Прости меня, Господи и помилуй!

Дата публикации »
3 сентября 2016 »

Сколько живёшь, столько и убеждаешься в правоте непреложной истины – век живи и век учись. Почему я с этого начал? Вот, почему. Дело в том, что недавно к нам перешёл один воронежский приход – новые люди, общие знакомые, разные впечатления и, конечно же, беседы, откровения, разговоры, в том числе и полемические – ничего страшного, в наше время явление это обычное. Среди многих тем была затронута и тема Божественной Евхаристии. По ней я не спорил. Внимательно слушал. И после с их мнением согласился. Мои новые прихожане оставили тексты, по ним, собственно и пишу.

Особенно меня заинтересовали несколько писем. Привожу их, как и по контексту, ничего не меняя и не убавляя:

«Ваше Святейшество! По недосмотру начальствующих Николо-Угрешской обители и недоразумению ризничего сего 4-го августа при служении литургии Таинство Евхаристии совершено было на просфоре из ржаной муки, смешанной, по видемому, с мукой из зерен другого рода. Я узнал об этом только тогда, когда приступил к дроблению Агнца пред причастием. Совесть встревожилась, и я не знал, что делать, но по некотором размышлении и соображении обстоятельств невольного нарушения церковно-канонического правила я по успокоении совести дерзнул преобщится и другим преподать Святых Тайн.

По окончании литургии внимательно прочитав в Служебнике "Известие учительное", я нашол в нем следущее указание: "Вещь Тайне сей (то есть Евхаристии) приличная: просфоры муки чистыя пшеничныя, квасная, пять, и вино виноградное: из инаго же жита кроме пшеницы, или черствыя, или зацвелыя просфоры, или из иных древ и ягодных соков вино, или уксус претворшееся кислотою, никакоже да имут быти". "О сем известно да видят... аще ничисты просфоры и не из чистыя пшеници, и аще коими словесы совершение бывает, не знает, аще служите кто дерзнет тако просто... не токмо святотатским грехом смертно согрешит, но и Тайна Тела и Крове Христа Бога нашего никакоже совершится".

При рассуждении по поводу происшедшего нарушения церковного установления относительно вещества для Святейшего Таинства Евхаристии я услышал от некоторых священников, что якобы теперь по обстоятельствам времени во многих местах совершается Евхаристия на ржаных просфорах по невозможности приобретения пшеничных (что не вполне справедливо, но только затруднительно), а вместо виноградного вина употребляется ягодный сок.

В виду явного нарушения канонических правил о веществе Таинства Евхаристии, требующего употребления просфор из чистой пшеничной квасной муки, а не из иного жита, кроме пшеницы, притом условии, чтобы просфоры не были черствые или зацвелые, и вина из винограда, а не из иных древ и ягодных соков, и не в уксус притворившегося своей кислотой, имею дерзновение всепочтительнеше просить Ваше Святейшество, если можно, не лишить меня личного первосвятительского разъяснения возбуждаемого вопроса о веществах Таинства Евхаристии в обстоятельствах настоящего времени или же благоизволить передать вопрос о сем на обсуждение иерархов Священного Синода.

Вашего Святейшества нижайший послушник митрополит Макарий. 5/18 августа 1919 года».

На это письмо вскорости был получен интересный ответ патриарха:

«Высокопреосвященнейший Владыка! В прошлом году на Соборе епископов подымался вопрос о виноградном вине для Таинства Евхаристии. Если не представится возможным найти таковое, то за совершенным неимением его, по нужде допускается сок, как это разрешал еще святитель Ермоген. Что касается муки, то Агнца можно и теперь иметь пшеницу. Случай, указанный Вашим Высокопреосвященством, очевидно, произошел по вине монастырской администрации.

Испрашивая Ваших св. молитв, с братской любовью и совершенным почтением остаюсь Ваш покорнейший послушник Патриарх Тихон. 10 августа 1919 года, Москва».

Привожу ещё одно письмо по этой же теме  Михаила Новосёлова:

«20 января 1923 г.

Дорогие друзья мои!

Я обещал вам в нынешнем (4-м) письме вернуться к вопросу о Церкви, но и на этот раз изменяю свое намерение и хочу говорить опять о таинстве, но не о таинстве исповеди, о котором шла речь в предыдущем письме, а о величайшем таинстве Евхаристии. Как и прошлый раз, я вынуждаюсь к отмене предположенной темы некоей рукописью, находящейся в моих руках и затрагивающей вопрос неизмеримой важности. Рукопись эта – «отношение» (так называет ее сам автор) одного иерея к своему архипастырю. Но «отношение» это совершенно особого рода: это скорее исповедь смущенной верующей души, мучительно ищущей разрешения своих тяжких недоумений, чем обычное, деловое «отношение».

Читая эту «исповедь», прежде всего поражаешься тем обстоятельством, что захолустный батюшка с мукой останавливается перед фактом, мимо которого спокойно и равнодушно, во всяком случае, не возвышая голос (как делает этот безвестный служитель алтаря), проходили и проходят сотни столичных иереев (не говоря о множестве провинциальных). Очевидно, их многоученая иерейская совесть далеко не так живо реагирует на то явление, которое повергает в величайшее смущение провинциального батюшку – отца Гавриила. По крайней мере, в их среде не слышно было такого вопля, какой исторгся из груди автора лежащей предо мною рукописи. Правда, в Москве, в одном частном доме, был прочитан доклад на тему, которая составляет предмет настоящего письма, но, несмотря на авторитетное имя лектора, практические последствия чтения были, по-видимому, ничтожны...

Затем, нельзя не удивляться тому, с какой тщательностью собрал автор в своем провинциальном захолустье материал для освещения взволновавшего его душу вопроса. Воистину, честь и слава ему!

Рукопись, о которой идет речь, относится к 1921 году, но, к сожалению, она не утратила своего значения и для нашего времени, так как и поныне во множестве храмов совершается то, что встревожило чуткую совесть иерея Божия, написавшего своему архипастырю следующее:

«Один недоуменный и крайне смущающий меня вопрос побудил беспокоить Ваше высокопреосвященство настоящим отношением, тем более, что к кому ни обращался я за разъяснением его, не получал надлежащего удовлетворения. Предварительно мне хотелось бы уверить Ваше высокопреосвященство, что ничто низменное не руководит мною в настоящем обращении к Вам.

От юности своея я истый церковник и единственно чего ужасаюсь, как бы враг Церкви Христовой и моей собственной души не воспользовался моим смущением, продолжающимся уже не один год, и не отторг бы от общего единомыслия, внушив мне ревность не по разуму. Вопрос, который я осмеливаюсь предложить на решение Вашего Высокопреосвященства, желал бы представить, с Вашего изволения, в таком виде.

Грозные события последнего времени тяжело отозвались на состоянии Православной Русской Церкви. Не говоря об огромном материальном лишении Церкви, эти события коснулись и внутреннего, духовного ее содержания.

Божественная Евхаристия есть центральный пункт нашей православной веры и Вселенской Церкви, около которого вращается все содержимое в Церкви. Приносимая жертва Божественного Агнца Христа есть Святая Святых нашей духовной жизни: где нет истинной Евхаристии, там нет ни Христа, ни истинного христианства, – там пустота духовная. Такая пустота может быть даже при внешнем, видимом совершении таинства. Вот на этот самый существенный пункт, можно сказать, сердце вселенского Православия, совершающиеся события последнего времени и наложили свою тяжелую руку, принудив Русскую Высшую Церковную Власть внести изменение в совершение Божественной Евхаристии.

Как известно, Высшее Управление Русской Православной Церкви сделало циркулярное распоряжение по всем епархиям оповестить духовенство, что оно нашло возможным допустить совершения таинства св. Евхаристии на ржаном хлебе, за неимением пшеничного, и на некоторых ягодных соках, за отсутствием виноградного вина.

Не знаю: может быть, постановление Церковной Власти основано на Св. Писании и Св. Предании, только в самом циркуляре это допущение мотивировано исключительно нуждою времени, полным отсутствием Евхаристических веществ. Я буду говорить только об одном веществе — вине, так как в пшеничном хлебе недостатка, кажется, не было и нет.

Допущение Церковной Властью совершать литургию на ягодных соках и предписание епархиального начальства духовенству самому озаботиться тем, чтобы запасти вина, дали повод к широкому произволу в этой области.

Христос-Спаситель говорит: «Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие» (Ин.6:55).

Но то, что изготовлялось и изготовляется для Таинства Причащения, по большей части истинным питием назвать нельзя: это – даже не ягодные соки, а простой водный настой ягод или каких-нибудь фруктов, включительно до ранеток, подкрашенный чем-то и подслащенный иногда сахарином, не только не пригодный, как питие, но подчас возбуждающий тошноту…».

После этих писем возникает несколько вполне уместных вопросов. Не согрешила ли Церковная Власть, как и пишет батюшка, сделав циркулярное распоряжение под №57 по всем епархиям и оповестив духовенство о том, что она нашла возможным допустить совершения таинства Святой Евхаристии на ржаном хлебе, за неимением пшеничного, и на некоторых ягодных соках, за отсутствием виноградного вина? Канонично ли такое распоряжение? О других вопросах пока умолчим. Обратимся по этому поводу за разъяснением к Священному Писанию и Преданию, Святым Отцам Церкви.

Виноградное вино узаконено Словом Божиим и Священным Писанием, как единственное достойное вещество для совершения Божественной Евхаристии.  Еще древним мудрецом пророчески было предсказано: «Премудрость созда себе дом и утверди столпов седмь: закла своя жертвенная, и раствори в чаше своей вино, и уготова свою трапезу. Посла своя рабы, созывающи с высоким проповеданием на чашу, глаголющи: ... приидите, ядите Мой хлеб, и пийти вино, еже растворих вам» (Притч. 9, 1-5).

В словах Спасителя: «Аз есмь лоза истинная, и Отец Мой делатель есть» - сокращение всей нашей Божественной литургии. «Я - лоза (а лоза дает только виноградное вино), Я - жертва, приносимая за мир, а Отец Мой - совершитель этой жертвы, и в литургии Бог Отец совершает самое Таинство, приносит Сына Своего за спасение мира. Святое Евангелие дает нам твердое основание знать, что Христос Спаситель совершил на Тайной Вечери и установил Таинство Причащения совершать над хлебом и виноградным вином, чему служат доказательством слова Спасителя, произнесенные Им вслед за причащением учеников: «Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое [вино] в Царстве Отца Моего» (Мф. 26,29). При этом заповедал: «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк. 22,19).

Эта всемирная чаша должна быть едина, начиная с чаши Тайной Вечери и кончая последней - пред Вторым Пришествием Христовым, как и по слову Апостола: «един хлеб, едино тело есмы мнози: вси бо от единого хлеба причащаемся» (1 Кор. 10,17).

Священное Предание узаконивает виноградное вино как единственное вещество для Таинства Причащения, что доказывают и чины литургий от ап. Иакова до св. Иоанна Златоуста. В литургии св. Василия Великого священнослужащий произносит слова: « - чашу от плода лозного прием». Как же он может произносить эти слова, имея пред собою в чаше не виноградное вино,- и в такую страшную минуту?

И в сочинениях св. Тихона Задонского мы находим ответы на наши вопросы:

« -Что такое Евхаристия?

-Евхаристия - это Таинство, в котором дается нам истинное Тело и истинная Кровь Христа Бога нашего под видом хлеба и вина, в котором истинно и господственно присутствует существенно Иисус Христос.

-Какая материя или вещь Евхаристии?

-Хлеб пшеничный, квасной, и естественное виноградное вино.

-Какова форма, или совершение?

-Слова такие: "И сотвори убо хлеб сей чесное Тело Христа Твоего, а еже в чаши сей честную Кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым",- и тогда хлеб и вино прелагаются в истинное Тело и в истинную Кровь Христову действием Святого Духа.

-Что необходимо соблюдать в этом Таинстве?

-Четыре вещи.

1. Должен быть иерей законно хиротонисанным, ибо никто это Таинство не может совершать, кроме архиерея или иерея.

2.Должны быть подобающие для этого Таинства вещи, то есть хлеб пшеничный, квасной, чистый, не смешанный с иной мукой; также и вино должно быть естественным и непритворным и не смешанным ни с чем, но чистым в себе самом, ни в уксус не обратившимся, ни заплесневевшим. В него на проскомидии должно вливать немного воды, по чину, изложенному в Служебниках.

3.Престол, на котором приносится Безкровная Жертва, должен быть освящен самим архиереем; или вместо престола должен быть по крайней мере антиминс, освященный архиереем. Ибо никто не может освятить престола или антиминса, кроме архиерея.

4.Во время освящения Даров должен иерей мысль и намерение иметь, что существо хлеба и вина изменится в существо Тела и Крови Христовой действием Святого Духа»  (Св. Тихон Задонский. Соб. Соч. Т 1. стр. 590).

В просфорах должен быть только хлеб пшеничный, квасной, о чём говорит (в гл. 86) и св. Симеон Солунский, преимущественно о квасном хлебе он так рассуждает: «хлеб квасной есть как бы хлеб, одушевленный через квас и истинно совершенный. Он показывает, что Слово Божие совершенно: нас ради восприяло плоть нашу; Он плоть бысть, не изменив своего естества, и с словесною и умною душею восприяло человечество; было и совершенным Богом, и совершенным человеком, да и меня воссозиждет «сего». В просфоре, как и во всяком хлебе, находятся три вещи, то-есть мука, вода и соль, вместе смешаная и испеченная огнем. Симеон Солунский в том же месте говорит: «в хлебе квасном бывают три вещества, потому что душа наша трехчастна, и в честь Троицы. Мука с квасом означают душу, вода крещение, а соль знаменует ум и учение Слова, Которое сказанное ученикам: вы есть соль земли. Хлеб же, испеченный огнем, показывает, что Бог весь соединился с нами и подает нам свою помощь и содействие, а особенно то, что Он весь соединился со всем нашим естеством».

«Вещество убо Божественныя Литургии есть хлеб и вино с водою. Не бо от иного коего либо вещества, или от плода прилучившагося, или сикера, но от истинныя пшеницы и вина истинного, Божественное тайнодействие совершати нам Господь и божественнии Его апостоли предаша. И внемли, да не прельстиши себе и вместо чистаго вина принесеши оцет или винные дрожди, или иное что гнилое, грех бо наведеши себе смертный» (Скрижаль. О седми таинствах, стр.111—112).

На основании всего вышеизложенного и неизложенного всем священнослужителям Московской и Центрально – Российской епархии Российской Православной Церкви объявляю настоящий У К А З:

Первоиерарх Российской Православной Церкви Митрополит Дамаскин

У К А З Ъ

Дабы более не согрешать перед Богом и данной Им паствою, священнослужителям Московской и Центрально – Российской епархии, от ныне и до скончания века и живота своего, благословляю совершать Божественную Литургию только лишь на квасном – истинном, не дрожжевом -  хлебе (просфорах) и чистом – истинном, то есть, без сахара, серы и прочего -  виноградном вине с водою. Кто до этого Указа, по неведению ли, лености, легкомыслию или чему другому, совершал Божественную Литургию с нарушением Божественного Установления вещества Таинства Евхаристии обязываю перед началом каждой Божественной Литургии молиться и просить у Бога прощения.

+Митрополитъ ДАМАСКИНЪ (Балабановъ) Московскiй и Всероссiйскiй

18/31 августа 2016 г.  Преп. Макария Пеликитскаго.