Преподобный Орсисий был учеником преподобного Пахомия Великого. Хотя он не принадлежал к числу первых учеников святого Пахомия, но столько успел в добродетели, преимущественно же в смирении, что еще сам преподобный Пахомий поставил его настоятелем монастыря Хенобоск. Когда указывали на молодость Орсисия, преподобный Пахомий отвечал, что на него можно смотреть как на светильник, сияющий в доме Господнем.

После кончины преподобного Пахомия его преемником был назначен Петроний. Но Петроний, прибыв в главный монастырь Пабау, застал святого Пахомия уже умершим и вскоре сам почувствовал приближение смерти. Тогда он собрал братию, чтобы узнать, кого они желают иметь аввой, и указал на Орсисия, находившегося там же. Избрание Орсисия было принято братией с радостью, хотя сам избранный со слезами говорил, что возлагаемое на него бремя выше его сил.

В управлении монастырями авва Орсисий всегда имел пред собой образ действий преподобного Пахомия. Кротостью обращения, не ослаблявшей его ревности, бдительности и заботы о соблюдении устава, он привлекал к себе иноков. Частое посещение монастырей давало ему возможность близко знать духовное состояние братии. Он обладал даром мудро говорить о духовных предметах и любил украшать свою речь сравнениями и притчами, чтобы наставление принималось с пользой.

Когда часть начальников и братии стала уклоняться к заботам о временных приобретениях и любочестию, преподобный Орсисий скорбел о нарушении мира в тавенисиотских монастырях. Сознавая, что одному ему трудно нести такое бремя, он удалился в пустынное место и со слезной молитвой просил Господа указать более твердого помощника. В ту же ночь ему было открыто видение о новом ложе, и святой понял, что этим обозначается преподобный Феодор Освященный, любимый ученик Пахомия.

Наутро Орсисий созвал начальников монастырей и сказал, что Феодор более способен в бедственном положении управлять монастырями. Феодор сначала отказался принять начальство и не вкушал пищи, пока не увиделся с Орсисием; но затем, убежденный им, принял заботу о братии. Сам Орсисий удалился в Хенобоск, а затем в Монхоз, желая показать, что не имеет огорчения на братию. Феодор, однако, считал себя только помощником Орсисия, часто ходил к нему за советом и убедил его жить в Пабау, чтобы тот наставлял иноков.

Единение Орсисия и Феодора стало утешением для братии. Орсисий говорил, что управляет монастырями так же, как и тогда, когда был один настоятелем, и называл Феодора новым ложем, на котором Бог повелел ему почить. После кончины преподобного Феодора Освященного святитель Афанасий Александрийский писал авве Орсисию и братии утешительное послание, убеждая их не плакать о блаженном Феодоре, но подражать его добродетелям, а Орсисия просил снова принять заботу и попечение о братии.

Лишившись лучшего помощника, авва Орсисий вновь один управлял тавенисиотскими монастырями. Господь даровал ему новую силу и большую способность разуметь Писание. До нас дошло его сочинение, состоящее из изречений Священного Писания с изъяснением и приложением к иноческой жизни. В нем святой предостерегает иноков от неверности своему званию, увещевает исследовать свои поступки, трудиться в покаянии и добродетелях, идти по следам святых и прежде всего Господа Иисуса Христа.

Обращаясь к начальникам монастырей, авва Орсисий учил их руководить вверенными душами, постоянно ожидать пришествия Спасителя и быть готовыми к духовной брани. Простых монахов он убеждал трудиться ради спасения, хранить обеты и не терять из виду цели иноческой жизни. Чувствуя приближение смерти, преподобный поручал своих духовных чад Господу и призывал их бодрствовать, ревностно трудиться, бояться Бога и хранить Его заповеди.