Родители блаженного Евфимия жили в Великом Новгороде. Отец его, бывший священником при церкви святого Феодора, носил имя Михея, а имя матери его было Анна. Сочетавшись законным браком и проводя жизнь в честном супружестве, они не имели детей и сильно скорбели об этом. В скорби своей они усердно молились Богу и Пречистой Богородице о разрешении их неплодства. И их молитву услышал Господь: Анна зачала и родила сына, которым и был сей блаженный Евфимий. Вскоре после рождения младенец был крещен, и при святом крещении ему дано было имя Иоанн. Он был еще в пеленах, как родители принесли его в тот храм, где молились о даровании им дитяти, и, положив его пред образом Божией Матери, сказали:

– Царице и Владычице! Вот мы принесли Тебе того, которого Ты даровала нам. По слову, которое в скорби сердца изрекли уста наши Тебе, как Царице и Владычице, мы отдаем дитя наше. Устрой его жизнь, как Сама пожелаешь. Теперь же мы берем его к себе, чтобы оно пребывало с нами в доме нашем, так как младенец не может жить без матери.

При содействии благодати Божией младенец успешно возрастал, и, когда наступило время, родители отдали его в научение Божественным книгам. Прославляемый в святой Троице Бог, всем людям желающий спасения, даровал отроку Иоанну остроту ума, и он с успехом изучил Божественные Писания. Во все время своего обучения он не предавался никаким иным занятиям кроме тех, которые приводили его к размышлению о предметах Божественных, и когда достиг пятнадцатилетнего возраста, то воспылал любовью к Богу и пожелал отречься от мира и принять иноческое звание. Он не знал, к чему приведет его это звание, так как определения Божии непостижимы, но благое желание свое старался непременно исполнить, и Бог, видя с высоты все, имеющее совершиться с ним в будущем, – что, как видно из настоящего повествования, в свое время и совершилось, – в скором времени действительно исполнил его желание.

Один инок, по имени Евфросин, и два другие инока, Игнатий и Галактион, посвятившие себя на служение Богу, задумали подвизаться в уединении и решили приискать удобное для этого место. Вскоре такое место было найдено. Называлось оно Вежище, и кроме леса и болот ничего другого не было на нем. Когда иноки пришли к этому месту, то ощутили в воздухе какое-то благоухание и сочли это не за простое явление, а за особое указание Божественного Промысла. Они построили здесь часовню во имя святителя Христова Николая, а потом соорудили и кельи для себя. Вскоре пришел к ним священник, по имени Пимен, и пожелал жить и подвизаться вместе с ними. Тогда по общему согласию они построили деревянную церковь во имя того же святого чудотворца Николая и стали проводить постническую жизнь. Много бедствий вынесли они от тамошних жителей, в особенности же от одного вельможи, который по внушению диавола не желал, чтобы вблизи его проживали монахи, но чудотворец Николай, нигде не оставляющий в нужде обители, посвященной его имени, когда с верою о том молятся ему, всегда доставлял пропитание и сим инокам. Вскоре случилось, что у вельможи, жившего вблизи обители, образовался на ноге злокачественный нарыв, от которого он сильно страдал. В болезни своей он опомнился и обратился с молитвою о помощи к святому чудотворцу Николаю, после чего отправился в обитель его и, помолившись тут, получил исцеление. Благодарный за это исцеление, он подарил обители участок земли, который и до сего времени находится вблизи ее, и с тех пор с благоговейною верою стал чтить монастырь святого Николая. После этого по благодати Божией и по молитвам святого Николая Чудотворца число иноков в обители стало умножаться, и вышепоименованный Пимен, первый священноинок обители, стал и игуменом ее.

К нему-то, по устроению Божественного промысла, и пришел блаженный отрок Иоанн, прося его совершить над ним иноческое пострижение. Пимен, увидев отрока, принял его как посланного к нему Самим Богом, постриг его в иночество и дал ему при этом имя Евфимия. Это событие, совершившееся по воле Божией, направлено было Божественным Промыслом к тому, чтобы через Евфимия еще более прославилась обитель, что со временем и произошло. Проживая в монастыре, преподобный Евфимий оказывал во всем такое строгое повиновение настоятелю своему и братии, что вызывало общее удивление, а также и похвалу за то, что, будучи в таком юном возрасте, обладал умом многолетнего мужа. Поэтому до поставления в пастыри все узнали в нем будущего пастыря, и прежде достижения совершенного возраста он стал для всех руководителем в иноческой жизни. Когда преподобный Евфимий приобрел такую известность в своей обители, то узнал о нем и архиепископ Симеон. Призвав его к себе и видя, что он исполнен добрых намерений и искусен в слове, горячо полюбил его и, несмотря на то, что он не хотел оставлять своего монастыря, поручил ему заведовать церковным имуществом. Приняв на себя новые обязанности, преподобный Евфимий продолжал нести свой иноческий подвиг и ни в чем не отступал от исполнения правил монашеской жизни.

Спустя несколько лет владыка Симеон после достойного управления Церковью отошел к Господу, переселившись в вечную блаженную жизнь, и на архиепископский престол Новгорода был возведен после него Евфимий. Тогда преподобный Евфимий удалился в монастырь святого Спаса, называемый Хутынью, и остался в нем на жительство. Но по прошествии некоторого времени по просьбе старцев монастыря Пречистой, находившегося на Лисьей горе, он поставлен был игуменом сего монастыря, где, начальствуя над иноками, всем им подавал совершенный пример для назидания, так как ко всем был милостив и вместе с тем ко всем относился почтительно.

Вскоре после этого всенародное собрание Великого Новгорода пожелало избрать его для поставления на новгородский архиепископский престол и включило его в число других избранников, не зная того, что еще от юности он призван был к епископскому служению, как написано у пророка: «зародыш мой видели очи Твои» (Пс.138:16). И так как апостол говорит, что всякая власть поставляется от Бога (Рим.13:1), то как человек может получить ее, если она не будет дана ему свыше (Ин.19:11)? Это исполнилось и на преподобном Евфимии. Запечатав жребии избранных, народное собрание и духовенство Великого Новгорода принесло их в соборный храм святой Софии и положило на престоле. Что касается жребиев, то это было делом человеческим, но то, кому из избранных занимать такой высокий престол Божий, указано было тем, что совершилось после: по воле и суду Божию жребий пал на Евфимия, чтобы ему обладать этим престолом. После этого новгородцы с радостью отправились к преподобному и в самый день памяти Иоанна Златоустого с почестями ввели его в храм святой Софии. Долго при этом преподобный Евфимий отказывался и не хотел принять архиепископства, ссылаясь в особенности на то, что считает себя недостойным такого высокого сана, но так как он не мог противиться суду Божию, то и подчинился, наконец, воле избравших его. Это доставило великую радость всем жителям Новгорода, так как все считали его вполне достойным величия архиепископского сана. Однако после своего избрания преподобный Евфимий оставался в иноческом звании, так как посвящение его было затруднено тем, что в то время не было на Руси митрополита. Пробыв непосвященным более четырех лет, он отправился в город Смоленск, когда находился там Киевский и всея Руси митрополит Герасим, и от него принял рукоположение в сан архиепископа. И здесь преподобный Евфимий привел всех в удивление своим умом и рассудительностью, так что даже сам митрополит выразил удивление и с похвалою отозвался об уме его. После посвящения владыка Евфимий с великим почетом возвратился в свой кафедральный город Великий Новгород и вступил в полноправное управление своею паствою. Сознавая все величие принятого на себя сана, он предался подвигам своего служения еще с большим усердием, чем нес их до своего посвящения, помня слова Писания: кому дано много, много и потребуется (Лк 12:48). Поэтому трудами своими он старался принести плоды, по Евангелию, не в тридцать или шестьдесят, а во сто крат. Прежде, когда он еще не принял высокого святительского сана, он имел заботу только об одной душе своей, а теперь, когда стал епископом, явилась потребность заботиться уже о душах многих, чтобы можно было с дерзновением сказать Господу Владыке: «Вот я и дети, которых дал мне Господь» (Ис.8:18). Помышляя об этом и о многом другом в любомудренной душе своей, преподобный Евфимий ощущал в сердце своем большое смущение, но все возлагал на Бога, и надежды его не посрамил Господь, Которому да будет слава теперь, всегда и вечно.

Св. Евфимий, в крещении Иоанн, сын молитвы бесплодных благочестивых родителей, Новгородцев, священника Михея и Анны, на 15 году вступил в Вяжицкую обитель, – это была тогда обитель новая. Благочестивые пустынники Евфросин, Игнатий и Галактион избрали себе место для подвигов в лесу и на болоте. Они поставили сперва часовню в честь святителя Николая. Когда же пришёл к ним священник Пимен, в иночестве Пахомий, – устроен был храм св. Николая в 1411 г., и Пахомий был первым игуменом. Один Новгородский боярин много прибавлял скорбей к суровой жизни пустынников, пока не получил исцеление в обители св. Николая. В это-то дикое и суровое место пришёл Иоанн и, приняв иночество, стал вести жизнь подвижническую. Узнав о строгой жизни инока Евфимия, архиепископ Симеон взял Евфимия в свой дом и поручил ему заведовать церковным имуществом; это был первый казначей из иноков, а до того времени казначеи дома избирались из мирян. Евфимий был и примерным казначеем, и строгим иноком. По смерти блаж. Симеона и после краткого правления и избранного, но не посвящённого, Феодосия избрали в архиепископа Евфимия бородатого. Казначей Евфимий удалился в Хутынь на безмолвие; но скоро иноки Лисичьей горы упросили его быть их игуменом.

Ноября 29-го 1429 г. «священноинок Евфимий с Лисичьей горы по жребию возведён был на сени», т. е. в дом и должность Новгородского архипастыря. Так как в Москве после изгнанного Исидора, от кровавых споров за престол великого князя долго не было митрополита, то Евфимий до 1434 г. оставался наречённым архиепископом, а в этом году (мая 24) посвящён был в Смоленске митрополитом Герасимом. Такое положение не было лёгким для блаж. Евфимия; но это не мешало ему с ревностью заниматься делами порученного ему звания. Пожар, опустошивший Софийскую сторону в 1431 г., заставил его много трудиться для возобновления строений владычнего дома. В Новгородском кремле построено им несколько храмов и богато украшен Софийский собор. «Если хочешь, пишет Пахомий, видеть немногое из числа великих дел его, – иди к храму св. Софии. Там увидишь созданные им храмы святых, стоящие подобно горам. Не голосом, а делом открывают они разнообразную красоту свою». – «Это даровал мне архиепископ Евфимий», говорит одна церковь; другая говорит: «таким благолепием он украсил меня»; третья поведает: «меня воздвиг он с основания». Храм великого Иоанна Златоустого, высокий и красивый, рукой Златоустого благословляет его и от его лица говорит: «поелику ты воздвиг мне храм на земле, и я умолю Творца приготовить тебе храмину на небе». Соборный храм премудрости Божией, обветшавший от времени и возобновлённый им, вещает: «он возвратил мне прежнее благолепие моё, украсил меня св. иконами, – он – хвала и красота моя». Похваляясь перед Церковью ангела его Евфимия, им построенной, и прочими храмами, старец прибавляет: «се аз и дети, которых дал мне он». По летописям видим ещё, что в начальные годы правления паствой блаж. Евфимий многое устроил и в любимой своей обители Вяжицкой, дотоле бедной. В 1438 г. построен им здесь каменный храм св. Николая, который потом украшен был стенным письмом; а в следующем году построил он здесь же каменный тёплый храм Богослова с трапезой и службами.

Ревностный к славе Божией архипастырь благоговел к делам предшественников своих. Это благоговение его одобрено было свыше. Ночью в 1439 году пономарь Аарон, не во сне, а наяву, видел прежних святителей Новгорода, вошедших в храм из притвора. Объятый ужасом, не смел он разбудить товарищей своих. Немного спустя святители вышли из алтаря в полном облачении и, став перед Корсунской иконой Богородицы, начали совершать молебное пение; голос их слышал Аарон, но слов не мог понять. Они молились с час и возвратились в алтарь. – Тем кончилось видение. На рассвете Аарон донёс о том архиепископу Евфимию, а утром рассказал всем. – Блажен. архипастырь соборно отслужил литургию и панихиду по всем архипастырям св. Софии и потом роздал щедрую милостыню бедным. В том же году при возобновлении Софийского собора, в притворе его найдены были нетленные мощи, но чьи, никто не знал. Ночью св. Евфимию явился святитель и сказал: «я тот Иоанн архиепископ, которого открыт гроб». Дав обещание молиться за город, повелел он творить поминовение по усопшим князьям и архипастырям Новгорода. Эти напоминания о долге чтить прежних наставников и князей были весьма благовременны: Новгороду, который часто засматривался на запад, нужно было напомнить, что у него есть достойное уважения его, а новости запада потому уже подозрительны, что они новы. Осенью 1437 г. митрополит Исидор был в Новгороде, потом, пробыв несколько недель в Пскове, отнял у Новгородского архипастыря «суд и печать и воды и землю и все доходы» по Псковской стороне, назначив своего наместника во Псков. Блаженный Евфимий с смирением и кротостью перенёс это, не зная ещё, верный ли пастырь церкви Исидор? В конце 1441 г. открылось для всей России, что Исидор был покорный слуга папы, властолюбивого и гордого, и хотел, чтобы вся Русская Церковь покорилась своеволиям папы. Теперь-то блаж. Евфимий особенно ясно увидел и давал видеть другим, как нужно было для паствы его, имевшей столько сношений с западом, вразумление неба – помнить своих наставников веры.

Дорожа св. Верой предков, блаженный архипастырь заботился о умножении книг полезных для души. Ещё и ныне целы книги, списанные по его воле и на его счёт. – Но при уважении к древнему благочестию, не опасался он пользоваться изобретениями запада, относящимися к удобствам земной жизни. – С помощью заморских мастеров, но под надзором казначея своего Феодора, искусного зодчего, построил он множество каменных зданий на святительском дворе. Ещё поныне целы «палаты Евфимиевы», но уже изменённые во многом. Они изумляли собой современников Евфимия. По описанию Пахомия, они устроены были со внутренними переходами и множеством дверей, так что только домашний человек мог находить тайные сообщения между всеми покоями. – Евфимий построил ещё «часозвоню», каменное строение с часами и звоном. – Эта башня с часами составляет одно из самых высоких зданий, откуда виден Новгород с его отдалёнными монастырями. Пожар 1442 г., от которого повреждено до 12 каменных церквей, вызвал деятельность святителя на возобновление и устроение нескольких приходских церквей.

Нравы Новгородцев того времени доставляли много трудов и скорбей святителю, ревностному к долгу своему. Вот что говорит Новгородский летописец под 1446 г.: «в то время не было в Новгороде правды и правого суда, – явились ябедники, давали клятву и целовали крест на неправду, восстали грабежи по сёлам, волостям и городу, и были мы в поругание соседям нашим; были объезды по волостям тяжёлые и поборы частые; раздавались крик, рыдание, вопли и проклятия на старших наших и на город, потому что не было ни милости, ни суда правого». А древний повествователь о святителе пишет, что он сколько был заботлив о облегчении участи несчастных, столько строг был для наглого греха. Он не молчал, когда сильный властью или богатством делал противное закону Божию. Не смягчали и не останавливали его в обличениях греху ни просьбой, ни дарами, ни угрозами. Церковь восхваляет (в службе) «ревность его против незаконных браков и блуда». В 1446 г. блаженный архипастырь отправлялся «за Волок благословити Новгородскую отчину и свою архиепископыо и своих детей». – В этом путешествии провёл он целые полгода: оставив Новгород 7 августа, он возвратился из Заволочья 23 января 1447 г.; тогда посещал он между прочим и Копевец.

В 1446 г. Шемяка захватил великокняжеский престол и вступил в сношения с Новгородом. – Для Новгородского архипастыря наступило затруднительное положение. В 1451 г. святитель Иона писал к архиепископу Евфимию грамоту о том, чтобы старался он потушить волнения, поднятые в Новгороде Шемякой. «Я знаю, сын и брат мой, писал первосвятитель, что сам ты хорошо знаешь священное писание; но наше смирение, по долгу святительства своего, пишет тебе кратко...» Тогда же первосвятитель особым посланием убеждал Новгородцев остановить беспорядки слепого своеволия, причём писал: «будьте во всём послушны нашему сыну и брату, а вашему отцу и учителю, Боголюбивому архиепископу Евфимию». По этому видно, что первосвятитель весьма уважал блаженного Евфимия. Но Новгородцы были не таковы, чтобы могли во всём слушаться великого святителя своего. Они никак не хотели прекратить связей с Шемякой. В 1452 г. первосвятитель писал архиепископу Евфимию, чтобы Новгородцы и кн. Димитрий прислали послов для испрошения прощения у великого князя Василия; иначе, прибавлял святой Иона, кровь падёт на того, кто хочет проливать её. Шемяка, бессовестный клятвопреступник и жестокосердный враг, отлучён был от Церкви. Но Новгородцы и тогда не отставали от связи с ним. Шемяка до того умел обманывать других на счёт себя и льстить слабостям людским, что Новгородцы кричали: святая София – защита притеснённым. – Оружие великого князя восторжествовало над непокорными. Блаженному Евфимию пришлось быть ходатаем перед великим князем за преступных детей его. И великий князь простил виновных. Это было в 1456 г.

Блаженный архипастырь ни в чём не щадил самого себя, был строг к себе. Заботы по управлению не удерживали его от выполнения правила иноческого; чего днём не успевал он сделать, довершал ночью: за час до утрени вставал он на келейную молитву и потом слушал церковную службу. Часто всю ночь проводил он без сна; укрощая плоть, носил он вериги, но о них никто не знал до самой кончины его. Первую неделю Великого поста проводил он в Вяжицкой своей обители, в безмолвной молитве и ничего не вкушая.

Достигнув глубокой старости и чувствуя близость смерти, Евфимий беспокоился в душе, что дела Шемяки поставляли его в неблаговидное отношение к первосвятителю, которого высоко чтил он. Он послал нарочного с письмом, испрашивая молитв и прощения себе у святого Ионы. Святитель в ответе писал, что скорбит о болезни Евфимия, и потом говорил: «напоминаем тебе, сын мой, что ты стал было поступать слишком просто: того, кто отлучён был нашим смирением за преступления, вы принимали у себя, с тем приятельское имели общение в пище и питье, того удостаивали своего благословения. – И ты, сын мой, принеси покаяние в том пред Богом». Далее сказано, что если Евфимий выздоровеет, то прибыл бы в Москву; если же умрёт до прибытия посланных, прощальная грамота должна быть прочтена над гробом его. Блаженный Евфимий преставился 10 марта 1458 г. Посланный первосвятителя, духовник Евмений, прибыл в Новгород уже спустя 16 дней после кончины Евфимия; гроб его, по его завещанию, стоял в храме любимой Вяжицкой обители. Когда открыли гроб, чтобы прочесть прощальную грамоту Евфимию, к общему изумлению, тление не коснулось человека Божия; он лежал как спящий; персты его были сложены для благословения. «Ещё хранит Бог Новгород; за него молится святитель Евфимий», сказал вслух Евмений и, прочтя грамоту Ионы, вложил её в руку Евфимия.

Вскоре после кончины Евфимия стали истекать чудеса от святителя. Первый испытал на себе милость его игумен Вяжицкий Варлаам. Он сильно страдал от лихорадки и, когда возложил на себя схиму и вериги Евфимия, выздоровел. Сын Новгородского боярина Матфей, три года страдавший от головной боли, едва только возложил на себя схиму Евфимия при его гробе, получил исцеление. Подобно сему исцелились келарь обители, разбитый параличом, и многие другие. Особенно замечательно событие с протодиаконом святителя Феодором. В предсмертной болезни принял он иночество с именем Феодосия и сказал своим, чтобы похоронили его в Антониевой обители. Потом уже умирающий хотел он встать, но не мог, и велел всем оградиться крестным знамением. «Что это значит?» – спросили его. «Блаженный архиепископ Евфимий пришёл ко мне и зовёт меня в свой монастырь; отнесите же меня в обитель на Вяжицы», сказал Феодосий и испустил дух.

По переписи 1500 г. видим уже в Вяжицком монастыре церковь во имя святителя Евфимия.