Утвержденная Грамота об избрании на Московское Государство Михаила Феодоровича Романова 1613 г.

(«Утвержденная Грамота об избрании на Московское Государство Михаила Федоровича Романова. С предисловием С. А. Белокурова. М., 1906 г»).  Сам текст можно посмотреть по этой электронной ссылке http://pokrov.ucoz.ru/gramota_1613.pdf.

Ве­ли­ка­го Гос­по­да Бо­га От­ца, страш­на­го, и все­сил­на­го и вся со­дер­жа­ща­го, пре­бы­ваю­ще­го во све­те не­при­ступ­нем, в пре­ве­ли­цей, и пре­вы­со­чай­шей, и ве­ле­леп­ной и свя­тей сла­ве ве­ли­че­ст­вия Сво­его, се­дя­ще­го на пре­сто­ле хе­ру­вим­стем с Пре­веч­ным и Еди­но­род­ным Сво­им Сы­ном, Гос­по­дем на­шим Ису­сом Хри­стом, и з Бо­же­ст­вен­ным и Жи­во­тво­ря­щим Сво­им Ду­хом, Им же вся ос­вя­ща­ют­ца, еди­но­сущ­ныя и не­раз­дел­ныя Трои­ца, рав­но Бо­же­ст­вен­ныя, и рав­но­че­ст­ныя, и рав­но­со­пре­столь­ныя, и рав­но­сил­ныя, и рав­но­со­вет­ныя, и рав­но­дей­ст­вен­ныя, и рав­но­сущ­ныя, и со­прис­но­сущ­ныя, и со­бе­зна­чал­ные, и еди­но­на­чал­ные, и три­со­став­ные, и не­раз­дел­ныя, в три­ех со­ста­вах Еди­на­го Бо­же­ст­ва, Ца­ря цар­ст­вую­щим и Гос­по­да гос­под­ствую­щим, не­пре­одо­лен­на­го и вся­кие си­лы креп­чай­ше­го, Им же ца­рие цар­ст­ву­ют и ве­ли­цыи ве­ли­ча­ют­ца, Се­го в Трои­це при­сно­сла­ви­мо­го Бо­га на­ше­го не­до­уме­вае­мы­ми и не­до­ве­до­мы­ми суд­ба­ми и не­из­ре­чен­ным пре­муд­рым про­мыс­лом вся­ко соз­да­ние в бы­тие соз­да­ва­ет­ца, и от не­су­щих в су­ще­ст­во при­во­дит­ца, и от ро­да в род ле­та­ми ис­чи­та­ют­ца. От Не­го же при­им­ша зем­ля на­ша Рус­кая свои­ми го­су­да­ри об­ла­дае­ма бы­ти; их же ве­ли­ких го­су­да­рей, ца­рей Ро­сий­ских, ко­рень изы­де от пре­вы­со­чай­ше­го це­сар­ско­го пре­сто­ла и пре­крас­но­цве­ту­ще­го и пре­свет­ла­го ко­ре­ни Ав­гу­ста ке­са­ря, об­ла­даю­ща­го всею все­лен­ною.

Пер­вый князь ве­ли­кий Рю­рик со­дер­жа­ше ски­фетр ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва в ве­ли­ком Но­ве­гра­де. По нем дер­зо­сер­дый в храбр­ских опол­че­ни­ях сын его, князь ве­ли­кий Игорь, по­слуш­ны се­бе учи­нил цар­ст­вую­ще­го гра­да Кос­тен­ти­на­по­ля Гре­че­ских ца­рей, на них же и дань взи­ма­ше, и из ве­ли­ко­го Но­ва­гра­да в пре­слав­ный град Ки­ев пре­се­ли­ся. По Иго­ре же со­дер­жа­ше Ро­сий­ское го­су­дар­ст­во в Кие­ве сын его, князь ве­ли­кий Свя­то­слав, ис­пол­нен храбр­ско­го под­ви­га, и по Ду­наю во­семь­де­сят гра­дов об­лаа­да­ше. Сии трие Ро­сий­ские го­су­да­ри бе­ша до кре­ще­ния, по­не­же Рус­кая зем­ля бя­ше во тме не­ве­рия, и ом­ра­чен­на пре­лес­тию ку­ми­ро­слу­же­ния.

По Свя­то­сла­ве воз­сия звез­да пре­свет­лая, ве­ли­кий го­су­дарь, сын его, князь ве­ли­кий Вла­ди­мер Свя­то­сла­вич, тму не­ве­рия про­све­ти, и пре­лесть ку­ми­ро­слу­же­ния от­гна, и всю Рус­кую зем­лю про­све­ти свя­тым кре­ще­ни­ем, иже рав­но­апо­сто­лен на­ре­че­ся, и раз­ши­ре­ния ра­ди сво­их го­су­дарств са­мо­дер­жав­ный име­но­ван бысть, ны­не же ото всех по­кло­ня­ем и про­слав­ля­ем. По ве­ли­ком го­су­да­ре Вла­ди­ме­ре са­мо­дер­жав­ст­во вос­при­им, ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, сын его князь ве­ли­кий, храб­рый Яро­слав Вла­ди­ме­ро­вич, иже Бо­ле­сла­ва ко­ро­ля по­бе­ди и Гре­ков по­слуш­ных со­тво­ри. По нем на Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве се­де сын его князь ве­ли­кий Все­во­лод Яро­сла­вич, иже над По­лов­цы и над Пе­че­не­ги пре­слав­ную по­бе­ду по­ка­за, и го­су­дар­ст­во свое креп­це со­блю­де. По Все­во­ло­де при­им ски­фетр во об­дер­жа­ние Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва сын его князь ве­ли­кий Вла­ди­мер Все­во­ло­дич, и сво­им храбр­ским под­ви­гом Фра­кию Ца­ря­гра­да по­пле­ни, и пре­вы­со­чай­шую честь цар­ский ве­нец и диа­ди­му от Гре­че­ска­го ца­ря Кон­стен­ти­на Ма­на­ма­ха вос­при­им, се­го ра­ди и Ма­на­мах на­ре­че­ся; от не­го же вси Ро­сий­ские ве­ли­кие го­су­да­ри цар­ст­вия вен­цем вен­ча­ху­ся. По ве­ли­ком го­су­да­ре Вла­ди­ме­ре Ма­на­ма­хе при­им ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия сын его князь ве­ли­кий Юрьи Вла­ди­ме­ро­вич Дол­го­ру­кой, и бла­го­чес­ти­ем про­сия, и все хре­сть­ян­ст­во в по­кое и в ти­ши­не со­блю­де. По нем се­де на Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве в Во­ло­ди­ме­ре сын его, князь ве­ли­кий Все­во­лод Юрь­е­вич, ра­чи­тель бла­го­чес­тию, и креп­кий по­бор­ник за свя­тые церк­ви и о свя­той пра­во­слав­ной хре­сть­ян­ской ве­ре. По Все­во­ло­де со­дер­жа­ше ски­фетр Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва сын его князь ве­ли­кий Ярос­лва Все­во­ло­дич, его же со­блю­де Бог от Ба­тыя в ве­ли­ком Но­ве­гра­де и з дет­ми, и по пле­не­нии без­бож­на­го Ба­тыя свя­тую и не­по­роч­ную хре­сть­ян­скую ве­ру раз­про­ст­ра­ни, и свя­тые церк­ви па­ки об­но­ви. По нем ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва вос­при­им ски­фетр сын его князь ве­ли­кий Алек­сандр Яро­сла­вич, иже над Гер­ма­ны по­ка­за пре­слав­ную по­бе­ду на Не­ве, и на хре­сть­ян­скую ве­ру без­бож­но­го Бер­кая ца­ря лвоя­ро­ст­ный гнев в ор­де ук­ро­ти, и по смер­ти да­ром чю­де­сы от Бо­га про­слав­лен.

По ве­ли­ком го­су­да­ре Олек­сан­д­ре Нев­ском сын его князь ве­ли­кий Да­нил Олек­сан­д­ро­вич от Вла­ди­ме­ря пре­се­ли­ся на Мо­ск­ву, и цар­ст­вия ски­фетр на ней ут­вер­ди, и пре­вы­со­чай­ший пре­стол цар­ст­вия в ней уст­рои, иже суть и до ны­не Бо­гом хра­ни­мо и со­блю­дае­мо. По нем вос­при­им ски­фетр цар­ст­вую­ща­го гра­да Мо­ск­вы сын князь ве­ли­кий Иван Да­ни­ло­вич, вся­ки­ми доб­ро­де­тел­ми и бла­го­чес­ти­ем ук­ра­шен, и не­иму­щим не­ос­куд­ную ру­ку все­гда про­сти­ра­ше, же­ла­ше бо вме­сто пре­свет­лых по­лат вос­при­яти веч­ное бла­жен­ст­во не­бес­на­го цар­ст­вия. По ве­ли­ком кня­зе Ива­не Да­ни­ло­ви­че се­де на Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве сын его князь ве­ли­кий Иван же Ива­но­вич, и от без­бож­ных Ор­дин­ских ца­рей ве­ру хре­сть­ян­скую креп­це со­блю­да­ше, и все пра­во­сла­вие в по­кое и в ти­ши­не уст­рои. По нем вос­при­им ски­фетр цар­ст­вия его сын его князь ве­ли­кий Дмит­рей Ива­но­вич, дос­тох­вал­ный в храбр­ском под­ви­ге и пре­слав­ный в по­бе­де, иже по­бе­ди без­бож­но­го Ма­мая на До­ну, и всю Рус­кую зем­лю в ти­хо­сти и не­мя­теж­но уст­рои. По ве­ли­ком го­су­да­ре Дмит­рее Ива­но­ви­че Дон­ском вос­при­им в со­дер­жа­ние хо­руг­ви ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва сын его князь ве­ли­кий Ва­си­лей Дмит­рие­вич, и доб­ро­де­тел­на­го ра­ди его жи­тия про­сла­ви его Бог, а Рус­кую зем­лю и все пра­во­сла­вие по­ми­ло­ва от на­хо­же­ния без­бож­на­го Те­мир–Ак­са­ка, при­ше­ст­ви­ем чю­до­твор­на­го об­раза пре­чис­тыя Сво­ея Ма­те­ре, его же бо­го­глас­ный Лу­ка на­пи­са. По нем се­де на Мо­ск­ве сын его князь ве­ли­кий Ва­си­лей Ва­силь­е­вич, и Рус­кую зем­лю от ино­вер­ных креп­це со­блю­да­ше, и за ис­тин­ную хре­сть­ян­скую ве­ру, и за свя­тые церк­ви и за все пра­во­сла­вие от без­бож­ных Ага­рян в плен ят бысть, и па­ки на свое го­су­дар­ст­во воз­вра­щен бысть. По ве­ли­ком кня­зе Ва­си­лье вос­при­им ски­фетр ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва ве­ли­кий го­су­дарь сын его князь ве­ли­кий Иван Ва­силь­е­вич, и сво­им пре­муд­рым ра­зу­мом и ос­мот­ре­ни­ем свое ве­ли­кое го­су­дар­ст­во рос­пра­ст­ра­нил, Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва древ­ние мно­гие го­ро­ды, ко­то­рые по­сле Ба­тые­ва пле­не­ния к Пол­ско­му ко­ро­лев­ст­ву ото­шли, па­ки к се­бе при­вле­че, и от­чи­ну свою ве­ли­кий Нов­град креп­ко и не­под­виж­но уст­рои, и са­мо­дер­жец име­но­ван бысть. По ве­ли­ком го­су­да­ре Ива­не хо­руг­ви ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва вос­прия сын его князь ве­ли­кий Ва­си­лей Ива­но­вич, и бод­ро­опас­ным сво­им об­дер­жа­тел­ст­вом всю Рус­кую зем­лю в по­кое и в ти­ши­не ото ино­вер­ных со­дер­жа­ше, и пра­ро­ди­те­лей сво­их от­чи­ну, ве­ли­кое кня­же­ст­во Смо­лен­ское, от Пол­ско­го ко­ро­лев­ст­ва от­тор­же, и к се­бе при­вле­че и по­слуш­ны со­тво­ри.

А по ве­ли­ком го­су­да­ре Ва­си­лье Ива­но­ви­че при­им ски­фетр ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия сын его храб­рый ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Иван Ва­силь­е­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, бла­го­чес­тию ра­чи­тель, и по кре­сть­ян­ской ве­ре креп­кой по­бор­ник, и в сво­их го­су­дар­ст­вен­ных чи­нех и по­ве­де­ни­ях пре­мудр, и вы­со­чай­шую честь и вы­ше­хвал­ную сла­ву цар­ст­вия ве­нец на гла­ву свою вос­при­ят, его же взы­ска от древ­них лет, от пра­ро­ди­те­ля сво­его ве­ли­ко­го го­су­да­ря от Вла­ди­ме­ра Ма­на­ма­ха; и от пре­муд­ра­го его ра­зу­ма и от храбр­ско­го под­ви­га вси ок­ре­ст­ные го­су­дар­ст­ва име­ни его тре­пе­та­ли, за­не зна­ме­нит бе и храбр, и в по­бе­дах стра­шен, и му­сул­ман­ские го­су­дар­ст­ва, цар­ст­во Ка­зан­ское, и цар­ст­во Ас­то­ро­хан­ское и цар­ст­во Си­бир­ское, под свою вы­со­кую ру­ку по­ко­ри, и в пле­ну дер­жи­мых хре­сть­ян тмо­чис­лен­ных сво­бо­ди; нои­па­че же от по­тря­се­ния ме­ча ево Гер­ман­стии ро­до­ве уст­ра­ши­ша­ся. По ве­ли­ком го­су­да­ре ца­ре и ве­ли­ком кня­зе Ива­не Ва­силь­е­ви­че, всеа Ру­сии са­мо­держ­це, от его цар­ско­го пре­крас­но­цве­ту­ще­го ко­ре­ни пре­свет­лая и пре­слав­ная ветвь, от Бо­га дан­ные и бла­го­чес­ти­вые суп­ру­ги, от ве­ли­кие го­су­да­ры­ни на­шея ца­ри­цы и ве­ли­кие кня­ги­ни На­ста­сеи Ро­ма­нов­ны Юрь­е­ва, про­цве­те сын его го­су­дарь наш, бла­го­вер­ный ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Фе­дор Ива­но­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец. Вос­при­им ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, и сво­им цар­ским бод­ро­опас­ным ос­мот­ре­ни­ем во всем сво­ем ве­ли­ком Ро­сий­ском цар­ст­ве бла­го­чес­тие креп­це со­блю­да­ше, и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во в по­кое, и в ти­ши­не, и во бла­го­ден­ст­вен­ном жи­тие ти­хо и не­мя­теж­но уст­рои, и во всех его цар­ских ве­ли­ких го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия ра­до­ст­ная, и свет­лая и ве­се­лия вез­де ис­пол­нен­на бя­ше; цар­ст­вую­щий же град Мо­ск­ва то­гда воз­ве­ли­чи­ся, и пре­ум­но­жи­ся и все­ми бла­ги­ми на все­лен­ней цве­тя­ше пре­вы­ше всех ве­ли­ких го­су­дарств. И слав­но бысть имя ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, во всей все­лен­ной, честь и сла­ва ве­ли­че­ст­вия его воз­вы­си­ся и про­сла­ви­ся, и все ве­ли­кие го­су­да­ри хре­сть­ян­ские и му­сул­ман­ские ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, лю­бо­чес­ные да­ры при­но­ша­ху, по его цар­ско­го ве­ли­че­ст­ва дос­тоя­нию, и в друж­бе и в люб­ви с его цар­ским ве­ли­че­ст­вом бы­ти же­ла­ху; а ко­то­рые его цар­ско­го ве­ли­че­ст­ва ок­ре­ст­ные не­дру­ги и не­по­слуш­ни­ки, те все у его пре­вы­со­чай­шие цар­ские сте­пе­ни ве­ли­че­ст­ва по­слуш­ны и в раб­ском по­слу­же­ние учи­ни­ли­ся, и ве­ли­ко­го его Ро­сий­ска­го цар­ст­вия от­тор­же­ные гра­ды от его ве­ли­ко­го го­су­дар­ст­ва мно­ги­ми ле­ты па­ки во своя воз­вра­ти. И ра­ди доб­ро­де­тел­на­го его жи­тия и ми­ло­сти­ва­го цар­ско­го нра­ва в сво­их го­су­дар­ст­вах ко всем че­ло­ве­ком не­ос­куд­ные ре­ки ми­ло­сер­дия из­ли­ва­ше, по сво­ему цар­ско­му ми­ло­сер­до­му обы­чею, и во всем бысть зем­ный ан­гел и не­бес­на­го пре­свет­ла­го рая жи­тель. И грех ра­ди на­ших все­го пра­во­слав­на­го хре­сть­ян­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия Гос­подь Бог пра­вед­ным Сво­им су­дом пре­вы­со­чай­ше­го и пре­слав­на­го ко­ре­ни Ав­гу­ста ке­са­ря Рим­ско­го пре­крас­но­цве­ту­щую и пре­свет­лую ветвь в на­сле­дие ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия не про­из­ве­де; еди­ну бо ветвь цар­ско­го сво­его из­ра­ще­ния от сво­ея бла­го­за­кон­ные суп­ру­ги бла­го­вер­ные и хри­сто­лю­би­вые ве­ли­кие го­су­да­ры­ни ца­ри­цы и ве­ли­кие кня­ги­ни Ири­ны Фе­до­ров­ны всеа Ру­сии имя­ше дщерь бла­го­вер­ную ца­рев­ну и ве­ли­кую княж­ну Фео­до­сию, и сия Все­дер­жи­те­ля Гос­по­да Бо­га свя­тым Его пра­вед­ным су­дом, пре­же пре­став­ле­ния его цар­ско­го ве­ли­че­ст­ва, в бу­ду­щий и не­окон­чае­мый век не­бес­на­го цар­ст­вия оты­де.

Цар­ст­во­ва же ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Фе­дор Ива­но­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, на сво­их ве­ли­ких го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия че­ты­ре­на­де­сят лет; а по­сле се­бя ве­ли­кий го­су­дарь наш царь и ве­ли­кий князь Фе­дор Ива­но­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, на всех сво­их ве­ли­ких го­су­дар­ст­вах ски­фет­ро­дер­жа­ния Ро­сий­ска­го цар­ст­вия ос­тавль свою бла­го­вер­ную ве­ли­кую го­су­да­ры­ню на­шу ца­ри­цу и ве­ли­кую  кня­ги­ню Ири­ну Фе­до­ров­ну всеа Ру­сии, а ду­шу свою пра­вед­ную при­ка­зал от­цу сво­ему и бо­го­мол­цу, свя­тей­ше­му Ие­ву, пат­ри­ар­ху Мо­с­ков­ско­му и всеа Ру­сии, да бра­ту сво­ему цар­ско­му Фе­до­ру Ми­ки­ти­чю Ро­ма­но­ву, да шу­ри­ну сво­ему, а ве­ли­кие го­су­да­ры­ни ца­ри­цы и ве­ли­кие кня­ги­ни Ири­ны Фе­до­ров­ны всеа Ру­сии бра­ту, Бо­ри­су Фе­до­ро­ви­чу Го­ду­но­ву. И бла­го­вер­ная ве­ли­кая го­су­да­ры­ня на­ша ца­ри­ца и ве­ли­кая  кня­ги­ня Ири­на Фе­до­ров­на всеа Ру­сии, по пре­став­ле­нии ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, на ве­ли­ких сво­их го­су­дар­ст­вах Рос­сий­ска­го цар­ст­вия не из­во­ли­ла бы­ти; а из­во­ли­ла, по сво­ему обе­ща­нью, а к Бо­гу по ве­ли­кой ве­ре и ду­шев­но­му же­ла­нию, ос­та­ви­ти пре­вы­со­чай­шую цар­скую честь, и сла­ву и вы­со­ту ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, вос­при­яти ино­чес­кий ан­гил­ский об­раз, бу­ду­щих ра­ди благ пре­веч­на­го цар­ст­вия воз­дая­ния. Изы­де от сво­их цар­ских пре­свет­лых по­лат, и вни­де в пре­че­ст­ную ве­ли­кую оби­тель пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы, че­ст­на­го и слав­на­го Ея Оди­гит­рея, Но­во­го де­ви­ча мо­на­сты­ря, ти­хое и без­молв­ное ино­чес­кое жи­тие из­во­ли­ла при­ня­ти, зем­ное цар­ст­во пре­ме­нив; а бла­го­леп­ным пре­ме­не­ни­ем еди­на­го Хри­ста воз­лю­би и вос­при­им пре­свет­лый ан­гил­ский об­раз, на­сле­дия ра­ди веч­ных бу­ду­щих благ не­бес­на­го цар­ст­вия, и на­ре­чен­на бысть во ан­гил­ском об­ра­зе Алек­сан­д­ра. А по вос­при­ятии ино­чес­ка­го ан­гил­ско­го об­раза ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ца­ри­ца и ве­ли­кая  кня­ги­ня ино­ко Олек­сан­д­ра Фео­до­ров­на всеа Ру­сии, по умо­ле­нию пер­во­пре­стол­ней­ше­го свя­тей­ше­го Ие­ва пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, и ми­тро­по­ли­тов, и ар­хи­епи­ску­пов, и епи­ску­пов, и ар­хи­ма­ри­тов, и игу­ме­нов, и все­го все­лен­ска­го со­бо­ра, а по че­ло­би­тью и про­ше­нию бо­ляр, и дво­рян, и при­каз­ных лю­дей, и все­го хри­сто­лю­би­ва­го во­ин­ст­ва, и гос­тей, и всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы и всея ве­ли­кие Рус­кие зем­ли, на Вла­ди­мер­ское и на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­ва и на цар­ст­ва Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия бла­го­сло­ви­ла го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, бра­та сво­его род­но­во Бо­ри­са Фе­до­ро­ви­ча Го­ду­но­ва. Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Бо­рис Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, по бла­го­сло­ве­нию се­ст­ры сво­ей ве­ли­кие го­су­да­ры­ни ца­ри­цы и ве­ли­кие  кня­ги­ни Алек­сан­д­ры Фе­до­ров­ны всеа Ру­сии и по умо­ле­нию пер­во­пре­стол­ней­ше­го свя­тей­ше­го Ие­ва пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, и ми­тро­по­ли­тов, и ар­хи­епи­ску­пов, и епи­ску­пов,  и все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра, бо­яр, и дво­рян,  и все­го хри­сто­лю­би­ва­го во­ин­ст­ва, и гос­тей, и тор­го­вых лю­дей, и всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва, вен­ча­ся на ве­ли­кие го­су­дар­ст­ва на Вла­ди­мер­ское и на Мо­с­ков­ское, и на  го­су­дар­ст­ва Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва все­го ве­ли­ка­го Ро­сий­ска­го царь­ст­вия, от ру­ки пер­во­пре­стол­ней­ше­го ве­ли­ка­го свя­тей­ше­го кир Ие­ва пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, цар­ским вен­цом и диа­ди­мою, по древ­не­му обы­чею; и пра­вя­ше ски­фетр ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия семь лет во всем бла­го­чес­ти­во и бод­ро­опас­но.

И при его же ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Бо­ри­са Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии ски­фет­ро­дер­жа­нии, и за ум­но­же­ние грех на­ших, Бо­гу по­пу­щаю­щу, а вра­гу дей­ст­вую­щу, на­ча­ло злу се­му бысть от ко­ру­ны Пол­ские и ве­ли­ко­го кня­же­ст­ва Ли­тов­ско­го, от Жи­ги­мон­та ко­ро­ля и от па­нов рад; по­не­же в ле­то 7110–го убе­жа изо оби­те­ли ар­хань­и­ла Ми­хаи­ла, еже ся на­ри­ца­ет Чю­дов, дия­кон чор­ной Гри­го­рей От­репь­ев, а в ми­ре се­го бо­го­от­ступ­ни­ка и про­кля­то­го ере­ти­ка зва­ли Юш­ком, сы­на бо­яр­ско­го Га­ли­че­ни­на Бо­гда­нов сын От­репь­е­ва, и в Кие­ве и в пре­де­лех его и там во ино­цех дия­кон­ст­вую­щу, и в чер­но­кни­же­ст­во об­ра­ти­ся, и ан­гел­ской об­раз свер­же и об­ру­га, и по дей­ст­ву диа­во­лю от­сту­пи зе­ло от Бо­га, и ру­ко­пи­са­ние вра­гом дав на ся, аще ста­нет­ца цар­ско­го вен­ца дей­ст­вом, и хто чюж бла­го­да­ти Бо­жия бу­дет на ве­ки. И меч­та­ми бе­сов­ски­ми на­ча ска­зы­ва­ти­ся дос­тох­вал­но­го и ве­ли­ка­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ива­на Ва­силь­е­ви­ча всеа Ру­сии сы­ном ца­ре­ви­чем Дмит­ре­ем; и дос­ти­же ко­ру­ны Пол­ские и ве­ли­ко­го кня­же­ст­ва Ли­тов­ско­го ко­ро­ля Жи­ги­мон­та и па­нов–рад. Жи­ги­монт же ко­рол и па­ны–ра­да, хо­тя Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во в меж­до­усо­бье ви­де­ти, то­му зло­бес­но­му псу из сво­их со­кро­вищ на вспо­мо­же­ние да­ша зла­та и среб­ра, и мно­же­ст­во вои; и, за вспо­мо­же­ни­ем Пол­ско­го Жи­ги­мон­та ко­ро­ля и па­нов–рад, той про­кля­тый ере­тик Роз­ст­ри­га дос­ти­же Се­вер­ских пре­дел Ро­сий­ска­го цар­ст­вия. А в то же вре­мя, грех ра­ди на­ших, ве­ли­кий го­су­дарь наш царь и ве­ли­кий князь Бо­рис Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, ос­та­вя зем­ное цар­ст­во, оты­де в веч­ное бла­жен­ст­во; а на Вла­ди­мер­ском и на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве и на всех ве­ли­ких пре­слав­ных го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия ос­тавль суп­ру­гу свою ца­ри­цу и ве­ли­кую кня­ги­ню Ма­рью Гри­горь­ев­ну всеа Ру­сии, да сы­на сво­его ца­ре­ви­ча Фе­до­ра Бо­ри­со­ви­ча всеа Ру­сии. А тот ска­ред­ный и про­кля­тый ере­тик, роз­ст­ри­га Гриш­ка От­репь­ев, слы­ша ца­ря Бо­ри­со­ву смерть, нои­па­че по вра­жию дей­ст­ву на­ча на зло про­сти­ра­ти­ся, и про­стых и не­знаю­щих лю­дей пре­лща­ти свои­ми бе­сов­ски­ми меч­та­ми. И ве­ли­кое Ро­сий­ское цар­ст­во, по злой его вра­жье пре­лес­ти, яко мо­ре вос­ко­ле­ба­ся, и не­ис­то­выя гла­го­лы, яко сви­ре­пыя вол­ны, воз­шу­ме­ша, и не­ук­ро­ти­мо и ни на­прав­ляе­мо, аще и корм­чии муд­ри бе­ша, но ярость мо­ря сих по­вре­ди, и су­ет­ну муд­рость их со­тво­ри, и во своя стрем­ле­ния все об­ра­ти; на­чаль­ныи же боя­ре и стра­ти­ги су­ет­но­му вол­не­нию про­ти­ви­ша­ся, но ни­что­же ус­пе­ша су­ро­во­му на­род­ско­му гла­го­ла­нию: мно­зи бо от яро­сти ды­ша и по­стра­да­ша от бес­чин­ных, и не­ле­пые их сло­ве­са, яко стре­лы, с смерт­ным ядом ле­та­ху на ня, и не то­чию сло­ве­са, и ра­ны злыя воз­дая­ху на ня.

И дос­ти­же той зло­бес­ный пес цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы, и ца­ре­ви­ча Фео­до­ра Бо­ри­со­ви­ча с ма­те­рью и с се­ст­рою, яко не­ких зло­де­ев, во юзах за­тво­ря­ет во еди­ном от цар­ских до­мов; а по­том ца­ре­ви­ча и с ма­те­рью злой смер­ти удав­ле­нию пре­да­ет, а се­ст­ру его ца­рев­ну Ксе­нию, по­стриг­ши, в за­то­че­ние от­сы­ла­ет. А сам зло­дей, по вра­жью дей­ст­ву, цар­ско­го вен­ца кос­ну­ся, и пер­во­пре­стол­ней­ше­го и ве­ли­ко­го свя­тей­ше­го кир Ие­ва пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии с ве­ли­ким бес­чес­ти­ем с пре­сто­ла низ­вер­га­ет и из свя­ти­тел­ска­го са­ну об­на­жа­ет; в не­го же ме­сто, не яко пас­ты­ря, но яко вол­ка и хиш­ни­ка, сво­ему бес­но­ва­нию еди­но­мыш­лен­ни­ка, Иг­на­тья име­нуе­ма, иже пре­же бе в Ре­зан­ских пре­де­лех епи­ску­пом, на ве­ли­кий свя­ти­тел­ский пре­стол воз­во­дит, и цер­ков­ныя пас­ты­ря и строи­те­ля. И мно­гих Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва лю­дей, зле му­чив­ши, смер­ти пре­да­ет, а иных во юзах в тем­ни­цы и в за­то­че­нье от­сы­ла­ет; по­не­же бо мно­зи во мни­сех и в дия­ко­нех его зная­ху, и хо­тя его зло­коз­нен­ную ересь об­ли­ча­ти. По­том же тот сын дия­воль цар­ские хра­ни­ли­ща рос­то­ча­ет и пре­див­ные ве­щи цар­ско­го дос­тоя­ния, и мно­же­ст­во зла­та и среб­ра, и вся­ких пре­див­ных ве­щей бес­чис­лен­но от­сы­ла­ет ко­ро­лю Пол­ско­му и к па­ном–ра­де. И мно­гая ла­тын­ская учи­те­ля с со­бою при­ве­де не то­чию ис Поль­ши, но и из Ри­му от па­пы, еже бы ка­ко ра­зо­ри­ти ис­тин­ная на­ша не­по­роч­ныя пра­во­слав­ная хре­сть­ян­ская ве­ра гре­че­ска­го за­ко­на, и ут­вер­ди­ти пре­ле­ст­ная уче­ния ла­тин­ская, и иная злая умыс­лив ока­ян­ный и про­кля­тый бо­го­от­ступ­ник. И взем за ся про­кля­тый у по­ля­ка вое­во­ды Сен­до­мир­ско­го, дщерь Рим­ские ере­си, и не кре­стив, по­ве­ле вен­ча­ти ю цар­ским вен­цом в со­бор­ной и апо­стол­ской церк­ве, и ос­вя­щен­ным ми­ром не­кре­щен­ную по­ма­за­ти на пра­ге в цар­ских две­рех; и мно­гих злых ере­ти­ков в со­бор­ный храм Ма­те­ре Бо­жия вве­де те кол­вин­цов, и но­во­кщен­цов, и ари­ян, и лю­то­рей и рим­лян, и не ток­мо сих, и бо­го­убийц жи­дов на ос­к­вер­не­ние хра­ма при­ве­де. И ви­де сия злая его де­ла, и зла­го и смер­дя­ще­го пса, бо­го­от­ступ­ни­ка и вол­хва на цар­ском слав­ном пре­сто­ле се­дя­ща­го, Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва боя­ре, и вое­во­ды, и весь цар­ский синк­лит и все­на­род­ное мно­же­ст­во все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, воз­ры­дав и вос­те­нав от сер­ца, и сле­зы ото очию, яко бы­ст­ри­на вод, из­ли­ва­ше­ся, со­во­ку­пив­ше­ся и об­ли­чив­ше его про­кля­то­во вра­жию пре­лесть, и ца­ри­цу и ве­ли­кую кня­ги­ню ино­ко Мар­фу все­на­род­ным мно­же­ст­вом вос­про­сив­ше. Она же все­яв­но ис­по­ве­да, яко сын ее ца­ре­вич Дмит­рей на Уг­ле­че, по­ве­ле­ни­ем Бо­ри­са Го­ду­но­ва, яко не­зло­би­вое аг­ня, за­клан бысть в 99–м го­ду, и свои­ма ру­ка­ма она мно­го­стра­дал­ное его те­ло по­гре­бе, и об­раз ли­ца его из со­кро­вищ сво­их из­не­се, па­че же боя­ром гла­го­лю­ще, яко мно­зи са­мо­вид­цы по­гре­бе­нию его бы­ша, и до­ны­не ле­жат мо­щи его на Уг­ле­че, чю­де­са дею­ще бес­чис­лен­на; се­го же смер­дя­ща­го пса и зла­го ас­пи­да не вем от­ку­ду при­иде, ис­по­ве­да­ти же не смею­ще дол­го вре­мя, боя­ше­ся зла­го пре­ще­ния его, и жен­скою не­мо­щию об­дер­жи­ма, му­же­ст­вен­но дерз­ну­ти не смея­ше. На­гия же все то­же ис­по­ве­да. То­гда мно­го­со­б­ран­ное во­ин­ст­во и весь на­род Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва, про­ся от выш­не­го Бо­га по­мо­щи и храб­ро­стию рас­па­лав­ше­ся, му­же­ст­вен­но дер­за­ху на ра­зо­ри­те­ля ве­ры на­шея ис­тин­ныя, не в бро­нех, ни со ору­жии, но с по­мо­щию все­силь­на­го Бо­га; вра­зи же ве­ры на­шея спя­ти бы­ша и па­до­ша, зла­го же и про­кля­та­го вол­хва и бо­го­от­ступ­ни­ка, и смер­дя­ще­го пса Гриш­ку От­репь­е­ва злой смер­ти пре­да­ша и на об­ли­че­ние все­му на­ро­ду сре­ди гра­да по­ло­жи­ша, яко да и про­чии ви­дев­ше, уве­рят­ца ис­тин­но.

А по­том ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и околь­ни­чие, и дво­ря­не, и де­ти бо­яр­ские, и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, и гос­ти, и тор­го­вые и вся­кие лю­ди Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, со­ве­то­вав меж се­бя, би­ли че­лом Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ве­ли­ко­му боя­ри­ну кня­зю Ва­си­лью Ива­но­ви­чу Шуй­ско­му, по­не­же он ро­ди­те­лю сво­их от бла­го­чес­ти­ва ко­ре­ни су­ща, да при­имет ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия. Ве­ли­кий же го­су­дарь князь Ва­си­лей Ива­но­вич на мо­ле­ние на­ро­да ук­ло­ни­ся. И со­ве­то­вав ве­ли­кий го­су­дарь со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и по­го­во­ря з боя­ры, и со всем хри­сто­лю­би­вым во­ин­ст­вом, и со все­ми люд­ми Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, по­слал на Уг­лечь по мо­щи ца­ре­ви­ча Дмит­рея Ива­но­ви­ча Рос­тов­ско­го и Яро­слав­ска­го ми­тро­по­ли­та Фи­ла­ре­та, еже бысть пре­же боя­рин Фео­дор Ми­ки­тич Ро­ма­нов, а по за­вис­ти дия­во­ли от ца­ря Бо­ри­са не­вин­но бысть во из­гна­нии и в за­то­че­нии, и там вос­прия ан­гил­ский об­раз для бу­ду­щих веч­ных благ, да бо­яр кня­зя Ива­на Ми­хай­ло­ви­ча Во­ро­тын­ска­го с то­ва­ри­щы. А сам ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ва­си­лей Ива­но­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, про­ся у Все­дер­жи­те­ля Бо­га ми­ло­сти, вен­чал­ся цар­ским вен­цом и диа­ди­мою, по древ­не­му их цар­ско­му чи­ну и дос­тоя­нию. А Пол­ско­го Жи­ги­мон­та ко­ро­ля по­слов, ко­то­рые при­сла­ны бы­ли к про­кля­то­му ере­ти­ку к Ро­ст­ри­ге от не­го на свадь­бу в по­слех, Ми­ко­лая Ма­ло­гос­ко­го, да Олек­сан­д­ра Га­сев­ско­го, и вое­во­ды Сен­до­мир­ско­го з до­че­рью и с при­яте­ли их, и всех Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей, ко­то­рые при­сла­ны бы­ли от Жи­ги­мон­та ко­ро­ля и от па­нов–рад Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву и на­шей ис­тин­ной ве­ре хре­сть­ян­ской на ра­зо­ре­нье, за их мно­гие гру­бо­сти, по­би­ти их все­на­род­но­му мно­же­ст­ву не дал и, до об­сыл­ки с Жи­ги­мон­том ко­ро­лем, ве­лел им кор­мы да­ва­ти, и по­честь во всем чи­ни­ти по их дос­то­ин­ст­ву. А к Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю Пол­ско­му и ве­ли­ко­му кня­зю Ли­тов­ско­му, ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ва­си­лей Ива­но­вич всеа Ру­сии по­слал го­су­дар­ст­во свое обес­ти­ти, и о не­прав­дах его и па­нов–рад к Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву, что на­слал за кре­ст­ным це­ло­вань­ем на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во бо­го­от­ступ­ни­ка Гриш­ку От­репь­е­ва, вы­го­во­ри­ти по­слан­ни­ков сво­их дво­ре­ни­на и на­мес­ни­ка Ела­том­ско­го кня­зя Гри­го­рья Вол­кон­ско­го, да дья­ка Он­д­рея Ива­но­ва. И Жи­ги­монт ко­роль по­слан­ни­ков кня­зя Гри­го­рья и дья­ка Он­д­рея к го­су­да­рю от­пус­тил. А лю­ди его князь Ро­ман Ру­жин­ской, да Олек­сан­д­ро Зба­ров­ской, да князь Адам Виш­не­ветц­кой, да Ян Петр Со­пе­га со мно­ги­ми с Поль­ски­ми и с Ли­тов­ски­ми люд­ми, по его же ко­ро­лев­ско­му зло­му умыш­ле­нью, на­звав дру­го­во во­ра в то­го же уби­то­во во­ра в Ро­ст­ри­ги­но ме­сто, при­шли с ним под цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву, и мно­гое ра­зо­ре­нье и меж­дъу­со­бье Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву, и кре­сть­ян­ское бес­чис­лен­ное кро­во­роз­ли­тие учи­ни­ли. А Жи­ги­монт ко­роль при­слал к ца­рю Ва­си­лью по­слан­ни­ков сво­их Ста­ни­сла­ва Ви­тов­ско­го, вой­ско­го Пар­цев­ско­го, да кня­зя Яна з Друтц­ка Со­ко­лин­ско­го, сек­рк­та­рей и дво­рян сво­их. И те по­слан­ни­ки да с ни­ми, ко­то­рые от Жи­ги­мон­та же ко­ро­ля при­сла­ны в Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во к Ро­ст­ри­ге к Гриш­ке От­репь­е­ву в по­слех, Ми­ко­лай Ма­ло­гос­кой, да Олек­сан­д­ро Га­сев­ской, учи­ни­ли меж ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ва­си­лья Ива­но­ви­ча всеа Ру­сии, и меж Жи­ги­мон­та ко­ро­ля, и меж их ве­ли­ких го­су­дарств пе­ре­ми­рья на три го­ды и на один­нат­цат ме­сяц, з 20–го чис­ла ию­ля ме­ся­ца 116–го го­ду, да ию­ня по 20–е чис­ло 120–го го­ду, что в те пе­ре­мир­ные ле­та ра­ти и вой­не на обе сто­ро­ны не бы­ти, и вой­ны и ни­ка­ко­го за­до­ру не всчи­на­ти, и ни­чем не за­це­п­ля­ти, а тех Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей кня­зя Ро­ма­на Ру­жин­ско­го с то­ва­ры­щи, ко­то­рые в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве с во­ром во­ру­ют, из Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва вы­вес­ти вон вско­ре; да ко­то­рые бу­дет и иные Пол­ские и Ли­тов­ские лю­ди по­шли в Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во во­ин­ским и во­ров­ским обы­ча­ем, и Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю и его го­су­дар­ст­вам тех всех лю­дей из Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва во­ро­ти­ти тот же час, и впе­ред в те пе­ре­мир­ные ле­та ни­ка­ко­ва че­ло­ве­ка в Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во из сво­их го­су­дарств во­ин­ским обы­ча­ем, для вся­ко­го во­ров­ст­ва, ни­ко­то­рым умыш­лень­ем не про­пу­ща­ти. И то пе­ре­ми­рье и кре­ст­ным це­ло­вань­ем на том на всем бы­ло за­кре­п­ле­но. И Жи­ги­монт ко­роль то­го пе­ре­ми­рья ни­ма­ло не здер­жал, Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей, ко­то­рые бы­ли с во­ром, кня­зя Ро­ма­на Ру­жин­ско­го с то­ва­ры­щи, из Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва от во­ра вы­вес­ти не ве­лел, и на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во вой­ну всчал: сам при­шел в Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во к го­ро­ду Смо­лен­ску, а мно­гих Пол­ских и Ли­тов­ских и Не­метц­ких лю­дей, з гет­ма­ном ко­ру­ны Пол­ские с Ста­ни­сла­вом Жел­ков­ским да с ыз­мен­ни­ком Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва с Ываш­ком Сал­ты­ко­вым с то­ва­ры­щи, при­слал под цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву, и чтоб Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вся­кие лю­ди взя­ли на го­су­дар­ст­во сы­на его, ко­ро­ле­ви­ча Вла­ди­сла­ва. Да и лист ста­тей­ной Жи­ги­монт ко­роль, за сво­ею ру­кою и за пе­ча­тью, к нам боя­ром и ко все­му Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву при­слал, как сы­ну его Вла­ди­сла­ву ко­ро­ле­ви­чю бы­ти на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и вен­ча­ти­ся бы­ло на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во цар­ским вен­цом и диа­ди­мою от ру­ки пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го по древ­не­му обы­чею, и ис­тин­ные на­шие пра­во­слав­ные хре­сть­ян­ские ве­ры гре­че­ска­го за­ко­на ни­чем не ру­ши­ти, и свя­тых Бо­жи­их церк­вей, и цел­бо­нос­ных гро­бов и те­ла свя­тых чти­ти и ни­чем не ру­ши­ти; так­же и свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха, и ми­тро­по­ли­тов, и ар­хи­епи­ску­пов, и епи­ску­пов и весь ду­хов­ный чин во всем по­чи­та­ти и в чес­ти дер­жа­ти.

И Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва лю­ди, ко­то­рые в то вре­мя бы­ли на Мо­ск­ве, слы­ша та­кое Жи­ги­мон­та ко­ро­ля, за его ко­ро­лев­скою ру­кою, пис­мо, то­му по­ве­ри­ли, и би­ли че­лом ве­ли­ко­му го­су­да­рю сво­ему ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ва­си­лью Ива­но­ви­чу всеа Ру­сии, чтоб он ве­ли­кий го­су­дарь, для по­кою хре­сть­ян­ско­го, го­су­дар­ст­во свое от­ста­вил. И царь Ва­си­лей, по че­ло­би­тью на­ше­му и вся­ких лю­дей Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, ко­то­рые в то вре­мя бы­ли на Мо­ск­ве, и для по­кою хре­сть­ян­ско­го, го­су­дар­ст­во от­ста­вил. Пре­ос­вя­щен­ный же Фи­ла­рет, ми­тро­по­лит Рос­тов­ский и Яро­слав­ский, вы­ехав на Лоб­ное ме­сто, взы­вая все­на­род­ное мно­же­ст­во всех пра­во­слав­ных кре­сть­ян, и ук­ре­п­ляя их, гла­го­ля: не прель­щай­те­ся злым пре­ле­ст­ным ко­ро­лев­ским лис­том, ни­ка­ко то ис­тин­на бы­ти не мо­жет; то мне са­мо­му до­под­лин­но ве­до­мо, что ко­ро­лев­ское злое умыш­ле­нье над Мо­с­ков­ским го­су­дар­ст­вом, хо­тя Мо­с­ков­ским го­су­дар­ст­вом с сы­ном к Поль­ше и к Лит­ве за­вла­де­ти, и на­ша ис­тин­ную не­по­роч­ную хре­сть­ян­скую ве­ру ра­зо­ри­ти, а свою ла­тын­скую ве­ру во всем Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве ут­вер­ди­ти. —Мо­с­ков­ско­го же го­су­дар­ст­ва боя­ре, и вое­во­ды, и дво­ря­не, и вся­ких чи­нов лю­ди, не по­слу­шав пре­ос­вя­щен­на­го ми­тро­по­ли­та Фи­ла­ре­та Рос­тов­ска­го и Яро­слав­ска­го ук­ре­п­ле­ния, изо­бра­ли бы­ли на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во Жи­ги­мон­та ко­ро­ля Пол­ско­го и ве­ли­ко­го кня­зя Ли­тов­ско­го сы­на, ко­ро­ле­ви­ча Вла­ди­сла­ва, и с ко­рун­ным гет­ма­ном с Ста­ни­сла­вом Жел­ков­ским о всех стать­ях, как ко­ро­ле­ви­чю бы­ти на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, про­тив ко­ро­лев­ско­го лис­та до­го­вор учи­ни­ли, и за­пис­ми и кре­ст­ным це­ло­вань­ем ук­ре­пи­ли­ся. А о ко­то­рых стать­ях з гет­ма­ном с ко­рун­ным с Ста­ни­сла­вом Жел­ков­ским не до­го­во­ри­ли­ся, и о тех стать­ях Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю под Смо­ленск с Мо­ск­вы от свя­тей­ше­го Ер­мо­ге­на, пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, и ото все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра, и от бо­яр и ото вся­ких лю­дей все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, по­сла­ли в по­слех Фи­ла­ре­та, ми­тро­по­ли­та Рос­тов­ско­го и Яро­слав­ско­го, да боя­ри­на кня­зя Ва­си­лья Ва­силь­е­ви­ча Го­ли­цы­на с то­ва­ры­щи, и дво­рян и вся­ких чи­нов лю­дей. А Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю от Смо­лен­ска бы­ло отой­ти прочь в свою зем­лю, и Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей ни­ка­ко­ва че­ло­ве­ка до ко­ро­ле­ви­ча в Мо­ск­ву не впус­ка­ти. Да в те же по­ры от Жи­ги­мон­та ко­ро­ля прие­ха­ли ис под Смо­лен­ска: кре­сто­пре­ступ­ник и из­мен­ник Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву Ми­хай­ло Гле­бов сын Сал­ты­ков, да князь Ва­си­лей Ми­хай­лов сын Мо­сал­ской, да дьяк Иван Гра­мо­тин, да тор­го­вый де­ти­на Фед­ка Он­д­ро­нов с свои­ми со­вет­ни­ки, да от ко­ро­ля к Мо­ск­ве на уряд Олек­сан­д­ро Га­сев­ской с ко­ро­лев­ски­ми лис­ты, и уча­ли бы­ти, по ко­ро­лев­ско­му ве­ле­нью, в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве вла­де­те­ли. И умыс­ля меж се­бя зло­деи, буд­то для бе­ре­же­нья, ома­ном Пол­ских и Ли­тов­ских и Не­метц­ких лю­дей з гет­ма­ном с Ста­ни­сла­вом Жел­ков­ским, и с пол­ков­ни­ки и с рот­ми­ст­ры вве­ли в Мо­ск­ву в ка­мен­ные го­ро­ды. А го­су­да­ря на­ше­го ца­ря Ва­си­лья Ива­но­ви­ча гет­ман ко­рун­ной взяв от­вез к Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю под Смо­ленск и з брать­ею его, че­рез кре­ст­ное свое це­ло­ва­нье. А Ми­хай­ло Сал­ты­ков, да Фед­ка Он­д­ро­нов с свои­ми со­вет­ни­ки, да Олек­сан­д­ро Га­сев­ской, за­быв гет­ма­на ко­рун­но­во и пол­ков­ни­ков и рот­ми­ст­ров кре­ст­но­го це­ло­ва­нья, уча­ли в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве вся­ких лю­дей пре­лща­ти и при­во­ди­ти на то, чтоб вся­кие лю­ди в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве це­ло­ва­ли крест Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю, ми­мо сы­на его Вла­ди­сла­ва ко­ро­ле­ви­ча, и бы­ти б Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву под Жи­ги­мон­том ко­ро­лем к Пол­ше и к Лит­ве. А Пол­ские и Ли­тов­ские лю­ди, ко­то­рые бы­ли на Мо­ск­ве и по го­ро­дом, по со­ве­ту Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва из­мен­ни­ков, Ми­хай­ла Сал­ты­ко­ва с то­ва­ры­ши, мно­гие збо­ры де­неж­ные и кор­мы не­мер­ные по­ча­ли зби­ра­ти, и Мо­с­ков­ских го­ро­до­вых всех во­рот клю­чи, и на го­ро­де на­ряд, и зе­лье, и сви­нец и вся­кие пу­шеч­ные за­па­сы взя­ли к се­бе, и по всем го­ро­до­вым во­ро­там и по ули­цам у ре­ше­ток сто­ро­жей учи­ни­ли Пол­ских и Ли­тов­ских и Не­метц­ких лю­дей; и по­садц­ким и жи­летц­ким лю­дем, и во­ло­ст­ным кре­сть­я­ном по­ча­ли ве­ли­кие на­ло­ги, и на­силь­ст­ва и по­зо­ры чи­ни­ти: от му­жей жон, и от от­цов и от ма­те­рей не­сквер­ных де­виц к се­бе на по­зор има­ти, и на­шей пра­во­слав­ной ве­ре гре­че­ска­го за­ко­на по­ру­га­нье де­ла­ти, и церк­ви Бо­жии ос­к­вер­ня­ти, и по свя­тым ико­нам ис пи­ща­лей стре­ля­ти, и на по­ру­га­ние че­ст­ных икон очи вер­те­ти и ко­ло­ти, и вся­кое по­ру­га­нье чи­ни­ти, и кос­те­лы Рим­ские по все­му цар­ст­вую­ще­му гра­ду Мо­ск­ве ста­ви­ти, и своя злыя ла­тын­ские ере­си раз­про­ст­ра­ня­ти и ут­вер­жда­ти, и Мо­с­ков­ской на­род свои­ми злы­ми про­кля­ты­ми учи­те­ли пре­лща­ти, и к сво­ей злой ла­тын­ской ве­ре при­во­ди­ти.

И цар­ст­вую­ще­го гра­да Мос­ко­вы вся­кие лю­ди, ви­дя над со­бою та­кое зло от Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей, от го­ре­сти сер­ца воз­сте­нав, при­хо­ди­ли к свя­тей­ше­му Ер­мо­ге­ну, пат­ри­ар­ху Мо­с­ков­ско­му и всеа Ру­сии, и к боя­ром с ве­ли­ким пла­чем и ры­да­ни­ем, чтоб он, ве­ли­кий свя­ти­тель, на них бед­ных и на­си­луе­мых при­зрил, и за Бо­гом из­бран­ное ста­до свое стал, вол­ком и хищ­ни­ком в рас­хи­ще­ние не дал. И ве­ли­кий свя­тей­ший Ер­мо­ген, пат­ри­арх Мо­с­ков­ский и всеа Ру­сии, ви­дев сию бо­го­пу­ск­ную яз­ву над ве­ли­ким Ро­сий­ским го­су­дар­ст­вом, и ла­тын­скую пре­лесть роз­ли­ваю­щу­ся, и ве­ру ко­неч­но на­шу по­ги­баю­щу, раз­жег­ся лю­бо­вию по Хри­сте, и по­бо­рая по на­шей ис­тин­ной пра­во­слав­ной хре­сть­ян­ской ве­ре гре­че­ска­го за­ко­на, как есть ис­тин­ный пас­тырь наш и учи­тель, не хо­тя да­ти Бо­гом из­бран­на­го ста­да сво­его вол­ком и хищ­ни­ком в рас­хи­ще­ние, ук­ре­п­ля­ся ве­рою, яко лев рас­па­лав­ся по Хри­сто­ве церк­ве, ры­кая и во­пре­ки гла­го­ла не оби­нуя­ся Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва из­мен­ни­ком Ми­хай­лу Сал­ты­ко­ву, да Фед­ке Он­д­ро­но­ву с то­ва­ры­щи, и ко­ро­лев­ско­му пра­ви­те­лю Олек­сан­д­ру Га­сев­ско­му: вскую ша­тае­те­ся, бе­зум­нии! По­что тщен­ным по­учае­те­ся, и на Хри­сто­ву пра­вую ис­тин­ную ве­ру и на Его лю­ди вос­та­вае­те, не зная пра­вед­ныя во­ли Бо­жия? — И бес­пре­ста­ни в их злых де­лех их об­ли­чал, и мно­гое от них зло­де­ев бес­чес­тие и тес­но­ту пре­тер­пе­вал, аки креп­кий ада­мант, а об­ли­ча­ти их в их злых де­лех не пре­стал; и все­на­род­ное мно­же­ст­во все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян, дер­зо­ст­но взы­ва­ет, и к под­ви­гом уст­рем­ля­ти­ся по­ве­ле­ва­ет, к Твор­цу и Соз­де­те­лю все упо­ва­ние свое воз­ло­жив, яко близ есть всем при­зы­ваю­щим Его. То­гда Сын и Сло­во Бо­жие кос­ну­ся сер­дец всех пра­во­слав­ных кре­сть­ян. Они же зло­деи ни­ма­ло на то ве­ли­ко­го свя­тей­ше­го Ер­мо­ге­на, пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, об­ли­че­ние пре­клон­ше­ся, ни стра­ха Бо­жия боя­ще­ся, ни страш­на­го Хри­сто­ва при­ше­ст­вия су­ди­ти и воз­да­ти ко­му­ж­до по де­лом его чаю­ще, нои­па­че на вся­кое зло на­ча про­сти­ра­ти­ся: цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву, во всем Ро­сий­ском цар­ст­вии мать гра­до­вом де­ре­вя­ной и ка­ме­ной бол­шой го­род, вы­жгли и вы­сек­ли не кре­сть­ян­ским обы­ча­ем; и церк­ви Бо­жии, в ко­то­рых из дав­них лет сла­ви­ло­ся имя Бо­жие и за весь мир жерт­ва Бо­гу при­но­си­ла­ся, и мо­на­сты­ри ос­к­вер­ни­ли и ра­зо­ри­ли, и мно­го­це­леб­ные мо­щи ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов об­ру­га­ли, и об­ра­зы и чю­до­твор­цо­вы ра­ки об­ди­ра­ли и ло­ма­ли, и вся­кое ос­к­вер­не­ние и по­ру­га­ние на­шей пра­во­слав­ной кре­сть­ян­ской ве­ре гре­че­ска­го за­ко­на по­чи­ни­ли, и дер­зо­сер­да­го стра­даль­ца, ве­ли­ко­го свя­тей­ше­го Ер­мо­ге­на, пат­ри­ар­ха Мо­с­ков­ска­го и всеа Ру­сии, не­по­бе­ди­ма­го, креп­ка­го в пра­во­сла­вии стол­па, и но­ва­го во свя­тых ис­по­вед­ни­ка, не­по­ко­ле­би­ма­го по­бор­ни­ка по на­шей ис­тин­ной пра­во­слав­ной ве­ре гре­че­ска­го за­ко­на, с ве­ли­ким бес­чес­ти­ем с пре­сто­ла сверг­ли и из свя­ти­тел­ска­го са­ну об­на­жи­ли, и в за­то­че­ние по­са­дя, злою му­чи­тел­скою смер­тию не кре­сть­ян­ски умо­ри­ли; а свя­щен­ни­че­ский и ино­чес­кий чин, и бо­яр, кня­зя Он­д­рея Ва­силь­е­ви­ча Го­ли­цы­на, и иных бо­яр, и дво­рян, и де­тей бо­яр­ских, и вся­ких слу­жи­лых лю­дей, и гос­тей, и тор­го­вых, и жи­летц­ких вся­ких и про­стых лю­дей бес­чис­лен­ное хре­сть­ян­ское мно­же­ст­во, му­же­ска по­лу и жен­ска, и не­сквер­ных мла­де­нец по­би­ли му­чи­тель­ски, и кровь мно­гую хре­сть­ян­скую по все­му цар­ст­вую­ще­му гра­ду Мо­ск­ве не­вин­но про­ли­ли. А цар­скую каз­ну, мно­гое со­б­ра­ние из дав­них лет преж­них ве­ли­ких го­су­да­рей на­ших, ца­рей Ро­сий­ских, и их цар­ские ут­ва­ри, и цар­ские шап­ки и ко­ру­ны, и их вся­кое цар­ское дос­тоя­ние, и чю­до­твор­ные об­ра­зы княз Жи­ги­мон­ту ко­ро­лю ото­сла­ли, а дос­тал­ную цар­скую каз­ну, и в церк­вах Бо­жи­их, и в мо­на­сты­рех, и в до­мех, и в лав­ках и в по­гре­бех мно­гие не­ис­чет­ные бо­гет­ст­ва Мо­с­ков­ских вся­ких лю­дей по­гра­бя, по се­бе роз­де­ли­ли. А мно­гих ве­ли­ких ро­дов, бла­жен­ные па­мя­ти ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча всея Ру­сии, пле­мян­ни­ка Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва, и бо­яр, и околь­ни­чих, и дво­рян, и дия­ков и вся­ких чи­нов вся­ких лю­дей, за­хва­ти­ли в го­ро­де в Ки­тае и в Крем­ле, и дер­жа­ли их в не­во­ле, а иных за креп­ки­ми при­ста­вы. И ви­дя та­ко­му ве­ли­ко­му и пре­слав­но­му Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву от Жи­ги­мон­та ко­ро­ля Пол­ско­го, и от его Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей ко­неч­ное ра­зо­ре­нье, и пра­во­слав­ной хре­сть­ян­ской ве­ре по­ру­га­нье, и свя­тым ме­стом ос­к­вер­не­ние, хто не вос­пла­чет и не воз­ры­да­ет? Пре­вы­ше бо бысть сие зло Виф­ли­ом­ска­го пла­ча от без­за­кон­на­го де­то­убий­цы Иро­да: та­мо бо мла­ден­цы ток­мо убий­ст­вен­ны­ми за­ка­ла­ху­ся длан­ми; зде же пре­ста­рев­шеи­ся и се­ди, и цве­ту­ще и в воз­раст при­хо­дя­ща юно­ша, и же­ны чис­то­об­раз­ны, и от­ро­ко­ви­ца не­тлен­ныи, и мла­ден­цы без­греш­ны вку­пе от Ля­хов и от Гер­ман­ско­го ро­ду раз­дроб­ля­ху­ся и за­ко­ла­ху­ся. Ры­да­ние же по­всю­ду и плач ве­ле­гла­сен на аер вос­хо­дит, и го­ры убо су­про­тив пла­чю­щим воз­гла­ша­ху, бре­ги же вол­на­ми су­про­тив шу­мя­ху, и бысть гром по все­му гра­ду все­мерт­вен­ный, и смерт­ная вра­та по всю­ду про­ли­вая­ся. И си­це убо пре­слав­ное во кре­сть­я­нех Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей вне­за­пу в за­пус­те­ние при­хо­дит, и боя­ре и вое­во­ды, и все хри­стои­ме­ни­тое во­ин­ст­во и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, ток­мо взи­рая сер­деч­ны­ма очи­ма ко все­мо­гу­ще­му Бо­гу, Со­тво­ри­те­лю на­ше­му, и к рождь­шей Его пре­чис­той Бо­го­ма­те­ре, слез­ным ры­да­ни­ем гла­го­лем: увы, нам, увы, го­ре, го­ре! Ви­дя нам та­ко­му ве­ли­ко­му и пре­слав­но­му хре­сть­ян­ско­му го­су­дар­ст­ву, и свя­тым Бо­жи­им церк­вам, от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей ра­зо­ряю­ще­ся и до кон­ца по­ги­баю­ще, и вме­сто ра­до­ст­ных пес­ней пла­чев­не гла­сы ис­пу­щаю­ще, еже пра­вед­ный Бог за гре­хи на­ша та­ких вра­гов на нас по­пус­тил.

И со­во­ку­пив­ше­ся все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вся­кие лю­ди вме­сте, меж се­бя бо­го­со­юз­ной со­вет учи­ни­ли, и кре­ст­ным це­ло­вань­ем ук­ре­пи­ли­ся на том, что всем пра­во­слав­ным хре­сть­я­ном все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, от ма­ла и до ве­ли­ка, за ко­ро­лев­скую мно­гую ко все­му Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву не­прав­ду, и за на­шу ис­тин­ную пра­во­слав­ную хре­сть­ян­скую ве­ру гре­че­ска­го за­ко­на, и за свя­тые Бо­жии церк­ви, и за мно­гое бес­чис­лен­ное кре­сть­ян­ское кро­во­роз­ли­тие, и за ра­зо­ре­нье Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва, стоя­ти всем еди­но­мыш­лен­но; и сы­на его Вла­ди­сла­ва ко­ро­ле­ви­ча на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем ни­как не хо­те­ти и цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей очи­ща­ти, скол­ко ми­ло­сер­дый Бог по­мо­чи по­даст. И со­брав­ся боя­рин и вое­во­да княз Дмит­рей Ти­мо­фее­вич Тру­бетц­кой с то­ва­ры­щи, с ца­ри и с ца­ре­ви­чи, ко­то­рые слу­жат в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и з боя­ры, и с чаш­ни­ки, и с столь­ни­ки, и з дво­ря­ны, и з дет­ми бо­яр­ски­ми, и с ата­ма­ны, и с ка­за­ки, и с стрель­цы и со вся­ки­ми рат­ны­ми люд­ми, при­шли под цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву, и стоя­ли под Мо­ск­вою пол­то­ра го­да; и на мно­гих бо­ех и на вы­лас­ках боя­рин княз Дмит­рей Ти­мо­фее­вич Тру­бетц­кой, стоя под Мо­ск­вою, Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей по­би­вал, и го­ро­да вся­ки­ми ме­ра­ми дос­ту­пал. А Пол­ские и Ли­тов­ские лю­ди вся­ки­ми ме­ра­ми в го­ро­дех кре­пи­ли­ся, и Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва бо­яр и вся­ких лю­дей, ко­то­рые бы­ли у них в не­во­ле, в го­ро­де дер­жа­ли, и ис Крем­ля ни­ку­да не пус­ка­ли. А нои­па­че всех вра­ги зло­деи тес­ни­ли и во вся­кой кре­по­сти и за при­ста­вы креп­ки­ми дер­жа­ли Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва с ма­те­рью его, с–ыно­ко Мар­фою Ива­нов­ною, по­то­му что все­го ве­ли­ко­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва бо­ля­ре, и вое­во­ды и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, ко­то­рые стоя­ли под Мо­ск­вою, и во всех го­ро­дех все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вся­кие лю­ди об нем о го­су­да­ре Ми­хай­ле Фе­до­ро­ви­че скор­бе­ли, и вся­ки­ми ме­ра­ми про­мыш­ля­ли, чтоб иво го­су­да­ря от та­ко­ва­го зла­го пле­не­ния сво­бо­ди­ти, по­не­же он ве­ли­кий го­су­дарь от бла­го­род­на­го ко­ре­ни бла­го­цве­ту­щая от­росль, бла­го­чес­ти­ва­го и пра­вед­на­го ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, пле­мян­ник. Да не ток­мо Ро­сий­ска­го го­су­дар­ст­ва все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не об нем ве­ли­ком го­су­да­ре скор­бе­ли, и вра­ги Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву, Пол­ские и Ли­тов­ские лю­ди, ко­то­рые бы­ли в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, слы­ша его го­су­дар­ской пра­вед­ной ко­рень, и ви­дя его бла­го­ра­зум­на и бла­го­чес­ти­ва, во всем его го­су­да­ря по­чи­та­ли, и честь ему го­су­да­рю по­зда­ва­ли и во вся­кое его го­су­дар­ское дос­тоя­ние при­чи­та­ли. И сия слы­шев и ви­дев зло­деи, Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва из­мен­ни­ки и хре­сть­ян­ской ве­ре ра­зо­ри­те­ли, Ми­хай­ло Сал­ты­ков, да Фед­ка Он­д­ро­нов с то­ва­ры­щи и с свои­ми со­вет­ни­ки, да Олек­сан­д­ро Га­сев­ской, нои­па­че на се­го пра­вед­на­го Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, и на его бла­го­чес­ти­вую ма­терь, рождь­шую его, ино­ко Мар­фу Ива­нов­ну, на­па­да­ют, и злы­ми то­ми­тел­ст­вы и креп­ки­ми при­ста­вы, и гла­дом и вся­ки­ми роз­ны­ми злы­ми тес­но­та­ми ду­шу пра­вед­на­го му­ча­ще, и до­мыш­ля­ху­ся, как бы его, аки аг­не­ца не­зло­би­ва­го, смер­ти пре­да­ти. Но Бо­гу со­блю­даю­щу его ис­тин­ны ра­ди, и в смер­ти ме­сто цар­ст­во ему да­ро­ва­ти хо­тя­ще, яко­же пра­вед­на­го Ио­си­фа, им же Еги­пет спа­сти хо­тя. А как, по Бо­жи­ей ми­ло­сти, Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва стол­ник и вое­во­да князь Дмит­рей Ми­хай­ло­вич По­жар­ской, со­брав­ся с ца­ри и с ца­ре­ви­чи, ко­то­рые слу­жат в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и з боя­ры, и с чаш­ни­ки, и  стол­ни­ки, и з дво­ря­ны, и з дет­ми бо­яр­ски­ми, и с ата­ма­ны, и с ка­за­ки, и с стрель­цы и со вся­ки­ми мно­ги­ми рат­ны­ми люд­ми при­шел под Мо­ск­ву в сход к боя­ри­ну и вое­во­де ко кня­зю Дмит­рею Ти­мо­фее­ви­чю Тру­бетц­ко­му, и по ми­ло­сти все­мо­гу­ще­го и все­сил­на­го, в Трои­цы сла­ви­ма­го Бо­га на­ше­го, и пре­чис­тые Его Ма­те­ри, и ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов мо­лит­вою, а служ­бою и ра­день­ем ко всей зем­ле боя­ри­на и вое­во­ды кня­зя Дмит­рея Ти­мо­фее­ви­ча Тру­бетц­ко­го, да стол­ни­ка и вое­во­ды кня­зя Дмит­рея Ми­хай­ло­ви­ча По­жар­ско­го, да вы­бор­но­во че­ло­ве­ка ото все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва Куз­мы Ми­ни­на, и бо­яр, и окол­ни­чих, и чаш­ни­ков, и стол­ни­ков, и дво­рян, и де­тей бо­яр­ских, и ата­ма­нов, и ка­за­ков, и стрел­цов и всех рат­ных лю­дей, Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во сво­им му­же­ст­вом и храб­ро­стию, цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву от Пол­ско­го и от Ли­тов­ско­го ко­ро­ля, и от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей, от их зла­го пле­не­ния очи­сти­ли. Сей же Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич и с ма­те­рью сво­ею, по дей­ст­ву Свя­та­го Ду­ха, сво­бо­же­ние от зла­го то­ми­тел­ст­ва при­ем­лет, и яко птищ от те­не­та от­ре­ша­ет­ца, и во своя от­чи­ны, в Ко­ст­ром­ской уезд, ско­ро по сво­бо­же­нии воз­вра­ща­ет­ца.

Мо­с­ков­ско­го ж го­су­дар­ст­ва боя­ре, и вое­во­ды и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, ут­вер­див­ши­ся на сте­пе­ни и сво­бо­див­ше­ся ото всех зол, и вра­гов ве­ры сво­ея по­бе­див­ше, сла­во­сло­вие Бо­гу воз­дав­ше о не­ис­по­ве­ди­мом да­ре Его, и мо­лив все­ми­ло­сти­ва­го Бо­га, и пре­чис­тую Бо­го­ро­ди­цу и всех свя­тых усерд­но со сле­за­ми, да про­све­тит их серд­ца, еже бы про­си­ти, ко­му при­яти ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, пи­са­ли Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва во все го­ро­ды к ми­тро­по­ли­том, и к ар­хи­епи­ску­пом, и епи­ску­пом, и ар­хи­ма­ри­том, и игу­ме­ном и ко все­му ос­вя­щен­но­му со­бо­ру, и к боя­ром, и вое­во­дам, и к дво­ря­ном и ко вся­ким лю­дем, чтоб изо всех го­ро­дов все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы и ар­хи­ма­ри­ты и игу­ме­ны бы­ли к ним боя­ром к Мо­ск­ве; и из дво­рян, и из де­тей бо­яр­ских, и из гос­тей, и ис тор­гов­вых, и ис по­садц­ких и из уезд­ных лю­дей вы­брав лут­чих, креп­ких и ра­зум­ных лю­дей, по кол­ку че­ло­век при­го­же, для зем­ско­го со­ве­ту и для го­су­дар­ско­го оби­ра­нья, при­сла­ли к Мо­ск­ве ж; и с их бы зем­ско­го со­ве­ту вы­бра­ти на Вла­ди­мер­ское и на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во, и на цар­ст­ва Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и на Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие го­су­дар­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя всеа Ру­сии, ко­го Гос­подь Бог даст, из Мо­с­ков­ских  из Рус­ких ро­дов. И как изо всех го­ро­дов все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вла­сти и вся­кий ерей­ский чин со­бор­не, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не, и вся­кие слу­жи­лые, и по­садц­кие и уезд­ные вся­ких чи­нов лю­ди, для го­су­дар­ско­го оби­ра­нья, в цар­ст­вую­щий град к Мо­ск­ве на со­вет сье­ха­ли­ся, и все­щед­рый, в Трои­цы сла­ви­мый Бог наш, по умо­ле­нию пре­чис­тыя Сво­ея Бо­го­ма­те­ри и ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов, не хо­тя ви­де­ти все­го пра­во­слав­но­го хре­сть­ян­ст­ва в ко­неч­ной по­ги­бе­ли, а пра­во­слав­ной ис­тин­ной хре­сть­ян­ской ве­ре гре­че­ска­го за­ко­на от ла­тынь и от лю­тор­ских и бо­го­мер­ских вер во об­ру­га­нье, по Сво­ему че­ло­ве­ко­лю­бию, по­слал Свой Свя­тый Дух в сер­ца всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, от ма­ла и до ве­ли­ка, не ток­мо в му­же­ст­вен­ном воз­рас­те, и до ссу­щих мла­де­нец, еди­но­мыш­лен­ной не­воз­врат­ной со­вет. И по мно­гие дни на со­бо­ре изо всех го­ро­дов все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вся­кие лю­ди не оби­нуя­ся го­во­ри­ли, и еди­но­мыш­лен­ной со­вет всех го­ро­дов вся­ких лю­дей от ма­ла и до ве­ли­ка объ­яв­ли­ва­ли, что бы­ти на Вла­ди­мер­ском, и на Мо­с­ков­ском, и на всех ве­ли­ких пре­слав­ных Ро­сий­ских го­су­дар­ст­вах го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю Ро­ма­но­ву–Юрь­е­ву; а Пол­ско­го и Ли­тов­ско­го, и Свей­ско­го ко­ро­лей и ко­ро­ле­ви­чев, и из ыных ни ис ко­то­рых го­су­дарств, и из Мо­с­ков­ских ро­дов, и из ыно­зем­цов, ко­то­рые слу­жат в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, го­су­да­рем, оп­рич Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва, ни­как ни ко­му не бы­ти, по­не­же он, ве­ли­кий го­су­дарь, бла­жен­ные па­мя­ти хва­лам дос­той­на­го ве­ли­ка­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, двою­род­но­го бра­та Фе­до­ра Ни­ки­ти­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва сын. И по мно­гие дни о том го­во­ри­ли вся­кие лю­ди все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия с ве­ли­ким шу­мом и пла­чем, чтоб на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во об­ра­ти его ве­ли­ко­го го­су­да­ря Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча вско­ре. Да и Свей­ский ко­роль пре­же се­го пи­сал в Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во к ми­тро­по­ли­том, и к ар­хи­епи­ску­пом, и к епи­ску­пом и ко все­му ос­вя­щен­но­му со­бо­ру, и к боя­ром, и к окол­ни­чим, и ко вся­ким лю­дем все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, чтоб на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во Пол­ско­го и Ли­тов­ско­го, и Та­тар­ско­го, и из ыных ни ис ко­то­рых зе­мель го­су­да­ря не оби­ра­ти, а об­ра­ти б на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­ря, изы­скав из Рус­ких ро­дов, хто б преж­ним ве­ли­ким при­род­ным го­су­да­рем на­шим ца­рем Ро­сий­ским был в срод­ст­ве; а он Свей­ский ко­роль бу­дет с ним, ве­ли­ким го­су­да­рем, в друж­бе и в люб­ви на ве­ки не­под­виж­но. И вла­сти и весь ду­хов­ный чин, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, и гос­ти, и тор­го­вые, и по­садц­кие и вся­кие жи­летц­кие чер­ные лю­ди все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия по­ло­жи­ли то на во­лю Бо­жию; а для бол­шо­го ук­ре­п­ле­ния от­ло­жи­ли фев­ра­ля з 7–го чис­ла фев­ра­ля по 21 чис­ло, на две не­де­ли, а в те дни ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и дво­ря­не, и при­каз­ные и слу­жи­лые лю­ди, и гос­ти и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия все еди­но­душ­но мо­ли­ли Гос­по­да Бо­га, и пре­чис­тую Его Бо­го­ма­терь и всех свя­тых, чтоб Гос­подь Бог уст­ро­ил все­му пра­во­слав­но­му хре­сть­ян­ст­ву по­лез­ная, яко­же весть свя­тая Его во­ля. И по­сла­ли Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва по бо­яр в го­ро­ды, по кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Мсти­слав­ско­го с то­ва­ры­щи, чтоб оне, для бол­шо­го го­су­дар­ст­вен­но­го де­ла и для об­ще­го зем­ско­го со­ве­ту, еха­ли к Мо­ск­ве на спех; а во все го­ро­ды Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, оп­рич дал­них го­ро­дов, по­сла­ли тай­но, во вся­ких лю­дех мыс­ли их про го­су­дар­ское оби­ра­нье про­ве­ды­ва­ти, вер­ных и бо­го­бо­яз­ных лю­дей, ко­го хо­тят го­су­да­рем ца­рем на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во во всех го­ро­дех. И во всех го­ро­дех и в уез­дех во вся­ких лю­дех, от ма­ла и до ве­ли­ка, таж мысль: что бы­ти на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве го­су­да­рем ца­рем Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю Ро­ма­но­ви­чю, а оп­ро­че его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, ни­как ни­ко­го на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во не хо­те­ти.

А как Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва боя­ре князь Фе­дор Ива­но­вич Мсти­слав­ской с то­ва­ры­щи в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву, и изо всех го­ро­дов все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вся­кие лю­ди, для цар­ско­го оби­ра­нья съе­ха­ли­ся, и фев­ра­ля в 21 день, в пер­вую не­де­лю Ве­ли­ко­го по­ста, в ню же праз­ну­ет­ца свя­тых отец Пра­во­сла­вие, во свя­тей апо­стал­стей церк­ве чес­на­го и слав­на­го Ея Ус­пе­ния, Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не Мо­с­ков­ские, и при­каз­ные лю­ди, и дво­ря­не из го­ро­дов, и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы, и сот­ни­ки, и ата­ма­ны, и стрел­цы и ка­за­ки, и гос­ти, и тор­го­вые, и по­садц­кие и все­го Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва все­на­род­ное мно­гое бес­чис­лен­ное мно­же­ст­во, все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, з же­на­ми и з дет­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы, мо­ли­ли все­ми­ло­сти­ва­го, в Трои­це сла­ви­ма­го Бо­га, и пре­чис­тую Его Ма­терь и всех свя­тых с не­утеш­ным пла­чем, чтоб все­ми­ло­сти­вый Бог ото­вра­тил от нас пра­вед­ный Свой гнев, на­ле­жа­щий на ны, и при­зрил ми­ло­сти­вым си оком на лю­ди Своя со­твор­шая ны, и дал бы нам на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­ря ца­ря пра­вед­на и свя­та, и бла­го­чес­ти­ва, и бла­го­род­на и хри­сто­лю­би­ва, чтоб, по ми­ло­сти Бо­жии, впе­ред их цар­ская сте­пень ут­вер­ди­ла­ся на ве­ки, и чтоб бы­ло веч­но, и твер­до, и креп­ко и не­под­виж­но в род и род на ве­ки. И все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не все­го Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва, от ма­ла и до ве­ли­ка и до су­щих мла­де­нец, яко еди­ны­ми ус­ты, во­пия­ху и взы­ва­ху, гла­го­лю­ще, что бы­ти на на Вла­ди­мер­ском и на Мо­с­ков­ском и на Но­уго­родц­ком го­су­дар­ст­вах, и на цар­ст­вах Ка­зан­ском, и на Ас­то­ро­хан­ском и на Си­бир­ском, и на всех ве­ли­ких и пре­слав­ных го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, преж­них ве­ли­ких бла­го­род­ных и бла­го­вер­ных Бо­гом вен­чан­ных Ро­сий­ских го­су­да­рей ца­рей, от их цар­ско­го бла­го­род­на­го ко­ре­ни, бла­жен­ные па­мя­ти и хва­лам дос­той­на­го ве­ли­ка­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, сро­ди­чю, бла­го­цве­ту­щие от­рас­ли от бла­го­чес­ти­ва ко­ре­ни ро­див­шу­ся, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю Ро­ма­но­ву–Юрь­е­ву; да при­имет ски­фетр Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, для ут­вер­жде­ния ис­тин­ные на­шие пра­во­слав­ные ве­ры, и чтоб Гос­подь Бог его го­су­дар­ским при­зре­ни­ем во всем Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве рас­то­че­ные и ра­зо­ре­ные ис­пра­вил, и во еди­но бла­го­чес­тие со­во­ку­пил, и межь­у­со­бье в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве уто­лил, и вся бла­гая Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву уст­ро­ил, яко­же бысть в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве ти­ши­на и бла­го­ден­ст­вие при сро­ди­че его, ве­ли­ком го­су­да­ре на­шем, бла­жен­ные па­мя­ти при ца­ре и ве­ли­ком кня­зе Фе­до­ре Ива­но­ви­че, всеа Ру­сии са­мо­держ­це: все ве­ли­кие ок­ре­ст­ные го­су­да­ри от его цар­ско­го име­ни тре­пе­та­ли, и лю­би­тел­ные да­ры ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, при­но­ша­ху, по его цар­ско­го ве­ли­че­ст­вия дос­тоя­нию, и в друж­бе и в люб­ви с его цар­ским ве­ли­че­ст­вом бы­ти же­ла­ху; а ок­ре­ст­ные не­дру­ги и не­по­слуш­ни­ки, те все у его пре­вы­со­чай­шие цар­ские сте­пе­ни ве­ли­че­ст­ва по­слуш­ны учи­ни­ли­ся, и от­тор­же­ные гра­ды и зем­ли от его ве­ли­ко­го го­су­дар­ст­ва мно­ги­ми ле­ты па­ки во своя воз­вра­ти. И по дан­ней бла­го­да­ти от Свя­та­го Ду­ха, вси во еди­но­мыс­лие со­во­ку­пив­ше­ся, и ут­вер­див­ше­ся по Хри­сте ве­рою, Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва бо­го­мол­цы ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и роз­ных зе­мел ца­ри и ца­ре­ви­чи, ко­то­рые слу­жат в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и стряп­чие, и дво­ря­не бол­шие, и дво­ря­не ж, и дия­ки дум­ные, и дво­ря­не из го­ро­дов, и дия­ки, и жил­цы, и при­каз­ные вся­кие лю­ди, и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы, и сот­ни­ки, и ата­ма­ны, и ка­за­ки, и стрел­цы, и гос­ти, и тор­го­вые, и по­садц­кие и все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва всех чи­нов вся­кие лю­ди, все­на­род­ное бес­чис­лен­ное мно­же­ст­во, все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, всяк воз­раст от ма­ла и до ве­ли­ка, об­ра­ли на Вла­ди­мер­ское, и на Мо­с­ков­ское и на Но­уго­родц­кое, и на цар­ст­во Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, преж­них ве­ли­ких бла­го­род­ных и бла­го­вер­ных и Бо­гом вен­чан­ных Ро­сий­ских го­су­да­рей ца­рей от их цар­ско­го бла­го­род­но­во ко­ре­ни бла­го­цве­ту­щую от­росль, Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва. А об­рав и на­рек­ши его ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, на Вла­ди­мер­ское, и на Мо­с­ков­ское и на Но­уго­родц­кое го­су­дар­ст­ва, и на цар­ст­во Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор в Бо­го­спа­сае­мом и в пре­име­ни­том цар­ст­вую­щем гра­де Мо­ск­ве, в со­бор­ной апо­стал­стей церк­ве пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы че­ст­на­го и слав­на­го Ея Ус­пе­ния, и по мо­на­сты­рем и по всем церк­вам цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы пе­ли мо­леб­ны со­бор­не з зво­ном, и мо­ли­ли все­сил­на­го в Трои­цы сла­ви­ма­го Бо­га, и пре­чис­тую Его Бо­го­ма­терь и всех свя­тых о мно­го­лет­ном здра­вии бла­го­вер­на­го, и хри­сто­лю­би­ва­го и Бо­гом из­бран­на­го, ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, что б все­ми­ло­сти­вый Гос­подь Бог, от Сво­ея свя­тыя и ве­ле­леп­ные сла­вы ве­ли­че­ст­вия Сво­его, по­слал на не­го, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, Свою свя­тую ми­лость, и ум­но­жил бы Гос­подь Бог лет жи­во­та его, и цар­ст­во его уст­ро­ил мир­но и не­мя­теж­но, и ото всех враг не­по­ко­ле­би­мо на ве­ки, и воз­вы­сил бы Гос­подь Бог его цар­скую дес­ни­цу на­до все­ми вра­ги его и не­дру­ги, и по­ко­рил бы под но­зе его вся вра­ги, вос­таю­щая на ны, и чтоб на­ша свя­тая и не­по­роч­ная ис­тин­ная пра­во­слав­ная хре­сть­ян­ская ве­ра гре­че­ска­го за­ко­на во всем Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве бы­ла не­ру­ши­ма по преж­не­му, а все бы пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во бы­ло в ти­ши­не, и в по­кое и во бла­го­ден­ст­ве, и его бы цар­ское пре­свет­лое имя пре­до все­ми ве­ли­ки­ми го­су­да­ри слав­но бы­ло к ощи­ще­нью, и к раз­ши­ре­нью и к при­бав­ле­нию ве­ли­ких его го­су­дарств, яко­же весть свя­тая Его во­ля, и спо­до­бил бы Гос­подь Бог его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, вен­ча­ти­ся цар­ским вен­цом и диа­ди­мою на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, по древ­не­му обы­чею. А оп­ричь его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии на все Ро­сий­ские го­су­дар­ст­ва ино­го го­су­да­ря, Пол­ско­го и Ли­тов­ско­го, и Не­метц­ко­го, и из ыных го­су­дарств ца­рей и ца­ре­ви­чей, и ко­ро­лей и ко­ро­ле­ви­чей, и из Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва ни­ко­го, и Ма­рин­ки и сы­на ее не хо­те­ти, и не оби­ра­ти и не ис­ка­ти. И на том на всем ему, го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии, и его ца­ри­це и ве­ли­кой кня­ги­не, и их цар­ским де­тем, ко­то­рых им, ве­ли­ким го­су­да­рем, впе­ред Бог даст, боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и стряп­чие, и дво­ря­не бол­шие, и дия­ки, и дво­ря­не из го­ро­дов, и дия­ки ис при­ка­зов, и жил­цы, и при­каз­ные лю­ди, и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы, и сот­ни­ки, и ата­ма­ны, и ка­за­ки, и стрел­цы, и пуш­ка­ри, и гос­ти, и тор­го­вые и по­садц­кие, и все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вся­ких чи­нов слу­жи­лые и жи­летц­кие лю­ди крест це­ло­ва­ли по за­пи­си.

А ве­ли­кий го­су­дарь Бо­гом из­бран­ный царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, в то вре­мя бысть в Ко­ст­ром­ском уез­де у се­бя в вот­чи­не, той Бо­жи­ей свя­той во­ли и из­бра­ния всех пра­во­слав­ных кре­сть­ян все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, по его го­су­дар­ско­му дос­то­ин­ст­ву, на его цар­ский пре­стол, на Ро­сий­ское го­су­дар­ст­во, ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, ни­ка­ко не ве­ду­ще, и во ум то­го се­бе не по­мыш­ляю­ще. Яко­же ре­че бо­же­ст­вен­ный Апо­стол: его же бо хо­щу, ре­че Бог, то­го и по­ми­лую; и его же ущед­рю, то­го и ущед­рю; Мой бо есть дар, ему же хо­щу, пре­дам его; и яко­же Про­рок ре­че: жре­бий убо Бо­жий цар­ское ве­ли­че­ст­во, на не­го же воз­ло­жит Бог, на том и со­вер­шит­ца. И Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы, и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, и гос­ти, и тор­го­вые и вся­кие жи­летц­кие лю­ди, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, со­ве­то­вав меж се­бя, по­сла­ша к ве­ли­ко­му го­су­да­рю Бо­гом из­бран­но­му ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, и к ма­те­ри его, к ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, ото все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва Фео­до­ри­та, ар­хи­епи­ску­па Ре­зан­ско­го и Му­ром­ско­го, ар­хи­ма­ри­та Чю­дов­ско­го Ав­ра­мия, Сер­гие­ва мо­на­сты­ря ке­ла­ря стар­ца Ав­ра­мия, и иных че­ст­ных ве­ли­ких мо­на­сты­рей ар­хи­ма­ри­тов и игу­ме­нов; да бо­ляр Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Ше­ре­ме­те­ва с то­ва­ры­щи, и чаш­ни­ков, и стол­ни­ков, и стряп­чих, и дво­рян бол­ших, и дво­рян же из го­ро­дов, и дия­ков ис при­ка­зов, и жил­цов, и при­каз­ных лю­дей, и де­тей бо­яр­ских, и го­лов, и сот­ни­ков, и ата­ма­нов, и ка­за­ков, и стрел­цов, и пуш­ка­рей, и гос­тей, и тор­го­вых и по­садц­ких, и все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вся­ких чи­нов слу­жи­лых и жи­летц­ких лю­дей, би­ти че­лом и ми­ло­сти про­си­ти: Ве­до­мо ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, ны­неш­ние на­ши на­стоя­щие скор­би, что пра­вед­ны­ми суд­ба­ми Бо­жии­ми, грех ра­ди все­го пра­во­слав­но­го хре­сть­ян­ст­ва, на пре­вы­со­чай­шем пре­сто­ле ве­ли­кии Ро­сии Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, их цар­ской ко­рень пре­сек­ся, а по­сле то­го бы­ли из­бран­ные го­су­да­ри царь Бо­рис Фе­до­ро­вич и царь Ва­си­лей Ива­но­вич; и по об­ще­му зем­ско­му гре­ху, а по за­ви­де­нию дия­во­лю, мно­гие лю­ди Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва при их цар­ст­вии межь­у­соб­ную брань учи­ни­ли, и ста­ли в роз­ни. И по­слы­ша то, Пол­ской и Ли­тов­ской ко­роль сво­им злым умыс­лом мно­гие свои и по­слов сво­их и по­слан­ни­ков кре­ст­ныя це­ло­ва­нья, а по­след­нее гет­ма­на ко­рун­но­во Ста­ни­сла­ва Жел­ков­ско­го пре­сту­пил, Мо­с­ков­ским го­су­дар­ст­вом к Пол­ше и к Лит­ве хо­тел за­вла­де­ти, и в под­дан­ст­ве учи­ни­ти, и церк­ви Бо­жии ра­зо­ри­ти, и свя­тую на­шу не­по­роч­ную хре­сть­ян­скую ве­ру гре­че­ска­го за­ко­на по­пра­ти, а свою про­кля­тую ла­тын­скую ве­ру ут­вер­ди­ти. И по ми­ло­сти Бо­жии, со­брав­ся в го­ро­дех боя­рин и вое­во­да князь Дмит­рей Ти­мо­фее­вич Тру­бетц­кой, да стол­ник и вое­во­да князь Дмит­рей Ми­хай­ло­вич По­жар­ской, да ото все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вы­бор­ной че­ло­век Куз­ма Ми­нин, с ца­ри и с ца­ре­ви­чи, роз­ных зе­мель, ко­то­рые слу­жат в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и з боя­ры, и  окол­ни­чи­ми, и с чаш­ни­ки, и  стол­ни­ки, и з дво­ря­ны, и з дия­ки, и с при­каз­ны­ми люд­ми, и з дет­ми бо­яр­ски­ми, и с ата­ма­ны, и с стрел­цы, и с ка­за­ки, и со всем хри­сто­лю­би­вым во­ин­ст­вом, при­шли под Мо­ск­ву, и цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей очи­сти­ли. И церк­ви Бо­жии в преж­нюю ле­по­ту об­лек­ли­ся, и Бо­жие имя сла­вит­ца в них по преж­не­му; а Ро­сий­ское цар­ст­во вдов­ст­ву­ет, и оте­че­ст­во их цар­ское си­рот­ст­ву­ет, а пре­свет­лый их цар­ский пре­вы­со­чай­ший пре­стол пла­чет, се­дя­ща­го на се­бе ца­ря цар­ст­вую­ще­го не имый, зем­ля же вся ма­лая, с ве­ли­ки­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы бес­чис­лен­ным пла­чем во­пи­ют, что ими люд­ми Бо­жии­ми про­мыш­ля­ти не­ко­му. И со­во­ку­пив­ше­ся все вме­сте все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ско­го цар­ст­вия всех го­ро­дов вся­кие лю­ди, при­шед в цар­ст­вую­щем гра­де Мо­ск­ве в со­бор­ную цер­ковь, ко пре­чис­той Бо­го­ро­ди­це чес­на­го и слав­на­го Ея Ус­пе­ния, со сле­за­ми и с во­плем мо­ли­ли все­сил­на­го, в Трои­цы сла­ви­ма­го Бо­га, и пре­чис­тую Его Бо­го­ма­терь и ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов, чтоб все­ми­ло­сти­вый Бог объ­я­вил, ко­му бы­ти на Вла­ди­мер­ском и на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и на всех ве­ли­ких го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем. И во всех лю­дех все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вся­ких чи­нов, от ма­ла и до ве­ли­ка и до су­щих мла­де­нец, по­слал Гос­подь Бог Свой свя­тый пра­вед­ный Дух в сер­ца всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян, яко еди­ны­ми ус­ты во­пия­ху, что бы­ти на Вла­ди­мер­ском и на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, и на всех го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ска­го цар­ст­вия го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, пра­вед­на­го ко­ре­ни бла­жен­ные па­мя­ти ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии сро­ди­чю, те­бе, ве­ли­ко­му го­су­да­рю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю. И, по ми­ло­сти все­мо­гу­ще­го Бо­га и по из­бра­нию всех лю­дей, те­бя, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, на Вла­ди­мер­ское и на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, об­ра­ли, и крест те­бе, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, на Мо­ск­ве боя­ре, и окол­ни­чие, и вся­ких чи­нов лю­ди от ма­ла и до ве­ли­ка, це­ло­ва­ли с ве­ли­кою ра­до­стию; и во все го­ро­ды вся­ких лю­дей х кре­ст­но­му це­ло­ва­нью при­во­ди­ти по­сла­ли, и изо мно­гих го­ро­дов к те­бе, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, пи­са­ли, что крест те­бе, го­су­да­рю, це­лу­ют ра­до­ст­ны­ми ду­ша­ми по за­пи­си. И вам, бла­го­род­но­му, и хри­сто­лю­би­во­му и Бо­гом из­бран­но­му ве­ли­ко­му го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии, ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и вся­ких чи­нов вся­кие лю­ди все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, от ма­ла и до ве­ли­ка, бьют че­лом и ми­ло­сти про­сят, та­ко гла­го­лю­ща: ми­ло­сер­дуй о нас рас­то­чен­ных, не ос­та­ви нас по­ги­баю­щих; те­бе еди­на­го предъ­из­бра Бог и со­блю­де до ны­неш­не­го вре­мя­ни, и ос­та­ви ис­тин­на­го пра­ви­те­ля Ро­сий­ско­му го­су­дар­ст­ву, хре­сть­ян­ско­го по­бор­ни­ка, и свя­тым Бо­жи­им церк­вам те­п­ла­го за­ступ­ни­ка, цар­ско­го ко­ре­ни бла­го­рас­лен­ный цвет, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, бла­жен­ные па­мя­ти ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ива­на Ва­силь­е­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, за­кон­ные его суп­ру­ги, ца­ри­цы и ве­ли­кие кня­ги­ни Ана­ста­сеи Ро­ма­нов­ны–Юрь­е­ва род­но­во пле­мян­ни­ка Фе­до­ра Ми­ки­ти­ча Ро­ма­но­ва–Юрь­е­ва сын; а ве­ли­ко­му, и пре­слав­но­му и хва­лам дос­той­но­му, бла­жен­ные па­мя­ти ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Фе­до­ру Ива­но­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, пле­мян­ник и ближ­ней при­ятель. Тем бла­го­сер­ден бу­ди о нас, при­ими мо­ле­ние сво­их бо­го­мол­цов и цар­ско­го синг­ли­та, и всея зем­ля то­ли­ко мно­го кре­сть­ян­ско­го пре­мно­же­ст­ва вопль без­вре­мен­ный, и ры­да­ние и плач не­уте­ши­мый; бу­ди нам ми­ло­сер­дым го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, по Бо­жии во­ле и по из­бра­нию всех лю­дей все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия; не дай ис­тин­ные на­шие пра­во­слав­ные хре­сть­ян­ские ве­ры в по­пра­ние, и свя­тых Бо­жи­их церк­вей во ос­к­вер­не­ние, и всех пра­во­слав­ных кре­сть­ян от злых не­при­яте­лей, вос­стаю­щих на ны, в рас­хи­ще­ние, дон­де­же не уве­дят мно­гих стран не­вер­ные язы­цы, яко цар­ст­вие ва­ше без­го­су­дар­но. И еха­ти б вам, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, на свой цар­ской пре­стол в цар­ст­вую­щий град к Мо­ск­ве вско­ре, и по­да­ти нам бла­го­ро­ди­ем сво­им из­ба­ву ото всех на­хо­дя­щих нас бед и скор­бей. А те­бе бы, ве­ли­кой го­су­да­ры­не ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, уми­ли­ти­ся над ос­тат­ком ро­ду хре­сть­ян­ско­го все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, и на­род­но­во слез­но­во ры­да­ния не пре­зри­ти, по из­во­ле­нию Бо­жию и по из­бра­нию всех чи­нов лю­дей Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва, на Вла­ди­мер­ское, и на Мо­с­ков­ское и на Но­уго­родц­кое, и на цар­ст­во Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и на Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия бла­го­сло­ви­ти и да­ти Бо­гом из­бран­на­го ца­ря на цар­ст­во, всем нам бла­го­на­деж­на­го го­су­да­ря, все­му Ро­сий­ско­му цар­ст­вию са­мо­держ­ца, сы­на сво­его, бла­го­цве­ту­щую ветвь, от бла­го­род­на­го ко­ре­ни от­расль, го­су­да­ря на­ше­го Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, и еха­ти с ним, го­су­да­рем на­шим, на его цар­ский пре­стол в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву вско­ре, чтоб ва­шим го­су­дар­ским при­хо­дом на ваш цар­ский пре­стол все лю­ди от пе­ча­ли в ра­дость пре­вра­ти­ли­ся, и вме­сто скор­би ра­до­ст­ная вос­при­ня­ли, и все бы ок­ре­ст­ные не­дру­ги от его цар­ско­го име­ни страш­ны бы­ли и во своя с сра­мом воз­вра­ти­ли­ся.

И Фео­до­рит ар­хи­епи­скуп Ре­зан­ский и Му­ром­ский, и ар­хи­ма­ри­ты и игу­ме­ны, и боя­рин Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не, и дия­ки и вся­ких чи­нов вся­кие лю­ди  Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва дос­ти­го­ша гра­да Ко­ст­ро­мы мар­та в 13 день, в нем же ве­ли­кий го­су­дарь наш Бо­гом из­бран­ный царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, с ма­те­рию сво­ею, ве­ли­кою го­су­да­ры­нею ино­ко ста­ри­цею Мар­фою Ива­нов­ною. И на зав­трее то­го дни, мар­та в 14 день, Фео­до­рит ар­хи­епи­скуп Ре­зан­ский и Му­ром­ский, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор с че­ст­ны­ми и жи­во­тво­ря­щи­ми кре­сты и с чю­до­твор­ны­ми об­ра­зы Пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы и Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов Пет­ра, и Олек­сея, и Ио­ны и про­чих свя­тых,  и боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не, и при­каз­ные лю­ди, и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы, и ата­ма­ны, и ка­за­ки и вся­кие слу­жи­лые лю­ди, и гос­ти, и тор­го­вые, и вся­кие по­садц­кие и жи­летц­кие лю­ди всех го­ро­дов все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, а го­ро­да Ко­ст­ро­мы и иных го­ро­дов все­на­род­ное мно­же­ст­во з же­на­ми и з дет­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы, при­зы­вая в по­мощь в Трои­цы сла­ви­ма­го, все­ми­ло­сти­ва­го Гос­по­да Бо­га Все­дер­жи­те­ля, и Пре­чис­тую Его Бо­го­ма­терь, и ве­ли­ких чю­до­твор­цов и всех свя­тых, идо­ша со тща­ни­ем в пре­че­ст­ную ве­ли­кую оби­тель свя­то­го Бо­го­яв­ле­ния Гос­по­да Бо­га и Спа­са на­ше­го Ису­са Хри­ста в Ыпатц­кой мо­на­стырь, иде­же пре­бы­вая в то вре­мя ве­ли­кий, Бо­гом из­бран­ный, го­су­дарь наш царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и с ма­те­рию сво­ею, с ве­ли­кою го­су­да­ры­нею ста­ри­цею ино­ко Мар­фою Ива­нов­ною, и иду­ще, мо­леб­ная пе­ния со­вер­шаю­ще. И егда же свя­тей­ший Фео­до­рит ар­хи­епи­скуп Ре­зан­ский и Му­ром­ский, вку­пе о Свя­тем Ду­се и сы­но­ве его ар­хи­ма­ри­ты и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и дво­ря­не, и при­каз­ные и слу­жи­лые лю­ди, и гос­ти, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не и с су­щи­ми мла­ден­цы, и все­на­род­ное мно­же­ст­во при­идо­ша с че­ст­ны­ми и з жи­во­тво­ря­щи­ми кре­сты, и с чю­до­твор­ны­ми об­ра­зы к ве­ли­цей лав­ре Ипатц­ко­го мо­на­сты­ря, то­гда в той свя­той оби­те­ли бы­ша зво­ны ве­ли­кие для при­ше­ст­вия че­ст­ных и чю­до­твор­ных икон.

Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и с ма­те­рию сво­ею, с ве­ли­кою го­су­да­ры­нею ста­ри­цею ино­ко Мар­фою Ива­нов­ною, ви­де при­ше­ст­вие чес­ных и чю­до­твор­ных икон в пре­че­ст­ную оби­тель Ипатц­ко­го мо­на­сты­ря со мно­го­на­род­ным мно­же­ст­вом, изы­до­ша про­тив че­ст­ных и жи­во­тво­ря­щих кре­стов, и че­ст­ных и чю­до­твор­ных икон на встре­те­ние за мо­на­стырь. И егда же при­иде к чю­до­твор­но­му об­ра­зу пре­чис­тые и пре­не­по­роч­ные Вла­ды­чи­ца на­шея Бо­го­ро­ди­ца и При­сно­де­вы Ма­рия, то­гда слез мно­гих ис­пол­нив­ся, гла­сом ве­ли­им во­зо­пив, гла­го­ла: «О ми­ло­сер­дая Ца­ри­ца, пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­це, Ма­ти Хри­ста Бо­га на­ше­го! По­что то­лик под­виг со­тво­ри­ла еси, и чю­до­твор­ный об­раз Свой воз­дви­же с че­ст­ны­ми кре­сты и с ыны­ми мно­же­ст­во чю­до­твор­ных об­ра­зов? Тем, Пре­чис­тая, по­мо­ли­ся о мне и по­ми­луй. — И сия во­пия, гла­го­ла со мно­гим ры­да­ни­ем и пла­чем, па­де на зам­лю пред чю­до­твор­ным об­ра­зом пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы, и ле­же сле­за­ми зем­лю мо­ча­ше на мног час. Вос­тав­шу же го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии со мно­гим пла­чем и ры­да­ни­ем, и при­шед зна­ме­нав­ся у чю­до­твор­но­го об­раза Пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы, и у про­чих свя­тых чю­до­твор­ных об­ра­зов со сле­за­ми мно­ги­ми. Та­же при­шед к свя­тей­ше­му Фео­до­ри­ту, ар­хи­епи­ску­пу Ре­зан­ско­му и Му­ром­ско­му, со сле­за­ми гла­го­ла ему: О свя­тей­ший ар­хи­епи­скуп! По­что чюд­ные и чю­до­твор­ные ико­ны Пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы и че­ст­ные кре­сты воз­двигл еси, и то­лик ве­ли­кий мно­го­труд­ный под­виг со­тво­рил еси? Ар­хи­епи­скуп же Ре­зан­ский и Му­ром­ский Фео­до­рит, бла­го­сло­вя го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии и  мать его,  ве­ли­кую го­су­да­ры­ню ста­ри­цу ино­ко Мар­фу Ива­нов­ну, жи­во­тво­ря­щим кре­стом, вку­пе о Свя­тем Ду­се с ар­хи­ма­ри­ты, и с ыгу­ме­ны и со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и з бо­ля­ры с Фе­до­ром Ива­но­ви­чем Ше­ре­ме­те­вым с то­ва­ры­щи, и с окол­ни­чи­ми, и с чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и з дво­ря­ны, и с при­каз­ны­ми и с слу­жи­лы­ми люд­ми, и з гос­тми, и со все­ми пра­во­слав­ны­ми кре­сть­я­ны и со все­на­род­ным мно­же­ст­вом, го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии, и ма­те­ри его,  ве­ли­кой го­су­да­ры­не ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, ото все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва гра­мо­ты по­да­ли , и речь го­во­ри­ли и би­ли че­лом, по на­ка­зу, с ве­ли­ки­ми сле­за­ми. Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии та­кое к се­бе не­пре­лож­ное мо­ле­ние Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ми­тро­по­ли­тов, и ар­хи­епи­ску­пов, и епи­ску­пов и все­го все­лен­ска­го со­бо­ра, и бо­ляр Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Ше­ре­ме­те­ва с то­ва­ры­щи, и окол­ни­чих, и чаш­ни­ков, и стол­ни­ков, и дво­рян, и при­каз­ных лю­дей, и го­лов, и де­тей бо­яр­ских, и ата­ма­нов, и ка­за­ков и вся­ких слу­жи­лых лю­дей, и гос­тей, и тор­го­вых, и вся­ких по­садц­ких жи­летц­ких лю­дей всех го­ро­дов все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, и все­го на­род­на­го мно­же­ст­ва всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян слы­шев, не­пре­кло­нен бысть к мо­ле­нию их, от­ри­ца­ше­ся со мно­ги­ми сле­за­ми и ры­да­ни­ем и гне­вом, гла­го­ля: не мни­те се­бе то­го, еже хо­те­ти мне цар­ст­во­ва­ти; ни в ра­зум мой при­иде о том, да и мыс­ли мо­ей на то не бу­дет. Как мне по­мыс­ли­ти на та­ко­ву вы­со­ту цар­ст­вия и на пре­стол та­ких ве­ли­ких пре­слав­ных го­су­да­рей ца­рей Ро­сий­ских, и ве­ли­ка­го го­су­да­ря мое­го, пре­свет­ла­го бла­жен­ные па­мя­ти ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, взый­ти? И от­ка­зал о том с ве­ли­ким гне­вом и со мно­ги­ми сле­за­ми. А ма­ти его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, по то­му же ис­пол­нив­ся мно­гих слез, с ве­ли­ким пла­чем и ры­да­ни­ем от­ка­за­ла: что сы­ну ее Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю ни­ка­ко на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве не бы­ва­ти, и ей его ни­как на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во бла­го­сло­ви­ти не моч­но; то­го у них и в мыс­ли не­ту, и в ра­зум их прит­ти не мо­жет, что на та­ком ве­ли­ком пре­слав­ном го­су­дар­ст­ве сы­ну ее бы­ти. И за кре­сты в со­бор­ную цер­ковь не шли дол­гое вре­мя; и ед­ва о том ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, и мать его, ве­ли­кую го­су­да­ры­ню ста­ри­цу ино­ко Мар­фу Ива­нов­ну, во мно­гое вре­мя умо­ли­ша, чтоб шли за че­ст­ны­ми и за жи­во­тво­ря­щи­ми кре­сты и за чю­до­твор­ны­ми об­ра­зы в со­бор­ную цер­ковь.

И при­шед в со­бор­ную цер­ковь, ар­хи­епи­скуп, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и весь ос­вя­щен­ный со­бор, на­ча мо­леб­ная пе­ния; а боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и весь цар­ский сvнк­лит и все­на­род­ное мно­же­ст­во всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян с ве­ли­ким слез­ным ры­да­ни­ем и во­плем би­ли че­лом Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, и ма­те­ри ево, ве­ли­кой ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, чтоб он го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич ми­лость на­до всем Мо­с­ков­ским го­су­дар­ст­вом по­ка­зал, был на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве бла­го­на­деж­ным го­су­да­рем; а ма­ти б его, ве­ли­кая ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, нас всех по­жа­ло­ва­ла, сы­на сво­его Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем и ве­ли­ким кня­зем всеа Ру­сии бла­го­сло­ви­ла, и на свой цар­ской пре­стол в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву под­виг свой учи­ни­ли вско­ре, чтоб их го­су­дар­ским при­хо­дом Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва вся­кие лю­ди от ве­ли­ких сво­их бед и ра­зо­ре­нья в ра­дость пре­тво­ри­ли­ся, и вме­сто пла­чев­ных пес­ней ра­до­ст­ная вос­пе­ли. И ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и ма­ти его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, с ве­ли­ким гне­вом и ис­пол­нив­ся слез мно­гих, о го­су­дар­ст­ве от­ка­за­ли: что ни­ка­ко в мысль их то не вни­дет, что сы­ну ее, ве­ли­ко­му го­су­да­рю на­ше­му Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю на та­ком ве­ли­ком и пре­слав­ном Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве бы­ти го­су­да­рем. Как то мо­жет ста­ти­ся? А он еще го­су­дарь не в со­вер­шен­ных ле­тех; а Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва мно­гие лю­ди, по гре­хом, в кре­ст­ном це­ло­ва­нье ста­ли не­стоя­тель­ны. Да и по то­му, что Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей ра­зо­ри­лось до кон­ца, и преж­них ве­ли­ких го­су­да­рей из дав­ных лет со­кро­ви­ща цар­ские и их цар­ское вся­кое дос­тоя­ние Ли­тов­ские лю­ди вы­вез­ли; а двор­цо­вые се­ла, и чер­ные во­лос­ти, и при­го­род­ки и по­са­ды от Ли­тов­ских лю­дей и от во­ров за­пус­то­ше­ны, а вся­кие слу­жи­лые лю­ди бед­ны. И чем слу­жи­лых лю­дей жа­ло­ва­ти, и свои го­су­да­ре­вы оби­хо­ды пол­ни­ти, и про­тив сво­их не­дру­гов, Пол­ско­го и Ли­тов­ско­го, и Не­метц­ких ко­ро­лей и иных по­гра­нич­ных го­су­да­рей стоя­ти? Да и для то­го, что ве­ли­кий го­су­дарь мой, а сы­на мое­го отец, свя­тей­ший Фи­ла­рет, ми­тро­по­лит Рос­тов­ский и Яро­слав­ский, ны­не у ко­ро­ля в Лит­ве в ве­ли­ком утес­не­нье; а све­да­ет ко­роль то, что по про­ше­нью и по че­ло­би­тью все­го Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва, учи­нит­ца на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве сын наш Ми­хай­ло, и ко­роль тот­час ве­лит над го­су­да­рем на­шим Фи­ла­ре­том ми­тро­по­ли­том ка­кое зло учи­нить. И без бла­го­сло­ве­ния от­ца сво­его сы­ну мо­ему как на та­кое ве­ли­кое де­ло по­мыс­ли­ти?

И Фео­до­рит, ар­хи­епи­скуп Ре­зан­ский и Му­ром­ский, со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и околь­ни­чие и вся­ких чи­нов лю­ди со мно­гим слез­ным ры­да­ни­ем и во­плем би­ли че­лом го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии и ве­ли­кой го­су­да­ры­не ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не: О Бо­го­лю­би­вая ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на! При­зри на нас ни­щих сво­их бо­го­мол­цов, и на сво­их раб, на цар­ский сvнк­лит и на то­ли­кое мно­гое че­ло­ве­че­ское хре­сть­ян­ское мно­же­ст­во; ус­лы­ши все­на­род­ный вопль и ры­да­ние, уте­ши плач не­утеш­ный; воз­двиг­ни па­ки на цар­ст­во ва­ше, и оте­че­ст­во ва­ше воз­ве­ли­чи, хре­сть­ян­ский род воз­вы­си, даждь Бо­гом из­бран­но­го ца­ря на цар­ст­во, всем нам бла­го­на­деж­на­го го­су­да­ря, сы­на сво­его еди­но­род­на­го, от бла­го­чес­ти­ва­го ко­ре­ни бла­го­цве­ту­шую от­росль, ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, безо вся­ко­го раз­мыш­ле­ния, по­ла­гая­ся на во­лю Соз­да­те­ля на­ше­го и Твор­ца, Гос­по­да на­ше­го Ису­са Хри­ста. А Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва вся­ких чи­нов лю­ди ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, уч­нут слу­жи­ти и пря­ми­ти во всем, на чем ему, го­су­да­рю, крест це­ло­ва­ли и ду­ши свои да­ли. А преж­ние го­су­да­ри царь Бо­рис сел на го­су­дар­ст­во, из­вед­чи го­су­дар­ской ко­рень, ца­ре­ви­ча Дмит­рея; и Бог ему мстил пра­вед­на­го и бес­по­роч­на­го го­су­да­ря ца­ре­ви­ча Дмит­рея Ива­но­ви­ча убие­ние и кровь бо­го­от­ступ­ни­ком Гриш­кою От­репь­е­вым. А вор Гриш­ка От­репь­ев, по сво­им злым де­лам, от Бо­га месть при­нял, зле жи­вот свой скон­чал. А как царь Ва­си­лей учи­нил­ся на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве; и, по вра­жью дей­ст­ву, мно­гие го­ро­ды ему слу­жи­ти не по­хо­те­ли и от Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва от­ло­жи­ли­ся. И то все де­ла­ло­ся во­лею Бо­жи­ею, а всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян гре­хом, во всех лю­дех Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва бы­ла рознь и межь­у­соб­ст­во. А ны­не, по ми­ло­сти все­мо­гу­ще­го Бо­га, все лю­ди во всех го­ро­дех все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия учи­ни­ли­ся меж се­бя в со­еди­не­нье, и в брат­ст­ве и в люб­ви, по преж­не­му, и обе­ща­ли­ся все еди­но­душ­но за на­шу ис­тин­ную пра­во­слав­ную хре­сть­ян­скую ве­ру и за свя­тые Бо­жии церк­ви, и за ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, про­тив ево вся­ких не­дру­гов и из­мен­ни­ков стоя­ти креп­ко и не­под­виж­но, и би­ти­ся до смер­ти; а ни­как ему, го­су­да­рю, ни в чем из­ме­ны не учи­ни­ти, и ино­го го­су­да­ря из ыных го­су­дарств и из Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва, на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем ни­как ни­ко­го не хо­те­ти, и не мыс­ли­ти о том. И на том все ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, вся­кие лю­ди все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия крест це­ло­ва­ли ра­до­ст­ны­ми ду­ша­ми. А что раз­мыш­ляе­те, ве­ли­кие го­су­да­ри, о ве­ли­ком свя­тей­шем Фи­ла­ре­те ми­тро­по­ли­те, что он за на­шу ис­тин­ную пра­во­слав­ную хре­сть­ян­скую ве­ру гре­че­ска­го за­ко­на, и за все пра­во­слав­ное кре­сть­ян­ст­во в Лит­ве стра­жет, и мы бо­го­мол­цы ва­ши, и Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва боя­ре, и вое­во­ды и вся­ких чи­нов лю­ди, по­сла­ли х ко­ро­лю по­слан­ни­ка, а да­ем за го­су­да­ря, свя­тей­ше­го Фи­ла­ре­та ми­тро­по­ли­та, на об­ме­ну мно­гих Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей, хто им на­до­бен; и за тем бы вы, ве­ли­кие го­су­да­ри, не раз­мыш­ля­ли и про­тив во­ли Бо­жии не стоя­ли. — Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и мать его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, ни­ка­ко на мо­ле­ние се и на че­ло­би­тье, и на мно­го­на­род­ное мно­же­ст­во не­утеш­но пла­чю­щих и во­пию­щих ни ма­ло пре­кло­нив­ше­ся, с ве­ли­ким пла­чем и гне­вом о го­су­дар­ст­ве от­ка­за­ли.

Ар­хи­епи­скуп же Фео­до­рит со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и боя­ре и все­на­род­ное мно­же­ст­во з же­на­ми и з дет­ми, в ве­ли­ком сум­не­нии и ужа­се быв, па­ки мо­ля­ше ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, гла­го­ла: Ми­ло­сер­дый го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич! Не бу­ди про­ти­вен Выш­не­го Бо­га про­мыс­лу, по­ви­ни­ся свя­той Его во­ле; ни­кто же бо пра­ве­ден бы­ва­ет, во­пре­ки гла­го­ла суд­бам Бо­жи­им. И преж­ние убо ца­ри, пре­диз­бран­ные Бо­гом, цар­ст­во­ва­ху, и сих убо бла­го­чес­ти­вый ко­рень ве­де­ся до бла­го­чес­ти­ва­го и пра­вед­на­го, ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, на нем же и со­вер­ши­ся и ко­нец прия; в не­го же ме­сто Бог сию цар­скую честь на те­бе воз­ла­га­ет, яко по свой­ст­ву свой­ст­вен­но­му цар­ско­го се­ме­ни Бо­гом из­бран­ный цвет. Его же бо Бог предъ­из­бра, то­го и воз­лю­би; и его же по­на­ре­че, се­го и оп­рав­да; его же оп­рав­да, то­го и про­сла­ви. Яко­же ре­че свя­тый Де­о­ни­сей Аре­о­па­гит: пре­вы­со­кою, ре­че, дра­жай­шею чес­тию пред­поч­тил есть Бог че­ло­ве­че­ский род еже, ре­че, пред­поч­те­ни­ем цар­ским; его же бо да­ро­ва­ни­ем сим ода­ри­ти Бог вос­хо­щет, на сем же во чре­ве ма­тер­не честь свою воз­ло­жи, и из мла­ден­ст­ва на сие пре­ду­строит. Тем же те­бя убо, пре­ве­ли­кий го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, не по че­ло­ве­че­ско­му еди­но­мыш­ле­нию, ни­же по че­ло­ве­че­ско­му уго­дию предъ­из­бра; но по пра­вед­но­му су­ду Бо­жию сие цар­ское из­бра­ние на те­бе, ве­ли­ком го­су­да­ре, воз­ло­жи. По­сле­ду­ем убо хре­сть­ян­ских ца­рей древ­них пре­да­ни­ем, яко ис­ко­ни мно­зи хре­сть­ян­стии ца­ри не­ве­до­мы­ми суд­ба­ми Бо­жии­ми, и не хо­тя­ше ски­фет­ро­цар­ст­вия пре­дер­жа­ти, цар­ст­во­ва­ху, на се на­став­ляю­щу на­род еди­но­гла­сие име­ти, о нем же Бог во ум по­ло­жи­ти им из­во­ли, яко­же пи­шет: глас Бо­жий глас на­ро­да. При­во­дим же к се­му и  сви­де­тел­ст­во от древ­них бо­же­ст­вен­ных пи­са­ний, еже гла­го­лет о ве­ли­ком ца­ре Да­вы­де: сей убо цар­ст­вия ро­гом по­ма­зан бысть, царь си­лен и сла­вен во Из­раи­ли, предъ­из­бран Бо­гом, и то­лик пре­сла­вен бысть, яко имя­нем Ево вес Из­ра­иль хва­ля­ше­ся, и в то­ли­ку вы­со­ту дос­ти­же, яко Хри­сту пра­ро­ди­тель бысть, и Бо­го­отец на­ре­че­ся. Та­ко­же Ио­сиф пре­крас­ный от пра­вед­на­го се­ме­ни Ав­ра­ам­ля про­изы­де, аще и не­во­лею вле­ком, но суд­ба­ми Бо­жии­ми цар­ст­во­ва во Егип­те и не­хо­тя­щим Егип­том. И сия убо от на­ча­ла в древ­них до Хри­сто­ва во пло­ти с не­бе­си сше­ст­вия. По Хри­сто­ве же на зем­лю при­ше­ст­вии, во бла­го­да­ти пра­во­сла­ви­ем сияю­щих нои­па­че об­ре­та­ют­ца по сте­пе­нем в Рим­ских и в Гре­че­ских хре­сть­ян­ских пре­да­ни­их, от них же пер­вый пра­во­сла­ви­ем си­яя, яко солн­це, рав­но­апо­ста­лом Кон­стен­тин, сын ве­ли­ко­го Кон­сты, ке­са­ря Рим­ско­го, иже пре­же быв­ше­го ти­ро­на, еже есть во­ин при Дик­лить­я­не и Мак­симь­я­не, ца­ре­ма Рим­ски­ма. Сей убо ве­ли­кий, пер­вый хре­сть­ян­ский царь Кон­стен­тин, во ца­рех пер­вый к Бо­гу пра­во­ве­ри­ем си­яя, яко солн­це, тща­ние же и взы­ска­ние о кре­сте Хри­сто­ве то­ли­ко по­ка­за, яко же ин ни­кто же и об­ре­те его; мно­го же и свя­тых мо­щей про­изы­ска и со­бра, идол­ские же тре­бы до кон­ца ра­зо­ри, и мно­га и ина ис­прав­ле­ния по Бо­зе по­ка­за, и с не­бе­се сви­де­тел­ст­во­ван зна­ме­ни­ем кре­ста Гос­под­ня, от­ню­ду же по­бе­ду взем, вра­ги по­бе­ж­да­ше, и мно­ги язы­цы во Хри­ста ве­ро­ва­ти при­ве­де; и се­го ра­ди от Бо­га не зем­ным тол­ко цар­ст­вом, но и не­бес­ным да­ро­ван бысть, и во кре­сть­ян­ских ца­рех пер­вый в лик апо­стол­ский учи­нен. По­том же бла­го­чес­тия по­бор­ник, не­чес­тия об­ли­чи­тель, царь Фео­до­сей Ве­ли­кий, не те­лес­ным то­чию ви­дом, но и сла­вою пре­мно­гою вы­сок, иже от Гра­тия­на ца­ря в пор­фи­ру цар­скую оде­ян быв и вен­цем цар­ст­вия вен­чан, от синк­лит предъ­из­бран. По­до­бен же се­му ве­ли­ко­му Фео­до­сию ца­рю и Мар­ки­ян ве­ли­кий, царь бла­го­чес­ти­ем и ве­рою, храбр­ст­вом же и муд­ро­стию изя­щен зе­ло, пре­же в чи­ну во­ин­ст­вен­ном бысть, по­том Фео­до­си­ем ца­рем Ма­лым на цар­ст­во воз­ве­ден, по из­ве­ще­нию Иван­на Зла­то­ус­та­го. По­до­бен же сим ца­ре­ма Фео­до­сию и Мар­кия­ну Иу­стин Ма­лый и Ти­ви­рий. Цар­ст­вую­щу бо се­му Иу­сти­ну Ма­ло­му во Ца­ре­гра­де, суп­руж­ни­цу имея зе­ло ми­ло­сти­ву, по­доб­ну сво­ему нра­ву, яко­же и сам ми­ло­стив есть, имя­нем Со­фию, не бе же има ни сы­на, ни дще­ри. У не­го же бе со­вет­ник Ти­ви­рий бла­го­ве­рен зе­ло, и кра­сен ви­дом, ли­цем све­тел, ми­ло­стив и дол­го­тер­пе­лив, в во­ин­ст­ве храбр вел­ми; кра­со­ты же ра­ди его и храб­ро­сти царь Иу­стин воз­лю­би его, при­ем во усы­нов­ле­ние, и пер­вие ук­ра­ша­ет ево це­сар­ским вен­цем; по­том же со­брав пат­ри­ар­хи и синк­лит свой и весь на­род, и по­учив до­вол­но ски­фет­ра­цар­ст­вия, са­мо­дер­жав­ст­вия вен­цем вен­ча ево, еще жив сый в жи­тии сем. Иу­стин же царь, вен­ча Ти­ви­рия на цар­ст­во, ус­пе сном веч­ным. По умерт­вии же Иу­сти­но­ве бла­го­чес­ти­вый царь Ти­ви­рий Бо­гом да­ную ма­тер свою, ца­ри­цу Со­фию, же­ну Иу­сти­но­ву, зе­ло поч­те, и яко ма­терь се­бе имея ю; по­до об­лас­тию ж его су­щим не­ду­гую­щим, и стра­ж­ду­щим и ни­щим от­верз со­кро­ви­ща своя; ста­рым бысть вож, пе­чал­ным уте­ха, во всех бе­дах по­мощ­ник, и то­ли­ко, яко всем лю­дем пре­хвал­но во­пи­ти о нем: фто­ра­го, ре­че, Ав­гу­ста Рим­ска­го ке­са­ря дал нам Бог днесь. Бе же у не­го две дще­ри, еди­ну да­де за Мав­ри­кея, той убо Мав­ри­кий в во­ин­ст­ве храбр зе­ло; его же, со­чта­ния ра­ди дще­ри сво­ея, Ти­ви­рий царь в ке­сар­ский сан уст­рои, по ма­ле же по пре­став­ле­нии сво­ем, и цар­ст­во свое вру­чи ему. Лю­без­но же чту­ще и бо­же­ст­вен­ная пи­са­ния, мно­гих во ца­рех  об­ря­щут ски­фет­ро­цар­ст­вия иму­щих, в пор­фи­ру го­су­дар­ст­вен­ную об­ла­ча­щи­ся, до­б­ре пра­вя­щих цар­ст­вен­ная по Бо­зе бла­го­че­ст­но и пра­вед­но; по­не­же бо Гос­подь дос­той­ныя при­ем­лет, не­дос­той­ныя же вон из­ме­щет. Мно­зи убо зван­ни, ма­ло же из­бран­ных; ре­че бо Гос­подь: не всяк бо гла­го­ляй ми, Гос­по­ди, Гос­по­ди, вни­дет во цар­ст­во не­бес­ное, но тво­ряй во­лю От­ца Мое­го, иже есть на не­бе­сех. Его бо же суд обы­дет Бо­жий, бу­дет ему, в нем же аще су­дит Бог бы­ти. Мно­зи бо и не­хо­тя­щии при­идо­ша, в не­же зва­ни бы­ша от Бо­га. Не вы бо дей­ст­вую­ще сия, но тво­ряй в вас Дух Свя­тый. Яко­же пи­шет: вся­ко доб­ро бы­вае­мо кро­ме Бо­га не со­тво­ря­ет­ца, ни­же со­тво­ри­ти­ся мо­жет, яко­же ре­че Гос­подь: без Ме­не не мо­же­те со­тво­ри­ти ни­че­со­же. Та­ко­же и ты, ве­ли­кий го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, не ос­лу­шай­ся Бо­жия по­ве­ле­ния, и уто­ли плач и ры­да­ние и вопль мно­го­на­род­ный, вос­при­име ски­фет­ро­дер­жа­ние Ро­сий­ска­го цар­ст­вия. Боя­ре ж, и дво­ря­не и вес цар­ский синк­лит, и гос­ти и тор­го­вые лю­ди, и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во, з же­на­ми и з дет­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы без­от­ступ­но со мно­гим слез­ным ры­да­ни­ем у го­су­да­ря Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча ми­ло­сти про­ша­ху, чтоб на­до всем пра­во­слав­ным хре­сть­ян­ст­вом ми­лость по­ка­зал, не дал их вра­гом в рас­хи­ще­нье, был им ми­ло­сер­дым го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем всеа Ру­сии; и мо­ли­ша без­пре­стан­но от треть­я­го ча­са дни и до де­вя­та­го.

Го­су­дарь же Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич ни­ка­ко по­ви­нуя­ся гла­го­ле­мым, и на мо­ле­ние на­ро­да не ук­ло­ни­ся, но вся­че­ски с слез­ным ры­да­ни­ем от­ри­ца­ше­ся, гла­го­ля: как ес­ми вам пре­же се­го го­во­рил и ны­не то­же го­во­рю: не мни­те се­бе то­го, что мне по­мыс­ли­ти на та­ко­ва ве­ли­ко­го го­су­да­ря мое­го, пре­свет­ла­го и пра­вед­на­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, пре­вы­со­чай­шую цар­скую сте­пень, на вы­со­ту цар­ст­вия его; и в ра­зум мой о том не при­иде. Вы­ше мо­ей ме­ры на мя бре­мя воз­ла­гае­те: еще ес­ми не в со­вер­шен­ных ле­тех, а Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во ото вра­гов и от го­ни­те­лей­на­шей ис­тин­ной пра­во­слав­ной хре­сть­ян­ской ве­ры, и от ис­ко­ни веч­ных не­дру­зей, от Жи­ги­мон­та ко­ро­ля Пол­ско­го и ве­ли­ко­го кня­зя Ли­тов­ско­го, и от его под­дан­ных, Пол­ских, и Ли­тов­ских, и Не­метц­ких лю­дей, и от ме­жу­соб­ные бра­ни в ко­неч­ном ра­зо­ре­нье, и во ос­ку­де­нии и в за­пус­те­нии; и цар­ские мно­гие не­ис­чет­ные со­кро­ви­ща, со­б­ра­ние преж­них ве­ли­ких го­су­да­рей ца­рей Ро­сий­ских, и их цар­ское вся­кое дос­тоя­ние без ос­тат­ка, что вы са­ми свои­ми очи­ма ви­де­ли, в рас­хи­ще­нии и в раз­граб­ле­нии от Пол­ских и от Ли­тов­ских лю­дей бысть; а отец мой, ве­ли­кий го­су­дарь, Фи­ла­рет ми­тро­по­лит, за на­шу ис­тин­ную не­по­роч­ную ве­ру, и за все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во стра­жет у Пол­ско­го ко­ро­ля в ве­ли­ких утес­не­ни­их, и в бе­дах и скор­бех. И мне как на та­кое ве­ли­кое де­ло по­мыс­лить, и от­ца сво­его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, в ко­неч­ном зле ви­де­ти, и без его бла­го­сло­ве­ния на та­кое пре­вы­со­чай­шее го­су­дар­ст­во дерз­ну­ти? И как та­кое ве­ли­кое пре­слав­ное Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во в та­ком ра­зо­ре­нье, а мне, еще бу­ду­чи в мла­дых ле­тех, упра­ви­ти? И чем вся­ких слу­жи­лых лю­дей, ви­дя их ра­зо­ре­нье, и мно­гую служ­бу и кровь за свя­тые Бо­жии церк­ви, и за на­шу ис­тин­ную пра­во­слав­ную хре­сть­ян­скую ве­ру, и за все Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во, про­тив вра­гов на­ших Пол­ских и Ли­тов­ских лю­дей, жа­ло­ва­ти, и про­тив не­дру­зей Пол­ских и Ли­тов­ских и Не­метц­ких лю­дей чем стоя­ти? И от­тор­же­ные гра­ды от Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва ве­ли­кий Нов­го­род, и Смо­ленск и иные го­ро­ды, как и чем к Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву при­вра­ти­ти? И то про­ше­ние ва­ше ни­как ис­пол­ни­ти­ся на мне не мо­жет.

Ар­хи­епи­скуп же Фео­до­рит и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и дво­ря­не и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во о сем в не­до­уме­нии мно­зе бысть, и во мно­зей скор­би и в пла­чи не­уте­ши­мом, еже про­ше­ния сво­его не по­лу­чи­ша, и не­до­уме­ва­ху­ся, ка­ко у ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии и у ма­те­ри его, у ве­ли­кие го­су­да­ры­ни ста­ри­цы ино­ки Мар­фы Ива­нов­ны, ми­ло­сти про­си­ти и би­ти че­лом. И ин со­вет благ учи­ни­ша: со­во­ку­пив­ше­ся все во еди­но, воз­двиг­ше че­ст­ные и жи­во­тво­ря­щие кре­сты Гос­под­ни, и чю­до­твор­ные ико­ны Пре­чис­тые Вла­ды­чи­цы  на­шея Бо­го­ро­ди­ца и При­сно­де­вы Ма­рия с Пре­веч­ным Мла­ден­цем, и ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов Пет­ра, и Олек­сея, и Ио­ны и про­чих свя­тых, при­идо­ша к мес­ту, иде­же сто­ит ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и мать его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на. Ве­ли­кий же го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, ви­дев че­ст­ные кре­сты и чю­до­твор­ные ико­ны к се­бе гря­ду­ще, со мно­гим пла­чем и ры­да­ни­ем гла­го­ля: По­что то­ли­кий под­виг жи­во­тво­ря­щим кре­стом и че­ст­ным Бо­жи­им ико­нам, и се­бе мно­гой труд со­тво­ряе­те, и не­на­чае­мое де­ло вы­ше мо­ея ме­ры на мя воз­ла­гае­те, че­го и в ра­зум мой о том не мо­жет при­ити? — Ар­хи­епи­скуп же и весь ос­вя­щен­ный со­бор с ве­ли­ки­ми сле­за­ми гла­го­ла ему: Не бу­ди, го­су­дарь, одер­жим пе­ча­лию, но уте­ши серд­це свое упо­ва­ни­ем Бо­жи­им, и Пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы ми­ло­стию и ве­ли­ких чю­до­твор­цов; вся те­бе и твое­му цар­ст­вию по­даст бла­гая, тол­ко не бу­ди, го­су­дарь, про­ти­вен во­ли Бо­жии. Отец же твой, ве­ли­кий го­су­дарь наш, пре­ос­вя­щен­ный Фи­ла­рет, ми­тро­по­лит Рос­тов­ский и Яро­слав­ский, по сво­ей к Бо­гу ве­ли­кой ве­ре и прав­де, от та­ко­ва­го зла­го пле­не­ния и скор­бей и бед вско­ре ос­во­бо­ж­ден бу­дет; а ми­лость и бла­го­сло­ве­ние его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, на те­бе, ве­ли­ком го­су­да­ре, еди­но­род­нем сы­не его, ны­не и все­гда есть и бу­дет. А еже гла­го­ле­ши, яко то­лик под­виг мы воз­дви­го­хом, по­ве­мы же ти ис­тин­ну, гла­го­ля: не мы сей под­виг со­тво­ри­хом, яко­же гла­го­ле­ши, но Пре­чис­тая Бо­го­ро­ди­ца с ве­ли­ки­ми чю­до­твор­цы воз­лю­би те­бе, и свя­тую во­лю Сы­на Сво­его и Бо­га на­ше­го из­во­ли ис­пол­ни­ти на те­бе, го­су­да­ре на­шем. Тем же, го­су­дарь, ус­ты­ди­ся при­ше­ст­вия че­ст­на­го Ея об­раза; по­слу­шай, яко­же Бог из­во­ли и Пре­чис­тая Бо­го­ро­ди­ца и ве­ли­кие чю­до­твор­цы, и не бу­ди про­ти­вен во­ли Бо­жии; по­ви­ни­ся свя­той во­ле Ево безо вся­ко­го раз­мыш­ле­ния. Бог тво­рит, ели­ко же хо­щет, и стро­ит вся бла­гая Сво­им свя­тым хо­те­ни­ем и во­лею; яко­же Про­рок ре­че: аще не Гос­подь со­зи­ж­дет дом, всуе тру­ди­ша­ся зи­ж­ду­щеи; на­дею­щеи­ся на Гос­по­да, яко го­ра Си­он, не под­ви­жит­ца во ве­ки.

Ве­ли­кий же го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, слы­шев сия ото все­лен­ска­го со­бо­ра бла­гое уве­ща­ние, ото очию ре­ки слез про­лия­ше, и в слез­ном те­че­нии не мо­гий что про­гла­го­ла­ти, отой­де на ме­сто к ма­те­ри сво­ей, ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не. Ар­хи­епи­скуп же Фео­до­рит со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и весь цар­ский синк­лит, и гос­ти, и хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, и все­на­род­ное мно­же­ст­во все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, стоя­ху в со­бор­ной церк­ве и по все­му мо­на­сты­рю, а ели­цы не вме­ща­ху­ся в мо­на­стырь, и те все вне мо­на­сты­ря стоя­ще, вси куп­но пад­ша, гла­вы своя по­верг­ше на зем­лю, с ве­ли­ким пла­чем и ры­да­ни­ем мно­зем ве­ле­глас­но во­пия­ху на мног час: О ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на! Уми­ли­ся над ос­тат­ком ро­ду хре­сть­ян­ско­го, ми­ло­сер­дуй о нас, по­ще­ди. Бла­го­сло­ви, даждь Бо­гом из­бран­на­го ца­ря на цар­ст­во, всем нам бла­го­на­деж­на­го го­су­да­ря, все­му Ро­сий­ско­му го­су­дар­ст­ву са­мо­держ­ца, сы­на сво­его еди­но­род­на­го, бла­го­род­на­го ко­ре­ни бла­го­рас­лен­ную ветвь, Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча. – Та­ко­же и сы­ну ее, ве­ли­ко­му го­су­да­рю на­ше­му, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю би­ли че­лом и мо­ли­ли со мно­гим слез­ным ры­да­ни­ем и во­плем мно­гим при­леж­но, чтоб он, го­су­дарь, по­жа­ло­вал сво­их бо­го­мол­цов, и бо­яр, и хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во, ски­фет­ро­цар­ст­вия цар­ским вен­цом вен­чан был; цар­ст­вую­ще­му ж гра­ду Мо­ск­ве и все­му Ро­сий­ско­му го­су­дар­ст­ву са­мо­дер­жец, а нам го­су­дарь бла­го­на­деж­ный. И ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на и сын ее, го­су­дарь наш, Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич к мо­ле­нию на­ше­му ни­ка­ко же бы­ша пре­клон­ны и не вос­хо­те­ша нас по­жа­ло­ва­ти.

Ар­хи­епи­скуп же со всем все­лен­ским со­бо­ром, и бо­ля­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и весь синк­лит цар­ский, би­ли че­лом ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, и сы­ну ее, го­су­да­рю на­ше­му, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю со сле­за­ми на мног час, пад­ше пред но­га­ми ее; а все­на­род­ное бес­чис­лен­ное мно­же­ст­во, все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, в церк­ве и в мо­на­сты­ре и вне мо­на­сты­ря, с ве­ли­ким пла­чем и во­плем ото всея ду­ша еди­но­глас­но гла­го­лю­ще: Ми­ло­сер­дая и хри­сто­лю­би­вая, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на! Не пре­зри при­шед­ших в че­ст­ную сию оби­тель пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы чю­до­твор­на­го Ея об­раза, и угод­ни­ков Ея, ве­ли­ких свя­тых чю­до­твор­цов Пет­ра, и Олек­сея и Ио­ны, и всех свя­тых бла­го­уго­див­ших; по­ло­жи­те на ми­лость, не ос­тав­те нас си­рых и без­го­су­дар­ных. — Ве­ли­кая же ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, слы­шав сия та­ко­вая про­ше­ния и мо­ле­ния, на мног час в не­до­уме­нии быв, и уми­ли­ся ду­шею, слез мно­гих ис­пол­ни­ся, гла­го­ла: О пре­ос­вя­щен­ный Фео­до­рит ар­хи­епи­скуп, и че­ст­ных ве­ли­ких мо­на­сты­рей ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны, и весь все­лен­ский со­бор, и боя­ре! Про­ше­ние ва­ше вы­ше на­шие ме­ры; на та­ко­ву вы­со­ту цар­ст­вия, и на пре­стол та­ко­ва ве­ли­ко­го пре­слав­на­го го­су­дар­ст­ва про­си­те у ме­ня сы­на мое­го еди­но­род­на­го, све­та очию мо­ею, Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, и у ме­ня на то мыс­ли ни­как не­ту, а у сы­на мое­го Ми­хай­ла по то­муж ни­как мыс­ли и хо­те­ния на то не­ту же; сви­де­тель и серд­ца на­ша зрит Бог. И бу­дет на то свя­тая Его во­ля бу­дет, яко­же го­де Гос­по­де­ви, та­ко и бу­ди; во­ли бо Его ни­кто­же  мо­жет про­ти­ви­ти­ся; а без выш­не­го и все­мо­гу­ще­го Гос­по­да Бо­га про­мыс­ла и свя­той Его во­ли, вме­сто скор­би и се­то­ва­ния, уте­ше­ние ко ис­пол­не­нию ва­ше­го про­ше­ния и мо­ле­ния со­вер­ши­ти не воз­мож­но.

Ар­хи­епи­скуп же и с ним весь все­лен­ский со­бор, и боя­ре и вся­кие лю­ди, ко­то­рые в церк­ве мно­гое мо­ле­ние и че­ло­би­тье с не­утеш­ным пла­чем к ве­ли­ко­му го­су­да­рю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю про­сти­ра­ху, а ок­рест церк­ви по все­му мо­на­сты­рю и за мо­на­стырь все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во всея Рус­кия зем­ли, з же­на­ми и з дет­ми, ве­ли­кий плач и ры­да­тель­ный глас и вопль мног ис­пу­ща­ху, и от го­ре­сти серд­ца и ото мно­го­во се­то­ва­ния, же­ны ссу­щих сво­их мла­де­нец на зем­лю с слез­ным ры­да­ни­ем по­ме­та­ху, вси еди­но­глас­но, яко еди­ны­ми ус­ты, во­пия­ху, у ве­ли­ко­го го­су­да­ря Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча ми­ло­сти про­ся­ще, чтоб ве­ли­кий го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич по­ло­жил на ми­лость, не ос­та­вил их си­рых, для при­ше­ст­вия че­ст­ных и жи­во­тво­ря­щих кре­стов, и свя­тых и чю­до­твор­ных икон, был на ве­ли­ких го­су­дар­ст­вах Ро­сий­ско­го цар­ст­вия го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем. Ве­ли­кий же го­су­дарь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич ар­хи­епи­ску­пу и все­му ос­вя­щен­но­му со­бо­ру, и боя­ром от­ри­ца­ше­ся, гла­го­ла: пре­ста­ни­те от та­ко­ва­го на­чи­на­ния; воз­ла­гае­те на ме­ня та­кое ве­ли­кое бре­мя, цар­ский пре­вы­со­чай­ший пре­стол, вы­ше мо­ея ме­ры; ими­те ми ве­ры, ви­дев то­ли­кий ваш мно­го­труд­ный под­виг, скорб­лю ду­шею и бо­лез­ную серд­цем, а про­ше­ние ва­ше со­вер­ши­ти­ся не мо­жет. Как мне на ве­ли­кий пре­стол цар­ст­вия го­су­да­ря мое­го, све­та пра­вед­на­го и ми­ло­сти­ва­го и пре­свет­ла­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Фе­до­ра Ива­но­ви­ча всеа Ру­сии, в та­ких мла­дых ле­тех сес­ти? А со всех сто­рон не­дру­ги Пол­ской и Ли­тов­ской и Не­метц­кой ко­ро­ли, и иные по­гра­нич­ные го­су­да­ри; а Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во в ко­неч­ном ос­ку­де­нии, и цар­ские со­кро­ви­ща без ос­тат­ку в рас­то­че­нии; а слу­жи­лые и вся­кие лю­ди в бед­но­сти, а да­ти им бу­дет не­че­го: и то им всем ста­ви­ти от нас не в ми­лость? — И о го­су­дар­ст­ве мно­гим слез­ным ры­да­ни­ем от­ка­зал.

Пре­ос­вя­щен­ный же ар­хи­епи­скуп Фео­до­рит и весь все­лен­ский со­бор ве­ли­кую ста­ри­цу ино­ко Мар­фу Ива­нов­ну мо­ли­ли со мно­ги­ми сле­за­ми; а боя­ре Фе­дор Ива­но­вич Ше­ре­ме­тев с то­ва­ры­щи, и весь цар­ский синк­лит, би­ли че­лом с не­утеш­ным пла­чем, а все пра­во­слав­ное хрет­сь­ян­ст­во всее Рус­кие зем­ли с ве­ли­ким во­плем, и с слез­ным ры­да­ни­ем и со мно­гим сте­на­ни­ем, з же­на­ми и з дет­ми и ссу­щи­ми мла­ден­цы, ми­ло­сти про­си­ли, чтоб ве­ли­кая го­су­да­ры­ня ста­ри­ца ино­ко Мар­фа по­ло­жи­ла на ми­лость, нас бед­ных по­жа­ло­ва­ла и не ос­та­ви­ла си­рых, да­ла бы сы­на сво­его, го­су­да­ря на­ше­го, Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча на Ро­сий­ское го­су­дар­ст­во безо вся­ко­го раз­мыш­ле­ния; ус­лы­ша его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го, на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве, все его го­су­да­ре­вы не­дру­ги и из­мен­ни­ки от его цар­ско­го име­ни страш­ны бу­дут. И вси, яко еди­ны­ми ус­ты, во­пия­ху: сия ли угод­но вам, те­бе, ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, и сы­ну твое­му, го­су­да­рю на­ше­му, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, что нас бед­ных не по­ща­ди­ти и си­рых ос­та­ви­ти? И ус­лы­шав о том ок­ре­ст­ные го­су­да­ри, и не­дру­ги ва­ши Пол­ской и Не­метц­кой ко­ро­ли, и из­мен­ни­ки ва­ши го­су­да­ре­вы по­ра­ду­ют­ца, что мы си­ры и без­го­су­дар­ны. И свя­тая на­ша не­по­роч­ная кре­сть­ян­ская ве­ра в по­пра­нье и в ра­зо­ре­нье от них зло­де­ев бу­дет; а мы все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не в рас­хи­ще­нии и в пле­не­нии бу­дем. И что на­шей пра­во­слав­ной хре­сть­ян­ской ве­ре от ино­вер­цов ка­кое ра­зо­ре­нье учи­нит­ца, и свя­тым Бо­жи­им церк­вам ос­к­вер­не­ние, а мно­го­че­ло­веч­ный Бо­гом со­б­ран­ный на­род все­на­род­на­го мно­же­ст­ва, з же­на­ми и з дет­ми и ссу­щи­ми мла­ден­цы, в без­го­су­дар­ное вре­мя не­бре­го­ми по­ги­ну­ти, и межъ­у­соб­ная брань па­ки воз­двиг­нет­ца, и не­по­вин­ные хре­сть­ян­ские кро­ви от то­го проль­ют­ца, и то­го все­го взы­щет Бог в день страш­на­го и пра­вед­на­го су­да на вас, на те­бе, ве­ли­кой ста­ри­це ино­ке Мар­фе Ива­нов­не, и на сы­не тво­ем, на те­бе, ве­ли­ком го­су­да­ре на­шем Ми­хай­ле Фе­до­ро­ви­че. А у нас о том у всех все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия всех го­ро­дов, от ма­ла и до ве­ли­ка, креп­кой еди­но­мыш­лен­ной со­вет по­ло­жен и кре­ст­ным це­ло­вань­ем ут­вер­жен: что ми­мо сы­на твое­го го­су­да­ря на­ше­го Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем ино­го го­су­да­ря ни­ко­го не хо­те­ти, и не мыс­ли­ти о том. И то­лик плач и вопль и ры­да­ние ис­пу­ща­ху, яко и воз­ду­ху на­пол­ни­ти­ся во­пля и ры­да­ния от не­утеш­на­го пла­ча и от сте­на­ния.

Ве­ли­кая же го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, ви­дя­щи ар­хи­епи­ску­па и все­го все­лен­ско­го со­бо­ра не­от­лож­ное мо­ле­ние, и бо­яр­ское че­ло­би­тье, и все­на­род­но­во мно­же­ст­ва все­го пра­во­слав­на­го хре­сть­ян­ст­ва мно­го­во пла­ча и во­пля, и ры­да­ния и сте­на­ния, цар­ское свое серд­це на ми­лость пре­ло­жи, слез­ныя ис­точ­ни­ки со мно­гим ду­хов­ным уми­ле­ни­ем ис­пу­щая, гла­го­ла­ше: Ве­лий еси Ты, Гос­по­ди, и чюд­но де­ло Твое! Кто бо ра­зу­ме ра­зум Твой, Вла­ды­ко, или кто ко­гда со­вет­ник Те­бе бысть? Но яко­же хо­ще­ши, та­ко и тво­ри­ши, и во­ли бо Тво­ей ни­кто­же мо­жет про­ти­ви­ти­ся; тво­ри­ше бо, ели­ко хо­ще­ши. — И гла­го­ла пре­ос­вя­щен­но­му ар­хи­епи­ску­пу Фео­до­ри­ту, и все­му все­лен­ско­му со­бо­ру и бо­ля­ром: Для ра­ди все­ми­ло­сти­ва­го, в Трои­це сла­ви­ма­го Бо­га на­ше­го, и пре­чис­тыя пре­не­по­роч­ныя Вла­ды­чи­цы на­шея Бо­го­ро­ди­цы и При­сно­де­вы Ма­рия, креп­кие кре­сть­ян­ские на­де­жы и за­ступ­ни­цы, и ве­ли­ких чю­до­твор­цов Пет­ра, и Олек­сея и Ио­ны Мо­с­ков­ских и всеа Ру­сии и для чю­до­твор­ных об­ра­зов воз­двиг­ну­тия, и вас бо­го­мол­цов на­ших, ми­тро­по­ли­тов, и ар­хи­епи­ску­пов, и епи­ску­пов и все­го ос­вя­щен­на­го все­лен­ска­го со­бо­ра то­ли­ко­го под­ви­га, и бо­яр на­ших и дво­рян и всея зем­ля все­го пра­во­слав­на­го хре­сть­ян­ст­ва, и их жон и де­тей и ссу­щих мла­де­нец, и их мно­го­во во­пля и ры­да­тел­но­го гла­са и не­утеш­на­го сте­на­ния Бо­гу Все­дер­жи­те­лю, и пре­чис­той Ево Ма­те­ри, и ве­ли­ким чю­до­твор­цом Пет­ру, и Олек­сею и Ио­не, и всем свя­тым, про­си­яв­шим в Ру­си, и вам бо­го­мол­цом на­шим, и боя­ром, и все­му хри­сто­лю­би­во­му во­ин­ст­ву и все­му пра­во­слав­но­му хре­сть­ян­ст­ву, даю вам сво­его воз­люб­лен­на­го еди­но­род­на­го сы­на, све­та очию мо­ею, еди­но­род­на ми су­ща Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча: да бу­дет вам го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, в со­дер­жа­ние ски­фет­ра цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы и всех ве­ли­ких го­су­дарств ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия. А вы б, бо­го­мол­цы на­ши, ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный все­лен­ский со­бор мо­ли­ли все­ми­ло­сти­ва­го, в Трои­це сла­ви­ма­го Бо­га на­ше­го, и пре­чис­тую Его Бо­го­ма­терь, и ве­ли­ких Мо­с­ков­ских чю­до­твор­цов, о его го­су­дар­ском здра­вии, и о все­лен­ском уст­рое­нии, и о бла­го­стоя­нии свя­тых Бо­жи­их церк­вей и о ут­вер­жде­нии свя­тые пра­во­слав­ные на­шие хре­сть­ян­ские ве­ры; и ото­вра­тил бы Гос­подь Бог от нас ото всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян меч яро­сти Сво­ея, и го­су­дар­ст­во бы уст­ро­ил мир­но и не­мя­теж­но и ото враг не­по­ко­ле­би­мо на ве­ки, и по­ко­рил бы под но­зе на­ша вся вра­ги вос­таю­щая на ны; а свя­тая б на­ша и не­по­роч­ная ис­тин­ная хре­сть­ян­ская ве­ра сия­ла на все­лен­ней, яко­же под не­бе­сем пре­свет­лое солн­це, а кре­сть­ян­ст­во б бы­ло в ти­ши­не и в по­кое. А вы б, боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не, и при­каз­ные лю­ди, и дво­ря­не ж и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы стре­летц­кие, и ата­ма­ны, и ка­за­ки, и стрел­цы и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, и гос­ти и тор­го­вые лю­ди, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, по сво­ему об­ще­му со­ве­ту, еди­но­род­но­му сы­ну на­ше­му, а сво­ему Бо­гом из­бран­но­му го­су­да­рю, Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю слу­жи­ли и пря­ми­ли во всем безо вся­ко­го по­зы­ба­нья; и к во­ром ни х ка­ким не при­ста­ва­ли, и во­ров­ст­ва ни­ка­ко­го не за­во­ди­ли, и из ыных го­су­дарств на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во иных го­су­да­рей, и Ма­рин­ки с сы­ном, не оби­ра­ли, и им ни в чем не доб­ро­хо­та­ли, и с ни­ми ни о чем не ссы­ла­ли­ся, по сво­ему вол­но­му кре­ст­но­му це­ло­ва­нью, чтоб и дос­тал на­ша ис­тин­ная пра­во­слав­ная кре­сть­ян­ская ве­ра от ино­вер­цов в по­пра­нии, а Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во в ко­неч­ном ра­зо­ре­нии не бы­ло.

Ве­ли­кий же го­су­дарь наш царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии, сия от ма­те­ри сво­ея слы­шав, из глу­би­ны серд­ца вздох­нув, с слез­ным ры­да­ни­ем гла­го­ла­ше: Сия ли угод­на Твое­му че­ло­ве­ко­лю­бию, Вла­ды­ко, и те­бе, мо­ей ве­ли­кой го­су­да­ры­не, иже та­кое ве­ли­кое бре­мя на ме­ня воз­ло­жи­ла еси, не­удоб мною но­си­му бы­ти, и на то­ли­кий вы­со­чай­ший цар­ский пре­стол пре­дае­ши ме­ня, о нем же мыс­ли мо­ей не бы­ло и на ра­зум мой не взы­де. Яз все­гда при те­бе хо­щу бы­ти, и свя­тое и пре­свет­лое рав­но­ан­гил­ское жи­тие твое зре­ти. — Ве­ли­кая же ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на, во мно­зем ду­шев­ном уми­ле­нии и ти­хо­сти, сы­на сво­его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, со уте­ше­ни­ем уве­ще­ва­ше, гла­го­ля: еже про­ти­ву все­мо­гу­ще­го Бо­га во­ли кто мо­жет стоя­ти, или не по­ви­нуя­ся во­пре­ки гла­го­ла­ти? Все­мо­щен бо есть и все­си­лен; тво­рит бо, ели­ко хо­щет. И ты б, еди­но­род­ный воз­люб­лен­ный сын мой, све­те очию мо­ею, безо вся­ко­го пре­ко­сло­вия по­ви­нуя­ся во­ле Бо­жии, был все­му пра­во­слав­но­му хре­сть­ян­ст­ву го­су­да­рем.

Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии со мно­гим слез­ным ры­да­ни­ем от­ри­цая­ся, и не хо­тя­ше бы­ти на го­су­дар­ст­ве. Ве­ли­кая же го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на гла­го­ла­ше сы­ну сво­ему, ве­ли­ко­му го­су­да­рю на­ше­му ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии: Слы­ши, сы­ну мой воз­люб­лен­ный и еди­но­род­ный! Бо­жие бо есть де­ло, а не че­ло­ве­че­ский ра­зум; аще бо на то бу­дет во­ля Бо­жия, бу­ди так, и се со­тво­ри.

Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии, по мно­го­ве­ща­тел­ным и пре­муд­рым умил­ным сло­ве­сем ма­те­ри сво­ея, ве­ли­кие го­су­да­ры­ни, ста­ри­цы ино­ко Мар­фы Ива­нов­ны, аще и не хо­тя­ше на цар­ст­вие, ми­ло­сти­вый сер­цем на про­ше­ние при­зи­ра­ет, и на во­лю все­мо­гу­ще­го Бо­га се­бя воз­ла­га­ет, нрав ми­ло­сти сво­ея пре­кло­ня­ет его ис­тин­на­го пас­ты­ря де­ло, еже по­ла­га­ти ду­ша своя за ов­ца; не сум­не­ва­ет­ца о сем, яко рас­хи­щен­на до кон­ца мно­ги­ми ле­ты со­б­ран­ные цар­ские хра­ни­ли­ща, и тмо­чис­лен­ное во­ин­ст­во ос­ку­де, и вся про­стран­ная и ши­ро­кая цар­ст­ва Ро­сий­ска­го в тес­но­те и в ве­ли­ком ос­ку­де­нии бысть, но на Бо­га сие на­де­ж­ду воз­ла­га­ет, ве­дый, яко вся воз­мож­на ве­рую­ще­му в Ня. По­ви­ну­ся во­ле Бо­жии, со мно­гим слес­ным ры­да­ни­ем и во­плем гла­го­ля: Гос­по­ди Бо­же мой ми­ло­сти­вый, и пре­щед­рый и че­ло­ве­ко­лю­би­вый, царь цар­ст­вую­щим и Гос­подь гос­под­ствую­щим! Аще угод­ная сия Твое­му че­ло­ве­ко­лю­бию, Вла­ды­ко, бу­ди Твоя свя­тая во­ля! Твой бо ес­ми раб, спа­си мя по ми­ло­сти Тво­ей, и со­блю­ди по мно­же­ст­ву щед­рот Тво­их; на Тя бо упо­ва­хом, спа­си мя. — И по­том гла­го­ла к пре­ос­вя­щен­но­му ар­хи­епи­ску­пу Фе­до­ри­ту и все­му все­лен­ско­му со­бо­ру, и бо­ля­ром и вся­ким лю­дем: Аще на то бу­дет во­ля Бо­жия, бу­ди та­ко.

Свя­тей­ший же ар­хи­епи­скуп Фео­до­рит, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и вес все­лен­ский со­бор, и боя­ре, и весь цар­ский синк­лит и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, слы­шав­ше ми­ло­сер­дый цар­ский гла­гол, на зем­лю пад­ше, ра­до­ст­ны­ми сле­за­ми бла­го­дар­ст­вен­ная все­ми­ло­сти­во­му Бо­гу воз­сы­ла­ху: сла­ва и бла­го­да­ре­ние все­ще­дро­му и че­ло­ве­ко­лю­би­во­му Бо­гу, не пре­зрев­шу мо­ле­ния и слез на­ших, по­слав Свя­тый Свой Дух в серд­це ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не и го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии; серд­ца бо их в ру­це Бо­жии. — И бла­го­сло­вил пре­ос­вя­щен­ный ар­хи­епи­скуп Фео­до­рит с ар­хи­ма­ри­ты, и с ыгу­ме­ны и со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, по бла­го­да­ти, дан­ней им от Пре­свя­та­го и Жи­во­тво­ря­ще­го Ду­ха, у чю­до­твор­ных об­ра­зов на го­су­дар­ст­во Вла­ди­мер­ское, и Мо­с­ков­ское и на Но­уго­родц­кое, и на цар­ст­ва Ка­зан­ское, и Ас­то­ро­хан­ское и на Си­бир­ское, и на все ве­ли­кие го­су­дар­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, че­ст­ным и жи­во­тво­ря­щим кре­стом ве­ли­ко­го го­су­да­ря, Бо­гом да­ро­ван­на­го, ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца.

И со­вер­шив мо­леб­ная, пре­ос­вя­щен­ный Фео­до­рит, ар­хи­епи­скуп Ре­зан­ский и Му­ром­ский, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и бо­ля­ре, и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не би­ли че­лом ве­ли­ко­му го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии и ма­те­ри его, ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не, да­бы под­виг свой на свой цар­ской пре­стол в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву учи­ни­ли вско­ре, чтоб их го­су­дар­ским при­хо­дом в цар­ст­вую­щем гра­де Мо­ск­ве их цар­ские бо­го­мол­цы ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не, и при­каз­ные лю­ди, и дво­ря­не ж из го­ро­дов и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы стре­летц­кие, и ата­ма­ны, и ка­за­ки, и стрел­цы и вся­кие слу­жи­лые лю­ди, и гос­ти, и тор­го­вые, и вся­кие по­садц­кие и жи­летц­кие лю­ди, все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, от сво­их мно­гих бед и скор­бей в ра­дость пре­тво­ри­ла­ся; а их бы го­су­дар­ские не­дру­ги и из­мен­ни­ки, слы­шев их цар­ской при­ход на их цар­ской пре­стол, от его цар­ско­го име­ни страш­ны бы­ли. Ве­ли­кий же го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии и ма­ти его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на бо­го­мол­цом сво­им, Фео­до­ри­ту ар­хи­епи­ску­пу Ре­зан­ско­му и все­му ос­вя­щен­но­му со­бо­ру, и бо­ля­ром и всем пра­во­слав­ным хре­сть­я­ном ми­ло­сти­вое свое сло­во о сво­ем по­хо­де ска­за­ли, что по­ход их го­су­дар­ской, для их мо­ле­ния и про­ше­ния, бу­дет в цар­ст­вую­щий град на Мо­ск­ву вско­ре.

Ар­хи­епи­скуп же и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и бо­ля­ре, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, все­на­род­ное мно­же­ст­во з же­на­ми и з дет­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы, воз­дав все­мо­гу­ще­му Бо­гу хва­лу о не­ис­по­ве­ди­мом да­ре Его, отыи­до­ша в до­мы своя с ве­ли­кою ра­до­стию, бла­го­да­ря­ще Бо­га. А в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву к ми­тро­по­ли­том, и к ар­хи­епи­ску­пом, и епи­ску­пом и ко все­му ос­вя­щен­но­му все­лен­ско­му со­бо­ру, и к бо­ля­ром, и окол­ни­чим, и к чаш­ни­ком, и к стол­ни­ком, и к дво­ря­ном, и к при­каз­ным лю­дем, и к дво­ря­ном же из го­ро­дов, и к де­тем бо­яр­ским, и к вы­бор­ным лю­дем, ко­то­рые съе­ха­ли­ся из го­ро­дов для го­су­дар­ско­го оби­ра­нья, и к ата­ма­ном, и х ка­за­ком, и к стрел­цом и ко все­му хри­сто­лю­би­во­му во­ин­ст­ву, и к гос­тем, и к тор­го­вым, и к по­садц­ким и ко вся­ким жи­летц­ким лю­дем, и ко всем пра­во­слав­ным хре­сть­я­ном о та­ком ве­ли­ком не­ис­по­ве­ди­мом да­ре Бо­жии, что ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии нас по­жа­ло­вал, на Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем всеа Ру­сии по мно­гом про­ше­нии и мо­ле­нии учи­нил­ся, а ма­ти его, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на сы­на сво­его, а на­ше­го ве­ли­ко­го го­су­да­ря, ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, на Мо­с­ков­ское го­су­дар­ст­во го­су­да­рем бла­го­сло­ви­ла, по­сла­ша гра­мо­ты то­го же ча­су.

И мар­та в 24 день, в на­ве­че­рии праз­ни­ка пре­чис­той Бо­го­ро­ди­цы че­ст­на­го и слав­на­го Ея Бла­го­ве­ще­ния, те гра­мо­ты дои­до­ша цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы. Ми­тро­по­ли­ты же, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и дво­ря­не бол­шие, и при­каз­ные лю­ди, и дво­ря­не и де­ти бо­яр­ские, и го­ло­вы стре­летц­кие, и ата­ма­ны, и ка­за­ки, и стрел­цы и вся­кие слу­жи­лые лю­ди, и гос­ти, и тор­го­вые и вся­кие жи­летц­кие лю­ди, и всех го­ро­дов вы­бор­ные лю­ди все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не з же­на­ми и з дет­ми и с су­щи­ми мла­ден­цы, с ве­ли­кою сер­деч­ною и ду­шев­ною ра­до­стию при­идо­ша в со­бор­ную апо­стол­скую цер­ковь че­ст­на­го и слав­на­го Ея Ус­пе­ния, а ко­то­рые в со­бор­ную цер­ковь не вме­ща­ху­ся, и те стоя­ху вне церк­ви на пло­ща­ди мно­го­на­род­ное мно­же­ст­во; и про­что­ша от Фе­до­ри­та, ар­хи­епи­ску­па Ре­зан­ско­го и Му­ром­ско­го, и ото все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра, и от бо­яр от Фе­до­ра Ива­но­ви­ча Ше­ре­ме­те­ва с то­ва­ры­щи о го­су­дар­ском ми­ло­сер­дие и о жа­ло­ва­нье гра­мо­ты всем пра­во­слав­ным кре­сть­я­ном во ус­лы­ша­ние. И слы­шав сия Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный все­лен­ский со­бор, и бо­ля­ре и весь цар­ский синк­лит, и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во все­сил­на­го Гос­по­да Бо­га ми­лость, что, по Его свя­той во­ле, ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на и сын ее, Бо­гом из­бран­ный го­су­дарь наш царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, на ми­лость по­ло­жи­ли, по­жа­ло­вал нас, на ве­ли­ком Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве го­су­да­рем ца­рем и ве­ли­ким кня­зем, всеа Ру­сии са­мо­держ­цем, учи­нил­ся, — а ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на сы­на сво­его, ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, на ве­ли­кие Ро­сий­ские го­су­дар­ст­ва го­су­да­рем бла­го­сло­ви­ла, и под­виг их цар­ской на их цар­ской пре­стол в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву бу­дет вско­ре, — мно­гие ра­до­сти ду­хов­ные ис­пол­нив­ше­ся, ру­це на не­бо воз­дев, вси еди­но­глас­но, яко еди­ны­ми ус­ты, сла­ву и бла­го­да­ре­ние воз­сы­лая, во­зо­пи­ша гла­го­ля: сла­ва, сла­ва еди­но­му без­смерт­но­му, все­мо­гу­ще­му и вся со­дер­жа­ще­му, в Трои­цы сла­ви­мо­му Гос­по­ду Бо­гу на­ше­му, что не пре­зрел мо­ле­ния на­ше­го и не ос­та­вил нас си­рых, но Сво­ей свя­той ми­ло­сти и по на­ше­му мо­ле­нию и про­ше­нью, дал нам преж­них ве­ли­ких го­су­да­рей на­ших, бла­го­вер­ных и бла­го­род­ных ца­рей Ро­сий­ских, их цар­ско­го бла­го­род­на­го ко­ре­ни бла­го­рас­ле­ную ветвь, ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, ца­ря прав­де и ми­ло­сти! И в той же апо­стол­ской со­бор­ной церк­ве ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и по всем со­бор­ным хра­мом, и по мо­на­сты­рем, и по всем церк­вам все­го цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы пе­ли мо­леб­ны со­бор­не з зво­ном, и мо­ли­ли все­сил­на­го, в Трои­цы сла­ви­ма­го Бо­га, и пре­чис­тую Его Ма­терь и всех свя­тых о мно­го­лет­ном здра­вии бла­го­вер­на­го и хри­сто­лю­би­ва­го, и Бо­гом из­бран­на­го и ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии, чтоб все­ми­ло­сти­вый Гос­подь Бог от Сво­ея свя­тыя и ве­ле­леп­ныя сла­вы ве­ли­че­ст­вия Сво­его, по­слал на не­го, ве­ли­ко­го го­су­да­ря, свя­тую Свою ми­лость, и ум­но­жил бы Гос­подь Бог лет жи­во­та его, и цар­ст­во его уст­ро­ил мир­но и не­мя­теж­но и ото всех враг не­по­ко­ле­би­мо во ве­ки, и воз­вы­сил бы Гос­подь Бог его цар­скую дес­ни­цу на­до все­ми вра­ги его и не­дру­ги, и по­ко­рил бы под но­зе его вся вра­ги, вос­таю­щая на ны, и ото­вра­тил бы Гос­подь Бог от нас ото всех пра­во­слав­ных хре­сть­ян меч яро­сти Сво­ея, и чтоб на­ша свя­тая и не­по­роч­ная ис­тин­ная пра­во­слав­ная кре­сть­ян­ская ве­ра гре­че­ска­го за­ко­на во всем Ро­сий­ском го­су­дар­ст­ве бы­ла не­ру­ши­ма по преж­не­му, а все бы пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во бы­ло в ти­ши­не и в по­кое и во бла­го­ден­ст­ве, и его бы цар­ское пре­свет­лое имя пе­ре­до все­ми ве­ли­ки­ми го­су­да­ри слав­но бы­ло к очи­ще­нью, и к раз­ши­ре­нью и к при­бав­ле­нию ве­ли­ких его го­су­дарств, яко­же весть свя­тая Его во­ля; и спо­до­бил бы Гос­подь Бог его ве­ли­ко­го го­су­да­ря вен­ча­ти­ся цар­ским вен­цом и диа­ди­мою на все ве­ли­кие и пре­слав­ные го­су­дар­ст­ва Ро­сий­ска­го цар­ст­вия, по древ­не­му обы­чею. И со­вер­шив мо­леб­ная пе­ния, ра­зы­до­ше­ся в до­мы своя с ве­ли­кою ра­до­стию, бла­го­да­ря­ще Бо­га. А к ар­хи­епи­ску­пу Фео­до­ри­ту Ре­зан­ско­му и Му­ром­ско­му, и ко все­му ос­вя­щен­но­му со­бо­ру, и к бо­ля­ром к Фе­до­ру Ива­но­ви­чю Ше­ре­ме­те­ву с то­ва­ры­щи по­сла­ли то­го же ча­су, чтоб они ве­ли­ко­му го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, и ма­те­ри его, ве­ли­кой го­су­да­ры­не, ста­ри­це ино­ко Мар­фе Ива­нов­не би­ли че­лом и ми­ло­сти про­си­ли, чтоб на свой цар­ской пре­стол в цар­ст­вую­щий град Мо­ск­ву шли вско­ре, чтоб их го­су­дар­ским при­хо­дом вся­кие лю­ди в Мо­с­ков­ском го­су­дар­ст­ве ото мно­гих бед и скор­бей ра­дость при­ня­ли.

И по сем, ап­ре­ля в 14 день, на со­бо­ре ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор со­вет бла­го­со­тво­ри­ша, гла­го­лют боя­ром, и дво­ря­ном, и при­каз­ным и слу­жи­лым лю­дем, и гос­тем, и всем пра­во­слав­ным хре­сть­я­ном все­го Мо­с­ков­ско­го го­су­дар­ст­ва: би­ли ес­мя че­лом со­бор­не и мо­ли­ли со сле­за­ми ве­ли­кую го­су­да­ры­ню, ста­ри­цу ино­ко Мар­фу Ива­нов­ну, и Бо­гом из­бран­но­му го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, та­ко­же и вы с на­ми куп­но еди­но­душ­но би­ли че­лом и мо­ли­ли их со сле­за­ми. И ве­ли­кая го­су­да­ры­ня, ста­ри­ца ино­ко Мар­фа Ива­нов­на мо­ле­ния и слез на­ших не пре­зре­ла, по­жа­ло­ва­ла нас, бла­го­сло­ви­ла сы­на сво­его, го­су­да­ря на­ше­го Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, на цар­ст­во всея ве­ли­кия Ро­сия; а го­су­дарь наш, Бо­гом из­бран­ный го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич, всеа Ру­сии са­мо­дер­жец, ве­ли­кие го­су­да­ры­ни, ма­те­ри сво­ея, по­слу­шал и мо­ле­ния слез на­ших не пре­зрил, нас по­жа­ло­вал, на го­су­дар­ст­ве Вла­ди­мер­ском и Мо­с­ков­ском и всея ве­ли­кие Ро­сии го­су­да­рем учи­нил­ся. И мы цар­ские бо­го­мол­цы, по дан­ней нам бла­го­да­ти от Свя­та­го и от Жи­во­тво­ря­ще­го Ду­ха, вас бо­яр, и весь цар­ский синк­лит, и дво­рян, и при­каз­ных лю­дей, и гос­тей и все хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, бла­го­слов­ля­ем со всем свя­щен­ным со­бо­ром на том: что вам ве­ли­ко­му го­су­да­рю на­ше­му, Бо­гом из­бран­но­му и Бо­гом воз­люб­лен­но­му, ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, и его бла­го­вер­ной ца­ри­це и их цар­ским де­тем, ко­то­рых им, го­су­да­рем, впе­ред Бог даст, слу­жи­ти ве­рою и прав­дою, а зла ни­ко­то­ры­ми де­лы на них, го­су­да­рей на­ших, не ду­ма­ти и не мыс­ли­ти, и не из­ме­ни­ти им, го­су­да­рем, ни в чем, на чем им, го­су­да­рем, ду­ши свои да­ли, у пре­чис­тые Бо­го­ро­ди­цы чю­до­твор­на­го Ея об­раза, и у цел­бо­нос­ных гро­бов ве­ли­ких чю­до­твор­цев Пет­ра и Олек­сея и Ио­ны жи­во­тво­ря­щий крест це­ло­ва­ли. — Боя­ре же, и дво­ря­не и весь цар­ский синг­лит, и при­каз­ные лю­ди, и гос­ти и все пра­во­слав­ные хре­сть­я­не, ве­ле­глас­но вси, яко еди­ны­ми ус­ты, во­пия­ху гла­го­лю­ще: це­ло­ва­ли ес­мя жи­во­тво­ря­щий крест, и обет да­ли и ны­не да­ем Гос­по­ду Бо­гу, и пре­чис­той Бо­го­ро­ди­це, и не­бес­ным си­лам, и ве­ли­ким чю­до­твор­цом Пет­ру и Олек­сею и Ио­не, и всем свя­тым, и вас свя­ти­те­лей и весь ос­вя­щен­ный все­лен­ский со­бор во сви­де­тел­ст­во пред­став­ля­ем, что за ве­ли­ко­го го­су­да­ря, Бо­гом поч­тен­на­го, и Бо­гом из­бран­на­го и Бо­гом воз­люб­лен­на­го, ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, и за его бла­го­вер­ную ца­ри­цу и ве­ли­кую кня­ги­ню, и за их цар­ские де­ти, ко­то­рых им, го­су­да­рем, впе­ред Бог даст, ду­ши свои и го­ло­вы по­ло­жи­ти, и слу­жи­ти им, го­су­да­рем на­шим, ве­рою и прав­дою, всем ду­ша­ми свои­ми и го­ло­ва­ми; и про­тив их го­су­да­ре­вых не­дру­гов, Пол­ских и Ли­тов­ских, и Не­метц­ких и Крым­ских лю­дей, и про­тив их го­су­да­ре­вых из­мен­ни­ков Иваш­ка За­рутц­ко­го и иных, би­ти­ся до смер­ти; и ино­го го­су­да­ря, ми­мо го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, и их цар­ских де­тей, ко­то­рых им, го­су­да­рем, впе­ред Бог даст, из ыных го­су­дарств, и из Мо­с­ков­ских ино­зем­цев и ро­дов, и Ма­рин­ки с сы­ном, не ис­ка­ти и не хо­те­ти. А хто по­хо­чет, ми­мо го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хаи­ла Фе­до­ро­ви­ча, всея Ру­сии са­мо­держ­ца, и его де­тей, ко­то­рых им, Го­су­да­рем, впе­ред Бог даст, ис­кать и хо­те­ти ино­го го­су­да­ря ис ка­ких лю­дей ни бу­ди, или ка­кое ли­хо по­хо­чет учи­ни­ти, — и нам боя­ром, и околь­ни­чим, и дво­ря­ном, и при­каз­ным лю­дем, и гос­тем, и де­тем бо­яр­ским и вся­ким лю­дем, на то­го из­мен­ни­ка стоя­ти всею зем­лею за один. Так­же нам ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии все­му сигк­ли­ту, боя­ром, и окол­ни­чим, и кня­зем, и вое­во­дам, и дво­ря­ном и при­каз­ным лю­дем, не по оте­че­ст­ву и не по сво­ему дос­то­ин­ст­ву, свы­ше сво­его оте­че­ст­ва и служ­бы, ми­мо цар­ско­го по­ве­ле­нья, чес­ти се­бе ни­ка­кой не хо­те­ти и не ис­ка­ти, и вот­чи­ны и по­ме­стья дер­жа­ти по сво­ей ме­ре, чем ко­го го­су­дарь по­жа­лу­ет; и бы­ти в го­су­дар­ских де­лех, по его го­су­да­ре­ву кре­ст­но­му це­ло­ва­нью, без пре­ко­сло­вия во вся­ких го­су­да­ре­вых де­лех и во вся­ких чи­нов­ных лю­дех бы­ти не­су­про­тив­ну, как ко­му го­су­дарь царь и ве­ли­кий княз Ми­хай­ло Фе­до­ро­вич всеа Ру­сии, на сво­ей го­су­да­ре­ве служ­бе и у вся­ко­го де­ла где ко­му бы­ти ве­лит, так то­му и бы­ти. Так­же нам, боя­ром, и при­каз­ным лю­дем и дия­ком меж со­бою то­го смот­ри­ти на­креп­ко, чтоб к го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю, всеа Ру­сии са­мо­держ­цу, в роз­ряд­ных и в зем­ских де­лех кру­чи­ны не при­но­си­ти ни­ко­то­ры­ми де­лы, ни­ко­то­рою хит­ро­стью, по преж­ней це­ло­вал­ной за­пи­си, на чем ес­мя го­су­да­рю сво­ему ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии ду­ши свои да­ли и жи­во­тво­ря­щий крест це­ло­ва­ли, креп­ко дер­жа­ти и не­под­виж­но.

Ми­тро­по­ли­ты же, и ар­хи­епи­ску­пы и епи­ску­пы со всем все­лен­ским ос­вя­щен­ным со­бо­ром, слы­ша от них сия, па­ки гла­го­лют к ним: ел­ма убо о сем то­лик обет пред Бо­гом по­ла­гае­те и обе­щае­те­ся, что вам та­ким к ве­ли­ко­му го­су­да­рю ца­рю и ве­ли­ко­му кня­зю Ми­хай­лу Фе­до­ро­ви­чю всеа Ру­сии еди­но­душ­ным бы­ти, тем же по­до­ба­ет нам и гра­мо­ту ут­вер­жен­ную на­пи­сав­ше, ут­вер­ди­ти­ся, и вся, яже гла­го­ле­мая и дей­ст­вуе­мая в на­стоя­щее сие вре­мя, и на­ши скор­би, и ра­зо­ре­нье Мо­с­ков­ско­му го­су­дар­ст­ву от Пол­ско­го и от Не­метц­ко­го ко­ро­лей в ней на­пи­сав­ше, нам го­су­да­ре­вым бо­го­мол­цом ру­ки свои при­ло­жи­ти, и пе­ча­ти свои при­ве­си­ти, а вам цар­ско­го ве­ли­че­ст­ва боя­ром, и окол­ни­чим, и кня­зем, и вое­во­дам, и дво­ря­ном, и вся­ким при­каз­ным лю­дем, и гос­тем, и вы­бор­ным лю­дем, ко­то­рые изо всех го­ро­дов все­го ве­ли­ко­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия прие­ха­ли к Мо­ск­ве для го­су­дар­ско­го оби­ра­нья, ру­ки свои при­ло­жи­ти на бол­шое ут­вер­же­ние и еди­но­мыс­лие: да бу­дет впе­ред креп­ко и не­под­виж­но и стоя­тел­но во ве­ки, как в сей ут­вер­жен­ной гра­мо­те на­пи­са­но и на чем по за­пи­си пре­же се­го крест жи­во­тво­ря­щий це­ло­ва­ли. — Сия же слы­шав, боя­ре, и дво­ря­не, и при­каз­ные лю­ди, и гос­ти, и хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во и все пра­во­слав­ное хре­сть­ян­ст­во вси еди­но­глас­но гла­го­ла­ху: бла­го­сло­вен гла­гол ваш от Бо­га, ве­ли­кие свя­ти­те­ли, пас­ту­хи ду­мам на­шим! Свя­та­го Ду­ха пре­ис­пол­не­ни вси гла­го­лы уст ва­ших, по­до­ба­ет та­ко бы­ти, яко­же гла­го­ле­те. Слы­шав­ше сия ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы при­го­вор о ут­вер­жен­ной гра­мо­те все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра и го­су­да­ре­вых бо­ляр, и весь цар­ский сигк­лит и хри­сто­лю­би­вое во­ин­ст­во, по­ве­ле пи­са­ти сию ут­вер­жен­ную гра­мо­ту, и да не­заб­вен­но бу­дет пи­са­ное в ней в ро­ды и ро­ды и во ве­ки. Ея же по ма­ле вре­мя­ни на­пи­сав­ше, и про­что­ша сию ут­вер­жен­ную гра­мо­ту на все­лен­ском со­бо­ре, и вы­слу­шав на бол­шое во ве­ки ук­ре­п­ле­ние, ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы и епи­ску­пы ру­ки свои при­ло­жи­ли  и пе­ча­ти при­ве­си­ли, а ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны и че­ст­ных мо­на­сты­рей со­бор­ные стар­цы ру­ки свои при­ло­жи­ли; а бо­ля­ре, и окол­ни­чие, и дво­ря­не и дия­ки дум­ные ру­ки же свои при­ло­жи­ли на том, как в сей ут­вер­жен­ной гра­мо­те на­пи­са­но с со­ве­ту все­го ос­вя­щен­на­го все­лен­ска­го со­бо­ра, и бо­ляр, и дво­рян и всех чи­нов вся­ких лю­дей цар­ст­вую­ще­го гра­да Мо­ск­вы и всея Рус­кия зем­ли, все­му ина­ко не бы­ти, а бы­ти так во всем по то­му, как в сей ут­вер­жен­ной гра­мо­те пи­са­но. А кто убо и не по­хо­щет по­слу­ша­ти се­го со­бор­но­во уло­же­ния, его же Бог бла­го­из­во­ли, и нач­нет гла­го­ла­ти ина и мол­ву в лю­дех чи­ни­ти, и та­ко­вый, аще от свя­щен­ных чи­ну, и от бо­яр цар­ских сигк­лит и во­ин­ст­вен­ных, или ин хто от про­стых лю­дей и в ка­ком чи­ну ни бу­ди, по свя­щен­ным пра­ви­лом свя­тых апо­стол, и все­лен­ских сед­ми со­бо­ров свя­тых отец и по­мес­ных, и по со­бор­но­му уло­же­нию все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра, чи­ну сво­его из­вер­жен бу­дет, и от церк­ви Бо­жии от­лу­чен и свя­тых Хри­сто­вых Та­ин при­об­ще­ния, яко рас­кол­ник церк­ви Бо­жия и все­го пра­во­слав­на­го хри­сть­ян­ст­ва мя­теж­ник, и ра­зо­ри­тел За­ко­ну Бо­жию, а по цар­ским за­ко­ном месть вос­при­имет, и на­ше­го сми­ре­ния и все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра не бу­ди на нем бла­го­сло­ве­ние от­ны­не и до ве­ка; по­не­же не вос­хо­те бла­го­сло­ве­ния и со­бор­на­го уло­же­ния по­слу­ша­ния, тем и уда­ли­ся от не­го и об­ле­че­ся в клят­ву. Егда же на­пи­сав­ше и со­вер­ши­хом сию ут­вер­жен­ную гра­мо­ту, и свя­ти­тел­ски­ма ру­ка­ма ук­репль­ше и пе­чат­ми свои­ми ут­вер­див­ше, вку­пе и бо­ляр­ски­ми ру­ка­ми, и че­ст­ных мо­на­сты­рей ар­хи­ма­ри­тов, и игу­ме­нов, и со­бор­ных стар­цов и все­го ос­вя­щен­на­го со­бо­ра, не­пре­лож­на­го ра­ди и не­пре­мен­на­го ут­вер­же­ния, то­гда ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы с ар­хи­ма­ри­ты и с ыгу­ме­ны, и с со­бор­ны­ми стар­цы и со всем ос­вя­щен­ным со­бо­ром, и з бо­ля­ры, и з дво­ря­ны и с при­каз­ны­ми люд­ми, яко, да вку­пе ду­хов­ный со­вет со­твор­ше, со­бор­не из­бе­рут ме­сто и по­ве­дят вку­пе, в нем же аще со­хран­но ут­вер­див­ше по­ло­жи­ти сию ут­вер­жен­ную гра­мо­ту, да бу­дет твер­до и не­раз­ру­ши­мо в предъ­и­ду­щая ле­та в ро­ды и ро­ды и не прей­дет ни еди­на чер­та, или ота еди­на от на­пи­сан­ных в ней ни­че­со­же. И та­ко вси вку­пе со­ве­щав­ше­ся, и твер­дым со­гла­си­ем Свя­та­го Ду­ха по­ло­жи­ша ю в хра­ни­ла цар­ские к до­кон­чал­ным и ут­вер­жен­ным гра­мо­там.

А на со­бо­ре бы­ли Мо­с­ков­ска­го го­су­дар­ст­ва и изо всех го­ро­дов Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вла­сти, ми­тро­по­ли­ты, и ар­хи­епи­ску­пы, и епи­ску­пы, и ар­хи­ма­ри­ты, и игу­ме­ны, и про­то­по­пы и весь ос­вя­щен­ный со­бор, и боя­ре, и окол­ни­чие, и чаш­ни­ки, и стол­ни­ки, и стряп­чие, и дум­ные дво­ря­не и дия­ки, и жил­цы, и дво­ря­не бол­шие, и дво­ря­не из го­ро­дов, и дия­ки ис при­ка­зов, и го­ло­вы стре­летц­кие, и вся­кие при­каз­ные и дво­ро­вые лю­ди, и гос­ти, и сот­ни­ки стре­летц­кие, и ата­ма­ны ка­за­чьи, и стрел­цы и ка­за­ки, и тор­го­вые и по­садц­кие, и вся­ких чи­нов вся­кие слу­жи­лые и жи­летц­кие лю­ди, и изо всех го­ро­дов все­го Ро­сий­ска­го цар­ст­вия вы­бор­ные лю­ди, ко­то­рые при­сла­ны с вы­бо­ры за вся­ких лю­дей ру­ка­ми о го­су­дар­ском оби­ра­нье.

А уло­же­на бысть и на­пи­са­на сия ут­вер­жен­ная гра­мо­та за ру­ка­ми и за пе­чат­ми ве­ли­ко­го го­су­да­ря на­ше­го ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­хай­ла Фе­до­ро­ви­ча, всеа Ру­сии са­мо­держ­ца, в цар­ст­вую­щем гра­де Мо­ск­ве, в пер­вое ле­то цар­ст­ва его, а от соз­да­ния ми­ру 7121-го, ин­дик­та 11-го, ме­ся­ца ма­ия в*  день.

*Публикуется по: Утвержденная грамота об избрании на Московское Государство Михаила Феодоровича Романова. 2-е изд. Императорского общества истории и древностей Российских при Московском университете. М. 1906.