Читая протоиерея Валерия Рожнова

Дата публикации » Алексей Лебедев
28 ноября 2006 » Алексей Лебедев

О беззаконии «свечного» самочинного сборища

 
прот. В. Рожнов: «Очень тяжело психологически в полемике противостоять людям, которых давно знаешь, которых искренне любишь, и которые тебе очень дороги. Это относится к еп. Виктору, иеромонаху Дамаскину, архимандриту Стефану и многим другим людям, которые еще недавно были с нами в одной Церкви. Хочется, чтобы эти люди, оторвавшись от своих взглядов, от своих оценок последних церковных событий, смогли услышать иное мнение о своих действиях и иные оценки своим поступкам».
 
Фальшь появляется в рассуждениях о. Валерия с самого начала. Придётся теперь сказать  публично, что вопросом о запрещении владыки Виктора наш пламенный обличитель «беззакония» был озабочен задолго до того, как состоялся Свечной Собор и хиротонии. 5 июля он написал мне, что, если предполагаемый общий Собор не состоится, Роснянская готова допустить еп. Владимира и прот. Вениамина до Митрополита Виталия, который при личной встрече отдаёт им предпочтение. Втроём они  могут наложить прещение на владыку Виктора. Оно будет иметь законную силу и сам о. Валерий его примет. Сравним это с нынешней фразой о людях, «которых давно знаешь, которых искренне любишь, и которые тебе очень дороги». Когда же, всё-таки, у батюшки возникла такая «искренняя» любовь к бывшему своему правящему архиерею? Неужели только теперь? Или ещё тогда, когда он готов был, прежде чем еп. Виктор что-либо совершит, согласиться с наложенным на него прещением? Запрещение в священнослужении, подразумеваемое в данном случае – очень суровое наказание. Оно ложится на душу клирика или архиерея тяжким духовным бременем. Несправедливо наложенное прещение является нравственным братоубийством и самоубийством одновременно, тягчайшим преступлением против любви. Неужели отец Валерий всего этого не понимал?!
 
 «Прежде всего, следует сказать, что любое отпадение от церковного единства многие святые отцы называли расколом. Но если говорить о способах присоединения к Церкви, отпавших от нее церковных сообществ, то удобнее пользоваться Первым Каноническим Правилом Василия Великого. Согласно этому Правилу сообщество, начавшее свое существование от двух архиереев в свечной мастерской без одобрения большинства архиереев РПЦЗ(В), квалифицируется как самочинное сборище.»
 
Впрочем, проблемы с пониманием простых вещей у о. Валерия, действительно, имеются. Он сначала выдумывает то, чего не существует, а затем «героически» сражается с собственной выдумкой. Какое такое «сообщество начало своё существование от двух архиереев в свечной мастерской»?! Пожалуй, сам отец Валерий затруднится его назвать. Поможем ему: этим сообществом является РПЦЗ(В). Разумеется, оно началось не в июле сего года и не в свечной мастерской. Те архиереи, которые оказались в мастерской, были и являются законной архиерейской властью указанного сообщества, правильнее же сказать – Церкви, Поместной Российской Православной Церкви. Почему они оказались в таких условиях, лучше поинтересоваться у бандитов, загнавших их в свечную мастерскую, и церковных покровителей этих бандитов, из Франции и США.
 
«Это, конечно же, является отпадением от РПЦЗ(В), инициированное действиями преосвященных Виктора (Пивоварова) и Антония (Орлова), на которых и лежит основная ответственность за происшедшее».
 
Ну, вот давайте и попробуем сообразить, о чём так категорически говорит почтенный протоиерей. Что, собственно, было «отпадением от РПЦЗ(В)»? Пребывание в свечной мастерской? Или, может быть, сам факт Архиерейского Собора, состоящего из двух архиереев? Наверное, имеется в виду Архиерейский Собор. Пример нашей недавней истории, когда Митрополит Виталий вместе с викарным епископом Варнавой совершили архиерейские хиротонии и воссоздали, таким образом, епископат и законное церковное управление РПЦЗ, о. Валерия не убеждает. Он пытается внушить нам, что на архиеп. Антонии и еп. Викторе лежит полнота ответственности за произошедшее. Так что же, собственно, произошло? Давайте разберёмся. К прискорбию, отец Валерий прекрасно знает, что именно: восстановление полностью развалившегося высшего церковного управления и канонического порядка в Церкви, при котором ею вновь стали управлять епископы. Как бы не оспаривали теперь действия названных преосвященных некоторые нынешние «великие знатоки» канонов, они не смогут отрицать, что из пяти членов Синода, за исключением о. Вениамина, не являющегося епископом, трое фактически выбыли из строя. Архиеп. Сергий (Киндяков) скончался. Блаженный старец Митрополит Виталий ничем не руководил, перестал что-либо понимать в церковной обстановке и оказался во всецелой зависимости от своего личного секретаря Людмилы Дмитриевны Роснянской. Последняя, в свою очередь, стала откровенно манипулировать его волей и сознанием. Владыка Варфоломей тоже тяжко заболел и ни в чём не участвовал, даже в богослужениях. Вполне дееспособными оставались двое преосвященных – архиеп. Антоний и еп. Владимир. Дела Церкви, меж тем, были практически целиком отданы в руки секретаря Синода и госпожи Роснянской.  Всё, чего пожелали Архиеп. Антоний и еп. Виктор – это покончить с подобным противоестественным положением вещей и вернуть епископам, по праву принадлежащую им, власть. За что они, действительно, и несут полноту ответственности. С ними не все согласились, прежде всего, о. Вениамин и еп. Владимир. Вместо того, чтобы законным образом, на Архиерейском Синоде и Соборе, разрешить все возникшие противоречия, они начали сеять смуту в Церкви своими публичными выступлениями. Отец Валерий скромно умалчивает, что сам активно поддерживал о. Вениамина и советовал ему, как лучше переиграть своих противников и расправиться (церковными средствами) с еп. Виктором. А вот за это, то есть, за подстрекательство к расколу и, в конечном итоге, создание такового, ответственность лежит на о. Вениамине, еп. Владимире и их сторонниках.
 
«Если говорить о последнем «свечном» самочинном сборище, то лично меня удивляют двойные стандарты главных действующих лиц этого раскола. Еще недавно некоторые из них, оправдывая законность постановления (якобы членов Синода) о Созыве Собора, ссылались на подпись Первоиерарха под этим постановлением, как на действительную и законную. В беседах по телефону один из главных действующих лиц «свечного» раскола говорил мне, что никого не должен волновать вопрос о том - дееспособен Первоиерарх или нет, ибо рукой блаженнейшего Митрополита водит не личный секретарь, а промысел Божий, а при его определенной немощности тем более. Хорошо и правильно сказано! Очевидно, человек, изрекший эти слова, говорил истину, пока находился в Церкви».
 
Прекрасный повод поговорить о «двойных стандартах» и ещё раз о логике. Как сам о Валерий считает, были ли законными оба заседания Синода, на которых присутствовал епископ Виктор и решения которых скрепил своей подписью Митрополит Виталий? Если да, то почему отец протоиерей не признал их законности и до сих пор ставит под вопрос временное членство в Синоде еп. Виктора? Зачем подписывал коллективное письмо духовенства в поддержку позиции еп. Владимира и о. Вениамина Жукова, от 2/15 июня 2006 г.? Очевидно, подпись Первоиерарха в то время не имела для него «богопромыслительного» значения. Для чего же батюшка твердит одну и ту же надоевшую сказку, что рукой Первоиерарха во всех случаях водит Сам Господь?  Может быть, и документы Собора 2000 г. Господь надоумил подписать Владыку Виталия?! Здравой канонической логики в этой бредовой теории, разумеется, нет. В ней одно только упорное желание любыми способами оправдаться и оправдать мятежную группу, к которой сам отец Валерий имеет несчастье принадлежать, а заодно перевалить свою собственную вину в употреблении двойных стандартов на «одно из главных действующих лиц» из числа оппонентов. Таковым, как надо полагать, является епископ Дамаскин. Возможно, в начале он думал именно так, как поведал нам его друг (или бывший друг?). Но, во-первых, владыка говорил это в тот момент, когда Первоиерарх находился среди архиереев, принимал участие в обсуждении дел, и потому имелась хоть какая-то надежда, что он выражает свою подлинную волю и мнение. Во-вторых, епископ Дамаскин никогда впоследствии не повторял сей довод. Хотя, теоретически, он вполне мог последовать примеру о. Валерия и объявить все документы за подписью Первоиерарха в пользу архиеп. Антония и еп. Виктора боговдохновенными (на что, кстати, имел бы веские основания, так как Владыка Митрополит до определённого момента, до того как его изолировали от общения со своими собратьями, участвовал в законном собрании епископов). Более того, тот же еп. Дамаскин рассказал о. Валерию, в качестве очевидца, что у участников Свечного Собора появилась однажды возможность воспользоваться митрополичьей подписью, однако они от неё отказались. Отец Валерий, почему-то, предпочитает об этом не вспоминать. Подпись Владыки Митрополита для архиереев Свечного Собора, вообще, никогда не являлась тем единственным условием, на котором они основывали бы каноничность своих действий. Вполне отдавая себе отчёт в болезненном состоянии Предстоятеля Церкви, они довольствовались его номинальным присутствием и верили, что значение имеют не столько формальности, сколько символическое участие Первоиерарха в синодальных делах. Не участвует он в них и даже подписывает под диктовку своего личного секретаря какие-то враждебные архиереям бумаги, прискорбно, конечно, но не страшно. Что требовать от недееспособного старца?
 
«Однако когда Митрополит промыслительно поставил подписи под тем, что не соответствовало устремлениям вдохновителей «свечного» раскола, то они вдруг заговорили абсолютно также, как вдохновители лавровского, лазаревского и мелеховского расколов. Чем же последние раскольники отличаются от предыдущих? Еще большим грехом, ибо предыдущие, по крайней мере, не называли Митрополита блаженнейшим, что вообще должно снимать вопрос о действительности его подписи под документами».
 
Истинные раскольники обвиняли Владыку Виталия в недееспособности в то время, когда таковая ещё реально не наступила. Вспомним историю с его насильственным вывозом в 2002 г. в психиатрическую больницу. Чем она закончилась? Тем, что официальная психиатрическая экспертиза подтвердила полную дееспособность нашего Митрополита. Затем была история с одесскими хиротониями. Епископ Вениамин, Черноморский и Кубанский имел возможность разговаривать с Митр. Виталием по телефону. Получил вполне определённый ответ, что вопрос о хиротониях должен быть рассмотрен на Соборе. По-видимому, у еп. Вениамина не возникло впечатления, что он имеет дело с недееспособным человеком, если он, вслед за тем, стал уточнять у него этот вопрос. Впоследствии, на официальном сайте был опубликован документ, написанный рукой Митр. Виталия, о том, что он «не имеет никакого молитвенного общения» с самочинной одесской группой.
 
Когда 1 июля сего года о. Валерий звонил из моего дома сначала о. Вениамину Жукову, затем в Мансонвилль, всё выглядело уже совершенно иначе.  Едва положив телефонную трубку после беседы с бывшим секретарём Синода, батюшка произнёс: «Отец Вениамин говорит, что Митрополит не соображает». Эта грубая фразочка сразу резанула слух. От о. Валерия ни до того, ни после не приходилось слышать таких непочтительных слов. Я подумал, что он воспроизвёл раздражённое высказывание о. Вениамина. Затем он попытался поговорить со старцем Первоиерархом. Но Владыка почти ничего не слышал, и вести беседу пришлось, главным образом, с Л. Д. Роснянской. На тщательно сформулированный и переданный через Роснянскую вопрос, можно ли считать Синод в прежнем составе, если не состоится Архиерейский Собор, Первоиерарх ответил односложным «да». Батюшку ответ вполне устроил, так как он понимал, что Митрополит не сумеет сформулировать и сколько-нибудь связно изложить своё мнение. Вырванное у старца благословение, вызвало у отца протоиерея неподдельную радость, потому что, по его словам, на Собор никто из епископов не приедет и он, таким образом, не состоится. Синод с участием еп. Виктора окажется как бы вне закона. Технология «богопромыслительности» начинала работать. Мастера и подмастерья этого технологического процесса, разумеется, знали истинное положение дел. О. Николай Семёнов из Франции, в телефонной беседе с о. Вячеславом Лебедевым, нисколько не скрывал, что если рядом с Первоиерархом находятся «благонамеренные» люди, он подписывает «хорошие» документы, если «не благонамеренные» -  «плохие». Отец Николай звонил в то время, когда «злые» архиеп. Антоний и еп. Виктор вкупе с Митрополитом постановили уволить секретаря Синода, в связи с чем, срочно потребовались подписи духовенства под коллективным обращением к Первоиерарху.
 
Обусловленная старческой немощью, умственная слабость Владыки для многих была очевидна ещё до всякой смуты. Об этом о. Вячеславу говорили и в Петербурге («Ну и что вы услышите от Митрополита? Он будет вам отвечать “да… нет… да… нет”».) и в Москве («Митрополит, конечно, наше знамя, но переходящее, кто возьмёт в руки, тот и несёт».). Потом один из этих людей, боец-матерщинник, указывал мне, что, мол, поверил я лжи, Старец Первоиерарх вполне способен понимать, что происходит. Забавный парень, честное слово. Лично для меня всё стало очевидно после упомянутых телефонных разговоров о. Валерия и публикации на эл. узле П. Н. Будзиловича известной звукозаписи от 14 июля. Противники архиеп. Антония и еп. Виктора не понимают, что обнародовали свидетельство против себя. Кто и с кем, в действительности говорил? Личный секретарь Митрополита Виталия Л. Д. Роснянская с группой архиереев и священников. Срываясь в крик, женщина требовала от епископов, словно от школьников, ответить ей «признают ли они указ Владыки». Сам Первоиерарх как будто отсутствовал. Произнёс несколько фраз, явно под влиянием своего личного секретаря, задал присутствующим отцам несколько вопросов, мало относящихся к делу, и просто молчал в течение почти всей беседы.
 
Затем, как явствует из опубликованных на новом официальном сайте документов, Роснянской и этого показалось мало. Была состряпана очередная бумага за подписью Митрополита, нотариально заверенная, с требованием выдворения этих архиереев, а также поддерживающих их священников и мирян, из Мансонвилля. Однако «плохие» полицейские не стали выполнять волю хозяина домовладения, а вместо этого взяли и провели собственное расследование, в ходе которого установили то, что и должны были установить: Митрополит Виталий не понимает того, что подписывает и того, что, вообще, происходит. Можно понять иных твердолобых сторонников виртуального синода, не верящих прямым свидетельствам участников событий. В конце концов, вера или неверие – вещь иррациональная. Преосвященных Антония, Виктора, Дамаскина и Стефана не каждый знает лично. Гораздо труднее понять о. Валерия Рожнова. С владыкой Дамаскиным он дружил в течение 30 лет и в его человеческой порядочности не сомневается. Епископ Дамаскин присутствовал при беседах с полицией, которые ему тут же и переводили. Но о. Валерий делает вид, что ничего не знает. Поэтому обличительная патетика отца протоиерея настолько же возмутительна, насколько и лжива.
 
«В постановлениях законных Архиерейских Соборов и Синодов РПЦЗ (В) нет и никогда не было даже упоминания о недействительности подписи Первоиерарха под документами. Другое дело, что были случаи, когда Соборное мнение Церкви указывало Первоиерарху на ошибочность принимаемых им решений, но это вполне нормально, ибо в Православии нет папизма. Однако правомерно ли сомневаться в действительности собственноручной подписи блаженнейшего Первоиерарха, даже если его кто-то убедил поставить эту подпись? Не правомернее ли считать , что во время принятия важного решения о прещении раскольников и недействительности «свечных» архиерейских хиротоний рядом с Митрополитом богопромыслительно оказались люди, которым он верит, причем в таком составе, который позволяет говорить о законности принятого решения».
 
Чего здесь только нет: и история и каноническое право и даже «богословие»! Отсутствует лишь самое основное – правда. Отец Валерий упорно не хочет признавать наличие реальной проблемы – недееспособности Предстоятеля Церкви. В полном противоречии со своим собственным утверждением о том, что «в Православии нет папизма», он призывает всех поверить в непогрешимость и святость митрополичьей подписи под теми бумагами, которые были подсунуты Первоиерарху женщиной и группой мирян, и в которых он явно не мог сам разобраться! Да, в истории нашей РПЦЗ такого ещё не было.
 
«Что же осталось теперь у «свечного» самочинного сборища такого, что подкупает к нему еще внимание некоторых людей? Прежде всего, ложь и спекуляция на таких темах как монархия и еврейский вопрос. А некоторым может быть нравится хамская истерия и плохо прикрытая ложь на электронных узлах сторонников нового раскола».
 
Когда вор кричит «держи вора», это может забавлять и может возмущать. В нашем случае – скорее вызывать скорбь о священнике, который полностью утратил связь с реальностью. Путы лжи связали не нас, сторонников Свечного Собора, а другую сторону, которая изо всех сил сражается за собственные интересы, манипулирует подписями больных иерархов, интригует, строит хитроумную систему закулисного управления Церковью, создаёт виртуальные синоды и пытается выдать всю эту мерзкую возню за радение о церковной пользе. Выразить идеологию и исповедание Русской Церкви у неё не получается, поскольку нет духа Христовой правды. Вот и остаётся её сторонникам злиться, да говорить всякие глупости про «спекуляцию на  таких темах, как монархия и еврейский вопрос». Кто мешал или мешает вам, отцы «архи», «прото» и просто иереи, не «спекулировать», а взять и сказать Церкви то же, что сказал Свечной Собор? Собственное лукавство или полная неспособность к творческой работе мысли и духа? Вы банкроты и потому, сколько бы не оскорбляли своих собратьев, оказавшихся верными русскому православному исповедническому пути, обречены на дальнейшую деградацию и распад. 
 
«Если говорить о лжи, то, прежде всего, следует упомянуть о нелегитимных синодах и соборах «свечного» самочинного сборища, а также о ложных обвинениях в адрес секретаря Синода прот. Вениамина Жукова, который якобы поставил под угрозу существование РПЦЗ(В) тем, что узурпировал в своих руках всю Церковную власть. Именно этим многие теперь пытаются оправдать действия преосвященных Антония и Виктора. Однако прежде чем двум епископам отделяться от архиерейского большинства, вначале следовало бы обосновать -- какие каноны преступила РПЦЗ(В) под действием «узурпатора», что от нее нужно было отделяться?»
 
Непонятно, чего всё-таки больше в утверждениях отца протоиерея, непонимания элементарных вещей или лукавства? Кто отделялся от РПЦЗ(В)? Может быть, сам о. Валерий? Но тогда это его проблема. Ни архиеп. Антоний, ни еп. Виктор от неё не отделялись. Более того, вкупе с новорукоположенными ими епископами, они являются законной высшей церковной властью РПЦЗ(В).
 
«В действительности дела обстоят совсем иначе. Авторитетное мнение секретаря Синода прот. Вениамина действительно имеет вес среди епископов, но право решать всегда оставалось за архиереями. Что же в этом беззаконного? Участники «свечного» самочиния, упрекая о. Вениамина в том, что он является тормозом на пути церковного строительства, теперь даже не вспоминают о том, что сами они стали епископами во многом благодаря усилиям прот. Вениамина. Более того, в свое время, будучи секретарем Европейской епархии, прот. Вениамин сумел своим авторитетным мнением оказать на еп. Варнаву такое влияние, которое способствовало восстановлению епископата РПЦЗ(В) в России и в рассеянии по всему миру. С каких же пор и для кого прот. Вениамин стал узурпатором власти? Наверное, с тех пор как он стал на пути «нового богословия» и «новой политики» в РПЦЗ(В) и, кстати, в единстве с другими епископами. И, вообще, говоря о прот. Вениамине, как об узурпаторе власти, участники самочинного сборища бросают камень в адрес всех архиереев, будто они настолько недееспособны, что всей Зарубежной Церковью до сих пор управлял только один человек, восхитивший всю полноту церковной власти. Однако, будучи дважды во Франции, я лично был свидетелем того, насколько благоговейно относится прот. Вениаимн к епископскому мнению. Был свидетелем того, с каким смирением он принимает замечания и нарекания, епископов. Считаю, что многим из тех, кто сейчас обвиняет секретаря Синода прот. Вениамина Жукова в узурпации церковной власти, следовало бы поучиться у него смирению и кротости перед законной церковной властью».
 
Трудная тема. Для пишущего эти строки, прежде всего, тем, что его тоже связывали давние и очень хорошие отношения с о. Вениамином. Но, видно, избежать её не удастся. Я совершенно не хочу ни осуждать, ни пытаться как-либо дискредитировать пастыря, которого и по сей день в иных случаях вспоминаю с искренней благодарностью. Высказаться о нём и о некоторых его деяниях со всей откровенностью заставляет чувство христианского долга перед Церковью и желание защитить грубо попираемую правду. Ибо, к великому сожалению, слишком много в нынешней церковной смуте оказалось связано с личностью прот. Вениамина Жукова. Без учёта этого обстоятельства,  говорить о всём, что произошло в Церкви в истекшие несколько месяцев - решительно невозможно.
 
Отец Валерий, несомненно, прав в одном: у о. Вениамина много заслуг перед Церковью и много замечательных пастырских дел. Однако нет того, чего не может быть и у любого смертного – личной непогрешимости. Заслуженный авторитет пастыря с течением времени превратился в колоссальную власть. Повестки дня Синодов и Соборов, принятие важнейших церковных решений, кандидатуры новых епископов – всё это в обязательном порядке утверждалось о. Вениамином. Без согласования с ним ничто не могло быть принято. Поэтому, когда о. Вениамин произнёс свою знаменитую фразу «Синод – это я», он не шутил. Реальность нашей церковной жизни была такова, что центральной фигурой, после Первоиерарха, главным действующим лицом в высшем церковном управлении стал именно он. Конечно, такое положение вещей не являлось нормальным. Конфликт с бывшим архиеп. Варнавой только обнаружил назревавшую проблему. Потом возникли трения между о. Вениамином и еп. Анастасием. К счастью для всех, в том числе для самого о. Вениамина, в то время он защищал Церковь от лазаревщины. Но уже тогда было видно, что называется невооружённым глазом, насколько его человеческий авторитет и влияние оказались могущественнее епископского. При столь же очевидной слабости епископата, положение о. Вениамина просто не могло не превратиться в теневое правление Церковью. Обвинять теперь в этом его одного, едва ли было бы справедливо. Самоустранение от дел и неспособность большинства архиереев чётко сформулировать те цели, к которым стремиться возглавляемая ими Церковь, неизбежно привели к узурпации епископской власти и подмене соборного управления Церковью закулисным. К сожалению, о. Вениамин не сумел вовремя остановиться и понять, что так не может продолжаться до бесконечности. На мой взгляд, батюшка слишком переоценил свои человеческие способности. Он всерьёз уверовал в то, что лучше всех остальных, лучше архиереев понимает, какой должна быть РПЦЗ(В). В результате, любые «покушения» на авторитет и статус секретаря Синода начали восприниматься о. Вениамином и его сторонниками как нападение на Церковь и всех «дерзких» ждала суровая кара. Первой её жертвой пал отец Виктор Мелехов. Нисколько не защищая и не оправдывая поведения этого человека, позволившего себе разговаривать с Архиерейским Синодом языком ультиматумов, нельзя, в то же время, не отметить, что его дело до сих пор остаётся одной из наиболее тёмных страниц в истории РПЦЗ(В). Без всяких предварительных условий, без покаяния и формального присоединения к Церкви, о. Виктор был принят в сущем сане в церковное общение. Но стоило ему взбунтоваться, как тут же официально было объявлено, что он, вообще, давно лишённый сана священник! Затем, на свет Божий вытащили дело иеромонаха Серафима Баранчикова. О. Серафим поддержал архиеп. Варнаву в конфликте с о. Вениамином и хуже того – позволил себе нагрубить отцу протоиерею. Этого оказалось достаточно, чтобы из Парижа поступил заказ на компрометирующие материалы. Отец Валерий Рожнов без труда их добыл. То, в чём келейник архиеп. Варнавы сам признавался ещё прежнему Синоду РПЦЗ, и на что совсем недавно закрывали глаза, теперь использовали против него и даже предали огласке на одном из популярных сайтов. Пишущий эти строки и его брат, иерей Вячеслав, стали свидетелями и участниками этой скверной истории. Компромат, действительно, был серьёзным, и потому завершилось всё вполне закономерно: лишением сана иеромонаха Серафима. Однако мне пришлось написать о. Валерию письмо, где в числе прочего сказать следующее: «Позволь, отче, задать Тебе вопрос: как давно Тебе стало известно всё то, что Ты сообщаешь ныне об о. Серафиме? Насколько я понимаю, Ты узнал об этом ни сегодня и ни вчера. Однако до тех пор, пока о. Серафима не угораздило вмешаться в церковные дела, Ты как бы предпочитал не видеть его подноготной. Что ж, психологически для меня данное обстоятельство совершенно понятно. Тот же самый принцип работает в полной мере в мирской политической борьбе. Человека могут "не замечать" и не трогать, даже зная о его похождениях, но стоит ему коснуться всерьёз политики, - тот час всплывает компромат. Да, конечно, Ты ревнуешь о Церкви и стараешься её защитить от всяких проходимцев и безумцев. И тем не менее, морально-этический аспект проблемы оказывается, почему-то, отодвинут у Тебя на второй план. А если бы о. Серафим так и остался в тени, тихим и смиренным помощником владыки Варнавы и никак не вмешивался в церковные дела, стал бы Ты свидетельствовать против него? По-видимому, нет. И вот это, дорогой отец Валерий, кажется мне весьма опасным. Потому что Твоё отношение к человеку определяется в данном случае не правдой Божией, правдой канонической как таковой, а интересами церковной борьбы, вследствие чего вся ситуация приобретает окрас не столько церковного правосудия и радения за чистоту Церкви, сколько расправы над неугодным лицом под благовидным предлогом (благо, предлог такой действительно имеется). Отче, к сожалению, использование Тобой компрормата против идейных противников превращается мало-помалу в систему. По крайней мере, ранее Ты уже пользовался им в войне с архиеп. Лазарем. Пойми, пожалуйста, правильно: я нисколько не желаю Тебя этим упрекнуть, хочу только выразить свою тревогу наметившейся тенденцией и предупредить о духовной опасности, которая Тебе несомненно грозит, если Ты и далее будешь вести себя в церковных делах как общественный деятель и политик».
 
Вслед за о. Серафимом сана лишились архиеп. Варнава и протодьякон Герман Иванов-Тринадцатый. Архиепископ – тоже заслуженно. Но отца Германа стоило бы пощадить. Тем более, что главных виновников, из-за которых пострадали архиерей и его клирик, архиеп. Лазаря и еп. Вениамина с их сторонниками никто даже не запрещал в священнослужении. В отношении лазаревской группы соборные и синодальные определения были, как ни странно, предельно снисходительными. Не щадили своих. Чем сильнее они выступали против о. Вениамина, тем суровее было наказание. Удивительным образом в о. Вениамине уживалась терпимость, и даже заботливость, к кому угодно, к лазаревцам, к архиереям МП, которых архиеп. Антоний предложил предать законному церковному и гражданскому суду, и последовательная беспощадность к тем, кто внутри РПЦЗ(В) смел колебать его личный авторитет или оспаривать его властные полномочия. 
 
На новом витке борьбы за сохранение таковых в ход пошла безудержная и абсолютно циничная манипуляция подписями больных иерархов – Митр. Виталия и еп. Варфоломея. Сейчас, судя по всему, намечается очередная порция компромата, на сей раз – на архиеп. Антония. Ничего нового, сценарий хорошо знакомый и уже порядком надоевший. 
 
«А вот кто действительно путем беззакония пытается восхитить власть в РПЦЗ (В), так это участники «свечного» самочинного сборища. Чтобы убедиться в этом необходимо с самого начала проследить - как развивалось беззаконие… Прежде всего стоит сказать, что вояж двух епископов в резиденцию Митрополита Виталия рассматривался вначале не как стремление обличить РПЦЗ(В) в мыслимых и не мыслимых грехах, реорганизовав Церковь в новое церковное сообщество, а как попытка сместить со своего поста, избранного Архиерейским Собором, секретаря Синода прот. Вениамина».
 
Правда в данном утверждении лишь та, что архиеп. Антоний и еп. Виктор хотели уволить и уволили секретаря Синода. Отец Валерий попал в самую точку: именно это обстоятельство является ключевым в возникшей вслед затем смуте. Что касается какой-то «реорганизации Церкви в новое церковное сообщество», «обличений РПЦЗ(В) в мыслимых и немыслимых грехах», то это не более чем плод воспалённого воображения. Как выше уже было показано, «обличители» считали и считают себя законным священноначалием РПЦЗ(В).
 
«Когда же большинство епископов не согласились с навязываемыми двумя епископами методами решения церковных вопросов, тогда изменилась и сама постановка вопроса: является ли, вообще благодатной Церковью, представляемое большинством архиереев РПЦЗ(В) сообщество? С этого начиналась попытка подменить законную церковную власть».
 
Вновь клевета. Столкнувшись с сопротивлением трёх архиереев, епископов Владимира, Антония и Анастасия (мнение Владыки Митрополита и еп. Варфоломея, в силу их болезненности, невозможно всерьёз учитывать) архиеп. Антоний и епископ Виктор предложили честный и законный выход из сложившейся ситуации: собраться и соборно рассмотреть возникшие противоречия. Что из этого вышло, все хорошо знают. Вопрос о том, является ли РПЦЗ(В) благодатной Церковью никто и ставить не думал, потому что архиеп. Антоний и еп. Виктор никуда из РПЦЗ(В) не уходили.
 
«В одном из первых документов, пытаясь выступить от имени представителя Законной Церковной власти, еп. Виктор объявляет себя членом Синода и подписывается как член Синода, делая ссылки на «Положение о РПЦЗ». Это со стороны епископа
«Вообще, как можно признать законными новые епископские хиротонии, и открытие новых кафедр, если это в междусоборный период принадлежит ведению Архиерейского Синода? Согласно Положению о РПЦЗ(В), пар. 9: «Ведению Архиерейского Синода принадлежат следующие дела:
 
а) Назначение управляющих епархиями из наличного состава епископов, назначение и перемещение викарных епископов, назначение и увольнение начальников Миссий и увольнение епископов на покой в междусоборный период времени,
б) Осуществление избрания новых епископов в междусоборный период путем затребования письменных отзывов от всех Преосвященных».
 
А что касается открытия новых кафедр, то согласно «Положению о РПЦЗ» открывать новые кафедры, и утверждать открытые в междусоборный период в праве уже только Архиерейский Собор, о чем говорят следующие пункты пар. 11:
«е) Открытие епископских кафедр, закрытие их и изменение границ епархий; равным образом открытие или организация новых миссий и закрытие их,
ж) Избрание, назначение, перемещение, увольнение на покой и награждение епископов».
 
В рассматриваемом случае важно еще знать, что согласно святоотеческим канонам и Положению о РПЦЗ каждого кандидата в епископы утверждает Первоиерарх, а потом только кандидатуры выносятся на рассмотрение Архиерейского Собора. На каждое из упомянутых прошений о рукоположении новых епископов Митрополит собственноручно наложил резолюцию: "Повременить решение до следующего Собора". Таким образом, любая попытка совершить епископские хиротонии вопреки канонам и воле Первоиерарха явится ни чем иным, как воровством и разбоем. Кроме всего остального в рассматриваемом случае немаловажно примечание к пар. 11.
 
Пар11. Примечание: Назначение управляющих епархиями из наличного состава епископов а также избрание, назначение, перемещение, увольнение на покой и награждение епископов, открытие епископских кафедр, закрытие и изменение границ их, воссоединение с Церковью епископов, отпавших или присоединяющихся из инославных исповеданий в междусоборный период могут осуществляться, в случае необходимой нужды, и Архиерейским Синодом, но не иначе, как только путем затребования письменных отзывов от всех Преосвященных.
 
Рукоположение иеромонаха Дамаскина и архимандрита Стефана осуществлялось Архиепископом Антонием (Орловым) и епископом Виктором (Пивоваровым) без утверждения Блаженнейшего Митрополита Виталия и без письменного мнения Преосвященных. Ни один из архиереев не дал согласие на новые епископские хиротонии.
 
Из всего этого следует, что арх. Антоний и еп. Виктор, ступив на путь произвола, продолжают к беззаконию прилагать беззаконие: 1.незаконное причисление еп. Виктора к членам Синода; 2. выпуск от имени Синода фиктивных ( в случае недееспособности Первоиерарха тем более) Указов, в том числе по созыву Собора; 3. разбойническая попытка архиепископа Антония восхитить всю полноту власти в РПЦЗ(В) при наличии никем не отмененной синодальной и соборной церковной власти; 4. незаконные архиерейские хиротонии; 5. незаконное открытие и реорганизация епископских кафедр РПЦЗ(В) на территории России».
 
В действительности, из всего сказанного следует, что архиеп. Антоний и еп. Виктор до самого последнего момента пытались как-то сохранить разваливающееся церковное управление и преемство высшей церковной власти. Однако они недооценили властолюбивых устремлений тех людей, которые, вообще-то, призваны Богом к соблюдению канонов и принципа соборности в руководстве Церковью. Владыка Виктор в полном соответствии с «Положением о РПЦЗ» был введён в состав Синода в качестве временного его члена. Указы о созыве Собора являлись безусловно законным и едва ли не единственным средством к уврачеванию возникшей смуты. Архиеп. Антоний ни у кого не «восхищал» власти, а только вынужден был принять на себя временные полномочия главы Церкви, в связи с явной недееспособностью Первоиерарха и попыткой группы мiрян сделать Владыку Виталия послушным орудием в достижении своих антицерковных целей. Архиерейские хиротонии и образование двух новых епархий на территории России были осуществлены Собором архиереев, верных правде Божией и действующих в ситуации чрезвычайной, то есть такой, которая исключала возможность опроса всех архиереев  и получения их согласия. В данном случае лукавство позиции, озвученной о. Валерием, особенно очевидно, поскольку большинство епископов, вопреки канонам, проигнорировало сначала решение Первоиерарха и Синода, затем, неоднократные настойчивые призывы старшего своего собрата, архиеп. Антония, и не явилось на Собор. У кого надо было спрашивать согласие на дальнейшие свои действия (хиротонии и образование новых епархий)? У тех, кто сами грубо попирали правду и каноны?  
 
«При всем этом, учиняя вопиющее беззаконие, идеологи самочинного сборища даже не смогли придать видимость законности своим действиям, противореча самим себе. На своих электронных узлах главные действующие лица «свечного» самочиния заявляют, что мы вполне мирные – это нас запрещают, а мы никого не запрещали. Вот это и странно! Как можно при никем не отмененной законной церковной власти (Первоиераршей, Синодальной, Соборной) творить такие безобразия? Уж хотя бы потрудились обосновать какие каноны нарушены в РПЦЗ(В), по которым законный Синод и законный Архиерейский Собор низложены одним архиепископом Антонием (Орловым), в то время как даже Первоиерарх не в праве этого сделать?»
 
Как всё-таки скучно опровергать одни и те же, абсолютно нелепые, доводы отца протоиерея о «низложении законного Синода и Собора» РПЦЗ(В). Полагаю, что выше этот обман был в достаточной мере опровергнут. Архиепископы Антоний и Виктор органов высшего управления РПЦЗ(В) не упраздняли и не «низлагали». В силу обстоятельств, они вынуждены были принять на себя полноту высшей церковной власти нашей Церкви (Синода и Собора РПЦЗ(В)). Отец Валерий сожалеет о том, что на него самого и его сторонников не наложили справедливых канонических прещений? Напрасно. Откуда такое неукротимое желание своего духовного самоистребления? Не стоило бы спешить. Рано или поздно, если не одумается, он получит то именно, к чему стремится: будет наказан и «облечется в клятву, яко в ризу». Неужели не жаль себя и душ доверившихся ему людей? 
 
«Если архиепископ Антоний хотя бы самочинно без учета Соборного мнения обозначил себя временно действующим Первоиерархом, тогда бы в его поступках была бы хоть какая-нибудь логика».
 
Практически, архиеп. Антоний так себя и объявил: «Властью, данной мне от Бога, как Заместитель Первоиерарха, избранный Архиерейским Собором в 2005 году, считаю своим долгом взять на себя временное управление Русской Православной Церкви Заграницей… Начинаю, со страхом Божиим своё управление последующими указами» (из указа от 10/23 июля 2006 г.). «Самочинием» сей поступок, разумеется, не является. Он выражает лишь глубокое чувство ответственности перед Церковью владыки Антония. В качестве старшего по каноническому положению архиерея он и обязан был принять на себя временные первоиераршие полномочия при недееспособности законного Первоиерарха и грубом вмешательстве в дела церковного управления людей, не имеющих на это никакого права.
 
«Однако сам арх. Антоний поминает на службах Блаженнейшего Митрополита Виталия как дееспособного главу Церкви. Как можно тогда сообществу самочинных епископов, под началом арх. Антония считать недействительными подписи Первоиерарха под Указами об их запрещении, упоминая при этом на церковных службах имя Первоиерарха как дееспособного? Как можно самочинию признавать свои указы законными в то время, когда, признаваемый тем же расколом Первоиерарх, их отменил? Где логика?»
 
Да, да, именно так: где логика? В рассуждениях о. Валерия обнаружить её очень сложно. У него своя логика, точнее – домыслы, настолько же произвольные, насколько и невежественные. Откуда он взял, что литургическое поминовение Предстоятеля Церкви возможно лишь при условии его дееспособности и, более того, означает его фактическую дееспособность?! Поминовение правящего епископа или Первоиерарха есть, прежде всего, выражение духовного единения, единства веры с данным архиереем, естественно, и признание его власти над собой. Но это последнее обстоятельство – не безусловно. Поскольку, как справедливо замечает сам о. Валерий, в Православной Церкви нет места папизму. Распоряжения человека (будь он даже законным Патриархом всея Руси), утратившего способность контролировать себя, руководимого волей священников и мiрян, желающих управлять Церковью по своему усмотрению, не могут иметь законной силы. Это очевидно для всякого, в ком жива ещё совесть и есть хоть немного здравого смысла.    
 
«Логики в действиях «свечного» самочиния нет, но есть попытка прикрыться авторитетом митрополита Виталия и оправдаться на уровне голых заявлений и эмоций. Например, вот как голословно оправдывает действия раскольников в своем интервью один из «новых» епископов: «Было ли у Митрополита Виталия прочное каноническое обоснование, когда он с епископом Варнавой восстал против тринадцати епископов? Несомненно, было! Было по Духу, а не по букве и цифрам. Буквы и цифры это как раз те частности, детали (разумеется, важные), за которыми некоторые люди не видят общего и целого, не видят главного. Отсюда и происходит «перекос» в мировоззрении. Действия же архиепископа Антония и архиепископа Виктора имеют под собой прочнейшее каноническое обоснование, так как они были направлены на защиту и сохранение Исповедничества, без которого не может Церковь писаться с заглавной, большой буквы, не может быть Церковью. Угроза же утери Исповедничества в РПЦЗ (В), на момент открытия Архиерейского Собора, была реальнейшей, эта угроза и вызвала наши хиротонии, по записанному в ставленнических грамотах. По сути своей, не прибыв на Собор, епископы, сколько бы их ни было, ещё раз подтвердили, исповедали и показали всему мiру свою теплохладность веры, столь далёкую от настоящего Исповедничества».
 
Во-первых, сравнивать прочное каноническое обоснование действий Митрополита Виталия совместно с вл. Варнавой во время лазаревского раскола и действия участников «свечного» самочиния совершенно неправомерно. В первом случае действия имели прочное каноническое обоснование против уклонившихся в раскол экуменистов, а в данном случае действия участников свечного раскола не имеют никакого канонического обоснования и направлены против совершенно канонической церковной власти. Что это за обоснование: «ввиду крайней нужды и крайних обстоятельств церковной жизни».
 
Чего всё-таки больше у отца протоиерея: сознательной подмены понятий или элементарного непонимания? На чём основывали свои действия в 2001 г. Митр. Виталий и епископ Варнава? На букве канонов, на параграфах «Положения о РПЦЗ»? Нет, и то и другое нарушалось тогда безжалостно (в частности, параграфы 6, 7, 10, 11, 38). Знаменитое 15-е правило Двукратного Собора тоже едва ли могло послужить опорой, поскольку никакой ереси, осуждённой Соборами или отцами, архиепископы Лавр и Марк со своими единомышленниками не проповедовали. Они и до сих пор усиленно открещиваются от экуменизма. Единственным формальным основанием для отделения от них была анафема 1983 года. Однако ни ей, прежде всего, руководствовались Первоиерарх и викарный епископ, а ясным пониманием греха предательства Церкви, предательства истины, совершённого их собратьями. Двое архиереев шли примерно тем же путём, что и Новомученики Российские, которые не приняли декларацию митр. Сергия (Страгородского). Для Новомучеников и Исповедников тоже возникал вопрос, с кем быть? С каноничным и законным Сергием, но против правды Божией, или в согласии с правдой и собственной христианской совестью, но против буквы канонов? Как они на него ответили, все мы хорошо знаем. И это не удивительно, потому что Церковь не чиновничья контора. Мы все призваны Богом действовать не по чётко расписанной инструкции, а по совести, очищенной благодатью Духа Святаго, и духовно оценивать суть происходящего. Оценивая события, произошедшие в Мансонвилле в июле месяце сего года, не трудно увидеть, что в них тоже имелась глубокая идейная подоплёка. Свечной Собор очень ясно выразил три принципиальных положения: РПЦЗ(В) есть единственная законная наследница поместной Российской Православной Церкви; таинства Московской патриархии безблагодатны; Русская Церковь открыто исповедует учение о Православной Самодержавной Монархии и призывает свой народ к её восстановлению. Ответом противников этого Собора стали запретительные указы, где в качестве одного из обвинений было выставлено  стремление преосвященных Антония и Виктора восстановить в России монархию, и статьи В. Кириллова, в коих автор заявил себя последовательным противником идеологии Свечного Собора. Поэтому важнейшей причиной и основанием хиротоний епископов Дамаскина и Стефана, помимо желания вернуть порядок законного епископского управления Церковью, явилось намерение сохранить РПЦЗ(В) в её православном русском качестве
 
«Нарушать церковные законы и при этом считать себя исповедниками – это по меньшей мере нескромно, а по большому счету кощунственно. Вообще-то в церковном языке принято уходить от саморекламы, кощунства, хамства и поношения. Может быть, теперь из уст епископов всенародное обличение конкретных людей в содомских грехах и личных грехах духовенства это тоже считается исповедничеством, только до сих пор епископы РПЦЗ уходили от такого «исповедничества». Неужели теперь новому епископату, чтобы доказывать свою «непогрешимую» чистоту не достаточно аргументов на языке церковных Правил? Неужели теперь нужно выносить на всеобщее обозрение как аргумент в церковном споре еще и картины, подсмотренные в замочные скважины за женатыми епископами и любовными историями иеромонахов? Избави Бог от такого исповедничества!»
 
И кто же этими мерзкими делами занимается, позвольте узнать? Наверное, в пылу полемики отец Валерий что-то перепутал, и вновь приписал своим нынешним оппонентам то, чем не прочь был «побаловаться» сам. Что ж, придётся и ещё кое о чём вспомнить. В декабре 2001 года прот. Валерий получил от прот. Олега Миронова копию запроса помощника прокурора города Павлограда Днепропетровской области С. Н. Савченко относительно Журбенко Фёдора Иосифовича (архиепископа Лазаря), в котором сообщалось о наличии определённого психического заболевания у данного лица. Отец Олег не поленился сделать выписки из медицинской литературы, побеседовать со специалистами и сообщить всё это в виде кратких выводов, вместе с текстом запроса, о. Валерию. Батюшка, в свою очередь, нимало не сомневаясь, сообразил из письма о. Олега электронную рассылку. Получив эти материалы, я написал их отправителю: «Дорогой о Господе отец Валерий!.. Письмо о. Олега Миронова никак не следовало рассылать в другие адреса. Потому, во-первых, что такого рода сведениями делиться со значительным кругом лиц весьма неверно с точки зрения христианской, да и просто общечеловеческой этики, если владыка Лазарь действительно болен. Во-вторых, болен ли он на самом деле мы вряд ли можем сказать с уверенностью… Не допускаешь ли Ты, что владыка мог попросту "косить"? В дальнейшем это могло перерасти в привычку, чем и объясняются его нынешние "странности". Если же, положа руку на сердце, Ты такой вариант не исключаешь, подумай над тем, как бы не оказаться невольно причастным к клевете". В ответ мне было сказано, что идёт «война, от которой зависит судьба Церкви», и компромат на архиеп. Лазаря призван показать истинное его лицо, чтобы «предостеречь многих от ошибок». Ни в тот момент, ни впоследствии (в деле иером. Серафима Баранчикова) самому о. Валерию, по-видимому,  не было достаточно одних лишь «аргументов на языке церковных правил».    
 
«А что касается другого исповедничества, то хотелось бы задать некоторым, призывающим к исповедничеству вопрос: «Что вами исповедано принципиально нового, чего до вас не исповедано было в Церкви?».
 
Ничего «принципиально нового», архиеп. Антоний и еп. Виктор в своих соборных постановлениях не сказали. Напротив, они, как и подобает православным архиереям, выступили против искажения истинного православия еретическими новшествами. В сущности -  против духовного наследия февральской революции: антимонархизма и подмены христианства западным гуманизмом. Достаточно вспомнить, что в последнее десятилетие, предшествовавшее лавровскому расколу, мнение о благодатности МП у нас практически доминировало. Вопрос о верности Церкви Православному Самодержавию на соборном уровне всерьёз не ставился и не обсуждался. Духовное противостояние  антихристианству было безоговорочно подменено внешней политической и идеологической борьбой (очень поверхностной в своих основаниях) с тоталитарным советским режимом. В результате, одержавший победу в России псевдодемократический режим был воспринят как свой родной, принципиальные противоречия с Моск. патриархией сведены к «ошибкам прошлого», к «недостаточному пониманию пути, выбранного другими»… Только два иерарха в 2001 г., с немногими клириками и мiрянами, оказались способными противостать этой соборной апостасии. По логике вещей, далее следовало выразить все те принципы, на которых предполагает строить своё будущее РПЦЗ(В). Но этого не произошло. Почему - становится понятным только теперь. Далеко не все хотели видеть в РПЦЗ(В) единственную законную преемницу поместной Российской Церкви и обременять себя лишениями и трудностями, неизбежно вытекающими отсюда. Хуже того, стало выясняться, что учение о Православной Самодержавной Монархии, верное отношение к МП, предполагающее последовательное утверждение её безблагодатности, со временем начало размываться и у нас. Если бы не Свечной Собор, неизвестно чем бы всё это закончилось. Скорее всего, полной деградацией и сдачей на «милость» торжествующей МП.
 
«И еще хочется задать вопрос по поводу официального послания (от 25.08.06), написанного одним из самочинных епископов: По какому праву в официальном послании Русская Православная Церковь (юрисдикции митрополита Виталия) обвиняется в трусости «страха ради иудейска» и по какому праву автор послания за это извиняется? Известно, что в Православии подобные суждения о церковном сообществе выносится Архиерейским Собором, в католичестве – папой римским. Вопрос: в каком качестве выступает автор послания? Неужели, чтобы прикрыть безблагодатность отколовшегося от РПЦЗ(В) сообщества, требуется во чтобы то ни стало (даже путем неправды) доказать безблагодатность Церкви, от которой «самочинное сборище» подверглось прещению (Смотр. Нижеследующие документы):»
 
Иногда возникает впечатление, что клеветнические вымыслы доставляют отцу протоиерею самое искреннее удовольствие. Кто кого обвинял в безблагодатности? Выдумка ведь и только. До сих пор этим старательно занимался лишь сам о. Валерий. Точно такая же выдумка – обвинения РПЦЗ «в трусости “страха ради иудейска”». Во-первых, где в послании епископа Дамаскина отец протоиерей увидел такие слова? Там их нет. Во-вторых, свою родную Церковь, РПЦЗ, епископ Дамаскин не хулил и не думал хулить. Вот, что он, в действительности, сказал: «На Архиерейском Соборе 2006 г., мы объявили воссозданное священноначалие РПЦЗ свободным от двусмысленностей, лицемерия и лжи, которые раньше имели место быть и потому приводили к расколам и падениям многих людей. Мы полностью осознали и раскаиваемся за все прошлые грехи и отступления священноначалия РПЦЗ от истинного православного вероисповедания, и просим за них прощения у Господа и у паствы». Здесь что-то неверно сказано? Священноначалие нашей Церкви не исповедало никогда тождество своей экклезиологии с Синодом Противостоящих митр. Киприана? Не вело себя двусмысленно в отношении МП, не допускало лжи и лицемерия, приведших к лавровскому расколу? Всё это, к прискорбию, имело место. Поэтому не нужно лукавой патетики. Епископ Дамаскин выразил в своём послании сущую правду. Или, может быть, согласно теории отца протоиерея, чтобы сказать правду теперь требуются особые полномочия от Архиерейского Собора? Что ж, в истории такой порядок тоже существовал, и до сих пор существует – у католиков. Владыка Дамаскин к католической традиции не принадлежит, к какой относит себя о. Валерий - пусть уж решит сам.   
 
«Решение Синода от 17/30 июля 2006 г.:
В соответствии с Правилами: 1 пр. Василия Великого, 18 пр. IV Всел. Соб., пр. 6 II Всел. Соб., пр. 34 VI Всел. Соб., пр. 6 Гангр. Соб. и Двукратного Собора пр. 14 и 15,»
 
«Первое каноническое послание к Амфилохию, епископу Иконийскому» святителя Василия Великого касается вопроса присоединения к Церкви разного рода еретиков и раскольников. Всех отпавших от церковного единства оно распределяет на три группы. К одной относятся собственно еретики, к другой – раскольники, представители третьей образуют «самочинные сборища». Надо полагать, составители запретительных указов квалифицировали действия преосвященных Антония и Виктора как создание «самочинного сборища». Посмотрим, что нам говорит на сей счёт само правило: «…Древние положили приимати крещение ни в чем не отступающее от веры: посему иное нарекли они ересию, иное расколом, а иное самочинным сборищем. Еретиками назвали они совершенно отторгшихся и в самой вере отчуждившихся… а самочинными сборищами, собрания составляемыя непокорными пресвитерами, или Епископами, и ненаученным народом. Например, аще кто, быв обличен в грехе, удален от священнослужения, не покорился правилам: а сам удержал за собою предстояние и священнослужение, и с ним отступили некоторые другие, оставив Кафолическую Церковь: сие есть самочинное сборище». Очень интересно: и каким же боком это определение подходит к архиепископам Антонию и Виктору? Кто и в каких грехах сумел их «обличить» и «удалить от священнослужения» до того, как они начали действовать в качестве законного Архиерейского Синода, возглавляемого Первоиерархом Церкви?! Зато имелись другие люди, которым изначально были предъявлены обвинения в канонических преступлениях. Это епископ Владимир (Целищев) и протоиерей Вениамин (Жуков). Они и впрямь, «быв обличены во грехе» и смещены со своих постов, «не покорились правилам» и не пожелали предоставить решение своих дел Архиерейскому Собору. Так что поспешили составители запретительных указов сослаться на первое правило Святит. Василия Великого. Против них самих, на самом деле, оно направлено.
 
Смотрим далее.
 
Правило 18 IV Вселенского Собора. В нём сказано: «Аще убо некие из клира, или монашествующие окажутся обязующими друг друга клятвою, или составляющими скопище, или строющими ковы Епископам, либо своим сопричетникам: совсем да будут извержены со своего степени». Вот было бы интересно посмотреть как «коварные» владыки Антоний и Виктор под покровом ночи, запершись в келье, при тусклом свете свечей собственной кровью подписывают договор о том, что будут вместе строить козни бедному епископу Владимиру и отцу Вениамину. Что за чушь?! Кому «строили ковы» оба преосвященных!? Какой клятвой они друг друга связывали?! В правиле речь идёт о конкретных преступлениях: заговоре и сговоре одних клириков против других. То есть, примерно о том, чем занимались еп. Владимир и о. Вениамин, когда разрабатывали совместную стратегию действий против Синода, в состав которого был включён владыка Виктор, и набирали себе сторонников по телефону. К решениям высшей церковной власти, даже если они кого-то не устраивают, настоящее правило не относится.
 
6 Правило II Вселенского Собора. Им определяется порядок жалоб на епископов, устанавливается, кто и по каким вопросам имеет право выступить против них с обвинениями. Никаких прещений против архиереев, рассматривающих жалобы, данным правилом не предусматривается.
 
34 правило VI Вселенского Собора. Подтверждает и полностью повторяет 18 канон IV Вс. Собора.
 
6 правило Гангрского Собора. Оно гласит: «Аще кто кроме церкви особо собрания составляет, и, презирая церковь, церковная творити хощет, не имея с собою пресвитера по воле епископа: да будет под клятвою». Здесь говорится о мiрянах, которые, презирая совместную молитву в храме, пытаются совершать богослужения на дому. Автор или авторы запретительных указов, по-видимому, вспомнили про это правило в связи с архиерейскими хиротониями, совершёнными в свечной мастерской. Не умно. Во-первых, потому, что совершители таинства, преосвященные Антоний и Виктор, мирянами никак не являются, во-вторых, потому, что они оказались вне храма не по своей воле. 
 
14 правило Двукратного Собора. Настоящим правилом определяется наказание (лишение сана) тем епископам, которые «отступят от общения» со своим Митрополитом, «прежде соборнаго разсмотрения», и перестанут «возносить его имя, по обычаю, в Божественном тайнодействии». Надо полагать, архиеп. Антонию и еп. Виктору ставят в вину разрыв церковного общения с Митрополитом Виталием. Обвинение серьёзное, однако полностью клеветническое. А потому, опровергать его нет смысла.
 
15 правило Двукратного Собора. Повторяет основную идею 14 правила, но делает существенную оговорку: «…Отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осужденныя святыми Соборами или отцами, когда то есть, он проповедует ересь всенародно, и учит оной открыто в Церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым Епископом, прежде Соборнаго разсмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитимии, но и достойны чести, подобающей православным». Так в чём же, всё-таки, обвиняются преосвященные Антоний и Виктор? От общения с Митрополитом Виталием они не отделялись, со своими собратьями архиереями – тоже. Может быть, они проповедовали ереси, «осужденныя святыми Соборами или отцами»? Но тогда надо было бы приводить совсем другие правила и вообще всю систему обвинения строить иначе.
 
Каноническая аргументация «запретителей», таким образом, выглядит безосновательно. Абсолютно все ссылки на каноны оказываются неточными и вздорными по существу. Какой грамотей-«канонист» стряпал эти указы?
 
"Архиепископ Антоний (Орлов) запрещается в священнослужении, до окончательного решения Архиерейским Собором.
Лос-Анжелосская и Южно-Американская епархия ставится временно под омофор Преосвященного Владимира, Епископа Сан-Францисского и Западно-Американского, чье имя должно возноситься за богослужениями после Первоиерарха.
 
В соответствии с теми же Правилами и соборными постановлениями:
 
Епископ Виктор (Пивоваров) запрещается в священнослужении, до окончательного решения Архиерейским Собором.
Европейская часть Российской территории предоставляется временно архиерейскому попечению Преосвященного Антония, Епископа Бэлцкого и Молдовского, имя которого должно возноситься на богослужениях после Первоиерарха.
 
Подписи:
+ Митрополит Виталий
+ Епископ Владимир
+ Епископ Варфоломей
Митрофорный протоиерей Вениамин Жуков
 
Противники Законных Церковных Постановлений Синода пытаются доказать, что прещения арх. Антония (Орлова) и еп. Виктора (Пивоварова) неправомерны по причине того, что для суда над ними требуется расширенный состав Синода (пар.17). Но так оно и есть! За прещение бунтовщиков не только все члены Синода, но даже весь епископат РПЦЗ(В), за исключением отделившихся от церковного единства архиереев, которые сами поставили себя вне Соборности Церкви, до окончательного рассмотрения их дел на Архиерейском Соборе».
 
Надо же, а казалось, что отец Валерий последовательный законник. Вот ведь, вроде бы, совершенно очевидные вещи: никакого собрания членов Синода в одном месте не было, под запретительными указами формально стоят подписи трёх из четырёх постоянных его членов в архиерейском сане, а отец протоиерей твердит нам про соблюдение законности. Ну и где расширенный состав Синода, который предполагал бы наличие голоса хотя бы одного временного члена, помимо постоянных?
 
«Теперь решения Синода РПЦЗ (В) о прещении инициаторов самочиния подвергаются совершенно необоснованно и бездоказательно сомнению по тому якобы, что некоторые члены Синода участвовали в голосовании заочно. Такие утверждения имеют целью заслонить в сознании людей самое главное, а именно то, что голосующие, как бы они не голосовали, суть законные архиереи и законно были призваны к голосованию. Даже, если все или кто-то из архиереев действительно участвовал в голосовании заочно, то в связи с этим следует напомнить, что в работе самого первого Архиерейского Собора Русской Православной Церкви за границей принимали участие епископы, голосовавшие как лично, так и заочно. В последующих Соборах заочное голосование тоже допускалось, что предусматривается параграфом 9 Положения о РПЦЗ. И до сих пор никто не сомневался в действительности постановлений Соборов РПЦЗ по причине того, что некоторые архиереи участвовали в них заочно. Ведь главное в другом – чтобы соборное мнение действительно было соборным – реально отражающим мнения архиереев по тем или иным вопросам. Кроме того, для выражения законного Архиерейского Соборного мнения не всегда даже требуется собрание всех архиереев в одном месте, но достаточно всего лишь письменного архиерейского волеизъявления. Параграф 38 гласит, что для того, чтобы опротестовать беззаконные действия даже законно-избранного Архиерейского Синода (не говоря уже о самочинном архиерейском сборище) необходимо : «…созвать Собор или письменно опросить мнение всех членов Собора, от которого и зависит окончательное решение вопроса».
Вот и замечательно: применим, очень кстати упомянутый о. Валерием, 38 параграф к тому, что имело место в Мансонвилле. Какое из прописанных в данном параграфе условий было соблюдено? Ответ замечательно прост – ни одно. Следовательно, единоличные решения Первоиерарха, будь он даже дееспособным человеком, нарушали принятые в Церкви правила. С ними можно было бы согласиться только в случае признания духовной и нравственной правоты Блаженнейшего Владыки Виталия, действующего на свой страх и риск в чрезвычайных обстоятельствах. Увы, говорить об этом нет смысла, так как Владыка Митрополит в силу старческой немощи не мог относиться сколько-нибудь критически к тому, что происходит вокруг него. Его подписью беззастенчиво манипулировала группа мiрян во главе с Л. Д. Роснянской. Аудиозапись об избиении архиеп. Антония не оставляет в этом никаких сомнений.  
 
«Когда попытка прикрыться именем Первоиерарха не получилась, тогда бунтовщики немедленно объявили, что Митрополит Виталий недееспособен и Церковная власть в РПЦЗ(В) переходит к старшему архиерею, т.е. архиепископу Антонию (Орлову). Заявив об этом, участники раскола до сих пор даже не оказались способными осознать, что они попали в еще худшее каноническое положение и практически самоликвидировали себя. Дело в том, что Председательство в Синоде действительно переходит к старшему архиерею, но ведь в РПЦЗ(В) никто никаким указом еще не отменял и не может отменить Синод и Архиерейский Собор, которые наделены большими полномочиями, чем Председатель Синода, и без которых никто не в праве рукополагать епископов и реорганизовывать епархии».
 
Законный Синод и Собор никто не отменял. Это не более чем очередная выдумка о. Валерия. Были и заседания Синода, с участием епископа Виктора, и Архиерейский Собор, поначалу состоявший из двух архиереев, затем пополненный ещё двумя новорукоположенными епископами – Стефаном и Дамаскиным. Именно Собор принял решение о хиротониях и об образовании двух новых епархий.  
 
«Конечно, архиепископ Антоний, как старший архиерей, как член Синода может иметь свое мнение, но при невозможности найти общий знаменатель вся полнота власти в РПЦЗ(В) остается за Синодом и Архиерейским Собором. Поэтому логично и абсолютно правомерно со стороны Законного Синода РПЦЗ(В) последовали прещения взбунтовавшихся архиереев и тем паче ими рукоположенных».
 
Трудно что-либо возражать, когда оппонент предпочитает слушать только самого себя. С прот. Валерием мне приходилось и лично беседовать и обмениваться письмами. Результат всегда оставался плачевно однообразным: он не хочет вникать в суть доводов, которые идут вразрез с его собственным мнением. Для тех, кто не страдает подобной болезнью, надо, наверное, пояснить, что синод, именуемый о. Валерием «законным», реально состоял из двух людей – еп. Владимира и прот. Вениамина Жукова. Они даже не собирались вместе для того, чтобы принять столь серьёзное решение, как наложение прещений на двух архиереев! Подписи Митрополита и владыки Варфоломея просто были «прилеплены» к бумагам виртуального синода, чтобы создать видимость законности. Владыка Варфоломей – тяжко болен. Как явствует из его беседы с архиеп. Антонием и собственноручно подписанного им документа (официального заявления от 5/18 сентября 2006 г.), он не знал практически ничего, ни о Свечном Соборе, ни о прещениях, незаконно наложенных на архиеп. Антония и еп. Виктора. Давно пора оставить в покое этого иерарха, а не прикрываться фальшивой подписью тяжело больного человека, меняющего своё мнение в зависимости от того, кто и каким образом разговаривает с ним в данный момент. Поэтому справедливым в данном утверждении о. Валерия является только то, что два архиерея «взбунтовались» против всевластия отца Вениамина. За такой бунт против себя самого, прот. Вениамин, естественно, принял крутые меры к «бунтовщикам». С его стороны, всё, действительно, выглядит очень логично.