Родиной святителя Серапиона было село Пехорка в 20-ти поприщах от Москвы; о родителях же его известно только, что они были поселяне, люди верующие и благочестивые. На седьмом году от рождения Серапион начал обучаться грамоте, а затем в раннем сравнительно возрасте хотел удалиться от мира, но родители не позволили сделать этого. Уступая их желанию, он вступает в брак и принимает сан священства; через год умерла его жена, Серапион постригается в монашество, но для покоя родителей и после пострижения остается для служения при той же Покровской церкви. Когда же скончались его родители, Серапион отпустил на волю рабов отца своего, имущество раздал бедным и поступил в Дубенский Успенский монастырь, что на острове; вскоре он сделан был строителем этой обители, много потрудился для монастыря и так прославился своими иноческими подвигами, что самая обитель стала называться пустынью Серапиона. Желая предаться богомыслию и строгим подвигам, Серапион сложил с себя обязанности строителя обители и перешел в Троице-Сергиеву Лавру при игумене Симоне. Этот Симон был поставлен митрополитом Московским в 1495 году, а святой Серапион волею митрополита и великого князя тогда же сделан был игуменом Лавры. Святой Серапион пользовался большим уважением великого князя Иоанна Васильевича, и был случай, когда по ходатайству святого Серапиона он помиловал осужденных на казнь.

Недобрые люди оклеветали перед великим князем трех боярынь, обвинив их в волшебстве. Иоанн Васильевич страшно опалился на них и присудил к смерти через сожжение. За невинно осужденных печалуется митрополит Симон соборно с духовенством своим, просят бояре, но без всякого успеха. Тогда святой Серапион, помолясь Живоначальной Троице, Пречистой Богородице и преподобному Сергию, отправился к великому князю и наедине со слезами начал печаловаться за несчастных боярынь, прося освободить их от смертной казни. Великий князь умилился просьбой Троицкого игумена, перестал гневаться, умилостивился до того, что без всякого наказания освободил боярынь. Этот подвиг печалования прославил святого Серапиона – народ припоминал святителя Николая, освобождавшего от смертной казни неповинных. Сам великий князь возлюбил за это подвижника.

Выделился своим благоразумием святой Серапион и на Соборе 1504 года, когда горячо отстаивал церковные и монастырские имения как средство благотворительности.

Святой Серапион очень заботился о вверенной ему обители преподобного Сергия, был рачительным хозяином, берег ее вотчины и монастырские запасы, собранные в многочисленных селах и деревнях.

Великий князь Иоанн Васильевич при передаче царства своему сыну Василию указал на святого Серапиона как на одного из достойнейших к занятию архиерейской кафедры. Великий Новгород в то время более двух лет не имел своего святителя. Избрание пало на святого Серапиона, и 15 января 1506 года собором архипастырей он был хиротонисан в архиепископа Новгородского. Попущением Божиим наступили тогда для Новгорода тяжелые времена. Третий уже год Новгород страдал от смертоносной язвы; в 1508 году мор был особенно силен: в одну осень умерло 15396 человек. В том же году страшный пожар опустошил торговую сторону Новгорода: при страшной буре огонь действовал с такою силою, что люди не успевали спасаться; «всех душ сгорело 3315, а утопших в реке Волхове Бог един весть», говорит летописец. Немалые скорби пришлось понести святителю Серапиону среди этих бедствий. Непрестанно молясь о прекращении страшной болезни, святитель Серапион с иконами и крестами ходил около города, велел в один день срубить и поставить церковь во имя Похвалы Богородицы на Детинце и в тот же день (15 октября) освятил ее. В то время молитвами святого архиепископа Серапиона исцелил Господь Бог трех человек: слепого, расслабленного и бесноватого. После этого чуда смертоносная язва немедленно прекратилась. Во время пожара архиепископ с иконами и крестами вышел на Волховский мост к Чудному кресту, но не мог выговорить слова на молебне, сильно рыдал, источая слезы из очей своих, как струи, непрестанно, и молился в тайне сердца своего, пока прекратился гнев Божий. С прекращением пожара святой Серапион велел собрать тела погибших и зарыть в землю, отслужил по ним панихиду и, собравши многих граждан, проклял немилостивых грабителей, похищавших все ценное у обгоревших тел и из домов.

В то же время случилась великая распря святителя Серапиона с игуменом Волоколамского монастыря преподобным Иосифом. Волоколамская обитель находилась тогда в ведении Новгородского владыки. Когда князь Феодор Борисович стал теснить иноков и игумена Иосифа – отнимать монастырские деньги и имущество, приказав ему удалиться, куда угодно, если не желает исполнять княжеские распоряжения, – то святой Иосиф сначала хотел удалиться, а потом по просьбе братии остался и решил просить защиты обители у великого Московского князя Василия Иоанновича и у митрополита Симона. Послал он и к владыке Серапиону некоего старца Игнатия за благословением на это дело, но в Новгород по случаю моровой язвы проникнуть было нельзя, и старец воротился назад. Великий князь тоже не сразу принял под свое покровительство Волоколамскую обитель, но сначала пытался уговорить князя Феодора Борисовича, затем в 1507 году собрал собор и по решению соборному принял обитель под свое покровительство, сказавши в успокоение игумену Иосифу: «Ты из предела Новгородской архиепископии не отошел; я взял монастырь твой только от насилия удельного князя, а к архиепископу сам пошлю, как минет земская невзгода».

Когда узнал владыка Серапион о переходе Волоколамской обители к великому князю, то очень огорчился, не принял посланного преподобным Иосифом старца с объяснениями дела и без сношения с великим князем и митрополитом запретил игумена Иосифа в священнослужении и отлучил от Церкви за то, говорилось в грамоте, что «он отступил от небесного, а пришел к земному». Преподобный Иосиф с покорностью принял гнев святителя, но последние слова неблагословенной грамоты огорчили великого князя и митрополита. Великий князь тогда же лишил архиепископа престола, вытребовал в Москву и заточил в Андрониевском монастыре. В 1509 году на соборе архипастырей разбиралась между прочим жалоба игумена Иосифа на владыку Серапиона за отлучение от Церкви. Три раза отцы собора спрашивали архиепископа Серапиона: за что он отлучил игумена Иосифа и по каким церковным правилам.

Владыка Серапион ничего не отвечал, говорил летописец. По словам же преподобного Иосифа, архиепископ вместо ответа начал только свариться со всеми, говоря: «Про то я ведаю, почему не благословил Иосифа, а вам какое до того дело. Волен я в своем чернеце, как и князь Феодор в своем монастыре». На вопрос великого князя, за что он назвал князя Феодора небесным, а его земным, Серапион не нашелся ничего сказать. Собор простил и благословил игумена Иосифа, владыке же Серапиону определил пребывать в монастыре.

Долгое время новгородцы не могли утешиться о лишении своего доброго пастыря и учителя. Недолго был он у них, но успел и в короткое время показать себя питателем нищих, наказателем вельмож, утехою скорбящим, прохладою обуреваемым и общим всем помощником. 17 лет у новгородцев не было архиепископа после владыки Серапиона.

Много претерпел святой Серапион в заточении в Андрониевом монастыре. Митрополит перед своею смертью примирился с святым Серапионом в 1511 году, пригласил его в Москву к себе, благословил и сам принял от него прощение. Тогда же последовало примирение с владыкою Серапионом и преподобного Иосифа. Сам великий князь Василий Иоаннович, вспомнив завет своего родителя, смиловался и позволил владыке Серапиону переселиться в Троице-Сергиев монастырь, где он много подвизался в посте, молитве, глубоком смирении и терпении. Перед кончиною своею святой Серапион принял схиму; простившись с братией обители Преподобного Сергия и причастившись Святых Тайн, он скончался 16 марта 1516 года со словами на устах: «Господи, в руце Твои предаю дух мой».

Необыкновенною радостью осветилось лицо почившего святителя; со слезами и скорбью погребли иноки владыку Серапиона близ церкви Живоначальной Троицы; святые мощи его обретены нетленными в следующем 1517 году, 7 апреля, и почивают под спудом в Троице-Сергиевой Лавре, на южной стороне Троицкого собора, где прежде была келлия преподобного Сергия.

Бог прославил Своего угодника особым даром чудотворений и прозорливости как при жизни, так и после блаженной его кончины.

Однажды святитель Серапион в праздник Успения Пресвятой Богородицы пригласил к себе на пир старейшин града и множество народа; среди пришедших был один хромой, который ползал много лет на ногах и руках, опираясь на деревяшки. Милостивая душа архиепископа захотела напитать хромого сначала духовною пищею. Святой Серапион со слезами помолился Господу об исцелении больного и сказал хромому: «Во имя Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа востани на ноги твои». Хромой поднялся на ноги, подошел к архиепископу и принял от него благословение. Бывшие при этом чуде прославили Бога и его угодника.

Провидел святитель Серапион будущую судьбу своего любимого ученика архидиакона Иакова и еще в юношеском возрасте его поклонился ему как будущему игумену Троице-Сергиева монастыря, что и исполнилось: Иаков игуменствовал в Троицкой Лавре с 1515 по 1520 гг.

Святой Серапион видел дальнее, как бы находящееся близ него. Когда скончался преподобный Иосиф Волоколамский (9 сентября 1515 года), святой Серапион, пребывая в Троице-Сергиевом монастыре, в тот самый час сказал бывшим с ним: «Брат наш Иосиф преставился. Бог да простит его». И, молясь перед иконой Спасителя, прибавил: «Не постави ему, Господи, греха, ибо бывает подобное и с праведными».

В 1608 году, в тяжелую годину Троице-Сергиевой Лавры, на призыв святого Сергия вошел в храм святой Серапион в святительском облачении и с поднятыми к небу руками молился в алтаре перед иконою Пресвятой Богородицы: «О, Всепетая Мати! От всякия избави напасти всех».

Имя святителя Серапиона вместе с другими призывается на помощь в церковных грамотах и в чине поставления епископа.

Местное празднование святого Серапиона в Троицкой Лавре началось после 1559 года, когда его мощи были открыты, переложены в новый гроб и снова погребены, причем произошли два чуда. В XVII веке Серапиона почитают святым на месте его святительства в Новгороде. В настоящее время празднование угоднику Божию общецерковное. Святые мощи его под спудом.

Блаженный Серапион родился в селе Пехорке (Пехре) невдали от Москвы[1]. Обученный грамоте на 7 году, он рано хотел расстаться с миром; но родители заставили его вступить в брак, и он принял сан священства; но через год после брака супруга его скончалась. Приняв иноческий образ, он для покоя родителей оставался священником при Покровской церкви; по смерти же родителей, отпустив работников и раздав имущество бедным, вступил в Дубенский Успенский монастырь, что на острове. По смерти настоятеля братия упросили Серапиона принять на себя должность строителя обители Дубенской, состоявшей тогда в ведении Сергиевой лавры. Преподобный столько известен был здесь духовными подвигами и так много соделал для Островской пустыни, что пустынь называлась потом пустынью Серапиона[2]. – Тяготясь заботливой должностью, он отказался от неё и перешёл в Сергиеву лавру. Но и здесь не долго был в покое. Волей митрополита и великого князя определён он (1493 г.) в игумена лавры. – Великий князь Иоанн уважал подвижника игумена. Три боярыни обвинены были перед великим князем в волшебстве; строгий Иоанн велел сжечь их. Блаженный Серапион, уверенный в невинности несчастных, после усердной молитвы к Св. Троице, явился к великому князю и убеждал его отменить суровый приговор; великий князь послушался благочестивого игумена, и жизнь трёх невинных была спасена. Заботливый о благоустройстве великой обители и особенно о жизни достойной иночества, блаж. Серапион был и на соборе о церковных имениях; здесь старался он согласить пользы Церкви и государства и подавал голос одинаковый с голосом игумена Волоколамского Иосифа[3].

Великий князь Иоанн, передавая управление сыну своему Василию, указал ему на Серапиона, как на достойного занять святительскую кафедру в Новгороде, и 15 января 1506 г. собором архипастырей Серапион посвящён в архиепископа Новгородского. – Это возведение на высокую степень власти было для Серапиона призывом к самым сильным скорбям. В феврале прибыл он в Новгород; а осенью открылся мор. То же бедствие возобновлялось и в следующие два года, также осенью. В последнюю осень померло в Новгороде от язвы 15,398 человек. Между тем в августе того же 1508 года был такой страшный пожар и в Новгороде, что трудно указать в летописи другой подобный: страшная буря усилила свирепость огня до крайней степени. Святитель во время пожара выходил с крестным ходом на Волховской мост к чудному кресту». Молясь об утолении гнева Божия, он не только лил слёзы, но рыдал и от рыданий не мог читать молитв; он продолжал дотоле молиться, пока пожар стал ослабевать. Когда всё кончилось, оказалось, что одних людей сгорело до 3,315 человек[4].

Во время, столько тяжёлое для Новгорода и его архипастыря ревностного, началась горькая история по Волоколамскому монастырю. – Теснимый Волоколамским князем, блаженный игумен Иосиф обратился с просьбой о защите к великому князю и был принят с обителью в ведение митрополита и великого князя. Серапион подверг Иосифа запрещению за то, что он без ведения и воли своего архиепископа уклонился из его епархии. Великий князь Василий принял за личное оскорбление себе запретительную грамоту архиепископа. Архипастырь, обличая в Иосифе недостаток терпения, если не земную суетность, писал Иосифу: «почему ты отдал монастырь свой в ведение великого государства? Ты отступил от небесного и пришёл к земному». Василий в тревогах самолюбия объяснил себе это так: «ты назвал князя Феодора небесным, а меня земным. Что я земной, это я знаю; но скажи мне, почему ты князя Феодора назвал небесным?»[5] На третьей неделе после Пасхи, в конце апреля 1509 г., не только без суда, но даже не выслушав объяснения со стороны Серапиона, Василий объявил Серапиона лишённым кафедры, вытребовал его в Москву и заключил в Андрониковом монастыре[6]. В заключении своём страдалец терпел много оскорблений от Андроньевского настоятеля Симеона, постриженца игумена Волоколамского. На соборе (в июле 1509 г.) обвинили Серапиона за отлучение Иосифа, желавшего, но не могшего, получить благословение архиепископа, и признали его лишённым кафедры[7]. – Но если Иосиф не был виновным за то, что без благословения своего архипастыря перешёл в другую епархию, так как на деле желал, но не мог получить его, – то и Серапион не был виновен перед церковным законом, произнося суд свой над Иосифом по сведениям, какие были тогда у него. Потому суд собора был только уступкой насилию власти. В сильном и пространном послании к митрополиту Симону, написанном в тяжёлом заточении, Серапион жаловался первосвятителю на то, что увлёкся он пристрастными внушениями Ростовского архиепископа Вассиана и других нерассудительных друзей Иосифа. Называя митрополита святейшим архиепископом, своим отцом и господином, себя же смиренным сыном и заточённым, он вместе с тем говорил, что и он сам по милости Божией архиепископ, которого не следует оскорблять несправедливо. Показывал вину Иосифа в том, что он вопреки церковным правилам удалился из его епархии без его благословения и возбудил смущение в целой Церкви. Напоминал митрополиту, что просил он дозволения явиться в Москву и объясниться перед государем на соборе и однако не был допущен до того; вместо же того вопреки правилам Церкви без суда лишили его кафедры и заточили. – «Вспомни, святейший, говорил далее страдалец, с какими обетами поставили вы меня, и что ты заповедовал мне? Не обещался ли я тебе, господину моему и отцу, и всем епископам, в святой церкви у Пречистой Богородицы, у цельбоносного гроба Петра чудотворца, сохранить заповеди, никого не боясь, и стоять в правде, по наставлению псалмопевца: «глаголах перед цари и не стыдяхся» (Пс.118:46). Тогда дал я слово Богу и вам поступать по преданиям Апостолов и святых отцов. А ты преподал мне хиротонию и власть вязать и решать, которую и употребил я над моим чернцом, когда он нарушил уставы прежних архиепископов Новгорода». В заключении писал: «мне, еже жити Христос и еже умрети приобретение (Флп.1:21). Кто ны разлучит от любве Божия? (Рим.8:35.) Ожидаю воздаяния праведным от Христа Господа моего».

Митрополит Симон перед своей смертью († 1511 г.) с согласия великого князя пригласил к себе Серапиона, и – спросил у него прощения и сам, простив его, дозволил ему жить в любезной его лавре Сергия[8]. Тогда же примирился с высоким по жизни архипастырем преподобный Иосиф Волоколамский; а по его убеждению согласился на увольнение Серапиона в лавру великий князь[9]. Слишком строго судившие и осуждавшие Серапиона по видам человеческим испытали на себе суд Божий, как видели это современники[10]. В тот самый час, когда Иосиф переходил в жизнь вечную, блаженный Серапион встал и сказал вслух бывших с ним: «брат наш Иосиф преставился; да простит его Бог»; потом, смотря на икону Богоматери, прибавил: «бывает подобное и с праведными». Блаженный страдалец и строгий подвижник, приняв схиму, мирно почил 16 марта 1516 г.[11]. Святые мощи его обретены нетленными в следующем году, апреля 7 дня, и остаются под спудом в так называемой Серапионовой палатке лавры[12].

В 1608 г., во время осады лавры ляхами, св. Сергий, как видели лучшие старцы, будил иноков и звал в храм молитвы; сюда вошёл «святой архиепископ Серапион в одежде святительской и стал в алтаре, перед образом Пресвятыя Богородицы. Чудотворец Сергий, обратясь к нему, сказал: «отче Серапионе! не медли вознесть моление к милостивому Спасителю и Пресвятой Богородице». Святой архиепископ с поднятыми к небу руками воззвал: «о! всепетая Мати! от всякия избави напасти всех»[13]. Вместе с другими прославленными Новгородскими святителями святой Серапион призывается на помощь в церковных грамотах 1628 и 1654 г.[14].

Примечания

[1] Ркп. житие св. Серапиона, описанное учеником его игум. Иаковом, в сборнике Сергиевой Лавры № 105 и 7. У Румянцева № 371.

[2] Пролог 16 марта: „приходит в монастырь Пресв. Богородицы, честнаго Ея Успения, на остров, иже есть на Дубенке“. Дубенская общежительная пустынь находилась на острове, омываемом Дубенкой, Дубной и Быстрицей, на границах Тверской и Владимирской губерний, на северо-востоке от Сергиевой Лавры. – В с. Заболотье, находящемся в 6 верст. от Дубенского острова, сохраняется икона Спасителя, с надписью: „сия святая икона поступила из бывшего Успенского, Саввина и Серапионова монастыря, что в Шавпикине, от строителя старца Леонтия, в 1765 г.“. Чтен. Общ. Ист. 1860 г., кн. 1.

[3] Ркп. житие преп. Иосифа, соч. неизвестного: „в сих совопрошениях Троицкий Сергиева монаст. игумен Серапион да Иосиф разумне и добре расчиняху лучшая к лучшим, смотря обоюду пользующая“.

[4] Собр. л. III, 147. 244–246. IV, 136.

[5] Древн. Вивлиоф., т. 14.

[6] Собр. л. 3, 137.

[7] Разрешительная грамота Иосифу от 8 июля 1509 г. в Ист. Акт. 1, 529. О соборе собр. л. VI, 249. 250. Львов. л. 3, 306–309. В последней – ошибка о времени собора.

[8] Собр. л. VI, 252.

[9] Досифеево житие Иосифа: „и паки мало прейде, архиепископ Серапион со игуменом Иосифом межи себя общее прощение получиша“. Неизвестный в житии Иосифа: „Иосиф извествовася к Серапиону и дознавшеся на истине смирение умножиста себе преподобника и любовь множае первые утвердиста“. – Из послания к вел. кн. Василию видно, что князь спрашивал, как он думает поступить для примирения с Серапионом, и преподобный, поняв из письма неудовольствие Василия на этот мир, предоставил дело воле князя (Волоколам. ркп. № 122). По письму Иосифа к Челядину несомненно, что примирение Иосифа с Серапионом последовало уже при м. Варлааме. Летопись под 1516 г. говорит: „смирися вел. князь с Серапионом“ (Собр. л. 3. 184). Но примирение или точнее испрошение прощения – не то, что дозволение Серапиону перейти в лавру. О последнем в продолжении Нестора и в Русск. Времен. 2, 238 сказано, что в мае 1511 г. „вел. князь отпустил бывшего архиепископа Серапиона в Сергиев монастырь“.

[10] Собр. л. 4, 136. 258. 3, 148. 184. „Кто на него (Серапиона) ни постоял, Василий Андреевич Челядин, владыка Ростовский Вассиан (умер 28 авг. 1515 г.), владыка Суздальский Симеон, бывший Андроньевский настоятель († 15 сент. 1515 г.), того лета все умерли; а Иван Андреевич Челядин в Литве главу свою положил (взятый в плен августа 1 1514 г.); а Рязанский Тарасий владычество оставил его же ради; да того же лета и Пермский Пдотасий умре“.

[11] Собр. л. 3, 148. 184. 247. Никон. л. 6, 205. Ркп. житие, Львов. л. 3, 309. 340.

[12] Пролог марта 16. В Музее Румянцева № 371: „апреля в 7 день обретение мощей иже во святых отца нашего Серапиона архиепископа Новгородского“. Здесь служба с каноном и потом житие Серапиона. В святцах устава XVI в. (Толстого 1 № 100) марта 16 „преставление св. Серапиона архиепископа Новгородского“.

[13] Палицын об осаде лавры, стр. 98.

[14] Ист. Акт. 4, 13. 14. 225. См. ещё января 25 ч. пр. 120.