Михей был любимый келейник преподобного Сергия, «возливавший», по выражению Епифания, «воду на руце его». Под руководством великого старца, подвизаясь в простоте сердца, Михей достиг такой высокой степени духовной чистоты, что один из всех сподвижников Сергиевых удостоился видеть Матерь Божию, посетившую своего избранника. Вот что поведает об этом другой ученик Сергиев, Епифаний.

Однажды в глубокую ночь преподобный Сергий совершал свое келейное правило и перед иконою Богоматери пел акафист, что он делал, по своему обычаю, ежедневно. Часто взирал он на святую икону и усердно молил Матерь Божию о своей обители. «Пречистая Мати Христа моего, – взывал святой старец, – Ходатаица и Заступница и крепкая Помощница роду человеческому! Буди и нам недостойным Ходатаицей, присно моли Сына Твоего и Бога нашего, да призрит Он милостиво на святое место сие, посвященное в похвалу и честь Его святого имени на веки! Тебя, Матерь Сладчайшего моего Иисуса Христа, призываем на помощь, рабы Твои, ибо Ты имеешь великое дерзновение у Сына Твоего и Бога! Будь же всем спасительное упокоение и пристанище!»

Так молился преподобный; его чистое сердце горело благодатным пламенем, его смиренный ум весь погружен был в молитву, и он, как дитя, в простоте души беседовал с Пречистой Матерью всех возлюбивших чистым сердцем Ее Божественного Сына.

Окончив молитву, он сел для отдохновения; но вдруг его святая душа ощутила приближение небесного явления, и он сказал своему келейному ученику, преподобному Михею: «Бодрствуй, чадо, мы будем в сей час иметь чудесное посещение». Едва сказал он это, как послышался голос: «Се, Пречистая грядет!»

Тогда старец встал и поспешно вышел в сени; здесь осиял его свет паче солнечного, и он узрел Преблагословенную Деву, сопровождаемую апостолами Петром первоверховным и Иоанном девственником – Богословом. Не в силах будучи вынести этого чудного сияния и неизреченной славы Матери Света, Преподобный Сергий пал ниц, но Благая Матерь прикоснулась к нему рукою и ободрила его словами благодати. «Не бойся, избранниче Мой, – изрекла Она. – Я пришла посетить тебя: услышана молитва твоя об учениках твоих, не скорби больше и об обители твоей, отныне она будет иметь изобилие во всем, и не только при жизни твоей, но и по отшествии твоем к Богу Я неотступна буду от места сего и всегда буду покрывать его». Сказала так и стала невидима.

Вострепетал старец от страха и радости: несколько минут был как бы в восторженном состоянии, а когда пришел в себя, то увидел ученика своего Михея лежащим на полу, как бы умершим; великий наставник мог видеть Царицу Небесную и слышать голос Ее, а ученик, пораженный ужасом, не в состоянии был видеть все, и видел только свет небесный.

«Встань, чадо мое», – кротко сказал старец. Михей пришел в чувство, но тут же упал к ногам преподобного Сергия. «Скажи, отче, Господа ради, – говорил он, – что это за чудное видение? Душа моя едва не разделилась от тела»...

Но Сергий и сам еще не мог говорить от волнения душевного, только лицо его цвело небесной радостью. «Подожди, чадо, – сказал он ученику, – и моя душа трепещет от этого видения».

Когда наконец старец несколько успокоился, то послал Михея пригласить двоих благоговейных мужей из братии – Исаакия молчальника и Симона экклесиарха. Те поспешили на зов своего старца-игумена, и он рассказал им все, что сейчас было у него в келлии. И все вместе совершили они молебное пение Богоматери, а Преподобный Сергий провел всю ночь без сна, внимая умом Божественному видению, которое было венцом его подвигов еще здесь, на земле. «Не гаданием, не в сонном видении, а наяву видел Он Матерь Божию, как видел Ее некогда преподобный Афанасий Афонский», – замечает при сем летописец.

По древнему преданию церковному и записанному в Никоновой летописи, это небесное посещение было в пост Рождества Христова, в ночь с пятницы на субботу и, как думают, в 1384 году; по другому предположению, это событие относят к Рождественскому посту 1379 года, указывая на то, что в наступивших летом 1380 года трудных обстоятельствах (нашествие Мамая) сам великий заступник земли Русской, прп. Сергий, имел духовную нужду в особенном подкреплении, и обращают внимание на то, что преподобный послал на поле Куликово именно Богородичную просфору.

В благодарное воспоминание сего чудного посещения в обители преподобного Сергия установлено каждую пятницу с вечера совершать всенощное бдение с акафистом Богоматери в юго-западном притворе Троицкого собора, на том месте, где, по преданию, стояла келлия преподобного Сергия и где красуется теперь величественная икона, изображающая это чудное пришествие Небесной Гостьи.

Кроткий ученик кроткого старца преставился еще при жизни своего аввы, 6 мая 1385 года. Мощи его почивают под спудом небольшой церкви, устроенной и освященной 10 декабря 1734 года по указу Святейшего Синода, «в честь явления Богоматери преподобному Сергию», свидетелем чего удостоился быть Михей.

В тридцати верстах от Галича, в глухом лесу, у железных рудников, жил (с 1392 года) в уединённой хижине пустынник, и этот пустынник молитвами возвратил к жизни супругу могущественного властителя России. Это был преп. Иаков, ученик великого Сергия Радонежского. Супруга великого князя Василия Дмитриевича, София Витовтовна, страдала родами и была при смерти. Преп. Иакову случилось тогда быть в Москве; он пребывал в монастыре Иоанна Предтечи под бором, за рекой Москвой, – Великий князь слышал о его святой жизни и послал просить его помолиться о больной супруге. Преподобный отвечал: «молись Богу и Пречистой Матери Его; о княгине не скорби, будет здорова и в этот же вечер родит сына наследника тебе». София благополучно родила сына Василия. Это было в 1415 г. Признательный вел. князь дал блаж. Иакову средства построить на месте уединённых подвигов его, на железном борку, монастырь с храмом в честь св. Предтечи, и определил землю на содержание обители.

Преподобный родом из Галичских дворян Амосовых, был усердным насадителем иноческой жизни в родной стороне своей. Скоро собрались к нему ревнители уединения. Он устроил строгое общежитие, – в обители никто ничего не называл своим; его пример одушевлял учеников к строгой жизни; по примеру наставника ученики благодушно терпели нужду и скорби; блаж. Иаков учил их чистоте душевной и телесной, посту, взаимной любви, смирению и терпению.

Сильное искушение испытали обитель Иакова и её окрестности в 1429 году. Шайки Казанских татар опустошали окрестности Галича, подступали под Галич и, не взяв его, в самый день Крещения захватили Кострому, набрали множество пленных и ушли. – По летописи, тогда как главные силы Москвы, не догнав Татар, возвратились от Нижнего, воеводы Феодор Добрынский и князь Феодор Пёстрый поплыли Волгой, нагнали их за Нижним, напав разбили, многих истребили и всех пленных отняли. «Зато, прибавляет летопись, тем воеводам честь, а по смерти – вечная память». Преподобный с учениками своими удалялся от страшной бури в тёмный лес. По возвращении на место молитв он должен был поднимать обитель из развалин. Он построил теперь и трапезный храм в честь св. Николая, выкопал своими руками обширные пруды; теперь явилось в стороне той много бедных и голодных; преподобный кормил всех приходивших и помогал, сколько мог. После стольких лет подвижничества братия упросили его быть игуменом их; он отправился в Москву и там облечён был саном; он получил там и разные пособия для чад своих. В глубокой старости постигла его предсмертная болезнь; он назначил преемника себе из учеников своих и принял в напутствие в ту жизнь св. Тайны. По ркп. святцам «препод. Иаков, игумен Предтеченского монастыря на железном борку, Костромский Чудотворец, преставися в лето 6950 (1442) апреля в 11 день». Святое тело его покоится под спудом в основанной им обители. Великий князь Василий Васильевич в 1450 году, после победы над Шемякой под Галичем, отправлялся в обитель Иакова благодарить Господа за успех свой. Обитель преподобного и после него не раз страдала от Татар и двое из её игуменов, Савва и Вениамин, скончались страдальчески; но обитель его поныне существует.

По памятникам видим, что уже в 1536 г. чтили в обители Иаковлевой основателя её как угодника Божия, называли его преподобным отцом, а немного позже называли и чудотворцем.

Из чудес, совершившихся при гробе его, особенно замечательно исцеление бесноватого Нифонта и параличного Фотия. Нифонт не один год одержим был нечистым духом, скитался в лесу и, возвращаемый, рвал на себе цепи. Раз братия, поймав, притащили его к гробу Иакова; как только коснулся он гробницы, пришёл в себя, со слезами пал перед иконой преподобного, стоявшей на гробнице, молил спасти душу и тело его и встал здоровым. – Фотий, человек богатый, поклялся в неправде; вслед затем лицо его искривилось, и он впал в расслабление. Три года пробыл он в таком положении. Родные привезли его в обитель преподобного. Во время молебного пения он громко каялся в грехах своих; в то же время лицо его выпрямилось, и он стал здоровым.

Вот опыт любви преподобного к своей обители и иночеству. – Инок Феодосий, лежавший расслабленным три года, обратился с молитвой слёзной к блаж. Иакову: «отче Иакове, говорил он в душе, ты много подаёшь исцелений у гроба твоего; помоги и мне в тяжкой моей болезни». Внезапно, в тиши ночной, явился ему преподобный и сказал: «дай Богу обещание пребывать в обители моей до смерти и будь у гроба моего». Расслабленный сказал о том братии; по приказанию игумена принесли его к гробу, отпели молебен, и больной сам приложился к гробу и стал здоров. «Пока жив буду, не выйду из обители», сказал он с восторгом, и выполнил обещание.

Из трёх опытов исцеления слепых святым особенно замечателен один. Ослепшая Фотиния, привлечённая слухом о чудесах Иакова, просила отслужить молебен и внезапно прозрела. Игумен велел ей пребыть в чистоте 40 дней. Она не исполнила заповеди, и опять закрылись глаза её. В раскаянии пришла она вместе с мужем просить себе прощения при гробе Иакова, и снова прозрела.

Чудеса преподобного привлекали в его обитель многих Богомольцев и многих благотворителей. Последние доставили ей небедные средства к содержанию.