Преподобный Корнилий еще в молодых годах оставил мир и начал подвизаться в Печерском монастыре Псковской области; здесь пострижен он в иночество и проводил жизнь строгую, в трудах и молитве. При нем (с 1519 года) распространили в горе храм Успения Богоматери и устроили его с приделом, в честь преподобных Антония и Феодосия Печерских, а с 1524 года новая храмовая икона Успения Богоматери начала источать исцеления и другие чудеса. В 1529 году блаженный Корнилий облечен был саном игумена новой Печерской обители. В продолжение 40летнего управления своего он возвысил обитель по всем отношениям. Жизнь его была образцом строгой иноческой жизни и он старался одушевить ревностию к подвижничеству подчиненных ему иноков. В тогдашнее время случалось, что иные, внося в обитель богатые вклады, дозволяли себе жить в обители не по иночески, и вклад свой считали за право на жизнь по желаниям испорченного сердца. Блаженный Корнилий жил упованием на Господа и не думал поставлять благосостояние обители в зависимость от вкладов; он дорожил высоким значением обители, как училища благочестия, а потому всякого инока, когда не хотел он жить по иночески, подвергал исправительным мерам, а если тот не приходил в себя, то удалял его из обители, кто бы он ни был. Один из таких изгнанных вкладчиков явился с жалобою к митрополиту Макарию. Митрополит велел отправить его в обитель под строгую епитимию. Новгородский архиепископ Феодосий писал к блаженному игумену: «писал к нам святейший господин и отец наш Макарий, митрополит всей России, о вашем Печерском вкладчике старце Савватии, что был он в монастырских службах с мирскими людьми и пал в великие грехи, и что он приходил каяться и плакаться пред тобою о том падении, но ты не привял его на покаяние... Отдайте его доброму старцу под надзор, чтобы жил с правилом и ходил к началу каждой службы, а стоял бы пред церковию каждый день до конца правила, в церковь же не допускайте его. А ты наставляй и учи его по правилам. Ты сам хорошо знаешь писание. Оно говорит: если епископ, или игумен, или пресвитер не принимает на покаяние обращающегося от греха, то должен быть извержен». Блаженный Корнилий любил спасение братии и заботился о нем; при нем число иноков обители умножилось до 100 человек, тогда как прежде него было их мало. Он хорошо понимал и долг признательности к благотворителям обители. Памятником тому служит заведенный им синодик обители для поминовения усопшей братии и усопших благотворителей. Неутомимый в трудах, с неусыпною ревностию ко благу обители, он построил в Пскове, на Печерском подворье, каменный храм в честь Богоматери-Одигитрии; в обители своей деревянный храм 40 мучеников он перенес за монастырь, для монастырских рабочих; а на месте его построил (1548 года) каменный храм Благовещения. В назидание другим описал он чудеса Печерской иконы Богоматери. «Свидетель этих чудес, говорит он, не я один, а весь Псков и Новгород. Богоматерь подает исцеления не только православным, но и иноверным, приходящим из Немецкой земли (из Лифляндии) с верою к чудотворному образу». Блаженный Корнилий любил просвещение для себя и для других; образованные из современников, каков был князь Курбский, проживали по временам в его обители для бесед с ним; ученик его старец Вассиан Муромцев был одним из самых просвещенных людей своего времени. Блаженный Корнилий насаждал благочестие не только в своей обители, но во всей окрестности; он построил храмы Божии в Агиреве и Топине.

С 1558 года открылось новое поле деятельности для блажен. Корнилия. Царь решился возвратить православию принадлежащее ему в Ливонии и достойно наказать Немцев, испепеливших православные храмы и ругавшихся над святынею. В апреле воеводы подступили под Нарву. В страстный пяток «вельможные и гордые Немцы, изобретшие себе новое имя евангеликов, еще с утра были пьяны» и, не смотря на перемирие, начали стрелять в Русских. Им задан урок. Не вразумились. «Найдя икону Богоматери с предвечным Младенцем на руках в доме, где стояли Русские купцы, они стали ругаться над иконою; потом, взяв ее со стены, бросили в огонь, где варилось пиво... Пламень внезапно, быстрее стрелы, бросился вверх, и верх здания запылал». Начался страшный пожар в Нарве. Русские, воспользовавшись пожаром, завладели городом. «Такова награда хулителям Божественного, тем, которые образ Христа, изображенного по плоти, и образ Матери Его равняют болванам богов языческих! Такова награда иконоборцам». Так пишет современник событий, князь Курбский. Нельзя было не содрогнуться при такой каре Божией. Надобно было подумать о себе ученикам новых учителей, тем более, что икона Богоматери и другая святителя Николая, которую также бросили в огонь лютеране, найдены на пожарище целыми. Блаженный Корнилий и Юрьевский архимандрит, по распоряжению митрополита и царя, освятили Нарву и Иван-город торжественным крестным ходом с чудодейственными иконами и затем доставили эти иконы в Москву. Вслед за Нарвою взяты были замки Нейгауз, Киремпе и потом Дерпт. Для бедных Эстов, пострадавших и теперь и прежде от войны, блаженный Корнилий щедрою рукою раздавал пособия всякого рода. Он принял на себя построить православный храм в Нейгаузе, тогда как в Нарве и других местах строило храмы правительство. Благотворительность блажен. Корнилия, его кроткие наставления, его бескорыстие и чистая жизнь произвели то, что в приходе Нейгауза все Эсты, а в приходах Рауге, Пельве и Гериеля многие обратились к св. православию, как к благочестию бескорыстному и искреннему. Да, не трудно понять учение Апостола: «надобно быть исполнителями слова, а не слушателями только, обманывающими самих себя» (Иак.1:22). Что пользы, если и кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет (Иак.1:14)? Там, где хотят питать и развивать один разум, где с презрением отвергают способы образования воли, – там невозможно живое, вседушевное благочестие, там только обманывают самих себя. Там, где говорят: каждый думай о вере по своему усмотрению, ожидайте всего нечестивого, но уже отнюдь не христианского благочестия. События сами по себе сильно говорили в пользу православия. В 1560 году блаж. Корнилий был орудием дивного дела Божия, на радость православию и в казнь врагам его. В праздник Успения Богоматери он послал просфору и св. воду воеводам, стоявшим под Феллином, и лишь только прибыл туда посланный им, как в Феллине вспыхнул от ядер пожар, истребивший и снаряды и весь хлеб неприятеля. – Немцы вынуждены были сдаться; признательные воеводы прислали в обитель Богоматери Феллинский колокол. В 1565 году блаженный Корнилий окружил монастырь каменною оградою, и над вратами обители построил храм в честь святителя Николая, поручив сему дивному защитнику чистой веры оберегать обитель православия. При положении обители на границе Ливонских Немцев, заклятых врагов православия, такое укрепление необходимо было не для одной обители, но и для целой России. Это неопровержимо доказали события 1581 года, когда монастырь счастливо выдержал осаду Баториевых войск и грозные силы неприятеля, без пользы для него, истратились под стенами обители. В 1570 году преп. Корнилий со всем Псковским духовенством торжественно встречал грозного царя во Пскове.

Царь назначил православного епископа для завоеванной Ливонии, с титулом «епископа Юрьевского и Вельянского» (Феллинского), и первым епископом был посвящен блаженный Корнилий. По летописям, новый владыка Юрьевский 14 октября 1570 г. прибыл из Москвы в Новгород; а в 1572 г. являлся он к царю в Новгороде с иконами. В синодике Печерского монастыря записана память преставления «священноепископа Корнилия Юрьевского и Вельянского». – Князь Курбский пишет: сумерщвлен им (Иоанном) Корнилий, игумен Печерского монастыря, человек святый, славный по иноческой жизни. Он с молодости своей жил в трудах иноческих и воздвигнул монастырь трудами долгими и молитвами пред Богом». В Печерской рукописи сказано о преп. Корнилии: «от тленного сего жития земным царем предпослан к Небесному Царю». – Как это было? за что или по какому поводу? Неизвестно. Только сам больной душою царь записал Корнилия в числе убиенных, показывая тем свою прикосновенность к страдальческой смерти Корнилия. Подвижник благочестия скончался на 69 году жизни своей, 20 февраля. Святое тело его положено было в стене природной пещеры монастыря Печерского, а в 1690 г. перенесено в Успенскую церковь. В 1581 году одному благочестивому старцу открыто было, как преподобный Корнилий сопутствовал Небесной Царице вместе с преподобным Антонием на защиту Пскова, как умолял он Ее простить грехи людей и спасти виновный Псков. «Стоявшие по правую руку, говорит современная повесть, игумен Корнилий, Савва и блаженный Николай пали пред Нею со слезами и молились: преступники они; умоли Сына твоего и Бога нашего за людей согрешивших». Потом и благоверные князья молили Ее пощадить город. И Псков спасен от Батория, не смотря на все усилия Батория.