, весьма ценным евангелием и всеми книгами, при том с придельным храмом, где должна совершаться ранняя литургия по воскресным дням. Это было делом молитвы за сына Иоанна. – Но сын скоро умер[15]. Иные молитвы наши не выполняются в том виде, в каком хотели бы мы видеть исполнение их; не исполняются от того, что Всевидящий и Благий лучше нас видит и усерднее нас готовит нам лучшее для нас. Князь, благоговейный к воле Божией, оплакал кончину сына, как отец, но с молитвою за почившего выдал для нового храма грамоту, замечательную по ее содержанию. Он обеспечил ею и содержание храма, и содержание причта, и предписывал праздновать память Предтечи великолепно. Старосты храма собирали пошлину со всех предметов торговли. В храмовой праздник совершал литургию владыка; на другой день – Юрьевский архимандрит; на третий – игумен Антониевский. Всем назначены богатые дары. Так благочестивый князь убежден был, что Новгородская торговля будет процветать под влиянием молитв и усердия к Господу. В той же грамоте писал он: «на Торжке даю пуд вощанный (пошлины за вес воска), половину Св. Спасу, а половину св. великому Иоанну на Петрятине дворище». Эти слова князя дают видеть, что жалованьем его пользовались причты не в одном Новгороде[16]. Еще замечательнее грамота его для кафедрального Софийского собора, написанная в одно время с Предтечевою[17]. Здесь князь, по примеру св. Владимира, во первых предоставляет Новгородскому святителю наблюдать за торговыми весами и мерами с тем, чтобы половина пошлины шла на Софийскую кафедру, а другая на церковь Иоанна Предтечи; из штрафа же с виновных чиновников одна треть поступала бы в пользу города; далее перечисляет предметы суда святительского, с которого пошлины должны обращаться в пользу святителя и кафедрального причта; наконец показывает лиц, подлежащих ведению святителя. Князь не раз при том повторяет: «в церковные суды не вмешиваться ни детям, ни внукам моим, ни наместникам, ни тиунам (судьям)»; а в конце говорит: «приказываю моим тиунам не оскорблять церковного суда и с суда давать девять частей князю, а десятую св. Софии». Весьма замечательны правила грамоты о правах братьев и сестер на наследство. По «Русской Правде» дочерям боярина дается часть наравне с сыновьями, а дочери смерда (простого свободного человека) получают равную часть только тогда, когда не выданы замуж; иначе братья дают только приданое. Блаженный князь пишет: «если после кого-нибудь останутся сыновья и дочери, то как сыновьям, так и дочерям следует из всего имущества по равной части». Постановление, как видно, вполне согласное с духом христианской любви! Князь лишает наследства только нецеломудренную дочь; но и при этом говорит: «если брат, из желания корысти, взведет на свою сестру ложь, то он повинен за то смерти».

В том же самом году, когда благочестивый князь, по любви к Господу, изливал столько благодеяний на Церковь Христову, Господь посетил Новгородскую сторону тяжким бедствием. Весною долго лежал снег, а осенью были сильные морозы и открылся сильный голод. Народ питался липовым листом, березовою корою, молотою соломою и мохом; люди падали от голоду и умирали; родители отдавали детей иноземным купцам на пропитание. В это печальное время Всеволод явил всю отеческую любовь свою к народу: он был питателем нищих и голодных, истощал на них казну свою, но и ее не доставало для множества просящих; благочестивый князь убедил страдавших готовиться к вечности[18].

В 1130 году по воле отца своего, великого князя России, Всеволод и два брата его ходили смирять Эстов; непокорные враги преданы были мечу, имущества их сожжены, а жены и дети взяты в плен. не так счастлив был поход одного Всеволода в Эстонию, в 1131 году. Эстонцы обложены были данью, но много Новгородцев побито было в Клину, в углу нынешнего Дерптского уезда; зато со славою воевал он в том же году с Литвою и заставил ее платить дань[19].

В 1132 году дядя Всеволода, князь Ярополк, вступив на Киевский престол, отдал Всеволоду южный Переяславль, считавшийся старшим после Киева. С неудовольствием отпустили Новгородцы Всеволода; а между тем младшие сыновья Мономаха и дяди Всеволода восстали за Переяславль против великого князя; он хочет, говорили они, сделать племянника наследником Киевского престола. Утром въехал Всеволод в Переяславль и до обеда выгнан был дядею Юрием. – Избегая междоусобия, Богобоязненный князь возвратился в Новгород; но гордая вольница уже забыла благодетельное правление и громкие победы Всеволода, и не хотела принять его. – Впрочем на этот раз Новгородцы скоро одумались и пригласили к себе столько благотворившего им князя; только ограничили власть его новыми правами посадников своих. В 1133 году князь, заботливый о покое Новгородцев, ходил в Эстонию и взял Дерпт. В следующем году брат его Изяслав, изгнанный, по милости Юрия, из Турова, явился в Новгород за помощью против Юрия, дерзко оскорблявшего Мстиславичей. Новгородцы зашумели, вызываясь защищать Изяслава против властолюбивого Юрия, требовали похода; Всеволод изъявил согласие с волею веча, выступил с войском, но, не желая иметь дело с дядею, отпустил Изяслава в Чернигов и возвратился в Новгород. Новгородцы, не взирая ни на что, хотели воевать с Юрием. Напрасно митрополит Михаил уговаривал их и указывал на опасность зимнего похода. Посадник Давид послан был вместе с Всеволодом и сильною дружиною к Суздалю. Это было 31-го декабря. Метели и жестокий мороз преследовали Новгородское войско и очень обессилили. Января 26 (1135 г.) произошло кровопролитное сражение на Ждановой горе. Суздальцев больше было побито, чем Новгородцев; но победы не было на стороне последних, и они вынуждены были заключить мир. В том же году блаженный князь вместе с благочестивым архипастырем Нифонтом основал каменный великолепный храм св. Климента, но ему не довелось оканчивать его. В мае 1136 года вспыхнул мятеж в Новгороде. Гордые своевольники в гневе за то, что не удалось им повеличаться победою над Суздальцами, объявили Всеволода лишенным власти. Мало и того: они заключили его в княжеском доме с женою, детьми и тещею; семь недель держали его как преступника, за стражею 30 воинов. Когда князь Святослав Ольгович, друг Юрия, приехал по призыву княжить в Новгороде, они освободили Всеволода, но оставили у себя заложником сына его.

Добродушный великий князь Ярополк дал изгнанному Всеволоду Вышгород. Псковитяне, дорожа и благодеяниями и высокими качествами Всеволода, с живым усердием просили его к себе, и Всеволод согласился на призыв любви. На дороге имел оп утешение видеть на опыте, что христианская любовь еще жила между князьями его времени. Полоцкий князь Василий, тогда как мог мстить Всеволоду за обиды, нанесенные отцом его, принимал и провожал Всеволода со всею братскою любовью. В Пскове приняли Всеволода с восторгом. Благочестивый князь немедленно заложил каменный храм Святые Троицы, оконченный в следующем году. Новгородцы подняли было войну за то, что Всеволода приняли в Пскове; но конец земного пути св. князя близился скорее, чем войска неблагодарных Новгородцев. Блаженный князь во всю жизнь свою любил Господа и Его служителей; любил читать полезные книги и списывал их; любил нищих, которых снабжал всем щедро. Предчувствуя близкую смерть свою, он удвоил подвиги святой любви: сам перевязывал раны больным и смирял себя еще постом. Очищенный столькими скорбями в последние годы, блаженный Всеволод мирно скончался 11-го февраля 1138 года[20].

Мощи благов. князя погребены в построенном им храме великомуч. Димитрия; обретены нетленными спустя 52 года после его кончины; в 1192 г. св. князь явился в видении Богобоязненному человеку и сказал: «объяви властям, чтобы перенесли мощи в храм Св. Троицы; там хочу я возлечь. Господь Иисус Христос предал мне город Псков, чтобы хранил я его». Святые мощи благоговейно перенесены были в Троицкий собор[21]. В 1284 году, при раке св. князя совершилось чудо над бывшим Псковским посадником Елисеем. Старый посадник лежал расслабленный всем телом, так что не мог двинуть ни одного из членов своих. По вере в благодатную силу св. князя, велел он несть себя к мощам его. Когда священник, совершив молебствие, окропил больного святою водою, расслабленный встал и без помощи других возвратился в дом. В 1363 году спавшему в притворе храма пономарю явился св. князь Гавриил и сказал: «завтра объяви собору Св. Троицы и посадникам, чтобы вынесли иконы из церкви; в следующую ночь Бог покажет чудо над моими мощами». Приказание исполнено, и ночью пал громадный свод храма, но не причинил почти никакого вреда честным мощам святого, только отшиблена часть челюстей князя. Мощи поставлены потом в придельном храме Благовещения Богоматери. Впоследствии много совершилось чудес при мощах св. князя. В 1703 году устроен был в соборе придел во имя его. На гробнице его висит меч его с надписью: «honorem meum nemini dabo», – чести моей не уступлю никому[22].

Примечания

[10] О житии и чудесах св. кн. Всеволода писал повествование известный говорливостию своею Василий (Румянц. муз. стран. 602. 605): во у него больше слов чем дела и есть ошибки. В степ. книг. I, 252–265 сокращено повествование Василия.

[11] Собр. л. 3, 314. 5, 4. 2. 5. 123.

[12] Грамота в III ч. труд. Общ. ист. кн. 1 стр. 1–24.

[13] Грамоты напечатаны в истор. иер. 6, 774, 775.

[14] Собр. л. 3, 5. 4, 3. Ник. л 2, 62, в Извест. акад. VIII, 354–355.

[15] Собр. л. 5, 123. 214. 4. 5.

[16] Грамота издана в Правосл. Собеседн. 1861 г. III, 210. 221–226 по списку 1493 г. Это древнейший список. С ним сходен второй список в дополн. к ист. акт. 1, № 3 и в достопам. 1. 77 –79. Первый список грамоты в дополн. к ист. акт. 1, № 3 позднейшей редакции.

[17] Грамота собору по списку 1493 г., сличенному с другими, издана в Правосл. Собеседн. 1861 г. III, 212–221. Другие списки ее – в повести о начале Печерск. мон. М. 1831 г. 41–44, у преосв. Макария 2, 359–362, в собр. памят. древн. нрава 406–410. Спб. 1839 г. Так как в этой грамоте говорится о Предтечевой церкви: то ясно, что она дана не прежде 1127 г.

[18] Собр. л. 3, 5. 123. 124. 4. 3. Степен. кн. 1. 254. 260.

[19] Собр. л. 3, 6. 4. 3. 4. В степ. книге, или что тоже у Василия, о походе 1130 г. прибавлено: «блаженный же Всеволод и град их Ригу ратова». Но Риги при св. Всеволоде еще не было. Василий отвес поход другого князя Всеволода Мстиславича 1220 г. (Никон. л. 2, 346. Собр. л.7:124) к св. кн. Всеволоду.

[20] Собр. л. 3, 5–8. 4, 4–6. 175. 177. 5, 8. 156–158. Никон. л. 2, 64– 74. Пролог 27 ноября. Погодина исслед. IV, III. 93.

[21] Степен. кн. 1, 262–264. Собр. л. 3, 20. Пролог 27 ноября: мощи обретены ноября 27. Муз. Румянцева стр. 602.

[22] Степен. кн. 1. 264. 265. Пролог 27 ноября. Муз. Румянцева стр. 603. 605. Вид Псковского собора 1638 г., снятый с древнейшей иконы св. Гавриила, – у Князева в опис. Псков. соб. стр. 10–13. М. 1858. Там же и меч св. князя стр. 20, 78. 79; древние иконы его стр. 51. 52. 10. 13. Ркп. книга, где служба на 11 февраля, житие святого кн. до кончины, служба на 27 нояб. Сказание о перенесении мощей в Троицкий собор и о 21 чуде, стр. 65. 66. Новая рака 1834 г., стр. 26–29. Мощи св. князя, почивавшие открыто, закрыты при Петре I, и с того времени остаются под спудом.