Преподобный Евфимий родился от благочестивых родителей. Местом его рождения и воспитания был Нижний Новгород. Когда он пришел в возраст, то родители отдали его в научение Божественных Писаний, и блаженный отрок вместе со сверстниками своими изучал их с большим прилежанием, причем совершенно чуждался детских игр. Имея склонность к молчанию и повинуясь во всем своим родителям, он часто посещал храмы Божии, где любил стоять, уединившись в темное место, чтобы никто не мог развлекать его беседами о тленных предметах мира сего и чтобы ему можно было с полным вниманием слушать пение и чтение церковное. Однажды он пришел в святой храм и услышал в Евангелии слова: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною» и прочее (Лк.9 и след.). Услышав эти слова, блаженный Евфимий решил отречься от благ мира сего и ушел в находившийся вблизи Нижнего Новгорода Печерский монастырь Вознесения Господня, где от настоятеля этого монастыря, по имени Дионисия, и принял иноческое пострижение. Поступив в монастырь, Евфимий стал предаваться великим подвигам. При постоянном пении псалмов Давида день он обычно проводил в трудах, усердно исполняя различные монастырские работы, а ночью удалялся в пещеру и там со слезами возносил Богу всенощные моления. Эти подвиги блаженный инок совершал, повинуясь во всем наставнику своему, преподобному Дионисию. В дальнейшей жизни своей он дошел до такой степени подвижничества, что иногда всю ночь проводил без сна в молитве и подвергал себя такому подвигу часто. При этом он был настолько воздержан в пище, что употреблял ее в таком количестве, какое необходимо было для того, чтобы не изнемочь от голода, и не пил ничего другого, кроме воды, да и то только тогда, когда чувствовал сильную жажду. После этого наставником его ему было назначено послушание служить при пекарне. Здесь он еще более увеличил свои подвиги, так как постоянно носил воду и рубил дрова. Вскоре ему велено было служить в самой пекарне. Работая здесь, преподобный всегда приводил себе на память вечные мучения от неугасимого огня и язвительного червя. Часто, смотря на огонь, он говорил самому себе: «Терпи, Евфимий, чтобы через этот огонь ты мог избежать огня вечного».

Видя такие подвиги и терпение преподобного Евфимия, все смотрели на него не как на человека, а как на живущего среди них Ангела Божия.

В то время суздальским и нижегородским княжеством владел великий князь Борис Константинович[1]. Он обратился к настоятелю Печерской обители, преподобному Дионисию, с просьбой прислать к нему в Суздаль блаженного Евфимия в строители монастыря, который он задумал устроить. Блаженный Дионисий с радостью дал обещание великому князю исполнить его просьбу, и, спустя немного времени, преподобный Евфимий, приняв напутственную молитву и благословение от наставника своего, отправился в путь. Когда он пришел к городу Гороховцу, то близ него, на расстоянии около 8 верст, построил церковь во имя святого отца Василия, архиепископа Кесарии Каппадокийской, и устроил при ней общежительную пустынь[2], после чего пришел в Суздаль к великому князю Борису Константиновичу. Князь весьма обрадовался прибытию преподобного и, проведши с ним некоторое время в беседе, отправился вместе с ним к епископу Суздальскому Иоанну. Прибыв к епископу, великий князь открыл ему свое намерение, рассказал по порядку о жизни блаженного Дионисия — о том, как Господь удостоил его дара пророчества и о том, как он благословил его устроить обитель, рассказал также и о преподобном Евфимии. После этого князь стал просить епископа идти с ним, чтобы отыскать место для устройства обители, и епископ отправился с великим князем, а вместе с ними пошел и преподобный Евфимий. Вскоре они нашли место вблизи города на горе, у реки, называемой Каменницей, на берегу которой был расположен и город Суздаль, и это место им понравилось. Тогда они сотворили молитву, воздав Богу благодарение.

После этого на это место собралось множество народа, правители всех княжеских владений, бояре, князья и сановники его двора, духовенство, монашествующая братия, а также мужи и жены разного возраста. В присутствии такого многолюдного собрания епископ Иоанн благословил и освятил место для обители и после особой молитвы водрузил крест на том месте, где надлежало быть престолу первого храма. Тогда князь повелел приготовлять камни и все необходимое для построения храма. И когда повеление князя было исполнено, он сам первый, взяв заступ, стал своими руками копать ров, и его примеру последовали правители страны и бояре.

После этого была совершена служба на основание храма, и храм был заложен в честь Преображения Господа нашего Иисуса Христа, а затем стали возводить стены здания. Преподобный Евфимий, испросив у епископа благословение, взял топор и собственноручно обтесал у северной двери алтаря вблизи святого жертвенника три камня и устроил себе гроб, где впоследствии и было положено честное тело его.

Храм был окончен постройкою в 1352 году[3] и в том же году был освящен. Епископ Иоанн возвел блаженного Евфимия в сан архимандрита и вручил его водительству христианское стадо словесных овец Христовых, а князь дал ему большое количество золота и серебра для устроения обители. С этого времени преподобный Евфимий со слезами сокрушения стал предаваться великим подвигам. Днем он усердно трудился по устройству обители, а ночью возносил Богу непрестанные усердные молитвы, и таким образом устроил монастырь и в нем кельи для будущей братии. Кроме уже бывшего храма, он соорудил еще другой храм во имя преподобного отца Иоанна Лествичника и пристроил к нему каменную трапезу, где бы иноки в зимние дни могли собираться для молитвы и принятия пищи. Когда к преподобному собралось в обитель около 300 человек братии и они не могли поместиться в трапезе, то он повелел построить новый храм во имя святителя Николая, Мирликийского чудотворца, названный больничным, и при нем соорудить большую деревянную трапезу для того, чтобы в нее собирались те из братии, которые не могли поместиться с другими в каменной трапезе. После этого им были устроены по мере нужды и другие необходимые для обители постройки.

Таким образом трудами и молитвами преподобного Евфимия при содействии благодати Божией и устроена была вполне удовлетворявшая всем монастырским нуждам его обитель. И он начал руководить вверенным ему стадом твердо и богоугодно. Он установил правило, чтобы все иноки безропотно пребывали в послушании, в искренней любви друг к другу, целомудрии и нестяжательности, чтобы никто из них не имел ничего своего, но чтобы все у них было общее, а если узнавал, что кто-либо из братии имеет собственность, на того налагал эпитимию. Он не допускал разговоров братии между собою в церкви, а также всегда требовал от них хранить молчание во время трапезы. После трапезы он велел всем расходиться по своим кельям, молча, не вступая при этом ни в какие разговоры друг с другом, и не разрешал посещать чужих келий за исключением какой-либо крайней нужды. Кроме того, он постановил, как общее правило, чтобы никто из иноков отнюдь не имел своих мудрований, но каждый готов был исполнить всякое послушание. А братия со своей стороны во всем повиновались ему, как Ангелу Божию.

Для духовных бесед преподобный Евфимий совершал путешествия к преподобному Сергию, Радонежскому чудотворцу, в его обитель, так как они были современниками[4]. После таких бесед они с любовью давали друг другу благословение, а потом преподобный Евфимий снова возвращался в свой монастырь.

В таких подвигах блаженный Евфимий прожил всю жизнь свою. Он никогда не изменял своему молитвенному правилу и, соединяя пост с милостынею, принимая странников и давая пищу тем, кто не имел ее, к прежним подвигам своим прибавлял новые подвиги. Он был одеждою для нагих и утешением для скорбящих, так как помогал всем бедным, избавлял от бед впавших в несчастья, исцелял молитвою больных, за должников платил долги, сам их всем прощал и одним словом своим избавлял от насилия неправедных судей тех, кого постигали бедствия. Бедность в одежде он так любил, что казался как бы ничего не имущим. Он всегда носил одну только одежду, сшитую из жестких овечьих шкур, и зимою страдал от холода, а летом вследствие тяжести одежды мучился от жара.

Так, всякими скорбными и узкими путями преподобный Евфимий совершал свое жизненное шествие и стал ощущать телесные немощи только тогда, когда достиг уже глубокой старости. Почувствовав приближение кончины, он созвал к себе всех иноков обители. Когда они увидели, что их игумен очень слаб и что близко время его отшествия ко Господу, то все стали скорбеть о разлуке с ним и говорили:

— Отец! Ты оставляешь нас сиротами, и когда тебя не будет с нами, то опустеет обитель наша.

Но преподобный, утешая их, отвечал им на это:

— Не скорбите о разлуке со мною и знайте, что если я приобрету дерзновение молитвы к Богу и дело мое будет угодно Ему, то обитель наша не только не опустеет, но после кончины моей число иноков в ней еще более умножится, если и вы будете иметь любовь друг к другу.

Говорил преподобный и многое другое в утешение братии. После этого, когда уже стало наступать время его отшествия ко Господу, все иноки, приходя к нему, со слезами целовали его и просили у него последнего благословения. И, как чадолюбивый отец, преподобный всем дал свое благословение, всех простил и сам у всех испросил себе прощения. Когда наступил, наконец, час разлучения души его с телом, он причастился Святых Тайн и в первый день месяца апреля предал святую душу свою в руки Господа[5], после 52 летнего управления обителью. Святое тело его иноки похоронили в вышеупомянутом гробу, который в начале построения первого монастырского храма преподобный устроил себе своими собственными руками. Блаженный Евфимий и до сего дня совершает многие чудеса и подает исцеления тем, кто с верою приходит к честному гробу его[6].

Примечания

[1] Неизвестно, почему Борис Константинович назван здесь великим князем. Суздальские князья домогались, правда, великокняжеского престола после смерти Симеона Гордого, в 1353, но потерпели в этом неудачу, и только после кончины Иоанна II Кроткого, в 1359 году, великое княжение получил суздальский князь Димитрий Константинович. Впрочем, последний был великим князем только несколько лет. В 1363 году он вынужден был уступить великокняжеский престол сыну Иоанна Кроткого, Димитрию Иоанновичу Донскому.

[2] Пустынь эта всегда была приписною к Спасо-Евфимову монастырю.

[3] Этот год считается и годом основания монастыря, получившего потом название Спасо-Евфимиева. Он замечателен тем, что из суздальских монастырей в нем первом введено было общежитие.

[4] В церковных песнопениях преподобный Евфимий называется «спостником и собеседником» преподобному Сергию Минея за апрель месяц 1625 г.

[5] Преподобный Евфимий скончался 1 апреля 1405 г., около 90 лет отроду.

[6] Через столетие после кончины преподобного, в 1507 г. 7 июня, при копании рва для построения вместо сгоревшего в 1491 году Преображенского храма нового храма обретены были мощи его и оказались нетленными: «лице было светлое и ризы, как вчера одетые».

Блаженный Евфимий родился и был воспитан в Нижнем Новгороде. Здесь учился он грамоте и учился прилежно, — не любил заниматься детскими шалостями, был кроток и послушлив родителям. Когда пришёл он в юношеский возраст, — ходил в храм Божий, где становился в углу, чтобы не развлекаться во время молитвы движениями людей. Вблизи Нижнего, на берегу Волги, в пещере подвизался тогда с учениками своими блаженный Дионисий, впоследствии архиепископ Суздальский. Подвиги молитвенников Божиих возбуждали в Евфимии ревность к жизни подвижнической. В храме слышал он слова Спасителя: «что пользы, если приобретёт человек и целый мир, а погубит душу свою?» Одушевлённый тем и другим, блаженный пришёл в пещеру к Дионисию и в слезах пал к ногам его, прося принять его в число учеников своих. Авва, преподав ему наставление, облёк его в иноческие одежды. Евфимий стал жить иночески: днём трудился по обители, но с псалмом на устах, ночью уходил в пещерное уединение и здесь проводил время покоя в молитве; пищи употреблял мало, а жажду утолял водой и то с мерой. Он просил у преподобного Дионисия дозволения вкушать пищу через два и три дня; но рассудительный авва запретил ему такой подвиг, как несоразмерный с духовным его возрастом, и велел вкушать пищу вместе с братиями только не до сытости. По воле аввы, Евфимий носил воду и рубил дрова в пекарне; взор на огонь пробуждал в нём слёзы сокрушения о грехах, для которых готов огонь вечный. Церковная песнь поёт преподобному о его подвигах: «Росою воздержания ты погашал юношеский пламень страстей, огнём страданий опалял прелести мира, постясь, явил ты душу светлее лучей солнечных». Так подвигами поста и сокрушения сердечного зрел и мужал в духовном совершенстве преподобный Евфимий.

Благочестивый князь Борис Константинович Городецкий пожелал построить в Суздале обитель молитве и просил Дионисия назначить из учеников его настоятеля новой обители. Дионисий назначил в Суздаль Евфимия. «Не удаляй меня, отче, от пребывания с тобою; тяжело мне жить с чужими», со слезами говорил Евфимий. «Господня — земля; а непослушания бойся», отвечал Дионисий. Блаженный авва, согласно с мыслями благочестивого князя, назначил тогда и других учеников своих для основания обителей молитвы в разных местах. Евфимий, будучи 36 лет, отправился выполнять волю наставника. На дороге в Суздаль, не доходя 5 вёрст до Гороховца, увидал он красивое место на озере, в дремучем лесу, и согласно с волей наставника своего основал здесь общежительную пустынь в честь святого Василия Великого. Эта пустынь и впоследствии оставалась под его надзором, почему и по кончине постоянно была приписной к Евфимиеву монастырю. В храме бывшей обители, ныне приходском, поныне хранится посох блаженного путника.

В Суздале блаженный епископ Иоанн сам указал Евфимию и князю место для обители, вблизи города, на севере его, на крутом берегу Камянки; с высокой площади открывался и широкий вид на окрестность, — место красивое; святитель освятил место для новой обители; благочестивый князь своими руками начал копать ров для храма; множество других рук принялось за ту же работу и каменный храм был основан. Боголюбивый князь не жалел издержек для храма Божия, и храм освящён святителем в честь Преображения Господня; в то же время преподобный Евфимий посвящён был в архимандрита новой обители. На постройку зданий обители щедрый князь доставил также все средства. Но блаженный Евфимий в основание обители полагал тёплые молитвы и подвиги. Проводя день то в доме молитвы, то в надзоре за постройками, ночь проводил он в усердной молитве. К искреннему подвижнику скоро собралось много братий. По благословению святителя, блаженный построил ещё храм Иоанна Лествичника с трапезой. Сюда в зимнее время собирались на молитву. Поскольку же число братии умножалось, так что возросло, наконец, до 300; то блаженный построил ещё деревянный храм святого Николая с больницей и здесь же пристроил другую трапезу с хозяйственными принадлежностями.

Жизнь его была для братии училищем благочестия. Тяжёлые вериги его, поныне целые в обители, служат памятником строгой, подвижнической жизни его. Ещё при построении храма Спасителю приготовил он место для своего погребения и своими руками обтесал камни для гроба; а он прожил в обители 52 года и 52 года готовил себя к переходу в вечность: так он смирял в себе мечты несмиренные! По временам видался он с преподобным Сергием Радонежским и беседовал с ним о духовной жизни. В церковных песнях называется он «спостником и собеседником» преподобного Сергия. Как и Сергий, носил он самую худую иноческую одежду, — овчинный заскорузлый тулуп был на плечах его и в зной летний, и в холод зимний. Но в обители его находили себе пищу все бедняки и покоились больные; за должников платил он долги, и притесняемые в суде находили у него защиту.

Стадо своё пас он бдительно и с духовной рассудительностью; учил безропотному послушанию, чистоте и бескорыстию. Никому не дозволял иметь какую-либо собственность и, если у кого находил что-нибудь своё, подвергал епитемии. Строго запрещал разговоры в храме и в трапезе повелевал хранить молчание; из трапезы в келью надлежало идти также в молчании и не заходя ни к кому. Не дозволялось управляться своим мудрованием и своей волей, а надобно было прислушиваться к правилам обители и к воле настоятеля. Таков был устав преподобного!

В подвигах святой жизни преподобный Евфимий достиг глубокой старости, 78 лет. Перед кончиной простился со всей братией, причастился святых Таин и мирно предал дух свой Господу, апреля 1-го 1405 г.

В его обители, кроме вериг его, сохраняются ещё митра, посохи медный крест его.

В 1491 г. при архимандрите Константине монастырь Евфимиев сгорел. Константин скорбел, смущаясь сомнением, не гневаемся ли на него, за то Евфимий, как бы за дело нерадения его о обители? Преподобный, явясь одному брату, сказал: «скажи, брат, архимандриту Константину, что я ничего не имею против него». Успокоенный Константин, при пособии благотворителей, восстановил кельи братские. Преемник его Кирилл, впоследствии архиепископ Ростовский, решился построить новый каменный храм. При копании рвов нашли мощи преподобного Евфимия: лицо было светлое и ризы как вчера надетые. Это было 7 июня 1507 года. Преподобный Евфимий с того времени прославился множеством чудес. Весьма назидательны два из них. Келарь Киприян по своеволию надмения раздавал пищу, кому и как хотел, тогда как по уставу предлагалась она в трапезе. В сонном видении явился ему преподобный Евфимий с жезлом в одной руке и с горящей свечой в другой, угрожая наказать его за своеволие. Келарь в испуге каялся, а потом забыл обещание своё. Преподобный снова явился и поразил его расслаблением членов. Больной получил исцеление у раки преподобного тогда, как перед всеми исповедал грех свой. Один поселянин сильно страдал от лихорадки. Брат его, выслушав молебен в обители за больного, взял для него квасу. Дорогой пришло ему на мысль: «что пользы в этом квасе для больного? Лучше позвать кудесника». И, чувствуя жажду, выпил квас. Вслед затем явился ему кто-то в белой одежде и митре и грозно сказал: «как смел ты пренебрегать дар Божий? Господь для Евфимия хочет исцелить брата; воротись, приложись к раке и спеши к брату». Когда исполнена была эта и воля, больной исцелился. У старца Никодима болезнью скорчены были ноги, и он уже не чаял быть живым. Явившийся по молитве Евфимий помазал ему мастию ноги, и больной встал здоровым. Рыболов Патрикий лежал в лихорадке; явившийся преподобный осенил его крестным знамением, и Патрикий пошёл ловить рыбу.