Священное молчание Богоматери: искусство хранить сердце и слово

«Яко призре на смирение рабы Своея: се бо отныне ублажат Мя вси роди» (Лк. 1:48).

В жизни Богоматери архиепископ Феофан особенно выделяет сокровенное безмолвие. Пресвятая Дева выросла при храме, и тишина молитвенной жизни стала не эпизодом, а постоянным состоянием сердца. Радость и скорбь были велики, но ни одна из них не вывела Её из доверия Богу.

Молчание, которое хранит тайну

Тайна Воплощения совершалась глубоко сокровенно. Мария не открыла её даже праведному Иосифу, когда человеческими глазами Её положение могло показаться подозрительным и опасным. Она терпеливо ждала, пока Сам Господь откроет ему истину. Когда родился Сын, ангелы славословили, пастухи рассказывали о чуде, а Мать Слова не стала расточать слова: Евангелие говорит, что Она «слагала все слова сии, слагая в сердце Своем» (Лк. 2:19).

Симеон предсказал Ей оружие скорби. В юности Иисус остался в храме и напомнил, что Ему надлежит быть в том, что принадлежит Отцу (Лк. 2:49). Мария не спорила с Божественным порядком, а сохраняла услышанное в сердце (Лк. 2:51). Наконец, Она стояла у Креста. Народ плакал, бил себя в грудь, а Её страдание было глубже всяких человеческих слов. Однако Евангелие не передаёт ни жалобы, ни ропота Матери Распятого. Её душа не была уничтожена скорбью: она держалась терпением, смирением, верой, надеждой и полным преданием себя судьбам Божиим.

Такое молчание не означает холодности или отсутствия любви. Оно показывает внутреннюю собранность человека, который не пытается силой речи изменить тайну, уже принятую верой. Потому безмолвие Богоматери оказывается красноречивее многих речей.

Как подражать этому образу

Если в вере встречается непонятное, не следует немедленно превращать недоумение в прекословие. Нужно слушать и ждать, пока Господь даст понимание. Если в поступке ближнего видится странность, полезнее воздержаться от поспешного суда и предоставить сокровенное Праведному Судии (1 Кор. 4:5). Если доброе дело встречает несправедливые обвинения, не стоит защищать его саморекламой: путь можно открыть Богу, Который выведет правду «яко свет» (Пс. 36:5–6).

И в бедствии христианин призван не умножать отчаяние криками и ропотом. Возложи надежду на Господа, «мужайся, и да крепится сердце твоё» (Пс. 26:14). Такое молчание не отменяет молитвы и не запрещает говорить правду; оно освобождает речь от осуждения, клеветы и тщеславного шума.

Человеческое слово имеет высокое достоинство. Бог создал мир словом, а человеку даровал способность говорить; в библейской истории слово исцеляло, воскрешало, низводило огонь и останавливало светила. В таинствах оно и ныне служит преображению грешного человека. Но празднословие лишает речь её предназначения и превращает дар в пустую привычку.

Совершенное безмолвие принадлежит опытным подвижникам, однако посильная тишина доступна каждому. Умолкни для осуждения и суеты, а слово сделай орудием служения Богу и правде. Такой путь ведёт к тому безмолвию, где уже нет человеческой пустоты, но непрестанно звучит славословие Единого Бога.

Произнесено 15 августа 1928 года в Варне.